Книга издательства Forge World за авторством Алана Блая. Номерное издание 4, посвященное вторжению магистра войны в северный Империум после предательства в системе Исствана. Включает описание четырех рыцарских домов и Солярной Ауксилии.

«И настал день, когда солнце заплакало кровью, а сам воздух стал пеплом, и люди взмолились о спасении, но никто не внял их мольбам, ибо Ангел Смерти сошёл с небес, и всё было кончено…»

Апокрифы Терры

Мрак окутал Галактику, и наступила эра Тьмы.

Лишь тьма осталась там, где некогда недолго горело яркое пламя надежды Империума на безопасность, на спасение, на единство, на свет. Тьма и первобытный ужас, страшнее неведомых кошмаров Долгой Ночи, царившей до пришествия Императора. Ужас, стократ более страшный потому, что мы сами породили и сотворили его, потому, что наше величайшее и самое грозное оружие обратилось против нас. У ужаса было имя.

Гор.

По воле своего творца он был назначен магистром войны и возвышен среди других примархов, и не без причины. Генерал, полководец, чемпион, сокрушитель миров, повелитель легионов, полубог среди людей – таким был Гор, но такими же были и его братья. Так чем же он отличался, почему он был избран? Ответ безумно прост и столь же очевиден, хотя многие пытались отрицать его ещё до предательства, восхваляя мудрость Гиллимана, отвагу Вулкана и хитрость Русса, словно всё это уравнивало их друг с другом, хотя это было не так. Ответ заключается в том, что из всей своей сверхъестественной родни Гор был самым опасным. В нём в той или иной степени сочетались все сильные стороны его братьев, а обаяние, способность направлять других, как смертных, так и сверхлюдей, само по себе было достоинством Гора.

Вдобавок к этому, символом и печатью Гора не зря стало Око, ведь видел он многое, и взор его был неусыпным, но это был взгляд не стража, а хищника. Своим взором он видел любую слабость, неважно, сколь хорошо скрытую, и видел возможность её использовать, возможность легче всего уничтожать. И теперь это зловещее Око обратилось на Империум. Угли Исствана ещё догорали, превращаясь в пепел, а он уже смотрел на всё, что создал в Галактике Великий крестовый поход, и всюду видел слабости. Гор видел изъяны в сомкнутых рядах защитников Империума и в сердцах его солдат, и знал, как их использовать. Когда-то он сражался во имя Императора, но теперь разрушит всё, что строил сам и возводили его братья. Гор вновь станет завоевателем, но в этот раз станет сражаться ради себя самого.

Свет Империума погаснет в когтистой руке магистра войны.

Началась эра Тьмы.

А.К.

«Рабам неважно, чьи руки держат кнут, ведь они знают лишь его властное прикосновение, уверенность надзирателей и неизбежность боли».

Хтонийская пословица

В 006.М31 Империум Человечества содрогнулся от страшнейшего удара в своей истории – предательства магистра войны Гора и, как позднее выяснилось, половины величайших воинов человечества, космодесантников Легионес Астартес. Восемь из восемнадцати легионов открыто присягнули делу магистра войны, тогда как решение девятого, позднее присоединившегося к ним, оставалось неизвестным. Что же до остальных, то три из оставшихся верными легионов были разгромлены на чёрных песках Исствана V, став жертвами резни в зоне высадки, невообразимой западни, организованной самим Гором. Основные силы Четвёртого были разбиты в кровавом пустотном сражении за систему Фолл.

Пять уцелевших, но ещё не вышедших на связь верных легионов были рассеяны, находились на большом расстоянии друг от друга и от Терры и, в случае двух из них, стали жертвами новых трагедий и жестоких ловушек. В результате они были на время связаны боями и несли потери, что было частью зловещих и давно готовившихся замыслов магистра войны.

Однако, несмотря на сокрушительный удар, нанесённый мощи и стабильности Империума, не все склонились перед волей Гора, а благодаря капризу судьбы и непримиримой отваге уже разбитых им верных воинов, магистр войны лишился возможности провести внезапную атаку на Терру и победить в войне ещё до её начала. Более того, каждое сражение стоило ему огромных потерь. По мере нарастания открытой войны и междоусобных битв воителей из Легионес Астартес, Механикум и имперских солдат стало ясно, что количество потерь будет пугающе большим даже в тех случаях, когда одной из сторон удастся застать другую врасплох. Счёт погибших воинов Империума, не являющихся космодесантниками, уже исчислялся миллионами и нарастал в арифметической прогрессии по мере разрастания масштабов войны.

И теперь с этой войной нельзя было покончить одним смертельным ударом, и сражающимся предстояли затяжные битвы и реконкисты, безжалостное истребление и отчаянная оборона. Огромный, охватывающий всю известную Галактику Империум превращался в поле боя, где ради победы воинам стоило быть готовым не только к дерзким операциям, но и к войне на истощение. И эта война, которая охватит тысячи миров и обречёт на гибель бесчисленные миллиарды, была столь невообразимо масштабной, что, возможно, целиком её не мог охватить даже разум примарха, такого как Гор, названного творцом первым среди своего рода.

Полагаю, что никому не следовало удивляться невыразимой жестокости, творящейся на полях сражений разгорающейся войны, ведь её узнал бы каждый, видевший разрушительную ярость тех же самых воинов в годы Великого крестового похода, когда легионы покоряли мир за миром, предавали мечу целые виды чужаков и повергали империи, просуществовавшие тысячелетия.

И теперь эти легионы обрушились друг на друга и на миры, которые некогда клялись защищать до самой смерти. Полем безжалостных сражений стал весь Империум, и человечество узрело погибель, которой раньше предавало чужаков.

Галактика будет гореть.

Многое остаётся неясным в отношении стратегических позиций, операций и организационной структуры верных магистру войны Гору войск на раннем этапе войны, историкам не удаётся надёжно оценить даже численность этих войск. Из-за порчи, неуместной верности или слепого неведения и повиновения приказам на стороне магистра войны выступили около половины легионов титанов и бесчисленные воинства Экзертус Империалис – сотни миллионов солдат, боевых машин и кораблей. Но этого было недостаточно. Тысячи кораблей могли пробить оборону Терры, десятки миллионов ауксилариев могли отдать жизни, осаждая Врата Вечности, и десятки миллионов последовали бы за ними один за другим, но Гор знал, что этого будет недостаточно. Недостаточно против защищавших Терру сверхлюдей, против Легио Кустодес и укреплений, созданных по замыслам самого Императора и удерживаемых теперь Рогалом Дорном и его сынами.

Вследствие этого не будет преувеличением сказать, что нам следует уделить главное внимание местоположению и силе предавших легионов на тот период. К этому времени на стороне магистра войны сражались следующие легионы: Сыны Гора, Дети Императора, Гвардия Смерти, Железные Воины, Повелители Ночи, Пожиратели Миров, Альфа-Легион и Несущие Слово. Рассеянные остатки Тысячи Сынов, которые позднее присоединились к предателям, на тот момент не принимали активного участия в войне, а их местоположение и даже верность оставались неясными после апокалипсической битвы за Просперо. Хотя резня в зоне высадки и стала страшным ударом для верных Императору, предавшие легионы также не ушли из страшной битвы невредимыми. Это, вкупе с понесёнными во время чисток на Исстване III и в других сражениях потерями, серьёзно ослабило силы Гора к моменту начала открытой войны.

Невозможно получить точные данные касательно численности Легионес Астартес, но, согласно обоснованным расчётам, потери предателей после битв на Исстване, Фолле и Парамаре составляли около ста тысяч Легионес Астартес, по сравнению с неизвестным, хотя вероятно большим в три или в четыре раза, числом погибших верных Императору воинов. По многим оценкам это оставляло в распоряжении магистра войны около девятисот тысяч Легионес Астартес, а численность лоялистов составляла чуть более двух третей от этого числа. Конечно, эту оценку нельзя назвать точной, поскольку картину ещё сильнее изменили будущие события на Калте и Сигнусе Прим, однако из неё можно сделать вывод, что даже после резни в зоне высадки Гор не получил достаточного преимущества. Немедленное и всеобщее наступление на Терру и в сердце сегментума Соляр, готовящегося к войне, стало бы сомнительным стратегическим решением, не гарантирующим победы. Таковы были факты, на основании которых Гор планировал свои следующие шаги.

Теперь нам представляется вероятным, что его стратегия была основана на древней максиме, гласящей, что при противостоянии многочисленному врагу, рассеянному по обширному географическому или, в нашем случае, звёздному региону, ведущая к победе стратегия звучит как «разделяй и властвуй». Гор, как и подобает несомненному военному гению, не ограничивал себя в стратегии кажущейся простотой, поставив не только долгосрочные, но и краткосрочные связанные между собой тактические цели. Первой и, возможно, главнейшей из них было намерение ослепить, обескровить и сбить с толку врага, в нашем случае представлявшего собой обширные владения Империума Человечества.

По приказу Гора война должна была вспыхнуть в каждом уголке Империума, на каждом возможном поле сражений. Небольшие удары отборных команд, поддерживаемые террористические кампании и гражданские волнения, выверенные удары, направленные на уничтожение цепочек снабжения, сокрушение узловых точек обороны сегментумов и разрыв астротелепатических коммуникаций – всё это стало оружием. Грозные, возглавляемые легионами общевойсковые боевые формирования проводили полномасштабные кампании с целью завоевания и уничтожения, действуя подобно мрачному отражению экспедиционных флотов Великого крестового похода, вернувшихся, чтобы порабощать и завоёвывать всё, что было ими создано. С этой целью Гор также отправил в разные точки по всему Империуму тактические группы, состоящие из основных сил целых предавших легионов, таких как Повелители Ночи и Железные Воины, отдав приказ захватывать, сдерживать и уничтожать, а также, что важнее, ослаблять и провоцировать сопротивление Терре. Это позволило бы рассечь силы лоялистов, сокрушить и истребить их поодиночке.

Можно предположить, что таким образом Гор надеялся сохранить в своих руках инициативу, оставить за собой выбор сражений, и рассчитывал на неповоротливость громадных сил Империума, связанных необходимостью защищать как можно большую территорию, дабы не потерять контроль над целыми секторами. Свой вклад в дело предателей вносили и преследующие собственные мелочные цели мятежники и сепаратисты. Гор, когда-то бывший защитником Империума, раскрыл его величайшую слабость – под кажущимся единством человечества, покорённого в войнах и связанного сетью коммуникаций, власти и исходящей от самой Терры угрозы наказания лежала возможность раскола, восстания и гражданской войны в случае ослабления цепей. Одной лишь изоляции огоньков человеческих цивилизаций, разделяемых безразличной пустотой, и вечного страха перед ужасными чудовищами, таящимися среди звёзд, было достаточно, чтобы погрузить в анархию целые миры.

Эти ужасные кампании разрушения и страха, первые годы Ереси, вошли в исторические труды как «эра Тьмы», не в последнюю очередь потому, что волнения и мятежи были столь масштабным и всеобъемлющими, что вся история бесчисленных катастроф и геноцидов тех времён никогда не увидит света. И даже это было для Гора очередным средством, а целью было не только ослабление и постепенное расчленение Империума вокруг Терры, но и постоянное укрепление своих армий.

Вследствие необходимости вести войну против Империума и убить его повелителя, для Гора и его армий было жизненно важно не просто сохранять, но и преумножать с максимальной скоростью свои военные силы. Для начинающих историков типично ошибочное предположение, что легионы обладали своей самой большой численностью в начале Ереси Гора, а дальше они лишь уменьшались с боевыми потерями до самого конца её, словно фигуры на шахматной доске. Это абсолютно неверно.

С самого начала все стороны стремились увеличить приток новых Легионес Астартес, ускорив и расширив процессы имплантации геносемени и миметического программирования до прежде невиданного уровня, что часто приводило к страшным последствиям. Ещё до восстания было известно, что отличающиеся жестокостью легионы, такие, как Пожиратели Миров, сократили время создания космодесантников до двух лет, а возможно и меньше, несмотря на пугающе высокий процент неудач. В прошлом это осуждалось и вызывало споры, но с началом галактической гражданской войны срочная необходимость перевесила опасения, как для предателей, так и для лоялистов. Хотя мы и не имеем доступа к подробным докладам о действиях отдельных легионов, можно сказать, что процесс набора не только был ускорен, но и охватил гораздо большие территории. Предположительно, десятина юношей начала собираться с десятков ранее не используемых пригодных миров. Десятки миллионов были призваны в армии обеих враждующих сторон, и из их числа для преображения выбирались самые лучшие, из которых один среди сотни переживал поспешные операции.

Конечно, не каждая подобная попытка увенчалась успехом, что позднее показала ужасная трагедия Гвардии Ворона, но благодаря этому численность ряда легионов за годы Ереси Гора увеличивалась на десятки тысяч – особенно тех легионов, которые обладали стабильным геносеменем или обширными апотекарионами и достаточными ресурсами для применения массовой имплантации. Новобранцев ждало кровавое крещение огнём и, предположительно, некоторые из них даже не знали, на чьей стороне или в чьём легионе сражаются, когда впервые оказывались на наковальне войны.

Однако вихрь Ереси Гора оказался весьма эффективным горнилом, и подразделения новых воинов, образованные вокруг ядра из закалённых ветеранов Великого крестового похода, сражались в первых и самых кровавых сражениях гражданской войны. Следствием постоянного притока вновь созданных Легионес Астартес была необходимость вооружать и снаряжать их, а потому для обеих сторон на войне оказалась крайне важна верность и власть над ключевыми мирами-кузницами, особенно после того, как лоялисты блокировали Марс, цитадель предателей в сердце самой системы Сол. Запасы высокотехнологичного оружия и брони, межзвёздные корабли и простые патроны – всё это стало ценными ресурсами, за которые сражались люди, не раз сжигавшие дотла промышленные миры и оставшиеся беззащитными крепости, чтобы те не попали в руки врага. Возникающие требования, спровоцированные междоусобной войной, развитие тактики и вооружения – всё оказывало неоспоримое влияние на сражающихся, и армии на обеих сторонах начали быстро меняться: некоторые из-за влияния тёмных и тогда ещё неведомых сил извне, а другие под безразличными и жестокими ударами войны. Сплочённых, несмотря на различия, и сомкнутых строёв легионов времён Великого крестового похода не стало. На их месте сражались жестокие ангелы смерти и разъярённые армии, не зная ни пощады, ни передышки, практически неузнаваемые.

Так называемое «Завоевание Манахеи» – кампания, проведённая под личным руководством магистра войны Гора в поздние месяцы 007.М31. Она является одновременно примером того, как армии магистра войны обрушиваются на сочтённые им ценными секторы Империума, так и того, насколько быстрыми и жестокими могут быть подобные кампании. Сейчас в ней можно увидеть образец, схему, повторяющуюся в отношении десятков подобных войн, как в плане стратегии, так и в плане ужасных последствий для миров, захваченных предателями во времена эры Тьмы.

