A Sisters of Silence short story
Анафема
«Это неправильно».
Мысль пришла в голову Эстер, пока переборка со скрежетом поднималась вверх. Она принесла чувство страха, отличающегося от привычного беспокойства, которое сопровождало ее с тех пор, как она покинула Терру. Это было что-то новое, наполняющее ее дурными предчувствиями.
Еще одно предостережение.
— Тихо, — прошипел кто-то ей на ухо, и сердце забилось в ее груди. Она так давно не слышала живого голоса — так давно не слышала ничего, кроме гудения двигателей грузового судна — что вздрогнула от неожиданности. Она моргнула, напрягая глаза, когда тусклый красный свет, исходящий из-под поднимающейся переборки, залил все ровным светом.
По другую сторону двери оказался грубо высеченный, уходящий в темноту туннель. Его стены и низкий потолок поддерживали крепкие подпорки, установленные через равные интервалы. Эстер рискнула оглянуться и обнаружила, что смотрит в широко раскрытые глаза своих спутников. Они не были старыми знакомыми, она нашла их, путешествуя по системе туннелей, и теперь делила с ними каждый вдох затхлого воздуха. Она мысленно просканировала каждого из них — их страхи, надежды и тоска, которые отражали ее собственные.
Она их знала.
— Там безопасно? — прошептал кто-то.
— По крайней мере, безопаснее, чем там, где ты был раньше, — сказал последний из ее четырех спутников. Это был высокий, худощавый мужчина, его осанка и стиль общения выдавали бывшего или действующего военного. Его разум отличался от остальных, его страхи подавлялись решительностью, он был спокоен, чего не скажешь о его напарниках. Эстер была уверена, что он — единственный из них, кто не имел психического дара, но какие бы передряги или преступления ни заставили его бежать с Терры, он, похоже, не желал ими делиться.
Переборка преодолела последние несколько дюймов, а затем остановилась. Дальше по проходу что-то шевельнулось, и по сбившейся в кучу группе пробежала волна паники, которую мог заметить любой человек в галактике. Эстер вжалась в тень и попыталась побороть панику. Это место должно было быть безопасным — разве не в этом был смысл отлета сюда? Она замедлила дыхание, чтобы оно не мешало ее шестому чувству, но ощутимая паника ее спутников мешала просканировать то, что приближалось.
Она глубоко вдохнула, и знакомый запах скотобойни наполнил ее легкие — пьянящая смесь антисептиков, машинного масла и гниющего мяса. Когда фигура, с усилием толкающая нагруженную тачку, приблизилась, кроваво-красный свет отразился от бледной кожи выбритой головы. Воздух внезапно стал очень холодным, дрожь пробежала по ее позвоночнику, каждый нерв и мускул напряглись, когда она ощутила слабую вибрацию. Кто-то что-то задумал и собирался действовать.
— Стоп. — Слово сорвалось с ее губ со струей белого пара, конденсируясь в ледяном воздухе. — Это всего лишь сервитор.
— Она права, — сказал мужчина с военной выправкой. Яркий луч его фонаря пронзил мрак, выхватив массивное существо из плоти и механизмов, и бесстрастное лицо с единственным аугметическим глазом. — Они десятилетиями разрабатывали астероид. Он не представляет угрозы.
Кто-то пошевелился позади нее. — Откуда такая уверенность? — На этот раз голос был женский и с сильным акцентом. Эстер ощутила исходящую от нее смесь из горькой обиды, страха, гнева и чувства потери. Именно она, догадалась Эстер, собирала силы, чтобы нанести удар, прежде чем они установили, что перед ними, и это ее беспокоило. Последнее, что им было нужно, так это ведьма, которая позволяет своему страху взять верх над своими способностями.
— Оно не может причинить нам вреда. Оно даже не видит нас. Смотри. — Мужчина направил луч фонаря на лицо сервитора, заставив его единственный аугметический глаз переливаться рубиновым цветом. — Оно загружает руду в грузовой контейнер. И если вы не хотите вернуться на Терру, то предлагаю следовать за мной.
Тесный проход уходил глубже в астероид. Им регулярно попадались еще сервиторы, некоторые толкали суспензорные платформы или примитивные тележки, другие несли свой груз на плечах, все с одинаково пустыми глазами и лишёнными эмоций, мертвыми лицами. Воздух был сухим и запыленным, что приглушало каждый их шаг, а каждый звук исчезал прежде, чем мог вызвать эхо. Эстер поспешила вслед за военным, надеясь, что его уверенность означает, что он знает, куда они идут. Остальные плелись позади, источая замешательство и беспокойство. Женщина, которая была на волосок от высвобождения своей силы, шла сгорбившись, ее глаза блестели из-под спутанных волос. Еще двое, мужчина и женщина, носили ухоженную серую униформу, которую можно было встретить у слуг, подметающих лестницы или полирующих медные безделушки в домах великих и богатых людей. У Эстер не было ничего общего ни с кем из них.
Абсолютно ничего, кроме их цели.
— Эстер, не так ли? — Не оглядываясь, произнес военный. Неожиданность заявления была достаточной, чтобы она на мгновение остановилась. У него были короткостриженые волосы цвета песка и холодные голубые глаза. Он носил простую тунику и бриджи без видимых знаков различия, которые даже после бесчисленных часов, проведенных в тесноте грузового контейнера, все еще умудрялись выглядеть свежими. — Не нужно отрицать это. Я знаю имена всех присутствующих. Почему ты здесь?
Неприятный холодок пробежал по затылку Эстер. Даже десять лет назад, когда подобных ей чаще неохотно терпели, чем открыто выражали отвращение, было опасно открыто заявлять о своих дарах. И с тех пор жизнь стала только хуже. За последние несколько лет Терра так сильно изменилась, что даже скромный рабочий скотобойни мог заметить, что терпимость становится редким товаром. Если могущественный Воитель Императора смог предать Его, на какое доверие могли рассчитывать ведьмы, как она?
— Ты ведь не один из нас? — спросила она вместо ответа. — Один из… преследуемых, я имею в виду.
— Теперь вы так себя называете? — Они достигли разветвления, и он уверенно повернул направо в более широкий проход. — Нет. Я не один из вас. Моя работа — доставить вас сюда и обеспечить вашу безопасность, пока не прибудет ваш транспорт. — Он поднял руку и подождал, пока они соберутся позади него. — Ждите здесь.
Эстер видела, как он расстегнул сумку и вытащил оттуда металлический диск размером с ладонь. — Что ты делаешь?
— Я, кажется, сказал подождать, а не задавать вопросы?
— Мы имеем право знать, куда нас везут, и кто за этим стоит.
— Неужели? — Он поднес печать к закрепленному на стене сканеру в виде черепа, и где-то впереди раздался безошибочно узнаваемый звук открывающегося шлюза. — Я абсолютно уверен, что любой, кто заходит так далеко, теряет право задавать вопросы.
— Я не помню, чтобы соглашалась на это, — ответила Эстер, поражаясь собственной смелости. На Терре, где даже малейшее выражение собственного мнения сделало бы ее объектом пристального внимания, которого она совсем не желала, она вела тихую жизнь. Возможно, оказавшись здесь, среди себе подобных, ей стало нечего терять? Она определенно чувствовала себя более свободной.
— Можешь звать меня Драйстан. — Мужчина издал разочарованное шипение. Он осветил проход, и Эстер мельком увидела в его конце комнату, где стояли бездействующие датабанки и командные консоли. — Проклятие! Они уже должны были быть здесь.
— Кто?
Он резко повернулся к ней. — Ты же не думала, что «Эсперанса
Он резко остановился на пороге. Эстер вытянула шею, чтобы заглянуть через его плечо, и снова ощутила дурное предчувствие. Она вдруг почувствовала такую тяжесть, словно гравитация внезапно стала вдвое сильнее. Она оглянулась через плечо и увидела, что остальные приблизились к ней и сбились в кучу, словно животные, ощущающие, что их ведут на убой.
— Все вы, сейчас же внутрь! — Он подтолкнул ее вперед, и она, спотыкаясь, перешагнула порог темной комнаты, остальные последовали за ней. Драйстан ударил по контрольной руне, и тяжелая дверь с грохотом и шипением гидравлики встала на место. — Ждите здесь. И не заставляйте меня повторять дважды.
На первый взгляд комната казалась чем-то знакомой. Она видела такие же помещения на мясоперерабатывающих цехах, где раньше работала. В таких комнатах менеджеры факторума контролировали каждый этап процесса от прибытия до упаковки. В подобных помещениях всегда было шумно из-за когитаторов и станков, выдающих данные, и все ради большей эффективности. Здесь же было тихо, консоли наполняли окружающую тьму жутким зеленым светом, воздух был затхлым и забит потревоженной пылью, как внутри давно запечатанного склепа. Опрокинутая кружка с мутной жидкостью лежала на одной из станций, остатки ее содержимого капали на пол.
— Где же ты? — пробормотал Драйстан. Занимавший большую часть стены огромный обзорный экран, замерцал, оживая. Он подтащил стальной стул и сел перед светящимся дисплеем, склонившись над панелью управления. Какой-то скрытый механизм зажужжал и заскрежетал, и экран выдал серию зернистых монохромных пикт-кадров, показывающих туннели, промышленное оборудование и жилые помещения. Драйстан тихо выругался себе под нос, и перелистал изображения. Везде не было ни души, по крайней мере, в зоне обзора камер. Техника работала, сервиторы громыхали заполненными или пустыми контейнерами, но никаких признаков жизни не наблюдалось. Наконец пикты остановились на изображении общежития, полном неубранных коек, трапезной и того, что могло быть только внешней стороной самого астероида — неровной серой поверхностью, которую пересекал широкий, неглубокий кратер.
— Что ты ищешь? — спросила она.
Драйстан ответил не сразу. — Мы здесь одни. Но должны были быть и другие. — Его руки с привычной ловкостью летали над рунами, прокручивая вверх вертикальную колонку светящихся символов, бегущих по правой стороне экрана. — Вас должно быть больше, последнюю солнечную неделю всех привезли сюда в грузовых контейнерах, а здесь вообще никого нет. — Он прервался и протер глаза, прежде чем вернуться к работе. — Это означает, что либо с ними что-то случилось по пути сюда, либо уже после того, как они прибыли. И ни один из этих вариантов не сулит ничего хорошего для наших шансов выбраться из системы живыми.