Завоевание Манахеи, проведённое самим Гором и его внутренним кругом командиров, стало краеугольным камнем в череде связанных между собой кампаний, флотских операций и локальных войн, подобно буре пронёсшейся между 006.М31 и 008.М31 по звёздному региону, называемому Коронид Туле или Коронидские Глубины. Данный регион, раскинувшийся в пограничье между сегментумами Обскурус и Ультима и включающий в себя на тот момент часть главных промышленных миров северного Империума, оказался практически отрезан от прямой связи с сегментумом Соляр из-за нарастающих возмущений в варпе, вылившихся в так называемый «Гибельный шторм» после мрачных событий на Калте в 007.М31.

Жемчужиной региона являлась Манахея – густонаселенный и развитый мир-улей первого класса, находящийся в центре собственного подцарства близлежащих обустроенных звёздных систем. Поэтому Манахея оказалась бы крайне полезной для Гора в грядущей войне, не в последнюю очередь для стратегического контроля региона, обладая обширными запасами живой силы, а также промышленными мощностями, которые можно было быстро перевести на военные нужды. В близлежащих секторах также находилось богатое минералами скопление Циклопа, дом двух полноценных миров-кузниц Механикум, важной флотской стоянки Армады Империалис Порт-Пасть, нескольких независимых рыцарских миров и ряда агромиров и других колоний, которые можно было использовать для поставок провизии и припасов армиям магистра войны во время долгого марша к Терре.

Однако эта добыча не была беззащитной. Несмотря на действия посланников предателей в регионе, большая часть армий и планет уже вступила в войну против Гора, имперские командующие региона были оповещены пронёсшимся, словно лесной пожар, сообщением о расправе на Исстване III, разошедшемся с Терры. То, что такое предупреждение дошло до региона, в отличие от многих владений и секторов, не знавших о предательстве ничего, было следствием относительной близости пограничья к самой системе Исствана. Порт-Пасть стал стоянкой и базой снабжения для флотов, отправившихся туда навстречу року.

Не считая ряда заметных исключений, гарнизон имперских миров Коронидских Глубин составляли корабли Армады Империалис и подразделения Имперской Армии Экзертус, созданные по принципам Солярной Ауксилии. Данная схема развёртывания и подготовки особенно подходила для защиты этого региона, поскольку благодаря специальному снаряжению и обучению такие подразделения могли сражаться во враждебной внешней среде и пустотных битвах, что являлось обычным делом на этой окраине Империума. Также высокотехнологичные производства таких миров, как Агатон и Манахея позволяли обеспечивать всем необходимым Солярные Акусилии, что было бы просто невозможно в большинстве колониальных миров. И данные подразделения уже неоднократно сдерживали налёты ксеносов, подавляли восстания мятежников и, изредка, отражали полномасштабные вторжения до прибытия подкреплений. Ауксилии были хорошо экипированы оружием, бронетехникой и кораблями, а численность регулярных войск составляла сотни тысяч бойцов. Однако они никогда не противостояли немыслимому врагу – космодесантникам самого Империума.

И вот, в последние дни 006.М31 до придворных и советников Коронидских Глубин дошли ужасные и спешно засекреченные сообщения о том, что случилось нечто невообразимое – предатели разгромили посланные за ними армии на Исстване V. Сначала от этих докладов отмахивались, сочтя их намеренной дезинформацией, однако затем показались первые разбитые корабли лоялистов, выживших в пустотной битве над Исстваном, ища убежища от преследующих их гончих Гора. Страх охватил Манахею, Агатон, Мезоа и сотни других великих и малых миров вдоль пограничья. На Терру были посланы запросы о помощи и приказах, но они исчезли в ослепительных шквалах помех Имматериума. Зажатым между бурями варпа и чёрной пустотой мирам Коронидских Глубин оставалось лишь ждать дьявола, крадущегося во тьме…

«Mortus Autem Horus Rexia».

Надпись, вырезанная на трупе Гуалда Нумо, имперского командующего Тараканиса, при Геноциде Тараканиса

006-007.М31

Скопление Циклопа первым из регионов Коронидских Глубин ощутило на себе войну в ранние годы Ереси Гора. Скопление, известное в те времена как своим объёмом промышленного производства, так и суровостью условий жизни, являлось ключевым элементом в поставках припасов и расширении Империума – как вдоль Коронидских Глубин, так и вдоль востока сегментума Обскурус. Эти факторы сделали скопление основной целью для атаки, поскольку известный многим навигаторам варп-маршрут через его звёздные системы был всё ещё свободным от помех, и, следовательно, являлся желанным путём к отступлению для бегущих от катастрофы на Исстване лоялистов.

Пока Терра и немногие избранные влиятельные имперские командующие, узнавшие о предательстве Гора и предположительно четырёх легионов, с дурными предчувствиями ждали исхода битвы за Исстван V, миры скопления Циклопа и миллиарды их обитателей продолжали жить в блаженном неведении. Уровень угрозы во многих пограничных мирах был повышен, но это являлось обычным делом в скоплении, как и в других регионах Глубин, а командование не оповещало солдат о причинах и том, кем был враг. Изменение кодов безопасности и матриц прицеливания для ликвидации кораблей четырёх изменнических легионов и их флотилий сопровождения стало экстренной, но, в конечном счёте, тщетной мерой предосторожности.

Первым предвестником войны стал корабль мертвецов. Бдительные сервиторы орудийных станций, окружающих астропатический маяк системы Гефсимания, засекли «Малиновый рассвет», принадлежащий Детям Императора фрегат типа «Гладиатор», движущийся на низкой скорости по краю системы. Авгуры ближнего радиуса действия поднятых по тревоге разведывательных быстрых катеров обнаружили, что корабль сильно повреждён и почти обесточен. Опознав корабль как выведенное из строя судно врага, капитан-смотритель системы принял решение не допустить фрегат до центральных миров системы, остановить его и взять на абордаж со всеми должными предосторожностями. Не оставляя ничего на волю случая, два главных защитных монитора системы, «Гай Гераб» и «Бронзовый бык», провели безупречную операцию. Солдаты-велиты высадились на борт, не встречая сопротивления.

Внутри они не обнаружили ничего, кроме мёртвых. Резня – вот что произошло в коридорах, где космодесантники и члены экипажа в пурпурной униформе легиона Фулгрима сражались в жестком ближнем бою и защищали свой корабль от собственных сородичей из числа Легионес Астартес в бело-лазурной броне Пожирателей Миров Ангрона до полного взаимоуничтожения. Дальнейшее исследование корабельных журналов показало, что «Малиновый рассвет» стал жертвой в отчаянной битве над Исстваном III, его оставшаяся верной команда попала в жестокую засаду предателей. Во время беспорядочной битвы в системе, где предатели истребляли своих собратьев, находящийся под плотным огнём фрегат едва смог уйти, и битва продолжалась уже в варпе, пока корабль не превратился в гробницу, летящую по заданному курсу. Его навигатор цеплялась за жизнь даже тогда, когда отказывали системы корабля, желая даже ценой своей смерти исполнить долг и передать предупреждение – которое, чего она не знала, уже передали другие. Когда после тяжёлого пути фрегат выпал в реальный мир во тьме меж звёзд скопления Циклопа, жизнь покинула тело навигатора прежде, чем она смогла отправить сигнал тревоги.

Это знаменательное событие вызвало большую тревогу среди верховного командования Гефсимании, однако, когда срочные сообщения только отправлялись на Порт-Пасть и Ласкал, ткань реальности вновь разорвалась, и появились охотники: звено из четырёх тяжёлых эсминцев типа «Разор» в синевато-серых и бронзовых цветах 507-го штурмового дивизиона, соединения Армады Империалис, закреплённого за 63-м экспедиционным флотом магистра войны Гора. Следом же за охотниками плыл сам распорядитель охоты – «Икона», линейный крейсер типа «Затмение» в тёмных сине-зелёных цветах Сынов Гора. Битва началась, предатели начали безрассудную атаку на системные защитные мониторы, эсминцы запустили залп торпед с ядерными боеголовками, едва войдя в зону поражения. Гефсиманские защитные мониторы являлись мощными кораблями, спроектированными для долгосрочных операций, каждый из них обладал огневой мощью крейсера и бронёй, достойной линкора. Используемые в первую очередь для планетарной блокады и пикетов мониторы были медленными и неторопливыми по сравнению с противостоящими им межзвёздными кораблями. Турболазеры и батареи плазмомётов шквальным огнём сбивали на подлёте торпеды «Разоров», а собственные хребтовые лазеры мониторов вели огонь по петляющим сквозь паутину взрывов эсминцам.

Приблизившись друг к другу для создания перекрывающихся огневых полей, мониторы перешли к оборонительной тактике, для которой и были спроектированы, а тем временем расстояние между кораблями лоялистов и предателей неуклонно сокращалось, несмотря на непрерывные торпедные залпы эсминцев и канонаду системных судов. Люди на мостике «Бронзового быка» ликующе закричали, когда один из эсминцев предателей взорвался от прямого попадания лэнса в реактор, однако торжество быстро сменилось ужасом и отчаянием, пришедшим от оставленного на борту разбитого «Малинового рассвета» минимального экипажа. Они видели то, что не видели мониторы, ослеплённые своим же шквальным огнём и взрывами торпед – «Икону», чьи мощные тяжёлые двигатели разогнались до предела, отделившуюся от сопровождающих эсминцев, обошедшую перестрелку по широкой дуге и готовую ударить во фланг.

Охваченные паникой офицеры «Бронзового быка» пытались встретить новую угрозу, но перенаправление огня лишь открыло брешь, в которую не замедлил ворваться последний торпедный залп, ударив корабль по миделю в то же мгновение, как заговорили залповые батареи макропушек «Иконы», вскрывшие монитор от носа до кормы. С презрительной небрежностью крейсер пролетел между двумя системными кораблями, выпуская рои «Когтей ужаса». Уцелевший монитор «Гай Гераб» был взят в клещи и подбит последним совместным торпедным залпом подлетевших эсминцев. А затем в поверженные защитные суда впилась штурмовая волна «Когтей ужаса», выпустив свой груз – Сынов Гора, когда-то бывших величайшими воинами человечества. Экипажу осталось лишь с отчаянной тщетностью бороться за жизнь.

Лишённая своих величайших защитников система Гефсимании оказалась беззащитной против охотничьей эскадры предателей, и высаженный на «Малиновом рассвете» экипаж бессильно наблюдал, как орудийные станции и сторожевые посты один за другим безжалостно уничтожаются извне зоны поражения. Лишённые защиты мониторов немногие неподвижные защитные системы Гефсимании были уничтожены поодиночке, от них остались лишь пылающие обломки, а крики и мольбы о помощи на всё ещё открытых вокс-каналах «Гая Гераба» постепенно затихали…

Спустя несколько часов «Когти ужаса» отделились от добычи и отправились обратно к кораблю-носителю. К этому времени «Гай Гераб» и «Бронзовый бык» превратились в искорёженные бойни, истекающие воздухом в пустоту, а от астропатической станции-передатчика системы осталось лишь рассеивающееся облако пара. Гефсимания Колонус, главный обитаемый мир системы, приготовивший планетарные орудия для отражения атаки, которая так и не настала, был пощажён. Однако, уходящая в варп «Икона» оставила зловещее сообщение – сообщение, чья суть оставалась неизменной по всему скоплению Циклопа, меняясь лишь словами, и которое повторится в грядущие годы в сотнях звёздных систем, мрачный ультиматум, обещающий будущее, полное лишь отчаяния и погибели.

«Склонитесь перед ним, магистром войны,

Покоритесь Его истине.

Служите тем, кто служит Ему,

Внемлите лишь их словам.

Империум – Его. Человечество – Его.

Вы – Его.

Покоритесь магистру войны или умрите от Его руки.

Иного выбора нет, и вы получите лишь одну возможность преклонить колени.

Гор – Владыка. Гор – Смерть»

Уничтожение Гефсиманского астропатического передатчика, жизненно важного для системы, часто тревожимой возмущениями варпа, предотвратило быструю передачу новостей о внезапном нападении предателей, но и посеяло семена страха. Ко времени, когда Армада Империалис была извещена об инциденте, больше не осталось возможности собрать соединение для выслеживания предателей, и лишь тогда, когда была поднята тревога и выслано предупреждение о налётчиках, обнаружилось, что ряд удаленных аванпостов перестал выходить на связь. Вскоре начались опоздания, а потом и исчезновения кораблей и грузовых конвоев, шедших через северные звёзды скопления Циклопа к Бездне Грааля. Спустя десять стандартных месяцев по местному времени мрачные слухи о нападении на Гефсиманию и ультиматуме Сынов Гора, приукрашенные и становящиеся всё страшнее с каждым рассказом, словно зараза разносились среди пустотников, торговцев и патрулей Армады Империалис.

Скопление Циклопа пробудилось, ауспики и астротелепатические авгурии сотни миров потянулись вдаль в ужасе, желая выследить угрозу. Доклады, поступающие в центральные штабы Армады Империалис на Ласкале и Доминике Минор, просеивались и систематизировались в надежде отследить схему атак и спланировать оборону. Лишь теперь становился ясным размах безмолвного вторжения. В следующий раз «Икона» появилась на Тараканисе, вновь доставив зловещее послание, на этот раз сбив с орбиты причальную станцию, чьи обломки при падении унесли жизни тринадцати тысяч человек. На Шоаре детекторы дальнего радиуса действия засекли яростную пустотную битву между десятком кораблей первого ранга, сверкавших на оккулярных экранах савантов-наблюдателей бастиона Имперского Легатства более девяти часов, а затем вновь исчезнувших во тьме ночной, так и не опознанных. Корабли с чёрными корпусами были замечены над Тёмной Гаванью, а на границе системы Завариш огромный тяжёлый транспорт типа «Долмар», несущий достаточно переработанных питательных веществ для насыщения миллионов, бесследно исчез на пути к точке варп-перехода. Едва пришли вести об этих событиях, как на Моаве толпы людей подняли мятеж с именем магистра войны на устах, однако восстание было подавлено после введения планетарного военного положения и пятинедельного усмирительного погрома.

И в этот омут слухов и зловещих сообщений пришло запоздалое подтверждение резни в зоне высадки, ставшее смертельным ударом для раненого. Правящие классы оказавшихся под угрозой миров охватила паника, раздробленность, давно тлевшая среди населения привыкших действовать независимо миров, дала всходы, люди становились всё более замкнутыми и недоверчивыми к соседям. Губернаторы начали отзывать войска и корабли из десятины Армады Империалис, препятствуя плановой обороне. Властям и некоторым имперским правителям поступали и другие весьма странные доклады, однако в атмосфере растущего недоверия и паранойи они либо были проигнорированы, либо остались у них на столах. Ходили слухи о смертоносной схватке между лоялистами и предателями за убежище в подземных ульях далёкого Кеопсиса, прошедшей прежде, чем пламя его гневной звезды опалило поверхность в бесконечном цикле жизни и смерти. Слухи ходили и о громадной, увенчанной пастью дракона боевой барже, возможно, когда-то изумрудно-золотой, но ныне практически обуглившейся, которая взяла припасы в диком мире рядом с Падшей Твердыней, а затем ушла прежде, чем туда добрались перехватчики. О самом зловещем докладе – новости о смертоносной чуме, вспыхнувшей в недавно обнаруженном феодальном мире Хиалис спустя считанные часы после появления в небе неизвестной кометы – никто не был предупреждён, не было принято никаких мер. Повсюду приводились в действие суровые меры против беспорядков, слабели торговые связи, вводилось чрезвычайное положение, рабочих призывали в ополчение, а промышленность вставала. Скопление Циклопа медленно распадалось как цельная структура в Империуме.