— А что насчет когитаторов станции? — Эстер неопределенно махнула рукой в сторону экрана. — Если они прибыли сюда, разве не осталось записей об этом?
— Касаемо контейнеров, да. Несанкционированные псайкеры нигде не учитывались. Весь смысл операции в том, чтобы не привлекать внимания людей, которые хотят вашей смерти. Поэтому никто не заносил это в планшеты. Я нашел множество пробелов в записях, но это не новость. Эти системы устарели — памяти хватает только для хранения пикт- и видео-потоков за последние несколько дней.
По коже Эстер пробежал холодок. Она покинула Терру в надежде найти убежище среди звезд, но тот же терзающий страх не оставлял ее даже в световых годах от дома. Ее разум полнился вопросами. Если кто-то перехватил остальные группы, почему они избежали такой же участи? Она вздрогнула, пытаясь стряхнуть оцепенение, но холод уже проник в ее кости, подрывая решимость и грозя полностью уничтожить ее. Мысль о том, чтобы провести еще какое-то время с ужасами этого незнакомого места, была невыносимой.
— Я могу помочь! — выпалила она и тут же пожалела об этом.
— Чем?
— Помочь выяснить, что здесь произошло. — Она сглотнула. — Если остальные добрались до корабля, если они пережили путешествие, то оставили… следы — отпечатки своих мыслей и чувств. Я могу найти их.
Драйстан покачал головой. — Абсолютно исключено.
— Если здесь было свершено насилие... — У нее внезапно пересохло в горле, а руки задрожали. Столы в трапезной были накрыты, надкушенные крахмальные батончики брошены недоеденными, опрокинутая чашка лежала на боку в луже своего содержимого. Казалось, что те, кто здесь был, вышли из-за стола посреди обеда с намерением вернуться. — Если на них напали, эти эмоции оставляют более сильный след. Это поможет выяснить, что здесь произошло.
— А если ничего не найдешь?
— Тогда мы будем уверены, что они так и не добрались.
Он долго смотрел на нее, затем покачал головой. — Я понимаю, что ты способна сделать то, что предлагаешь. Но все-таки нет. — Тон его голоса не допускал возражений. — Я не хочу, чтобы кто-то использовал эти… способности. — Он выплюнул это слово, словно оно имело горький привкус. — Пока мы не узнаем, что здесь произошло, я не могу рисковать, что нас обнаружат из-за использования ваших даров…
— И как именно ты собираешься выяснить, что произошло, если не позволяешь мне помочь?
Он повернулся к ней. — Послушай меня. — Его голос был очень тихим, но в нем ощущался гнев. — Здесь должно было ждать двенадцать человек, но их нет.
— Может быть, корабль отбыл раньше времени, забрав их? — начала было невзрачная женщина, но Драйстан ее перебил.
— Это невозможно. У капитана был четкий приказ.
— Тогда дай мне хотя бы взглянуть.
Он долго смотрел на Эстер. — Хорошо, но своими обычными глазами, без подключения какого-либо особого умения. Это понятно? — Его рука опустилась к поясу, и впервые она мельком увидела кобуру на его бедре и блеск стаб-пистолета. — Это касается всех вас. Если что-то случилось, я хочу, чтобы мы нашли причину, прежде чем это поставит под угрозу «Эсперансу». Он понизил голос, так что даже Эстер, стоявшая рядом с ним, едва услышала его следующие слова. — И прежде чем это найдет нас.
По мере поиска, стало ясно, что объекту уже сотни лет. Под неусыпным руководством Драйстана они осмотрели центральный узел станции, трапезную, офисы, библиариум и комнату техобслуживания. Люди жили в тесноте и спартанских условиях. Стены образовывали клепанные плоские панели из кованого металла, без каких-либо украшений, без окон и воздухозаборников, без явного выхода на поверхность.
Вокруг самой базы астероид был изрыт туннелями, соединяющими пещеры. Пласты, богатые рудой, следовали один за другим, как слои пирога. Они расширили зону поиска. Драйстан оставил их, чтобы осмотреть личные покои начальника базы, в то время как Эстер с замирающим сердцем и тремя псайкерами проверяла оставшиеся общежития. Если остальные решили укрыться в лабиринте проходов, найти их было бы сложнее.
— Это пятно крови? — вдруг спросила женщина-псайкер.
Эстер отошла от шкафа, который обыскивала, и присоединилась к другой женщине, стоящей на коленях на полу жилой комнаты. Она заглядывала под кровати, как будто пропавшие обитатели станции могли каким-то образом залезть в восьмидюймовые щели. Спутник женщины и растрепанная ведьма прекратили поиск, бросая на нее настороженные взгляды. Эстер не нужно было напрягать свое шестое чувство, чтобы почувствовать страх, исходящий от троицы.
— Дай-ка посмотреть.
Она прижалась лицом к полу и прищурилась, глядя в темноту. На пласкритовом полу виднелось пятно, оно было влажным, и могло быть чем угодно, не обязательно кровью.
— Что думаешь? — спросила женщина.
— Не знаю. Может быть, да, а, может, нет.
— Ты разве не можешь… проверить?
Поняв, на что она намекает, Эстер вздохнула. — Драйстан сказал не использовать дары.
Спутник женщины кивнул. — Он прав. Мы не можем рисковать, привлекая внимание. Не после всего, через что мы прошли, чтобы попасть сюда. — Он нервно сглотнул. — Я Ньял. Это моя сестра — Ирин.
— Эстер, — представилась она, не вставая.
— Нам просто нужно закончить осмотр, а потом останется только ждать прибытия «Эсперансы
Эстер засунула руку под кровать, скребя кончиками пальцев по пласкритовому полу, пока не коснулась пятна. Беспокойство Ньяла и Ирин обрушилось на нее как волна цунами, более сдержанная настороженность ведьмы со спутанными волосами осталась где-то на краю ее восприятия. Она отрешилась от мыслей о Драйстане, сосредоточившись на помещении, полу и пятне. Если здесь свершилось насилие, это должно было оставить отпечаток на реальности — она усвоила этот урок в свой первый день на скотобойне на Терре — но либо ее дар покинул ее, либо это место было чистым холстом. Здесь было так стерильно, как будто на неубранных кроватях вообще никогда никто не спал.
Она открыла глаза и покачала головой. — Ничего.
— Там тоже ничего нет. — Голос Драйстана раздался из кабинета начальника, и Эстер резко выпрямилась, ее сердце колотилось, словно ее поймали на месте преступления. Судя по голосу, Драйстан устал, и это впечатление только усилилось, когда он появился в дверях, потирая глаза. — Их здесь нет. Остается предположить, что они не смогли добраться.
Эстер посмотрела на свои руки. На кончиках пальцев, что коснулись влажного пятна под кроватью, виднелся слабый ржавый след. Она сложила руки, пряча их за спиной. — А что насчет туннелей? Разве нам не следует проверить и их?
— Это займет несколько недель. — Покачал головой Драйстан. — Я буду следить за ними по камерам. Если будет движение, я его замечу. — Возможно, ей передалась его усталость? Она потерла глаза, борясь с желанием зевнуть. — Вы должны немного отдохнуть. Я буду в центре управления.
Ньял и Ирин с непроницаемыми лицами обменялись взглядами. Эстер проиграла битву с зевотой. Она так давно не высыпалась как следует, что даже эти узкие рабочие койки казались невообразимо комфортными. Она села на ближайшую, затем опустила голову на подушку, прохладная ткань ласково обняла ее голову.
«Здесь вполне безопасно», — подумала она, закрывая глаза. Иначе она бы это почувствовала. Ее дар был проклятием, но он никогда ее не подводил.
Она держалась этой мысли и позволила сну утащить ее.
Крик так резко вернул Эстер в сознание, что на мгновение она не имела ни малейшего представления о том, где находится. Охваченный паникой разум, словно провалился в черную и бесконечную пустоту. Резко вскочив, она ударилась головой о нижнюю часть койки над ней. Белый свет вспыхнул перед глазами, вернув ее сознание в смертную плоть. Ирин все еще кричала, ее громкие панические вопли неслись из прохода снаружи. Эстер вскочила на ноги и поспешила к ней, каждый нерв и мускул звенел от внезапного впрыска адреналина.
— Что случилось?
— Ньял – его больше нет… — Ирин сгорбилась в коридоре, словно испуганное животное, ее крик перешел в испуганный вой.
— Что значит, нет? — Эстер чувствовала себя заторможенной и глупой, голова пульсировала в такт учащенному сердцебиению. Она сделала полшага вперед. — Что случилось?
— Я не... Я не могу… — С видимым усилием воли Ирин поднялась. На полу рядом с ней не оказалось изуродованного трупа, только лужа темной жидкости, покрывающая пласкрит и размазанная по ладоням.
На этот раз жидкость нельзя было спутать. Это была кровь.
— Я спросила, что случилось?
— Он не мог успокоиться. — Ирин посмотрела на свои руки, ее глаза расширились от ужаса. — Он сказал, что хочет размять ноги. Прогуляться, чтобы развеяться. — Она подставила руки в свет люмена, словно любуясь парой блестящих малиновых перчаток. — Я не должна была отпускать его. Его не было всего несколько минут, а потом я услышала… Я услышала…
На плечо Эстер внезапно опустилась рука, и она обернулась, едва не закричав от неожиданности. Ведьма с растрепанными волосами — Махар, так она назвалась — поднесла палец к губам, требуя тишины. А затем коридор наполнился грохотом тяжелых сапог Драйстана, бегущего к ним.
— Что случилось?
— Я думала, ты смотришь камеры? — резко ответила Эстер и почувствовала легкое удовлетворение, когда щеки Драйстана покраснели. — Мы проснулись от крика Ирин. Ньял исчез. Ему не спалось и он решил пройтись. Там кровь. Ирин слышала какой-то шум. Больше мы ничего не знаем.
Драйстан сжался и побледнел. — Ирин, что ты слышала?
Ирин немного успокоилась и судорожно вдохнула. — Шаги. Тяжелее, чем у Ньяла. А потом — тихий звук, словно рвется шелк. — Ее щеки блестели от слез. — И все, что осталось, только кровь.
— Эстер. Ты можешь определить, что здесь произошло? — Драйстан наклонился и коснулся пальцами лужи крови.
— Могу. — Теперь, когда ее попросили, Эстер почему-то не ощутила желания использовать свой дар. Она не инструмент, который можно использовать по чьему-нибудь желанию, и пришло время Драйстану понять это. — Но я думала, это запрещено.