Так имя Гора, некогда бывшего для простых мужчин и женщин талисманом, символом защиты, стало синонимом невыразимого ужаса.

Гораздо позднее стало известно, что в самые тревожные дни в последней четверти 006.М31 в миры-кузницы скопления Циклопа М’Пандекс и Мезоа, являющиеся двумя величайшими независимыми силами в регионе, прибыл посланник Марса и ушёл с разными ответами. Посланником был магос, известный как Регул, или, по крайней мере, называющее себя так существо, поскольку в записях есть противоречия касательно того, где в разное время был этот индивид. Данный старший техножрец Механикум много лет служил вместе с магистром войны задолго до предательства на Исстване и затем остался на его стороне, став частью внутреннего круга Гора и присягнув его делу телом и душой. Регул прибыл с двумя патентами полномочий, одним от магистра войны, а вторым от самого фабрикатора-генерала Марса, считающегося голосом Омниссии и верховным понтификом Марса. Келбор-Хал также выступил на стороне предателя Гора, развязав на Марсе гражданскую войну, о чём до сих пор не знал никто из жителей скопления Циклопа. Каждому миру-кузнице Регул сделал предложение и выдвинул требование. Требование заключалось в верности магистру войны, как повелел сам генерал-фабрикатор. Они должны были повиноваться ему и служить своим мастерством и плодами трудов кузниц, открыть порты его кораблям, лишая этого воинов далёкой Терры и местных имперских командующих, уже грызущихся между собой в страхе и отсутствии единства. Чтобы подсластить угрозу, Регул предложил мирам-кузницам протекцию магистра войны и, также как и раньше, когда он склонил на свою сторону Келбора-Хала, дары. В список входили технологии СШК, собранные в конце эры Великого крестового похода и сохранённые лишь для Гора и его доверенных лиц, а также технологии и тайны, изучение которых так бессердечно запретил Император со времён Марсианского Договора.

На М’Пандексе, древнем мире-кузнице, пребывавшем в упадке до восстановления контакта с Великим крестовым походом, магоса, зовущего себя Регулом, встретили с великой учтивостью и почтением и позволили ему личную аудиенцию с Верховным Оуртекой. Неизвестно, что произошло во время их личной беседы, но после этого, не тратя времени на подтверждение синодом магосов М’Пандекса, правитель провозгласил верность мира-кузницы магистру войны. В некоторых кварталах вспыхнуло недолгое, но яростное сопротивление новому порядку, но на М’Пандексе и раньше бывали междоусобные схватки, поэтому Верховный Оуртека безжалостно подавил недовольство, используя небольшое подразделение титанов Легио Мортис и марсианских скиитариев, ранее бывших вспомогательным гарнизоном, а теперь ставших личными силовиками. Новая верность мира-кузницы была твёрдой, но скрытой от глаз чужаков. М’Пандекс начал быстро готовиться к войне, поднимая темпы производства и теперь готовя снаряжение для армий Гора. Вошедшие в пространство мира-кузницы торговые суда и корабли лоялистов Механикум брали на абордаж, а их экипажи и пассажиров насильно превращали в светских рабов для растущей Тагматы.

Но приём, оказанный посланнику Марса на Мезоа, не мог отличаться сильнее от приёма на М’Пандексе. Прибыв в систему, Регул обнаружил, что она уже готовится к осаде и войне. Его варп-катер был остановлен на внешней границе системы и получил приказ не двигаться дальше под угрозой немедленного уничтожения. Мезоа, рождённая в яростных войнах Великого крестового похода, была не только огромным заводом, но и крепостью, а местные магосы отличались от своих сородичей яростной независимостью и пылкой преданностью идеалам Империума, чьему расширению они служили.

Вынужденный общаться лишь через примитивный двусторонний вокс-передатчик огромной мезоанской боевой сферы, а не напрямую с миром-кузницей, и при условии, что любая попытка других сообщений или запуск инфоджинна, да и любое другое воздействие на передатчик приведёт к немедленному уничтожению, Регул всё равно сделал своё предложение. В ответ пентархия архимандритов, по традиции правивших Мезоа, сообщила о грубом отказе магистру войны и формальным отделением от власти Марса. Далее они назвали и Регула, и Келбор-Хала отступниками и богохульниками в глазах Омниссии и провозгласили, что если они или их подчинённые вновь появятся в Мезоа, то будут преданы смерти. Они закончили сообщение одним осуждающим словом. «Еретех». Регул сбежал.

Блокада Мезоа началась вскоре после получения Регулом отказа. При прямом содействии боевых кораблей М’Пандекса, как построенных Механикум, так и захваченных и присвоенных себе, а также тайных сил, действующих под руководством магистра войны, поставляющие минералы в Мезоа звёздные системы были отрезаны с целью оборвать поставки природных ресурсов. Теперь, по возможности, эти ресурсы отправлялись прямо в голодные кузницы М’Пандекса. Механикум Мезоа активно сопротивлялись там, где могли, хотя и упорно отказывались выступить в полную силу, считая подобные нападения наживкой в западне. Вместо этого они приказали своим аванпостам и отдельным подразделениям сопротивляться до уничтожения, и на далёких шахтёрских станциях и на палубах тяжёлых транспортных кораблей воины двух миров кузниц, всегда бывших соперниками, но никогда – врагами, сошлись в смертельной схватке.

Пощаде не было места в укреплённых проводниками сердцах, и светские когорты М’Пандекса сходились в яростных схватках с бронированными центуриями таллаксов Мезоа, которые многократно превосходили противников по персональной мощи, хотя и уступали числом. Со стороны казалось, что между Механикум началась гражданская война, не являющаяся частью большой игры. Очистительные станции на Йуйе и Скале Гуннара горели. На Новом Провидении тысячи бегущих от паровых станков рабочих, зажатых между линиями фронта, давили гусеницы танков «Криос» и бессмысленно выкашивал шквальный огонь сверкающих энергетических орудий. Обе стороны игнорировали сервов, так, словно те значили не больше, чем попавшие в ураган стебельки. Вызванное этим противостоянием смятение препятствовало вмешательству Армады Империалис, опасавшейся возможных последствий, пока не стало слишком поздно.

К концу 006.М31 система Мезоа была почти полностью отрезана от остального мира, а вражеские корабли кружили по внешним пределам, словно акулы в ожидании добычи. Мир-кузница стал бы ценным приобретением, но также он был слишком укреплён даже для группировки, по силе своей сопоставимой с полностью собранным экспедиционным флотом, но отрезанный от помощи и неспособный ни во что вмешаться, он был полностью нейтрализован. Мезоа подождёт. Начинался следующий этап замысла магистра войны.

Штаб флота в Порте-Пасти наконец-то начал составлять план по прорыву блокады Мезоа, чтобы противостоять надвигающейся нехватке высокотехнологичных снарядов и припасов для макропушек, когда сдавленный астропатический сигнал из системы Ласкал на краю Бездны Грааля принёс ужасные новости. Ранее из этого региона и граничащих звёзд уже поступали доклады об «умолкнувших» мирах. Однако для властей на Ласкале, Доминике Минор и Порте-Пасти Бездна была слишком далёкой, а её миры слишком незначительными для того, чтобы стать приоритетной целью и оправдать перенаправление части и без того ограниченного запаса кораблей теперь, когда волк уже был у дверей ближних и более стратегически важных систем.

И теперь подобная ограниченность видения привела к жутким последствиям. Без предупреждения огромный флот вырвался из Эмпиреев на окраине системы Ласкала, и для его встречи и стягивания сил не было времени. Большая часть стратегической информации из последней передачи с Ласкала рассеялась в духовных помехах варпа, но оставшиеся образы и аллегории были достаточно ясными. Мрачные корабли, идущие один за другим, серые как надгробие и белые как кость, покрытые грязью, вмятинами, шрамами древних битв и недавних злодеяний. Вместе с ними были принесённые варпом образы мёртвой головы и чёрной солнечной вспышки, серпа жнеца. В скопление Циклопа пришел легион Гвардии Смерти.

«Ни в пустоте среди звёзд, ни в глубинах земных недр не найти тьмы мрачнее деяний человеческих».

Выдержка из запрещённого неотерранского вероучения

Когда дальняя патрульная эскадра крейсеров Армады Ультима XVII «Солнечные Драконы» наконец-то пробилась сквозь волнения варпа, не позволявшие им отреагировать на сигнал тревоги с родной станции на Ласкале, то обнаружила сцену недавней резни. Боевой флот, стоявший на высокоорбитальном якоре Армады над пятым миром системы и включающий более ста эскортных судов, а также около сорока линейных кораблей, в том числе линкоры «Железный скипетр», «Озимандия» и «Укротитель звёзд» типа «Воздаяние», был уничтожен. Самые крупные из разрушенных кораблей до сих пор истекали плазмой из пробитых реакторов, а из разорванных и безжизненных корпусов сочился замерзающий воздух. Дальнейшее сканирование выявило пугающе малое количество обломков предположительно вражеских кораблей, что означало сокрушительный внезапный удар. Далее было обнаружено, что станция, служившая флотской стоянкой, превратилась в новое поле обломков вокруг Ласкала V, а от центральных миров исходит призрачный фон орудийного излучения и сдавленное эхо сигналов бедствия.

Осторожно пробирающиеся через последствия бойни, всё ещё представлявшей опасность из-за неразорвавшихся снарядов, кружащихся обломков и затаившихся мин, Солнечные Драконы прочёсывали ауспиками опустошённую систему и держали орудия наготове, опасаясь засады, но её не было. Ласкал был не просто захвачен и порабощён: систему очистили от всего живого и бросили умирать. Единственный важный мир системы – Ласкал IV, ранее являвшийся процветающей имперской колонией с многомиллионным населением, теперь стал отравленным шаром, в атмосфере которого плыли ядовитые чёрно-зелёные облака – характерные следы масштабной биохимической бомбардировки.

Высаженные с крейсеров Солнечных Драконов десантные команды Солярной Ауксилии, полностью экипированные для действий во враждебной внешней среде, вернулись после осмотра дворца имперского губернатора и ряда ключевых оборонительных бункеров с побелевшими лицами и рассказывали истории об ужасе и смерти. Повсюду лежали тысячи мёртвых людей, погибших на месте от отравляющих веществ кожистонарывного и нервнопаралитического действия. В ряде вовремя герметизированных мест – таких, как дворец губернатора, – к уничтожению укрывшихся внутри людей приложили руку и сами их убийцы. Железобетонные стены были разбиты прямым орудийным огнём, люки безжалостно вырваны из петель силовыми кулаками, повсюду среди бойни валялись стреляные болтерные гильзы – всё указывало на участие Легионес Астартес. Дальнейшие свидетельства касательно совершивших это злодеяние были обнаружены в аудиториуме имперского командующего. Над поверженной аквилой и нанизанным на древко раздутым трупом человека, некогда правившего этим миром во имя Императора, висело рваное знамя с мёртвой головой и чёрной солнечной вспышкой легиона Мортариона.

Когда Солнечные Драконы покинули опустошённую систему, вести об их находке быстро разнеслись по системам скопления Циклопа. Уже разделённые страхом планеты охватил чистый ужас. В таких мирах, как Эндикотт, Моравасис и Сан-Пардор после того, как население узнало об убийстве Ласкала, к чему, возможно, приложили руку агенты шпионской сети предателей и представители «пятых колонн», полномасштабные мятежи, забастовки и восстания свергли имперские власти, и планеты погрузились в анархию. Едва удалось подавить подобные беспорядки в орбитальных жилищах Доминики Минор, мира, управляемого номинальным политическим руководством скопления Циклопа, гильдмистрами, как пришли вести о том, что серп жнеца обрушился на две другие системы, шахтёрские колонии Помол и Раббасан, не щадя никого. Обе звёздных системы находились на практически прямом пути по известным варп-маршрутам между Ласкалом и самой Доминикой, что лишило гильдмистров последних сомнений о направлении следующего удара.

Ответом на отчаянный призыв о помощи к – согласно дарованным Террой правам – данным им под управление мирам стало презрительное молчание. Гильдмистры с растущим ужасом обнаружили, что к блокаде Мезоа присоединились тёмные корабли неизвестного происхождения, а владыки кузниц М’Пандекса атаковали ближайшие миры и захватили их неудержимыми мирскими когортами полумертвецов, истребляя всех, кто вставал у них на пути. Что ещё хуже, пришли доклады, что имперский командующий Гефсимании преклонил колено перед предателями и без единого выстрела сдал свой мир. Его действия повторились на меньших планетах, Варгасе и Мрачном Убежище, а дикие обитатели Завариша перебили своих имперских смотрителей и склонились перед Сынами Гора, словно те были богами, спускающимися с небес. Гильдмистры Доминики Минор внезапно осознали, что скопление Циклопа с хирургическим мастерством вскрыли и оставили беззащитным перед грядущей погибелью, используя как мечи врагов, так и человеческую слабость.

Расшифровка инфоящиков разбитой командной башни крейсера-излучателя «Гордость Гермикрона», оторванной от корпуса вражеским обстрелом и вращавшейся до обнаружения в течение девятнадцати лет, показала, что нападение на Доминику Минор началось в 4392007.М31. С привычной жестокой эффективностью боевой флот Гвардии Смерти появился у основного узла варп-переходов во внешней системе и сначала ослабил поджидающие минные поля брандерами – переоборудованными шахтёрскими баржами, несомненно, захваченными в ранее убитых мирах, – а затем прорвался через оставшиеся мины, ведя огонь на ходу, не обращая внимания на автоматический обстрел и взрывы направляемых сервиторами ракетных связок. В состав армады вторжения, построившейся четырьмя колоннами, входило около половины известного флота Гвардии Смерти, а также захваченные на Исстване корабли. Каждую колонну возглавлял линейный корабль, прославившийся во времена Великого крестового похода, а теперь обрушившийся на Империум, которому когда-то служил: «Серп Жнеца», «Призрак Смерти», «Миа Донна Мори» и переименованный и переоборудованный «Ужас», ранее бывший боевой баржей «Зимняя клятва» легиона Железных Рук. Из числа зловещих и тяжелейших кораблей Гвардии Смерти отсутствовал лишь «Терминус Эст», чьё местоположение и действия оставались тогда неизвестными. Защитники Доминики Минор вряд ли могли противостоять столь грозному врагу, поскольку почти вдвое уступали в числе линейных кораблей, а противопоставить тяжёлым флагманским линкорам Гвардии Смерти могли лишь «Копьё Умбриила», линкор типа «Голиаф», давно переведённый в тыл. Более того, страхи гильдмистров заставили их оттянуть флот для защиты столичного мира Доминики Прим и собрать его вокруг орбитальных укреплений, что лишило защитников возможности маневрировать. Внешние планеты и бесценные пустотные перерабатывающие заводы были брошены на произвол судьбы, однако корабли Гвардии Смерти на полной боевой скорости направились прямо к Доминике Прим, не обращая внимания на отчаянные мольбы желавших капитулировать жертв.