— Сделай это. Пожалуйста.
— Тогда тебе придется увести Итин отсюда. — Эстер одарила его сердитым взглядом. Если он хочет помощи, пусть сначала заслужит.
— Не вопрос. — Он проскочил мимо нее, схватил Ирин за шиворот туники и потащил подальше от лужи крови. Эстер наклонилась и коснулась пальцами темно-красной жидкости, чувствуя тепло и резкий медный запах, и больше ничего.
В животе все похолодело. Свежепролитая кровь должна излучать эмоции, как пылающее солнце теплый свет, но не эта. «Дары покинули ее?» — подумала она и едва сдержала истерический смех. Чудесное исцеление, которого она жаждала всю свою жизнь, наконец-то произошло. Тот факт, что это случилось здесь и сейчас, было очень иронично.
— Ничего, — наконец, сказала она.
— Ничего? — Лицо Драйстана словно окаменело, его голос стал тихим.
— Эта кровь мне ничего не говорит. Если только... — В ней загорелся крошечный огонек надежды. — Она не принадлежит... сервитору?
— А они здесь причем?
— Возможно ли… — Она провела языком по пересохшим губам, слова застряли в горле. — Мог ли их кто-нибудь перепрограммировать, разрешив нападать на чужаков? Это могло бы объяснить, почему я ничего не чувствую. — Она понимала, что хватается за соломинку. Она исключала возможность, чтобы столько пролитой крови Ньяла не содержало остатков эмоций.
— Забудь о сервиторах, — категорически заявил Драйстан.
Ирин, все еще причитая и всхлипывая, сползла вниз по стене подтянув и обхватила колени руками. Махар отступила в тень, ее сверкающие глаза перемещались от Драйстана к Эстер и к кровавому пятну на полу. В темноте как будто что-то двигалось, издавая едва уловимое шаркание. Возможно, это могла быть пыль и мелкий мусор, шелестящие на ветру.
Вот только воздух здесь был неподвижен.
— Идем в центр управления! — резко скомандовал Драйстан. — Все за мной! Бегом!
*
Экраны были все еще активны, а комната пуста. На консоли стояла кружка с остывающим внутри напитком, а на полу лежал в спешке опрокинутый стул. Драйстан закрыл дверь, поднял стул и сел за клавиатуру.
— Смотрите. — Он перемотал запись и снова включил ее. Из комнаты вышел Ньял, его лицо было бледным, он просто шел по коридору, вид сверху показал его лысеющую голову и пятно на плече туники. Ирин всхлипнула, потянувшись к экрану окровавленными руками, но Драйстан оттолкнул ее плечом. — Просто смотрите.
По экрану скользнула едва уловимая тень, и Ньял исчез. Драйстан остановил запись, перемотал назад и снова запустил в замедленном режиме. Сначала они увидели пропавшего псайкера. Он сделал шаг. Затем на мгновение заколебался. Он повернул голову, и на его лице отразился шок, а затем ужас.
А потом мелькнула тень.
Драйстан остановил запись. Его явно обуревал страх, он был острым и горьким, как пот. «Видимо, ее дар решил вернуться», — подумала Эстер.
— Смотрите. — Он переместил запись на один кадр, и тень оказалась в фокусе. Это явно был человек, одетый в доспехи с темной накидкой, развевающейся, как саван.
— Кто это… — начала Эстер, но рука Драйстана коснулась панели, и экран потемнел.
— Не думай об этом, — его голос выдавал напряжение, а рука дрожала.
— Он забрал его. Он увидел это... — Нарушила тишину Ирин.
— Я же сказал, не забивайте голову. — Драйстан отвернулся от экранов, его бледные щеки заметно покраснели. — Теперь мы точно знаем, что на станции кто-то есть. Нас четверо, а он один. «Эсперанса
— Через восемь часов мы все тоже можем умереть! — Слезы текли по лицу Ирин, оставляя борозды на ее щеках.
— Сюда ему не проникнуть. Если только… — Драйстан осекся, — если только у него нет достаточно мощного лазера, способного вскрыть эту защитную переборку.
— Нам не следовало вообще прилетать сюда. — С придыханием выдохнула Ирен. — Мы не должны были верить вам.
— Тебя никто не заставлял. — Драйстан повернулся к ней, но не встал со стула. — Ты хоть представляешь, чего нам это стоило? Сколько людей погибло, чтобы ты смогла попасть сюда?
— И какой от этого прок для любого из нас, если мы все умрем? — Рука Ирин метнулась к его лицу, и Драйстан схватил ее за запястье, вывернул и оттолкнул одним легким движением. Она отшатнулась, прижимая болящую руку к груди. — С меня хватит. Я ухожу.
— Подожди. — Эстер протянула руку, надеясь успокоить ее, но Ирин отшатнулась, словно она собиралась ударить ее. — Ты не можешь...
— Еще как могу. Эти грузовые контейнеры вернутся на Терру. Если тогда нас никто не заметил, то мы можем также вернуться в них.
— И что потом? — Эстер старалась, чтобы ее голос звучал спокойно. — Мы пропали на несколько недель. Ты не можешь просто взять и вернуться к своей прежней жизни, и даже если это выйдет, там ничего не изменилось. На таких, как мы, все еще охотятся…
— Откуда тебе знать? — Настала очередь Ирин покраснеть. — Потому что такие люди, как он
Эстер стиснула зубы. — Ирин, если ты выйдешь из комнаты, то, скорее всего, умрешь.
— А что, вы собираетесь добраться до «Эсперансы», не выходя отсюда?
Эстер открыла рот, чтобы ответить, но, не найдя аргументов, снова закрыла его.
— Отпусти ее. — Устало произнес Драйстан. — Пусть рискнет. Я буду ждать прибытия «Эсперансы
Ирин, похоже, не собиралась ждать. Эстер оклилкнула ее по имени, и она остановилась, ее рука зависла над панелью управления дверью.
— Пожалуйста, не надо.
— Я решила. — Дверь скользнула вверх, открывая зияющую черноту коридора. — Желаю вам удачи.
Ирин скользнула в темноту. Переборка с шипением опустилась на место.
Прошло не менее получаса, прежде чем Эстер заметила, что Махар тоже куда-то пропала.
— Сколько еще? — спросила Эстер.
Драйстан не отрывался от экранов. Он снова и снова, кадр за кадром, прокручивал момент перед исчезновением Ньяла. Остальные экраны отображали происходящее на станции в реальном времени.
— Что именно тебя интересует?
— Когда прибудет корабль? «Эсперанса», — Она попробовала незнакомое слово на вкус, наслаждаясь его звучанием. Еще день назад она ничего не слышала о нем. Теперь он стало средоточием всех ее надежд на будущее.
— Он уже в пути.
— Ты можешь вызвать их? Рассказать, что здесь случилось?
Драйстан покачал головой. — Я не могу нарушать протокол. Они пошлют сигнал, когда он достигнет точки Мандевиля, затем, заглушив двигатели, он будет дрейфовать, пока он не достигнет платформы. Мы не можем рисковать. Если люди, охотящиеся за вами, отследят его, то безопасное место, сам корабль и весь его экипаж окажутся в опасности.
— Безопасное место?
Он постучал по панели, и изображение замерло в момент поворота Ньяла. Его глаза расширились от удивления. — Планета достаточно далеко, чтобы затруднить жизнь охотникам. Там достаточно безопасно, насколько это вообще возможно для таких, как ты.
Она внимательно изучала его лицо. — А что насчет тебя?
— А что я?
— Зачем ты здесь? — Трудно было угадать его возраст — он, определенно, был старше ее. Его волосы уже тронула седина, тонкие морщинки собрались вокруг глаз, которые стали еще заметнее из-за загара. — Ты не один из нас. В чем твоя выгода от участия во всем этом?
— Теперь у меня та же самая цель, что и у тебя.
— Я не это имела в виду. — Несколько дней назад она бы и помыслить не могла, что будет вести подобные разговоры. Но ее смелость только усиливалась. Тем более, что альтернативой было молчание и невыносимое напряжение. — Зачем тебе это? Ты не один из нас. Ты мог бы быть в безопасности, делая... то, что ты обычно делаешь. А не рисковать своей жизнью здесь, в пустоте.
— Безопасность. — Фыркнул он. — Ничего из того, что я делал, нельзя назвать безопасным. Вот почему я здесь. Я видел достаточно из того, что ждет таких, как ты, и не собираюсь возвращаться.
— Ты один из… — Она наклонила голову. — Один из них? Охотник?
Это вызвало у него искренний смех. — Не смеши меня. Но есть вещи, которые они не могут или предпочитают не делать сами. Я видел достаточно и не хочу в этом участвовать. И когда появился шанс выбраться, я им воспользовался. Вот и все.
— Кто они?
Его лицо окаменело, словно захлопнулась невидимая дверь, и мимолетный момент откровения закончился. — Если хочешь совет, если дела пойдут плохо, не позволяй им взять тебя живой.
Комната погрузилась во мрак.
Прежде, чем Эстер успела отреагировать, Драйстан вскочил на ноги, схватил ее за руку и потянул за собой. Стул с грохотом упал на пол.
— Двигайся!
Мышцы Эстер рефлекторно напряглись, сопротивляясь его хватке. — Куда двигаться?
Он резко дернул ее за руку, потянув к себе, и включил фонарик. Пока он тащил ее к переборке, луч выхватывал обесточенные дата-станции, консоли и потухшие панели управления. — Он отключил питание.
— Что нам теперь делать? — Спросила Эстер, борясь с паникой. Она хотела просто забиться в тень и спрятаться, закрыть глаза и ждать, пока кошмар не закончится, но рука Драйстана крепко сжимала ее запястье, волоча к двери. — А что, если он там? Что, если он этого и ждет?
— Тогда нам конец. — Он коснулся потухшей панели у двери, затем, не получив реакции, открыл люк в стене рядом с дверью и потянул вниз U-образный рычаг. Пневматика с шипением выпустила давление, и он отпустил ее руку, чтобы поднять дверь так, чтобы они смогли пролезть под ней. — Но возможно, он все еще занят остальными, скрывающимися там, в темноте. — Он сглотнул и скривился, как будто его собственная слюна имела горький привкус. — Мы направляемся к стыковочной платформе. Если мы сможем добраться туда раньше него, и если челнок с «Эсперансы» будем там, то у нас все еще есть шанс выбраться отсюда.