Последовала короткая и жестокая битва, в которой наступающий флот сдерживал огонь под лихорадочным обстрелом защитников, пока не вошёл почти в зону абордажа, а пустотные щиты кораблей Гвардии Смерти вспыхивали словно умирающие звёзды, их бронированные носы трещали и раскалывались под торпедными залпами и разрядами испепеляющей энергии. Когда же четыре наступающие колонны разошлись, словно когтистой лапой сомкнувшись вокруг Доминики Прим, все корабли Гвардии Смерти как один совершили поворот и открыли огонь из бортовых орудий, сметя защитников. Искалеченное и ослеплённое «Копьё Умбриила» встретило свой конец, когда штурмовой корабль Гвардии Смерти «Четвёртый Всадник» безжалостно протаранил его сверху по миделю и сломал хребет, тем самым убив всю надежду на сопротивление. Из горстки выживших в огненной буре кораблей лоялистов никто не пережил последний отчаянный час, состоящие из эсминцев стаи охотников-убийц выследили всех, кто пытался сбежать. Доминика Прим была в руках легиона Гвардии Смерти, и настало время расплаты.

Орбитальный штурм был безжалостным и неотвратимым, штурмовые «Цесты» и «Громовые ястребы» Гвардии Смерти высаживались следом за падающими подобно метеорам обломками уничтоженных во время обороны планеты кораблей. Первая волна определила цели и высадила штурмовые команды для их методичного уничтожения. Башни связи, защитные батареи, антенны ауспиков и бастионы ополчения – всё было систематически выведено из строя, чтобы расчистить путь следующей волне. Тяжёлые штурмовые транспорты и «Грозовые птицы» заходили на посадку неторопливо, словно коса, опускающаяся на пшеничное поле, и садились прямо в огромных городах-кальдерах Доминики Прим, построенных в кратерах, оставшихся от шахтёрских карьеров, покрывавших поверхность планеты. Целые жилые кварталы были раздавлены тяжёлыми транспортами, и паника охватила жителей ещё до того, как показались мрачные фигуры легионеров, марширующих в пугающий унисон. Ритмичные удары керамитных сабатонов тридцати тысяч космодесантников разносились, словно эхо ударов молота, кующего погибель мира. Позади них ревели и грохотали мощные двигатели, эскадроны «Хищников» и «Тифонов» выползали из распахнутых пастей штурмовых кораблей и пробивали себе путь через жилые дома. В воздух вздымались огромные облака удушливой пыли, небрежно построенные блочные дома оседали, словно гнилые лепестки.

Рабочее ополчение, местами превосходящее захватчиков числом в двадцать или тридцать раз, пыталось их остановить, но всё было тщетно. Автокарабины и дробовики были практически бесполезными против силовых доспехов Легионес Астартес, а немногочисленное тяжёлое оружие, в основном представлявшее собой полевые мортиры и обслуживаемые расчётами автопушки, было прискорбно неточным и легко уничтожалось. Воины легиона Мортариона наступали, размеренно и неудержимо, неся повсюду смерть, хрупкие человеческие тела разрывались от болтерных снарядов, здания падали под орудийным огнём и ударами огромных когтей дредноутов легиона. Столкнувшиеся с таким ужасным и дисциплинированным противником ополченцы дрогнули и побежали. Гвардейцы Смерти истребляли бегущих людей без разбора, убивая и солдат, и гражданских. Когда их войска рассредоточились, батареи «Вихрей» накрыли рабочие трущобы залпами боеголовок с отравляющими веществами, а в пробитые бункеры и глубокие подвалы космодесантники начали заливать пылающий фосфекс. Вторжение обернулось резнёй.

Подобно видному с орбиты чернеющему пятну Гвардия Смерти расходилась вокруг посадочных зон, разрушая города-кратеры. Вскоре остались лишь две точки серьёзного сопротивления. Первой являлся крупнейший космопорт Доминики Прим, где приготовились дать последний бой ополченцы планеты, используя в качестве дополнительных боевых машин огромные шахтёрские механизмы и наспех собранных промышленных сервиторов. Второй точкой оказался укреплённый вход в подземный особняк гильдмастеров, где позиции удалось удержать благодаря внезапному появлению космодесантников из легиона Саламандр в количестве около двадцати. Саламандры, выжившие в орбитальной битве над Исстваном, прибыли на планету лишь недавно, их выведенный из строя ударный корабль чудом добрался до Доминики Минор, но больше не мог никуда улететь. И теперь они оказались в ловушке гибнущего мира, и, похоже, были обречены повторить судьбу, уже выпавшую столь многим их братьям.

Битва за космопорт приняла новый оборот. Огромные шахтёрские механизмы, каждый из которых весил больше разведывательного титана и обладал прочной бронёй, выдерживали шквальный обстрел отделений тяжёлой огневой поддержки Гвардии Смерти, что вместе с самоубийственными атаками взломанных промышленных сервиторов позволило защитникам сначала остановить, а затем и отбросить легион. Не желая ни тратить на сокрушительную атаку новых легионеров, ни ждать артиллерийской поддержки, способной вывести из строя огромные машины, командующий атакой вызвал с орбиты новый тяжёлый транспорт, на этот раз отмеченный не геральдикой Гвардии Смерти, но багровой вспышкой и скрещенными молотами дома Макабиев.

Гибель космопорта была предрешена в тот же миг, как только опустились тяжёлые взрывоустойчивые двери штурмового транспорта. Наружу выступили тридцать рыцарей в гордых, мрачных и зловещих четырёхчастных цветах дома Макабиев. Высотой они вдвое превосходили тяжёлые «Лэндрейдеры», а двигались со скоростью и целеустремлённостью, с которой не могли тягаться громоздкие шахтёрские машины и простые сервиторы. Не обращая внимания ни на взрывы мортирных снарядов, ни на выстрелы автопушек, стучащие по пластинам брони, воющие боевыми горнами рыцари построились в прикрывающие друг друга звенья с механической чёткостью и начали наступать, постоянно набирая скорость.

Войдя в зону поражения, они открыли огонь. Боевые орудия рыцарей-паладинов выцеливали ковыляющих сервиторов и разносили в клочья плоти и металла. Обходящие с флангов более быстрые кастигаторы и ахероны атаковали уцелевшие огневые точки и опорные пункты ополчения, осыпая их градами снарядов из мегаболтеров, испепеляя потоками зажигательной смеси. Тем временем огромные шахтёрские машины были атакованы основными звеньями странствующих рыцарей, чьим остриём атаки стал отряд копейщиков-церастусов. Рыцари не атаковали в лоб неповоротливые махины, способные раздавить даже их, а кружились вокруг них, словно поток вокруг скал, благодаря превосходству в скорости и ловкости избегая кружащихся дрелей и цепных пастей. На таком близком расстоянии даже крепкая броня огромных шахтёрских машин не могла выдержать раскалённых разрядов термальных пушек странствующих рыцарей и искусных и яростных ударов цепных мечей, а ослепительные вспышки ударов «копейщиков» знаменовали взрывы механизмов управления и важных сочленений. Вскоре огромные боевые машины начали шататься, а затем падать, словно умирающие звери, истекая дымом из десятков пробоин в обгоревшей броне. Последние выжившие защитники космопорта обратились в бегство, но были вырезаны поджидавшей их Гвардией Смерти.

Оборона адамантовых врат подземного гильдейского зала держалась, несмотря ни на что. Удерживающие позицию Саламандры дрались как дьяволы, не сдаваясь, жажда мести и раскалённая ненависть прибавляли им сил и выносливости на зависть обычным Легионес Астартес. Вместе с ними сражались последние из превосходно снаряжённых отборных телохранителей гильдмистров, знающие, что им некуда бежать. Сами правители прятались в бункерах позади, дрожа от страха, хотя некоторые решили сражаться и умереть вместе со своим народом. Лишь когда командование предателей услышало доклады о появлении космодесантников среди защитников врат, сам Мортарион, примарх Гвардии Смерти, решил лично вступить в битву. И первым знамением грядущего рока для Саламандр стали внезапно умолкнувшие орудия предателей, в зловещей тишине ждущих прибытия своего господина.

Словно кружащаяся в задымлённом небе в поисках падали ворона, изношенная и покрытая боевыми шрамами «Грозовая птица» примарха медленно опускалась и вот, наконец, резко затормозила, сверкнув маневровыми двигателями, и выпустила свой смертоносный груз – повелителя XIV легиона в сопровождении безмолвного Савана Смерти. В тот же миг вновь началась безжалостная битва, не верящие своим глазами лоялисты открыли огонь из всех уцелевших орудий по явившемуся им из могилы призраку, а воины Гвардии Смерти ринулись вперёд, начав всеобщую атаку.

Хотя один из воинов Савана Смерти пал и больше не поднялся, а дюжину легионеров скосило огнём на бегу, сам Мортарион просто прошёл через шквал снарядов и лазерных разрядов так же неудержимо и неотвратимо, как сама смерть в развевающемся за спиной рваном плаще, высоко подняв косу. Подобно молнии он обрушился на баррикады и взмахом огромного клинка рассёк пополам двух Саламандр, хрипящих древние ноктюрнские проклятия. Третий выстрелил в него из мелтагана, отчего броня примарха покрылась пузырями и потекла, словно расплавленный воск, но он лишь беззвучно пошатнулся на мгновение, а затем разрубил отважного лоялиста одним опускающимся ударом косы. Так же погибли четвёртый, пятый, шестой… К этому времени Гвардейцы Смерти, прорвавшиеся к баррикадам вслед за примархом, всеразрушающей волной обрушились на выживших солдат, повсюду был слышен лишь треск раскалывающихся костей и стук перезаряжающихся болтеров. Затем раздался грозный, усиленный рёв, достойный чудовища из древних легенд, и из груды обломков вырвался гигант, покрытый тёмно-изумрудной бронёй с багряно-золотистыми узорами. Это был Шар’рак Гренн, бывший консул-центурион 3-й роты Саламандр, прослуживший последние четыре десятилетия в бессмертной оболочке дредноута «Контемптор», и, насколько он знал, последний из своего легиона.

Застрекотала штурмовая пушка, изрыгая языки пламени, и Гренн ринулся на архиврага, убийцу его братьев, предателя Императора. Мортарион, неподвижный и бесстрастный, словно статуя, просто ждал врага. Ведущий шквальный огонь дредноут с боевым кличем занёс силовые когти для удара. И тогда Мортарион крутанулся, его неподвижность сменилась головокружительной скоростью быстрее, чем мог уследить смертный глаз, а огромная коса описала смертоносную дугу. Клинок впился в металл, рассекая керамит и адамантий, и дредноут взревел от изумления, когда его отсечённая рука рухнула. Катящаяся по обломкам штурмовая пушка продолжала стрелять в никуда. Мортарион обернулся для нового удара, но и дредноут обернулся вместе с ним, омыв худощавого примарха ревущим пламенем из тяжёлого огнемёта, встроенного в оставшуюся руку. Плечо примарха врезалось в саркофаг его врага, отчего грозная боевая машина подалась назад, а её потрескивающие силовые когти ударили Мортариона с силой, способной расколоть тяжёлый танк, но Жнец не упал. Он размахивал огромной косой, и с каждым ударом Гренн выл от бессильного гнева и ярости, чувствуя, как медленно разваливается на части его оболочка. Наконец, искалеченный и горящий могучий Шар’рак Гренн пал, и, словно клюв хищной птицы, коса Мортариона впилась в плоть, оставшуюся в машине. Всё было кончено. Доминика Минор пала спустя 2.75 часа по местному времени после начала атаки – на убийство мира ушло менее трёх часов.

Практически в тот же час, что и погибель Доминики Минор, на Моаве разыгрывалась совсем другая трагедия. Эта холодная и пустынная планета из-за исторической случайности и местоположения в относительно стабильном пересечении течений в варпе, ведущих из скопления Циклопа в Манахейское Содружество, стала самым густонаселённым миром в регионе и пунктом переправы для колонистов и рабочих когорт, движущихся по сектору. Моав обладал единственным достоинством – жителями, а в отношении политического влияния и экономической мощи жил в тени таких богатых миров как Доминика Минор и Мезоа. И теперь, когда тьма окутала звёзды, Моав оказался один на один с волком, его защитные эскадры были перенаправлены в другие регионы, а немногие оставшиеся пикетные корабли и орбитальные орудийные станции, предназначенные для отражения корсаров и отступников, были слабой защитой против врагов, повергавших и более грозные твердыни.

Когда враг пришёл, то это оказались не тусклые корабли безжалостной Гвардии Смерти, но тёмно-зелёные и мрачные хищники Сынов Гора, готовые вонзить клинок. Пробравшись через почти опустевшее пространство вокруг Моава, они появились из-за местного газового гиганта. Сверкая двигателями, похожими на горящие в небе факелы, корабли летели широким клином из восьми ударных крейсеров, на острие которого шла грозная «Икона», чей ультиматум на сей раз донёсся из стволов ускорительных орудий. Орбитальные защитные системы Моава были быстро выведены из строя, а единственный крупный геостационарный спутник – сложное скопление, сделанное из корпусов ковчегов колонистов, ставших теперь главным орбитальным подъёмником планеты - был расстрелян и взят на абордаж предателями с почти презрительной лёгкостью. Атака была столь быстрой, что наземный обстрел запоздал и прекратился, когда крейсера вышли из зоны поражения.

Имперский командующий Моава, некий Мальтус Гранж, вскоре отправил сообщение о капитуляции мира. Никто не ответил. Он повторил сообщение, на этот раз на всех доступных каналах связи, но крейсера всё так же безмолвно кружили в небе. Сообщение повторялось вновь и вновь, становясь всё более отчаянным, сменяясь постыдными мольбами о милосердии, а страх жителей планеты нарастал, доводя людей до безумия. Хотя из всех легионов чаще всего ужас как оружие использовали Повелители Ночи, Сыны Гора также знали в этом толк. Внизу, в укреплённых анклавах, правящие огромными бараками рабочих бароны-надзиратели начали ссориться, а затем вспыхнули гражданские бунты и бои. Напряжение нарастало, пока не был убит сам Мальтус Гранж, и во время следующего сообщения о сдаче его изрешечённое пулями тело было показано как подношение собравшемуся на орбите флоту. Лишь тогда был получен ответ «Иконы». На пикт-экранах по всему Моаву появилось изображение Легионес Астартес в зловещей броне, в оскаленном клыкастом шлеме с чёрным гребнем, в котором было практически невозможно узнать одного из лучших воинов Империума. Хорошее начало, сказал им безымянный хозяин «Иконы», но этого недостаточно. Гор отправил его спасти их от лжи Императора и от слабости, которой тот дал гноиться, и должной платой за этот дар было служение Ему. Но жизнь останется лишь сильным, желающим выжить ценой крови слабых. «Убивайте во имя Его и живите или умрите с именем своего Императора на устах. Решать вам». Последовала невообразимая резня.