На коже Эстер выступил холодный пот. Ее желудок сжался в узел, стало тяжело дышать, словно воздух внезапно уплотнился. Она ощутила приступ клаустрофобии, почти лишившись слуха и зрения.
— Что это? — спросил Драйстан.
— Я не… — У нее пересохло во рту, горло словно сдавила невидимая рука. — Я не могу...
— Это он.
Страха в его голосе оказалось достаточно, чтобы вывести ее из оцепенения, и она позволила тащить себя по коридорам, пока ужасающее давление не исчезло достаточно, чтобы она снова смогла ясно мыслить. Эстер провела рукой по лицу и обнаружила на ней кровь.
— Он ушел? — с хрипом выдавила она.
— Он не преследует нас, — прошептал Драйстан. — По крайней мере, пока.
Эстер попыталась замедлить дыхание и унять участившийся пульс. Каждый дюйм ее кожи был покрыт потом, ее мышцы кричали от перенапряжения. То, что она чувствовала, вышло за рамки обычного страха, перейдя в удушающий ужас. Одно лишь ощущение присутствия охотника разрушило все ее самообладание, уподобив скотине, подготовленной к убою, рациональность заменил первобытный инстинкт самосохранения.
— Как он это делает?
— Главное, не в том, что они делают, а кем являются. — Раздался из тени низкий, мягкий с сильным акцентом голос. Махар вышла из тени в свет фонаря. Что-то изменилось в ней, хотя внешне она осталась грязной оборвашкой. Ее волосы были собраны на макушке в импровизированную косу-корону. Также она нанесла ряд горизонтальных ран на щеки и лоб, покрыв нос, веки и подбородок полосами из ее собственной крови. Она держалась прямо, теперь больше напоминая техноварвара.
Драйстан заметно нервничал. — Нам нужно поспешить на причальную платформу.
— Ты не сможешь убежать от охотника, — пробормотала Махар, словно повторяя заученное наизусть поверье. — Охотника невозможно остановить. В свое время мы встретимся с ним лицом к лицу.
Драйстан покачал головой. — Ты хоть понимаешь, что говоришь? Он разрушит любой твой план, и если тебе очень повезет, то ты умрешь быстро.
— Возможно, да. Возможно, нет. Мой народ очень хорошо знает Рыцарей Забвения1. Они забрали многих моих соплеменников, но они не лишены слабостей.
— Ты видела Ирин? — спросила Эстер.
Махар покачала головой. — Нет. Но я слышала, как ее забрали. Сейчас она со своим братом.
— Мертва?
— Конечно, нет. — Лицо Махар скривилось в неком подобии улыбки. — Ты ведь знаешь, что охотники уготовили нам иную судьбу.
Ужасный, обжигающий холод снова распространился по конечностям Эстер. Она смотрела в прищуренные глаза ведьмы и видела отражение собственного обеспокоенного лица. — Посмотрим, — сказала Эстер. — Он идет.
Драйстан кивнул. — Тогда уходим. Немедленно.
*
Они бежали, коридоры переходили один в другой, вызывая ощущение, что они оказались в улье какого-то огромного доисторического членистоногого. На камне стен остались огромные царапины: следы когтей горнодобывающих машин. Воздух стал заметно прохладнее, наполненный горьким привкусом озона и далеким гулом. Они явно приближались к поверхности, выходящей в открытый космос. Эстер бежала, пока натруженные легкие не начали гореть. Она попробовала определить место нахождения охотника, но не смогла пробиться сквозь завесу страха и паники, исходящую от ее спутников.
Земля под ногами так сильно содрогнулась, что ее отбросило к стене.
— Кто-то пристыковался, — бросил Драйстан, не сбавляя шага. — Челнок с «Эсперансы
Из дальнего конца туннеля лился бледный свет, медленно становясь крошечными точками далеких звезд. Когда они достигли поверхности астероида и выбежали на пыльное серое плато, воздух стал разреженным и холодным, гравитация ощутимо уменьшилась. Пахло озоном, искусственную атмосферу создавали ржавые массивные установки, усеивающие огромное плато. Звезды мерцали невероятно ярким светом, но всю их красоту затмевал обещающий спасение челнок, виднеющийся впереди. А над ним, словно яркая люстра, висело то, что могло быть только пустотным кораблем.
Двести ярдов до свободы. Эстер заставила свои ослабевшие ноги двигаться быстрее, но покрытый пылью камень оказался довольно скользким, да и уменьшившаяся гравитация скорее мешала, чем помогала. Воздух стал слишком разреженным, из-за чего стало тяжелее дышать. Пробирающий до костей холод снова разлился по конечностям Эстер.
Махар схватила Эстер за руку, ее ногти впились в мягкую кожу. А когда Эстер повернулась, чтобы выразить протест, ее встретил полный ярости взгляд.
— Беги! Я разберусь с охотником! — сказала Махар. — Пока еще есть шанс, но охотник не должен добраться до спасательного катера. Если это произойдет, все потеряно.
Она поднесла руку к лицу и ногтями нанесла себе новые раны. Кровь залила ее щеки. — Меняющий Пути, услышь меня! — В ответ появился глухой гул, он то усиливался, то ослабевал, как если бы какой-то механизм прогревался после долгого простоя. Лицо Махар напряглось от усилия. Кроваво-красная дымка поднималась от ее кожи, неся с собой резкий медный запах. — Я приношу свою кровь и плоть тебе в жертву! Даруй мне свою силу и гнев, чтобы противостоять…
Голова Махар взорвалась.
Эстер открыла рот, но от неожиданности и шока, не смогла выдавить и слова. Ее ноги внезапно налились свинцом и она застыла на месте, смотря, как безголовый труп сделал неуверенный шаг вперед, опустился на одно колено, а затем упал. Драйстан держал стаб-пистолет, из дула вытекала тонкая струйка дыма, его лицо было напряжено.
— Зачем? — наконец, выдавила Эстер.
— Есть вещи похуже охотника.
И словно он этого только и ждал, охотник, наконец, вышел из темного туннеля на свет.
Она носила монохромный богато украшенный силовой доспех, ее темные волосы были собраны в пучок на макушке, нижнюю половину лица скрывал бевор, выступающий, как нос пустотного корабля. Она словно вышла из кошмара, огромный двуручный меч покоился в ножнах за спиной, за ее спиной развевался тяжелый плащ с меховой оторочкой. От нее волнами исходил холод, высасывая из Эстер остатки сил вместе со всеми красками мира.
Женщина подняла руки и сделала резкий жест, явно адресуя его Драйстану. Его пистолет все еще был поднят, дуло направлено прямо в грудь женщины, но это ее явно не беспокоило. Она продолжила жестикулировать, ее пальцы мелькали слишком быстро, чтобы глаз обычного смертного мог уследить за ними, и он покачал головой, его лицо покраснело то ли от страха, то ли от смущения, или того и другого одновременно. Он бросил косой взгляд на Эстер, затем едва заметно указал головой в сторону катера. Его посыл был предельно ясен: если она окажется достаточно быстрой, то все еще может сбежать.
— Леди Дженеция. — Драйстан все еще твердо держал пистолет, направленным в ее сторону. Охотник покачала головой и снова зажестикулировала, ее бесцветные глаза ничего не выражали. — Это неправильно. Все это: охота, Золотой Трон и Его голод. Ничто не стоит этой жертвы – этой бойни. Даже Он…
Охотник приблизилась к нему, ее глаза сузились, а руки продолжали выводить знаки. Лицо Драйстана заметно побледнело. — Прошу, пойми — «Эсперанса» — маяк надежды в наступившие темные времена. Люди, которых она спасает, могут еще пригодиться вам в грядущей войне.
Левая рука рыцаря резко опустилась вниз. Эстер не требовалось знать язык жестов, чтобы понять, что разговор окончен.
— Хорошо. — Драйстан склонил голову. — Осмелюсь попросить чистую и быструю смерть от твоей руки. Надеюсь, я заслужил это, учитывая мою прежнюю службу на твоем корабле.
Рыцарь замерла, задумчиво склонив голову, затем кивнула. Ее взгляд покинул его лицо лишь на долю секунды, но этого было достаточно. Его палец уверенно нажал на курок, но за мгновение до того, как пуля покинула ствол, клинок Рыцаря с невероятной скоростью отрубил ему руку у запястья. Рука, все еще сжимающая пистолет, оставляя кровавый след, отлетела в сторону. Драйстан смотрел на обрубок широко раскрытыми от неверия глазами, его рот открылся, но второй молниеносный удар снес ему голову с плеч.
«Пистолет»
Эстер пришла в движение, не дожидаясь, когда он коснется земли. Отказывающие конечности с мучительной медлительностью волочились по пыльной земле. Одно лишь присутствие Рыцаря Забвения превращало ее кровь в лед, скручивало кишки в узел и превращало сердце в трепещущий кусок мяса. Пистолет ударился о землю и выскочил из ослабевшей хватки. Эстер упала на колени и попыталась поднять его, шаря руками в пыли. Рыцарь Забвения приближалась к ней, держа потрескивающий силовой клинок.
У нее оставались считанные секунды.
Она, наконец, нашла пистолет, вскинула его и выстрелила точно в центр нагрудника воина. Пуля срикошетила, не причинив никакого вреда.
Это конец.
«Если случится худшее, не позволяй им взять тебя живой».
Эстер поднесла пистолет к виску, но прежде чем она успела нажать на курок, Рыцарь налетела на нее, выбив пистолет из рук и опрокидывая ее на землю. Рука схватила Эстер за комбинезон и легко перевернула ее на спину. Сверкающие темные глаза Рыцаря смотрели на нее, пока ее руки закрепили магнитные наручники на запястьях Эстер, а затем ее лодыжках. Рыцарь Забвения установила специальный зажим на ее рот, и, перешагнув через нее, направилась к челноку, удерживаемому стыковочными зажимами.
Эпоха просвещения отрицала существование богов, но Эстер все равно молилась им, как это делали ее предки на протяжении многих поколений.
«Даруй мне быструю смерть».
Но ответа не последовало.
Смерть заберет Эстер, но не сейчас. Ее последнее путешествие, прежде чем она достигнет подножия Золотого Трона, займет много световых лет, но, по крайней мере, там ее молитва будет услышана.
Notes
[
←1
]
Рыцарь Забвения - старший офицер Сестер Безмолвия