Лишь много дней спустя в небесах Моава появились тёмные силуэты орбитальных подъёмников, заходящих на посадку в городах-бараках, словно саваном окутанных клубами воняющего кровью дыма. В их подобные пещерам трюмы забились тысячи измождённых мужчин и женщин с глубоко запавшими глазами, отныне обязанных служить пехотинцами магистра войны согласно сделке, которую не смог бы представить или понять ни один здоровый разум.

В последние дни 007.М31 плотный поток разбитых и отступающих боевых кораблей, транспортов беженцев и торговых судов, пытающихся спастись в близлежащем Манахейском Содружестве, оборвался так же быстро, как и начался. Последние новости, пришедшие на Манахею, были ужасными, повествующими о десятках миров, захваченных магистром войны, опустошённых или просто погрузившихся в пучину анархии и варварства так, словно вернулась Долгая Ночь.

Говорили, что лишь Мезоа держится против напора тьмы, хотя теперь её и осаждают бесчисленные когорты древних соперников из М’Пандекса, тусклые корабли легионов и переметнувшиеся осадные мониторы Армады. Ходили слухи, что первый великий приступ был отброшен лишь потому, что мезоанские магосы нашли способ обратить против захватчиков саму ткань своего расплавленного мира, внезапно обрушивая под посадочными зонами врага огромные просторы мантии планеты. В ещё более диких рассказах речь шла об огромных комках магмы размером с остров, метаемых в атакующие из космоса корабли, и называемой некоторыми «драконом» пепельно-чёрной боевой машине, якобы выкопанной из-под зловещих песков самого Исствана, которая появилась из ниоткуда во время атаки и разорвала в металлические клочья предавшего архимандрита.

Независимо от истинности этих историй было известно, что на Мезоа магосам удалось остановить натиск предателей, но планета была одиноким огоньком в беспросветной ночи, и никто не знал, как долго она продержится. Вся астропатическая связь со скоплением Циклопа оборвалась, а нарастающие волнения варпа препятствовали любым попыткам развеять тьму разведывательными кораблями.

Тишина опустилась на скопление, оказавшееся во власти врага.

«Выпало горе великому городу,

Кровь полилась там реками,

Марая землю. И бедняки и богачи пали вместе.

Жестокой смерти преданы были люди,

И весь мир тонул в их крови».

Апокрифы Терры

Манахейское Содружество представляло собой независимый доминион, самоуправляющийся субсектор Империума к галактическому востоку от скопления Циклопа. Считающееся сердцем Коронидских Глубин, Содружество также являлось опорой имперской власти на северных границах благодаря наличию двух нижеописанных систем. Первой была сама Манахея, в частности, мир-улей Манахея Висидэ, в отношении населения и промышленности являющийся ровней любому из великих миров-ульев сегментума Соляр. Второй – Порт-Пасть, которая, несмотря на продолжающееся строительство, уже являлась одной из мощнейших баз Армады Империалис в северном Империуме. Подготовившись к войне, этот пограничный субсектор стал бы грозной преградой на пути любого вторжения, и немногие регионы за пределами сердцеземья сегментума Соляр могли похвастаться такой защитой.

Сам Порт-Пасть являлся базой для огромного флота, включающего в себя около ста семидесяти линейных и перворанговых кораблей, а также около тысячи меньших боевых кораблей, чьими основными целями являлось патрулирование близлежащих сегментов, границы которых очертил Великий крестовый поход, защита их миров от вторжений, поддержание порядка и обеспечение исполнения имперских законов. Частью этого миротворческого контингента, размещённого в Порту и на вторичных бастионах систем Манахея и Нуминаль, была армия, собранная из ста девяносто трёх когорт солярной ауксилии Имперской Армии, независимая стратегическая группировка Экзертус Империалис под руководством гранд-адмирала Осфея Ла Брая. Что касается численности, то данная группировка состояла примерно из 3860000 прекрасно вооружённых, снабжённых и дисциплинированных бойцов, экипированных по высочайшим стандартам человеческих солдат Империума. Как и подобает Солярной Ауксилии, они обладали как теоретическими, так и практическими навыками пустотных сражений и операций по планетарной обороне, представляя собой значительную военную силу даже при противостоянии Легионес Астартес. Кроме данной отборной армии Содружество, согласно протоколам чрезвычайного положения, было готово быстро собрать, вооружить и снабдить десятки миллионов призывников планетарного ополчения, и это даже не оказало бы серьёзного влияния на огромный объём производства сектора – такими были рабочие резервы Манахеи Висидэ и накопленные там благодаря богатствам военные припасы. Содружество также обладало поддержкой со стороны Легионес Астартес, пусть и весьма немногочисленной. После освобождения региона Великим крестовым походом на станции-бастионе Манахея Люкс располагался ограниченный гарнизон Имперских Кулаков, которые, исполняя свои клятвы, рассредоточились по Содружеству, дабы легионеры могли применить свои познания в отражении осад для лучшего планирования и укрепления обороны. Однако добравшиеся до Манахеи раздробленные отряды выживших на Исстване воинов обычно не задерживались и не подчинялись власти «простых» людей, предпочитая перегруппироваться и двигаться дальше, а не увязать в обороне «чужих» миров.

У знающего это немедленно возникает вопрос, почему же столь мощная и мобильная армия не пришла на помощь атакованному скоплению Циклопа? Ответ крайне прост: им не позволили. Им не позволил магистр войны. Задолго до начала войн Ереси интриги и козни предателей сделали многое для ослабления вероятного сопротивления тех средоточий имперской военной мощи, которые не были под прямым контролем Гора или его служителей, а, следовательно могли выступить на другой стороне. Поэтому ко времени расправы на Исстване III многие из подразделений Экзертус Порта-Пасти были направлены на самые удалённые операции в своём радиусе действия, уйдя в глубокое патрулирование или преследуя наполовину подтверждённые слухи о деятельности пиратов или мародёров-ксеносов. Другие даже были временно переназначены для укрепления линии фронта в дальних пограничных конфликтах, независимо от того, требовалась ли там подмога или нет. Таков был авторитет магистра войны, что его приказы не вызывали ни сомнений, ни подозрений.

Когда же пришли известия о мятеже, то приказы были изменены, эскадры и когорты отозвали для общего сбора в Порте-Пасти, но это оказалось делом небыстрым и нелёгким и прошло даже сложнее обычного из-за пугающего нарастания возмущений варпа и бурь, в грядущие годы ставших катастрофическими. К 006.М31 ситуация для раздробленного Экзертуса Порта-Пасти продолжала ухудшаться, ведь большую часть прошлых лет подразделения его флота преследовали призраков, а теперь эти угрозы стали очень даже реальными. Повсюду из Коронидских Глубин поступали учащающиеся доклады о появлении неизвестных кораблей, гражданских беспорядках, необъяснимых бедствиях, незаконной деятельности и появлении пиратов-ксеносов, а затем пришли посланники магистра войны, требующие Тёмного Согласия от скопления Циклопа, Бездны Грааля и даже Леты на окраине Содружества. Мало кто сомневался, что вскоре посланники направятся и на Манахею.

Многие посланные за окраины сегментума дальние патрули просто не вернулись. Начались непредсказуемые нападения на аванпосты, опасно близкие к Коронидской Запретной Зоне, куда согласно древнему указу не было доступа даже властям Порта-Пасти, и налётчики были опознаны как вероятные корабли вольного торговца-милитанта Рома Ютланндца, ранее служившего следопытом великого 63-го Экспедиционного Флота самого магистра войны. Однако опасность пришла с непредсказуемого направления. Кишащий ксеносами скиталец, подобного которому не видели в регионе уже десятилетиями, в сопровождении десятков тяжёлых паразитических кораблей появился на окраине системы Влорлат, вызвав спешный ответ военной машины Содружества.

Вторгшийся космический скиталец, огромный сгусток раздробленных планетарных скал и обломков древних кораблей, был назван в соответствии с «Кода Навис» «Красным Полифемом» и предположительно был приманен мощной астропатической станцией-передатчиком на орбите седьмой планеты, Влорлата Срадера. Тогда появление скитальца после недолгой, но яростной бури в варпе было сочтено стечением обстоятельств, но теперь даже это выглядит сомнительно.

Хотя орки перестали существовать как галактическая угроза обширным звёздным владениям Империума в годы Великого крестового похода, в пограничных регионах они оставались опасностью серьёзной, хотя и нечастой. Кишащие на борту «Красного Полифема» наполовину выродившиеся дикари оказались самым большим скоплением жестоких зеленокожих ксеносов в регионе за последние тридцать лет. Такая страшная опасность требовала немедленного сбора и отправления всей ударной группировки Порта-Пасти, перенаправления кораблей и когорт, собиравшихся для вмешательства в ухудшающуюся ситуацию в скоплении Циклопа. К тому времени как имперский флот отреагировал на вторжение, станция-передатчик уже пала, десятки тысяч мутировавших орков и вихревых червей высаживались на Влорлат Срадер, а космический скиталец продолжал напролом мчаться вперёд, втягивая флот в долгую и кровавую погоню.

При обычных обстоятельствах для нанесения скитальцу такого размера смертельного удара, абордажа и уничтожения его изнутри вызвали бы внушительный контингент Легионес Астартес, но в те мрачные времена это больше не было возможным. Поэтому ударной группировке Порта-Пасти предстояла опасная и неблагодарная задача по медленному разрушению исполинского «Полифема» продолжительным близким обстрелом под непрерывными атаками свирепых чужаков, подобно крысам кишащих на борту скитальца. Без поддержки отборных когорт Солярной Ауксилии из контингента Экзертус Порта-Пасти было бы просто невозможно справиться с катастрофой на Влорлате Срадере как в плане освобождения колониальных миров системы, так и в вопросе обороны кораблей тактической группировки от самоубийственных атак и абордажей, проводимых ксеносами и их примитивными, но смертельно опасными пустотными машинами.

Кампания против ксеносов тянулась до самого конца 007.М31, когда скиталец наконец-то начал разваливаться на части под обстрелом, однако цена победы, огромный счёт потерь в жизнях и кораблях, росла с каждым докладом. Ещё одним страшным ударом по боевому духу Содружества стали пришедшие в Порт-Пасть и на Манахею известия о выпавшей сначала Ласкалу, а затем Доминике Минор мрачной судьбе. Страхи его защитников обрели имя и форму. Были отправлены призывы о военных подкреплениях к восточным Коронидским Пределам – единственному региону Империума, с которым до сих пор можно было легко установить связь. Ответом стало неохотное согласие, правители таких миров, как Агатон и Нуминаль, осознавали, что если падёт Содружество, то у них останется мало шансов. Были отданы приказы об общей мобилизации, мощные подкрепления отправлены на укрепления восточных границ Содружества, а все известные стабильные узлы варп-маршрутов в скопление Циклопа были перекрыты плотными минными полями. В свете того, что значительная часть флота была втянута в продолжающуюся битву за систему Влорлата, был отдан приказ отозвать все доступные тактические группировки и патрули с других заданий для общего сбора в Порте-Пасти в ожидании прямого противостояния с ранее казавшейся немыслимой угрозой – сокрушительным вторжением Гвардии Смерти из умолкнувшего скопления Циклопа.

Увы, всё шло по плану магистра войны.

Ситуация в системе Порта-Пасти представляла из себя противостояние жестокого порядка и чрезвычайных мер приливу хаоса. Пространство вокруг оболочки огромного искусственного планетоида, на котором были построены огромная флотская база и пустотные кузни, кишело роями кораблей, как малых, так и великих. Десятки линкоров готовились к войне, а рядом строились эскадры крейсеров, бесчисленные сотни эскортных судов, всюду спешили тысячи управляемых сервиторами плавучих баз, транспортов, доставляющих припасы, продовольствие и солдат, орбитальных подъёмников – все занимались своими делами в системе, находящейся на чрезвычайном положении. С востока приближались мрачные корабли союзников, подкрепления, состоящие из тёмно-бронзовых крейсеров с символом пылающего фонаря Агатонского Доминиона, одного из самых изолированных форпостов цивилизации в Империуме, казавшихся хрупкими убийц пиратов из туманности Церады и триады огромных, серых, как штормовое небо, боевых ковчегов Механикум из мира-кузницы Циклотрат, чьи корпуса кишели пустотными автоматонами, словно зловещими насекомыми. И в этот водоворот кораблей вливались выжившие в буре беглецы – торговые корабли, огромные перевозчики руды и скота, бегущие из десятков систем, находящихся под угрозой или охваченных вторжением. Были там и измотанные выжившие в сражениях за скопление Циклопа, и даже горстка тех, кто вырвался из смертоносной западни на Исстване, хотя ни один корабль космодесантников и не оставался на якоре надолго. В большинстве своём эти ставшие жертвой войны корабли получили тяжёлые повреждения или во время отчаянного бегства перегрузили системы до уровней за пределами разумной операционной выносливости, а потому всем им требовалась помощь и ремонт. Некоторые даже прибыли в настолько ужасном состоянии, что их пришлось отбуксировать или направить в дрейф к границам системы, чтобы они не представляли угрозы для кружащихся вокруг станции-порта кораблей.

Судоходный ураган, головокружительно сложный и всё время приводящий к возникновению новых опасностей, являлся невообразимым бременем для любого обычного человеческого разума, а потому управление огромной армадой осуществлялось через Паноптикон Звёздного Контроля Механикум Порта-Пасти. Данная мощная башня-передатчик десятикилометровой высоты подобно шипу росла из южного полюса станции. Отсюда передавались приказы и сигналы радиомаяков, там перепроверялись и утверждались навигационные координаты, информация, обрабатываемая центральными когитаторами, поступала прямо в системы управления находящихся под надзором Порта кораблей во избежание столкновений и для скорейшей перестройки построений. Конечно, эту систему можно было быстро обойти на самих кораблях, однако она представляла собой ужасно слабое место, и потому управляющие частоты Паноптикона были защищены от предательства полной заменой шифров и шифровальных джиннов после получения информации сначала о предательстве магистра войны, а затем, с панической спешкой, после сообщения о катастрофе на Исстване V. Последнее вызвало особую тревогу, поскольку перед резнёй в зоне высадки в Порту-Пасти останавливались для пополнения припасов эскадры как Гвардии Ворона, так и Железных Воинов, получивших полную информацию о кодах и схемах развёртывания на станции. В свете этого система была сочтена небезопасной и вновь подверглась полной перестройке, после чего штаб Армады счёл, что пустотная авгурия и отвращающие заклятья Порта-Пасти вновь полностью защищены от внешнего влияния. Возможно, так бы оно и оказалось, однако паук в самом сердце этой паутины, архимагос-астрал Лейт Меркурик, кибер-ординатор Порта-Пасти уже тайно присягнула на верность Гору.

Под руководством вероломной архимагос Порта-Пасти была соткана дьявольская сеть заговоров и злоумышлений, чьи нити тянулись по всем мирам Манахейского Содружества и за его пределы – во владения Агатона и к далёким двойным звёздам Церады в Коронидском Пределе. И теперь её час пробил.

В многослойный заговор были втянуты самые разные участники, начиная с самой вероломной архимагос-астрал Меркурик и её послушников, а также ряда членов командного состава Армады Империалис, чьи офицеры были развращены странными обрядами и тайными обществами, возникшими на кораблях после службы вместе с легионами Сынов Гора и Несущих Слово. Были там и перебежчики, подкупленные благодаря вполне обычным слабостям – гложущему их чувству обиды, алчности, страха и жадных амбиций, были и шпионы и диверсанты, скрывающиеся под личинами убитых мужчин и женщин. Их численность, особенно в сравнении с миллиардами призванных в армию людей Манахейского Содружества, была невелика. Однако они были так тщательно размещены в ядовитой паутине, что могли обеспечить будущим посланникам и воинствам магистра войны возможность нанести максимальный ущерб.

Прославленные укрепления Манахейского Содружества, подобно фрукту, зрелому внешне, но сгнившему изнутри, уже пали, и теперь послужат наглядным примером не абсолютной пагубности пронзившего спину клинка, как миры скопления Циклопа, но его надёжности.

В 004.008.М31 0402 по стандартному местному времени, приблизительно за пять часов до восхода белого солнца над шпилями улья Илиум, средоточия политической власти и управления Манахеи Висидэ, пришли первые доклады о вторжении. Спустя считанные минуты уже выли сирены, а из громкоговорителей раздавались приказы о гражданской обороне во всех восьми огромных ульях-метрополисах планеты. Миллиарды жителей Манахеи начали готовиться к неизбежному кризису. В небеса нацелились лазерные батареи «земля-орбита» и сторожевые башни-ауспики. Обширные дорожные магистрали, в обычные дни дрожащие под гусеницами миллионов машин, были очищены и освобождены для военной бронетехники, в жилых кварталах введён всеобщий комендантский час, а собранные и вооружённые по тревоге подразделения ополчения выехали в «Носорогах» на позиции. В большинстве стратегически важных точек, таких как транспортные узлы, посадочные зоны, мощные генераторные станции и зловещие окружные крепости арбитров, готовящихся подавить гражданские беспорядки, за суетящимся на пустых ночных улицах ополчением бесстрастно наблюдали через визоры солдаты когорт Солярной Ауксилии. Направленные на оборону столичного улья закалённые профессиональные солдаты уже заняли свои позиции. Однако действующие как часы давно проработанные планы обороны Манахеи ничем не выдавали ужаса и паники, царящих в командном амфитеатре Дворца Света, как назывался укреплённый правительственный шпиль улья.

Стоявший там имперский командующий Висидэ и лорд-протектор Манахейского Содружества Приам Бекет, урождённый патриций, чей род правил планетой со времён эры Раздора, мог лишь с неверием и растущим страхом смотреть на огромный голоокулярий, сверкавший посреди огромного амфитеатра. Вокруг спорили и бранились их генералы и офицеры штаба, едва не доходя до драки, бестолково суетились гражданские чиновники. Подключённые к сенсориуму широкими пуповинами-проводами техножрецы-стратегосы выпускали друг в друга воющие тирады на лигве технис, а подчинённые им сервиторы извергали потоки инфопергаментов, проверяя и перепроверяя показания и доклады, которые не могли… просто не могли быть правдой. Приближающиеся вражеские корабли заслонили сами звёзды ночного неба над Висидэ, но до сих пор не взорвалась ни одна орбитальная мина, а защитные корабли-мониторы не отвечали на вокс вызовы. Враг надвигался открыто и неторопливо, явно не опасаясь ауспиков-сканеров. Такая картина сложилась из информации, извлечённой много лет спустя из глубинных архивов улья Илиум, когда пепел Содружества переворошили пришедшие в годы Великого Очищения воинства, пролив свет на трагедию, прежде бывшую ещё одной загадкой великой и ужасной войны.

В тот же самый час, проявив уровень согласованности, раньше считавшийся немыслимым при обычных обстоятельствах на расстоянии многих недель перелёта через варп, направляемые рукой магистра войны флотилии появились в небесах других миров, ранее не тронутых войной. На орбите пограничного мира Субинус ожидаемый гуманитарный конвой, сопровождаемый звеньями фрегатов, открыл огонь по подошедшим за припасами патрульным крейсерам, а затем уничтожил бомбардировкой немногочисленные города планеты. В обширных открытых карьерах карбидных шахт Криксии явилась иная угроза – одинокий «Четвёртый Всадник» Гвардии Смерти пробился через внешние выработки расколотого планетоида и высадил прямо в населённые горизонты штолен целую роту терминаторов – Могильных Стражей, начавших зачистку от всего живого, продлившуюся месяц. В далёком Нуминале, вратах к Коронидскому Пределу, из варпа вырвалась армада из более чем ста кораблей с паучье-машинной символикой Тагматы Циклотрата и объявила, что вся система должна преклонить колени под страхом смерти. Ещё дальше, на Максилле Планус, прибытие судов вольного торговца, украшенных Оком Гора, стало сигналом для массового восстания рабочих, континентальные посадочные поля охватило пламя. В близлежащем колониальном мире Перекрёсток Бредака с небес спустились разбойники из рыцарского дома Ǣртегнов, с тем же змеиным глазом на знамени, чтобы грабить, порабощать и убивать.

В амфитеатре Дворца Света на Манахее отрывочные факты наконец-то стали складываться в общую картину, когда планетарные защитные лазеры открыли огонь с максимального расстояния по авангарду наступающего флота, посылая в ночные небеса копья ослепительного света. Корабли каким-то образом полностью обошли внешнее кольцо укреплений, для чего появились не из ожидаемых узловых точек варп-перехода с галактического запада или юга, а через северный судоходный канал – со стороны самого Порта-Пасти. Невероятно, но новоприбывшие также обладали идентификационными кодами Порта-Пасти, что позволило им, держась вне зоны визуального наблюдения, ослеплять сервиторов и пикетные корабли, чтобы подобраться слишком близко. Остальное сделали волны почти незаметных абордажных торпед, штурмовых таранов и «Клешней ужаса», запущенных в цели подобно стальным дробинам.

Покрытые изморозью штурмовые корабли, на которых для скрытия приближения были отключены все системы энергоснабжения и жизнеобеспечения, были обнаружены, лишь когда они уже впились в корпуса защитных мониторов и орудийных платформ. Война за контроль над орбитой Манахеи закончилась, не успев начаться. Лишь теперь, когда приблизились основные силы надвигающейся тактической группы вторжения, когитаторы и лексмеханики пришли к выводам и назвали имена горстки кораблей, нацелившихся подобно копьям на улей. «Опустошение», «Пожиратель королей», «Забвение», «Кровавый клюв» и зловещий «Костлявый шакал» - всё это были тяжёлые боевые корабли XVI-го легиона, самих Сынов Гора.

В Порте-Пасти, в мерцании актинического света и бронзы Управляющего Паноптикона Механикум, дошёл до нуля давно запущенный отчёт. Сеть инфоджиннов вспыхнула с невиданной силой, выжигая повсюду системы вокс-передатчиков, авгурии внезапно окутало облако помех, а ауспики-сканеры отключились, словно избегая вспышки сверхновой. Пребывавший в движении вокруг станции флот практически ослеп, и в то же мгновение обеспечивавшая безопасность перемещений навигационная сеть начала лгать. Корабли сталкивались без предупреждения, осыпая обломками всё вокруг, неожиданно на полную мощность начинали работать двигатели, внезапным рывком разрывая беззащитные перед резким ускорением экипажи, а мостики тонули в потоках враждебного мусорного кода.

На сотнях кораблей отказывали или сбоили системы, прогибаясь под импульсами хаотического сигнала, а на других целые палубы подвергались стремительной декомпрессии или открывались пустоте, извергая наружу безмолвно кричащих матросов. Впрочем, сильнее всего смертоносная электромагнитная песнь ударила по меньшим кораблям, торговым и эскортным судам, неспособным защитить себя и быстро погибавшим. Большие боевые корабли были слишком мощными или выносливыми, вонзившийся в спину клинок инфоджинна лишь сбивал их с толку, а их собственные грозные духи машин немедленно реагировали на атаку, перехватывая управление или выжигая порченые системы для восстановления контроля. Однако многие из могучих боевых левиафанов, приходивших в себя, внезапно оказывались под обстрелом предполагаемых союзников. Не все были сбиты с толку. Одни корабли тайно готовились к нападению, а на других информационный удар и вовсе не был направлен, поскольку ими командовали предатели. Гремели взрывы: бывшие товарищи открывали огонь в упор по не осознающим опасности жертвам, желая вывести их из строя, а не убить. Среди находящихся в плотном строю эскадр раздавались вокс-передачи, требующие капитуляции, и некоторые корабли, окружённые перебежчиками и практически бессильные, были вынуждены подчиниться требованиям. Однако там, где начальной атаке не удалось вывести из строя оставшиеся верными экипажи, вспыхивали пустотные щиты и выли сирены, матросы занимали боевые посты, пылая праведным гневом.

На обширной многоуровневой станции Порта-Пасти уже начались бои между предателями и лоялистами, начальники военной полиции, подавив попытки мятежа среди своих подчинённых, теперь сплачивали вооружённое сопротивление для осады Управляющего Паноптикона Механикум, не отвечавшего ни на вокс-вызовы, ни на попытки перехватить управление и, несомненно, являвшегося источником заглушавшей всё губительной передачи. Наконец, не в силах пробиться через окружающие цитадель Паноптикона автоматические укрепления, начвоенполы уступили дорогу одетым в белую броню отборным подразделениям велитариев 905-й когорты Леты, известным как Пепельные Скорпионы. Опыт сражений в десятках жестоких войн сделал из этих свирепых выходцев с дикого мира смертельно эффективное воинское соединение. Прокладывая путь через переборки мелтабомбами и гусеничными «Рапирами», они пробивались через коридоры, выкашивая сопротивление яростным перекрёстным огнём волкитных лучей. Пепельные Скорпионы наступали через лабиринты туннелей Пасти к генератору, обеспечивавшему энергией Паноптикон.

Приближающаяся к владениям Механикум битва становилась всё более яростной, казалось, что сама станция обращается против велитариев. Для зачистки передовой от копошащихся гемонкулитов и кружащих сервочерепов, бросавшихся на солдат, словно бешеные звери, бойцам пришлось вызвать отделения огнемётчиков. Наконец, пробившись в обширное подземелье генераторума, велитарии увидели, что оно похоже на собор, большую часть которого занимали огромные и окутанные молниями плазменные катушки, по размерам сопоставимые с линейными титанами. Там их ждали послушники предавшей архимагос-астрал Меркурик: неуклюжие техножрецы, бронированные, словно терминаторы Легионес Астартес, для работы в этом радиоактивном аду, метровой ширины стальные пауки, скалящиеся мёртвыми человеческими черепами с опор и опутывающих генераторум паутиной проводов, а также десятки сервиторов с пустыми взглядами и обугленной плотью. Позади них, вокруг центральной кафедры управления, выстроилась манипула серо-стальных боевых автоматонов «Кастеллакс», нацеливших и прокручивающих болт-пушки. Никто не прошёл бы через этот смертоносный барьер.

Началась битва. Судьба Порта-Пасти висела на волоске, доблестные Пепельные Скорпионы наступали под шквальным огнём, перебегая из укрытия в укрытие, пытаясь пробраться через лабиринт консолей и переходов к сердцу генераторума. Огромное подземелье наполнилось ураганом воющих энергетических разрядов и ревущих болт-снарядов. Взрывались машины, оседали лестницы, в воздухе повисли клубы едкого дыма. Падали и люди, и автоматоны, стальные когти впивались глубоко в плоть, огнемёты изрыгали пламя, катились и грохотали гранаты, разрывая тела и прогибая металл.

Посреди бури нерушимой стеной стояла стена «Кастеллаксов», чья броня покрылась вмятинами и тлела, но выдерживала яростный обстрел, словно скала – поток, пока из дыма не появились три батареи «Рапир». Палящие лучи их лазерных разрушителей сомкнулись на переднем «Кастеллаксе» и отправили его в пылающее забвение. Почувствовав, что момент настал, штурмовые отделения велитариев вырвались из укрытия, крича древние кровавые кличи своего дикого мира, и ринулись в пролом в смертоносной баррикаде боевых автоматонов. Десятки были скошены на бегу, разорваны болт-пушками «Терзатель» выживших «Кастеллаксов», а других сокрушили тяжёлые удары сервокогтей, но, подобно стае хищных птиц, велитарии обрушились на бронированных чудовищ, выпуская в упор адские волкитные лучи, нацеленные в сочленения и пробоины брони боевых автоматонов. Пал ещё один «Кастеллакс», продолжая молотить в слепой ярости когтями даже тогда, когда его ноги подогнулись, и велитарии прорвались, бросившись на ждущих атаки техножрецов с силой и яростью, рождёнными отчаянием и самопожертвованием, которое не должно было оказаться тщетным.

Лишь один велитарий-прим, чьё имя так и не было установлено, прорвался сквозь кровавый ураган ближнего боя к помосту контрольной кафедры. Его залитая кровью пустотная броня дымилась. Поскольку времени на обдумывание действий не было, велит вонзил силовую саблю прямо в сердце машины, когда на его гермошлеме уже смыкались огромные стальные когти. Помост кафедры взорвался, исчезнув в ослепительно-белом огненном шаре, между огромными ядрами плазменного реактора промелькнули разряды молний, расплавляя генераторум. Активировались протоколы чрезвычайного положения и перенаправили высвобожденную энергию в установленные на стенах конденсаторы, мгновенно испепеляя зажатых между ними людей и машины.

Накрывший Порт-Пасть покровом помех сигнал сначала дал сбой, а затем исчез.

В пространстве вокруг станции бесконечный пульс в воксе и сигнальной сети кораблей лоялистов внезапно сменился оглушительной тишиной, после чего ход сражения одновременно стал более упорядоченным и более жестоким. Между друзьями и врагами были проведены линии фронта, были посланы вызовы и получены ответы на них, предъявлены и встречены отказом ультиматумы и призывы к капитуляции, а руководство восстановлено перед лицом кризиса.

На борту исполинского «Триумфа рассудка», флагмана Армады Порта-Пасти, огромного и предназначенного для управления флотом корабля, созданного из корпусов двух макролинкоров типа «Легат», выведенных из строя в ранние годы Великого крестового похода, было предотвращено покушение на гранд-адмирала Осфея Ла Брая, а попытка мятежа подавлена – быстро и безжалостно. Теперь Ла Брай вновь принял полное командование над огромным линкором, и, с исчезновением губительного сигнала авгурии, системы стратегического просвещения «Триумфа», предназначенные для руководства в случае необходимости боевым флотом всего сегментума, восстановили тактическое руководство над всеми ответившими на зов кораблями лоялистов. Первым делом Ла Брай отдал приказ «Курге», таранному линкору типа «Диктатус», находившемуся на орбите вблизи от станции и только что подавившему собственный мятеж. Пробудившись, корабль направился к умолкнувшей башне Паноптикона Механикум, протянув шестикилометровой длины трезубец сервокогтей. «Курга» обрушилась на башню, пронзив её броню тридцатиметровыми зубами-шипами когтей, погрузившимися глубоко в мерцающие силовые поля. Через считанные мгновения в бронзовые стены башни впились десятки направляемых ракетами мелтагарпунов. Вцепившись в жертву, «Курга» разогнала двигатели. Десятикилометровой высоты башня дрожала и трещала, борясь против разрывающей её невероятной тяги, но затем поддалась, когда огромные двигатели линкора изрыгнули пламя, достойное самого ада. Башня сломалась, бесчисленные вторичные взрывы прошли вдоль всей её длинны, расколовшийся, словно гнилое дерево, Паноптикон улетел в пустоту. Губительный сигнал больше не повторится вновь.

В центре мальстрима кораблей лоялисты и предатели начали расходиться, давая судорожные залпы, не понимая, где враги, а где союзники. На внешних окраинах медленно раскручивающегося вихря, в десятках километров от Порта-Пасти, сопровождающие великую Армаду корабли только приходили в себя. Они не являлись частью основных сил и состояли из десятков эскадр, присланных на сбор из внешних систем, а также бесчисленных судов беженцев и тяжёлых транспортов, среди которых, словно крошечные морские существа рядом с огромными левиафанами, кружили корабли, проводящие ремонт и доставляющие провизию. Здесь, вдали от сердца вероломной атаки, резня была не столь жестокой, было меньше мятежей, но пришедший из Порта-Пасти сигнал-анафема всё равно на время ослепил и оглушил всех. И теперь сбитые с толку и ничего не понимающие экипажи наблюдали за катастрофой, не понимая, что происходит, кто в кого стреляет и почему.

На самом краю вихря один из великих боевых ковчегов Циклотрата, не принимавших в анархии ничьей стороны, практически незаметно для других запустил маневровые двигатели и пошёл на сближение. Огромный бочкообразный корабль медленно развернулся в противоположную сторону от разворачивающихся по спирали внешних кораблей к всё ещё не вступившим в бой звеньям крейсеров, присланных на помощь из далёкого Агатона. На борту ни одного из них не оказалось предателей, и для экипажей в начинающейся битве не было ни явного смысла, ни очевидных сторон. Циклотратский боевой ковчег, обозначенный как «Арифметика насилия», медленно развалился, пластины его десятикилометровой обшивки оторвались, словно листья огромного цветка в буре. Вместо внутренних палуб показались ровные ряды отключённых пустотных торпед, которые, словно подожжённые одним факелом, вспыхнули золотым огнём, запуская плазменные двигатели. Они устремились через пустоту в агатонцев, мгновенно изничтожая оказавшиеся на пути меньшие корабли, и обрушились на цели, словно всеразрушающий кулак бога. Внезапная ослепительная вспышка от гибели десятков грозных кораблей была столь яркой, что её можно было увидеть невооружённым глазом с мрачных окраин облака Оорта системы. И там в ответ пробудился исполинский чёрный корабль…

Начавшаяся атака на Манахею стала одновременно быстрой и исполненной с безжалостным мастерством. Сыны Гора давно славились среди воинств Империума как лучшие мастера обезглавливания, внезапного и смертельного удара по вражеской боевой силе, делающего победу практически неизбежной. Атака на Манахею Висидэ не стала исключением, но в этот раз глотку перерезали не вражескому генералу на командном посту и даже не великой крепости, а целому городу-улью.

Следуя плану атаки, штурмовой флот Сынов Гора занял выверенное коническое построение, образовав трёхмерный наконечник копья, что серьёзно уменьшало проекцию цели и, соответственно, вероятность попадания наземного огня в атакующие корабли. Однако улей Илиум был хорошо защищён, многочисленные питаемые реакторами лазерные батареи не уступали в мощи основным орудиям линкоров, а узловые точки прикрывали ряды ракетных установок «земля-воздух» и многослойные пустотные и силовые щиты. Размер Илиума, как и любого другого города-улья, сам по себе был защитой, врождённой устойчивостью специально спроектированных исполинских зданий, а тысячи километров дорожных магистралей и переулков, жилых кварталов, правительственных проспектов, мануфакторумов, площадей и вокзалов являлись лабиринтом, способным поглотить целые армии. Но для Сынов Гора такие преграды сами по себе были желанной целью, а возглавлявший штурмовой флот командир, сам Абаддон, первый капитан легиона, руководивший атакой с мостика боевой баржи «Пожиратель королей» считал Илиум добычей, которую он намеревался преподнести своему примарху после достойной победы.

Когда наконечник копья стал опускаться на нижнюю орбиту, ночные небеса вспыхнули многоцветным огнём, защитные лазеры нашли свои цели, посылая яркие, словно полуденное солнце, ослепительные импульсы энергии, разбивавшейся о пустотные щиты. В ответ ударные крейсеры и боевые баржи начали обстрел макропушками и плазменными бомбами, градом сыплющимися на город. Там, где падали эти смертоносные метеоры, силовые щиты схлопывались, сверкая молниями, а жилые кварталы оседали, словно песочные замки, обрекая всех внутри на гибель. Но разрушение не было бессмысленным, и вскоре необычный замысел Абаддона стал очевиден. Падали здания, раскалывались мосты, обстрел выбивал ущелья, однако основной целью обстрела, кроме поиска слабых мест в тяжёлых пустотных щитах мощных наземных батарей и окружных твердынь, являлось уничтожение не военных частей, а отдельных участков городской застройки, сравнивание их с землёй. Наземный обстрел усилился, и ударный крейсер «Забвение» был вынужден отступить под яростным ответным огнём, потеряв щиты, но дело было сделано. Путь был открыт.

Сквозь огненную бурю на планету обрушилась вторая волна предателей. Первыми появились чёрные, похожие на стервятников силуэты штурмовых кораблей: тяжёлые «Грозовые птицы» типа «Кондор» и «Боевые ястребы», их меньшие, более подвижные сородичи, реликвии ранних войн Великого крестового похода. Следом за ними пикировали на порядок большие стаи новых «Громовых ястребов» и «Грозовых орлов», петляя и кружа, чтобы избежать летящего им навстречу в нижней атмосфере урагана зенитного огня. Пламя озаряло мрачные небеса и снижающиеся штурмовые корабли, то тут, то там гремели взрывы, когда предателей настигал яростный огонь защитников улья Илиум, но попаданий было слишком мало, чтобы изменить ход грядущих событий. Дойдя до уровня видимого горизонта, штурмовики Сынов Гора разделялись, заходя на атаку с бреющего полёта, с рёвом, на головокружительной скорости проносились сквозь огромные искусственные каньоны из адамантия и железобетона, ведя шквальный орудийный огонь и запуская ракеты из крыльевых контейнеров. Разлетались на части энергораспределительные системы, умолкали зенитные орудия, падали антенны ауспиков и взрывались защитные купола. Когда тяжёлая огневая мощь «Грозовых птиц» и «Громовых ястребов» в упор обрушилась на укрепления улья Илиума, в наблюдательном амфитеатре Дворца Света воцарилась испуганная тишина. Никто из присутствующих не мог не заметить, как тщательно была спланирована атака, как были учтены все поля обстрела, как враг уничтожал все орудийные установки и скрытые энергоузлы, зная, где они находились. Защитников Манахеи, как и многих других жертв жестокой гражданской войны, шедшей уже третий год, предали.

Наступившее молчание в амфитеатре сменилось новыми тревожными криками и срочными запросами подкреплений, когда начали поступать новые доклады: Сыны Гора высадились и началась резня. Одними из первых целей стали обширные укреплённые комплексы-купола, где размещались защитные лазеры, волны снабжённых прыжковыми ранцами отделений штурмовиков атаковали их с воздуха, прыгая с десантных кораблей, а Разорители и Налетчики выскакивали из бронированных пастей «Громовых ястребов», зависавших опасно близко к укреплениям защитников, бросая вызов яростному наземному огню. Здесь, среди укреплённых бастионов и орудийных куполов, Солярная Ауксилия удерживала позиции. Каждый из них, обычный человек, в гуще боя не был ровней Легионес Астартес, но их дисциплина была крепче железа. Солдаты сражались в плотных упорядоченных построениях, строясь в огневые шеренги, чтобы иметь возможности вести плотный поток быстрых очередей в чудовищ, пришедших за ними в ночи. Против столь яростного огня были уязвимы даже силовые доспехи космодесантников, лазерные разряды находили трещины и слабые места, пронзая глазные линзы и выжигая сочленения. Но когда Сыны Гора обрушивались на них, начиналась резня, повсюду летели клочья разорванных воющими цепными мечами тел. Несмотря на доблесть Солярной Ауксилии, великие защитные лазеры умолкли один за другим и больше не стреляли.

И если закалённые ветераны ауксилии терциос оказывали Сынам Гора серьёзное сопротивление, то брошенные против них отряды призывников-ополченцев погибали, отпрыски магистра войны обрушивались на них словно влезшие в овчарню волки, которыми когда-то и назывались. Но даже тогда ход битвы ещё мог измениться в пользу защитников Манахеи – своим молниеносным натиском Сыны Гора расшевелили осиное гнездо. Уже тогда свежие колонны неповоротливых тяжёлых танков выступали из подземных хранилищ, а тысячи солдат выходили из бункеров, готовясь к мощной контратаке. Против такого превосходства в численности и огневой мощи в открытой битве не устоял бы даже авангард Сынов Гора, но они и не собирались ввязываться в бой.

После подавления большей части наземных батарей ночные небеса над Илиумом вспучились и вскипели вновь, когда началась третья волна атаки. С пронзительным рёвом прокладывая себе путь через атмосферу, заглушая даже какофонию битвы, пятнадцать огромных огненных шаров пронеслись над городом, словно новые звёзды. Они рухнули в расчищенные для них от зданий посадочные зоны, и от силы удара земля дрогнула на километры вокруг. Циклопические двери огромных десантных кораблей, всё ещё раскалённые после падения, разорвались, и наружу выступили титаны из трижды проклятого и вероломного Легио Темпестус. Навстречу им сквозь облака дыма и пепла, дерзко освещая тьму прожекторами, наступали бронетанковые колонны Солярной Ауксилии. Сотни «Леман Руссов» с ревущими и изрыгающими жар двигателями обходили посадочные зоны с флангов, а в центре бронированной волны десятки тяжёлых «Малкадоров» строились звеньями перед мощнейшими танками Ауксилии – «Разящими клинками» и «Теневыми мечами» в снежно-белой и сапфировой раскраске Экзертус Империалис Ультима. Позади уже открывали огонь артбатареи «Василисков». Пустотные щиты сверкали под нарастающим яростным обстрелом, но титаны Легио Темпестус наступали. «Повелитель войны» под названием «Агриппа» навис над кажущимися муравьями танками, осмелившимися бросить ему вызов, и взвыл боевым горном так, что на расстоянии километров разбились стёкла, а у людей лопнули барабанные перепонки. Вой подхватили десятки попирающих развалины улья богомашин. Затем «Агриппа» поднял исполинский плазменный аннигилятор и изгнал ночь потоком раскалённого добела солнечного пламени.

Примерно в то же время, когда первые шаги титанов сотрясли улей Илиум на Манахее, в Порте-Пасти гремела открытая пустотная война между теми, кто окончательно перешёл на сторону предателей, и теми, кто остался верными. В коридорах и залах искусственного планетоида бушевала настоящая гражданская война. План предателей – покорить флот лоялистов изнутри или заставить его сдаться – оказался лишь частично успешным, и теперь, когда прекратилось губительное влияние Паноптикона Механикум, лоялисты быстро собирали силы.

После череды жестоких и беспорядочных схваток оставшиеся на ходу корабли разошлись и образовали два многокилометровой длины построения полумесяцем, держась вне зоны поражения и под прикрытием огромного искусственного планетоида, отделяющего их от врагов. Вокруг кружились обломки и сотни подбитых кораблей, пытающихся починить повреждения или бесцельно дрейфующих, пока на борту бушевали жестокие бои. Никто не обладал достаточным превосходством для победы в прямом противостоянии без серьёзных потерь, но все понимали, что попытка бежать – отделиться от противника и отступить – означала сдачу стратегически важной системы и всего в ней находящегося врагу. Судьба Порта-Пасти и его огромной армады висела на волоске.

Пока два строя находились в паритете, из тьмы внешней системы приближалась новая неожиданная угроза. Тёмный флот не отвечал на вызовы, не передавал никаких опознавательных кодов, но с почти околосветовой скоростью мчался вперёд, словно кинжал, брошенный в сердце Порта-Пасти. В стратегиуме огромного флагмана лоялистов, «Триумфа рассудка» гранд-адмирал Ла Брай нетерпеливо ждал, пока офицеры его сенсорума перегружали ауспики, пытаясь дать ему чёткий доклад о приближающемся флоте. Здесь явно была использована некая маскировочная технология, которая рассеивала и отклоняла сканирующие лучи, делая невозможным точный захват кораблей. Вероятно, что Ла Брай, как и многие офицеры его ранга, знал о применении подобных тайных устройств скрытной Гвардией Ворона – легионом, оставшимся верным, но предположительно уничтоженном на Исстване. Был ли это флот-осколок Гвардии Ворона, выживший в катастрофе? Если так, то почему они не отвечали, не открывали себя? На такие вопросы нельзя было дать достоверного ответа. Однако какой бы ни была истинная причина скрытия от ауспиков, корабли не могли скрыть своей численности при таком мощном ускорении и выбросе тепла из плазменных двигателей. По оценкам савантов, там было около двадцати кораблей, из которых по крайней мере половина относилась к флагманскому классу, что означало, что флот самого Ла Брая превосходил их числом четыре к одному. В одиночку он мог уничтожить такую эскадру, но если бы она соединилась с собирающимися на другой стороне Порта-Пасти вражескими кораблями, то исход битвы вероятнее всего склонился бы в пользу предателей. Без колебаний Ла Брай отдал приказ, и широкий полумесяц его армады начал разворот на курс перехвата приближающегося флота, разгоняя собственные двигатели.

Расстояние стремительно сокращалось, тысячи километров проносились за считанные секунды, а следом за верноподданными шли корабли предателей, однако флот Ла Брая неизбежно бы первым встретил незваных гостей. Секунды складывались в минуты, пока не был получен доклад, что корабли приблизились достаточно, чтобы попасть в зону визуального наблюдения оккулярия флагмана, и Ла Брай немедленно приказал вывести перед ним изображение. Лишь тогда он осознал глубину своей ошибки. Авангардом приближающегося флота действительно были две боевых баржи Легионес Астартес Гвардии Ворона, по крайней мере, когда-то. Впереди шли два модифицированных гранд-крейсера типа «Дракон», в чёрных геральдических цветах легиона Коракса, ныне сорванных и опалённых в пламени битв, но следом за ними шла не Гвардия Ворона. Титан, вздымавшийся позади боевых барж, был настолько ужасающе огромным, что по сравнению с ним они казались фрегатами. Этот корабль узнали бы с первого взгляда все капитаны Имперского Флота – он был машиной разрушения, с которой немногие могли бы потягаться, но само его присутствие означало нечто стократ худшее. Это был «Мстительный дух». Это был флагман Гора.

Линейные корабли Сынов Гора ударили в самый центр строя лоялистов, атаковав в лоб, используя переметнувшиеся корабли Гвардии Ворона как живые щиты. Клин предателей подобно копью вонзился во флот верноподданных, поразив его, расколов защитное построение, словно удар тесака – кость.

На острие клина сквозь ударные волны пламени и обломков прокладывал себе путь «Мстительный дух», подобный ожившему древнему чудовищу, его огромный бронированный нос разбрасывал крейсеры лоялистов, словно игрушки, многоуровневые бортовые батареи с презрительной лёгкостью пробивали щиты и разрывали корпуса. На его мрачных бронированных бортах вспыхивали и исчезали, словно выводимые огромной рукой, странные символы, как будто пульсирующие в такт ударам ужасного сердца, а пустота вокруг словно корчилась в муках, отступая. Неудержимый корабль прорывался сквозь ряды верноподданных, сея повсюду смерть. У исполинской боевой баржи Гора была одна задача, одна истинная цель – скрытый в сердце армады лоялистов «Триумф рассудка», средоточие их руководства.

Увидев добычу, «Мстительный дух» зашёл на разворот так, словно собирался протаранить двойной корпус линкора, но во время сближения, когда орудия, как охотника, так и его смертоносной добычи осыпали друг друга яростным обстрелом, внезапно, сверкая двигателями, развернулся вдоль своей оси. На такой скорости подобный безумный, непредсказуемый манёвр стал бы смертельным для любого корабля такого размера, два попавших под разворачивающийся корпус эскортных судна разлетелись на части, а попавший под яростную вспышку двигателей бастионный фрегат так и остался гореть в пустоте. Пространство между двумя исполинскими кораблями словно исказилось, содрогнулось, когда корабль магистра войны резко остановил движение так, что теперь он летел рядом и над «Триумфом» в том же направлении с той же скоростью. В ответ на казавшийся невозможным манёвр и нависшую подобно стервятнику угрозу, неповоротливый исполин начал разворачиваться, пытаясь уйти от огня, навести собственные орудия, но слишком медленно и слишком поздно.

Вихревые ракеты, редкие и смертоносные орудия из Тёмной эры технологий, были запущены из пусковых аппаратов правого борта «Мстительного духа» и вспыхнули призрачными сферами безмолвного небытия, сорвавшими пустотные щиты «Триумфа рассудка» как бумагу и подобно расколотому льду вскрывшие декаметровой толщины пластины обшивки. Спустя считанные мгновения за ними последовали «Харибды» и «Клешни ужаса» Сынов Гора, пробившиеся через ослабленный корпус и выпустившие внутрь смертоносный груз. Следом уже летели штурмовые корабли и тараны, прокладывая себе путь на лётные палубы и ангары, совершая жёсткую посадку посреди огненной бури и шквального обстрела.

По всему «Триумфу» завыли аварийные сигналы, призывая «отразить абордаж», захлопнулись защитные переборки и открылись орудийные склады, чтобы вооружить тысячи членов экипажа, начиная с нижайших работников корабельной кухни и заканчивая светлейшими астрогаторами. Отборная Солярная Ауксилия, когорта лейб-гвардии самого Ла Брая, приготовилась встретить защитников среди железных стен. По коридорам и орудийным палубам разнёсся гром выстрелов и вопли умирающих. Штурмовые войска Сынов Гора быстро пробились в сердце огромного и подобного лабиринту двойного корпуса корабля, убивая со сдержанной жестокостью. Одетые в зелёные доспехи воины прорывных отделений, сомкнув щиты, наступали сквозь шквальный огонь автоматических орудийных систем, не обращая внимания на собственные тяжёлые потери. Налетчики Сынов Гора превращали целые палубы экипажа в кровавые бойни, безжалостно расстреливая из болтеров и обезглавливая клинками всех, будь то стрелки, члены экипажа или сервиторы. В защитных узких проходах и у дверей в жизненно важные отсеки лейб-гвардия Солярной Ауксилии противостояла неумолимо надвигающимся чёрным терминаторам Сынов Гора, отвечая таким шквальным и дисциплинированным огнём, что тёмные керамитные пластины катафрактов мерцали, словно красные угли, а позолоченные украшения плавились, будто раскалённый воск. По приказу Ла Брая в трюмах «Триумфа» открыли бронированные хранилища и криокамеры, выпустив тем самым на волю последний довод защитников исполинского корабля – сотни огринов-харонитов. Гонимые гневом и боевыми стимуляторами мутировавшие и кибернетически усиленные чудовища были столь опасны, что многие считали, что тайны их создания лучше было бы забыть в эру Раздора. Но, согласно имперскому дозволению, они по прежнему были доступны командующим Солярной Ауксилии в качестве оружия, используемого в самых чрезвычайных ситуациях. И теперь они обрушились на Сынов Гора. Огромные и хирургически бронированные недолюди нависали даже над космодесантниками, а их укреплённые кулаки могли раздавить силовые доспехи так же легко, как переборки судна.

В замкнутом пространстве двигательных палуб и переходов «Триумфа» харониты стали смертельно опасным врагом даже для сверхчеловеческих воинов, Сынов Гора, обрушившись на них и разбрасывая ударами кулаков или разрывая, словно перезрелые фрукты. Болтеры грохотали в упор, вырывая из снедаемой химикатами плоти клочья, выли разрывающие их цепные мечи, но обезумевшие недолюди просто наступали, не замечая ран, которые убили бы даже Легионес Астартес на месте. Отдельные огрины продолжали молотить всё вокруг, даже потеряв головы, и сражались до тех пор, пока от них не оставалась изуродованная до неузнаваемости груда мяса. Сила встретилась с силой, ярость с яростью и атака предателей начала замедляться. Потери обеих сторон нарастали. На мгновение вымотанные защитники «Триумфа рассудка» ощутили проблеск надежды, но она умерла, едва по всему кораблю разнеслись жуткие крики разрываемой реальности. На флагман лоялистов с «Мстительного духа» телепортировалась вторая волна, и с ней пришёл сам Гор.

Гор. Магистр войны. Примарх. Бог Битвы. Ничто не могло устоять перед ним. В развевающемся за спиной чёрным плаще из шкуры Гор обрушивался на толпы харонитов, размахивая булавой, Сокрушителем Миров, и круша огринов так, словно те были наполненными кровью вазами из фарфора, а не воплощёнными кошмарами эры Раздора. В нём его легион обрёл новую решимость, просочившаяся в их души тёмные сила вновь погнала их на врага, словно дьяволов из древних легенд. Поняв, что всё кончено, Ла Брай возглавил выжившую лейб-гвардию в попытке прорыва к лётным палубам, несомненно, намереваясь сбежать на другом корабле лоялистов, но пал, когда уже видел ангары. Лишённый даже славного последнего боя Ла Брай и его гвардейцы были разорваны на части яростным перекрёстным огнём, а его наполовину сгоревший труп опознали лишь после того, как магистр войны Гор уже покинул разорённую войной систему.

Подобно смертоносному приливу, Гор и его Сыны прокладывали себе путь через «Триумф рассудка», уничтожая всё на своём пути. Наконец, они выбили двери мостика и ворвались в стратегиум, где перебили всех, не считаясь ни с рангами, ни званиями. Перед лицом Гора человеческий экипаж корабля просто бросал оружие от отчаяния, но пощады не было. С заваленного трупами мостика флагмана магистр войны обратился к выжившим лоялистам, и его голос опалил холодную пустоту до самых глубин Порта-Пасти, где продолжались бои. Сопротивлявшимся ему Бог Смерти предлагал пощаду в плату за их доблестное, пусть и неуместное сопротивление. Однако сохранить жизнь могли только те, кто сложит оружие и будет служить ему отныне и навечно, остальных же ждало лишь полное истребление.

Лишённым руководства, разбитым и одиноким лоялистам, столкнувшимся с неудержимой силой, во имя Императора вырезавшей бессчётные звёздные системы, оставалось лишь подчиниться. Один за другим корабли верноподданных «спускали флаги», отключая пустотные щиты и ауспики-целеуказатели, и сдавались. Лишь горстка кораблей, таких как «Курга», исчезла во мраке. Внутри бесчисленных коридоров и залов самой огромной станции грохот битвы утих, сменившись зловещей и напряжённой тишиной, нарушаемой лишь криками раненых и умирающих.

Порт-Пасть и всё в нём находящееся отныне принадлежал магистру войны.

«Кого боги хотят покарать, тех лишают разума. Лишь игрушки мы для их развлечений, и дают они нам вознестись, когда мы радуем их, но затем, утомившись, ломают ради забавы».

Драматург Прокул Солдарис, приблизительно М2

На одиннадцатый день боёв врата Дворца Света пали, возвестив конец сражения. Более пяти дней защитники Илиума доблестно противостояли обрушившимся на них врагам, неся тяжёлые потери, но после этого, в течение шести дней, были обращены в бегство и разгромлены. И теперь в задыхающемся от пепла городе титаны надменно шагали по огромным дорожным магистралям, круша и сжигая всё, мстя за собственные потери. Небо над ними разрывали проносящиеся штурмовые корабли легиона, подобно хищным птицам пикирующие на уцелевшие очаги сопротивления или спасающихся беженцев. Когда-то сверкавшие белые площади Илиума покрылись коврами изувеченных тел и выгоревших обломков танков, ровные ряды жилых зданий были разбомблены до неузнаваемости или попросту стёрты в порошок, от мануфактур и правительственных зданий остались лишь обугленные каркасы из покорёженного металла.

Не всё прошло согласно боевым планам предателей – среди развалин окружной крепости 77-4 до сих пор лежал поверженный «Разбойник» Легио Темпестус «Раксвалиан», источая слабеющее радиационное излучение. Он стал жертвой засады немногочисленных рыцарей дома Вирониев, оказавшихся на планете в момент вторжения. Для рыцарей это стало приговором, но они дорого продали свои жизни. «Раксвалиан» стал третьим павшим под их натиском титаном, прежде него погибло две меньшие «Гончие», а четыре других богомашины разных типов получили серьёзные повреждения в столкновениях с бронетехникой после высадки Легио Темпестус. Подразделения сверхтяжелых танков улья Илиум проявили весьма неожиданную эффективность в противостоянии титанам, однако в бою с наступающим полулегио и атакующими с флангов Сынами Гора конец их был неизбежен. Несмотря на яростное сопротивление манахейцев в Илиуме, город пал, и теперь признание победы было простой формальностью. Правители других городов-ульев, видевших судьбу своей столицы, уже сдавались. Скоро сдадутся и миры-сатрапии.

Сам Абаддон возглавил последний штурм Дворца Света, который в качестве извращённой шутки оставил напоследок, чтобы лорд-протектор мог увидеть гибель города, которым правил. Первый капитан ворвался внутрь вместе со своей юстаэринской стражей, словно банда грабителей, пришедших в беззащитный дом – их яростная атака была в той же степени развлечением, в коей и военной необходимостью, ведь внутри остались лишь чиновники и раненые солдаты, которым было некуда бежать. Пикт-снимки из командного амфитеатра шпиля демонстрируют жалкий финал. Оставшийся в одиночестве, но решительный до самого конца Приам Бекет встретился с убийцей королей. Он произнёс слова отказа в лицо великана и умер, повергнутый Абаддоном с той же презрительной лёгкостью, с какой обычный человек прихлопывает муху. С ним умерло и Манахейское Содружество. Теперь на его месте возникли владения Гора, новопокорённая провинция расширяющейся теневой империи – царства, чьим единственным смыслом существования было вооружение и снабжение своих хозяев для свержения Императора Человечества.

Ко времени покорения Манахейского Содружества Мортарион и основные силы флота Гвардии Смерти давно покинули регион, и скоро за ним последуют корабли магистра войны, направляемые его замыслами. В грядущие годы гнев Гора обрушится на десятки других миров – от отречённого Гириена до легендарного Двелла и прославленного мира-крепости Молех, защищённого даже лучше Манахеи, но всё равно разорванного когтями магистра войны. Позади Гор оставил расколотые Коронидские Глубины – царство разрушенных городов и мёртвых миров, утопающих в крови зон боевых действий, где навсегда было уничтожено единство имперской власти. Отныне Порт-Пасть принадлежал ему и быстро приводился в порядок, чтобы стать ремонтной и снабженческой базой предателей в северном Империуме. Большинство Армады было забрано со станции, корабли, подразделения перебежчиков и боевые машины были рассредоточены по десяткам секторов для укрепления линий фронта и штурмовых флотилий. В Пасти остался лишь минимальный флот из примерно шестидесяти линейных кораблей – достаточно сильный, чтобы атаковать и утверждать власть над Манахейскими мирами, но слишком маленький, чтобы обеспечить полную власть над Коронидскими Глубинами. Править карманной империей во имя магистра войны стала прикомандированная боевая рота Сынов Гора под руководством Талока Торна, бывшего строевого капитана легиона, ставшего тираном Порта-Пасти. Средоточием и проводником его власти стал провонявший кровью «Триумф рассудка», переименованный в «Кнут». Под руководством Талока корабельные кузницы Порта-Пасти бесконечными циклами трудились над вооружением, строительством и ремонтом кораблей. Посланники Тёмных Механикум приняли управление якорными стоянками во имя магистра войны, а шесть когорт Хтонийских Шакалов, воинов Солярной Ауксилии, набранных в родном мире Сынов Гора, но сочтённых неподходящими для преображения в Легионес Астартес, стали их гарнизоном. В этой мрачной тени ульи Манахеи превратились в огромные лагеря рабов, управляемых местными жителями, полностью отдавшими себя Гору и теперь соперничающими друг с другом в выполнении суровых требований далёкого и безжалостного владыки.

Зажатый между флотом Торна и Тагматой М’пандекса, осаждённый, но непокорный мир-кузница Мезоа пребывал в блокаде. Все попытки осадить её провалились, и Мезоа осталась угрозой, которая со временем начала расти. Хотя основные варп-пути на галактический запад оставались в руках предателей, что позволяло им в полной мере использовать Манахею и Порт-Пасть, значительная часть скопления Циклопа превратилась в разорённую войной пустошь. Здесь указы предателей исполнялись лишь там, куда за данью и грабежом приходили их корабли. К северу за пределами скопления бездна Грааля погрузилась в непроглядную тьму, царившую там до прихода Великого крестового похода, став прибежищем для пиратов, жаждущих возмездия выживших лоялистов, а также отступников и худших созданий. Находившиеся на западе и считавшиеся стратегически менее важными, чем центральные миры, покорённые на начальном этапе вторжения, планеты Коронидского Предела до сих пор были оспариваемой территорией, и бои там продолжались. Здесь магосы мира-кузницы Циклотрат, по возможности избегая прямого вмешательства Сынов Гора из гарнизона Порта-Пасти, продолжали собственную завоевательную кампанию, разумеется, предварительно – согласно полученным приказам – перенаправив в армии Гора значительную часть Тагматы. Оставшиеся войска под руководством зловещего полководца, архимагоса Драйкавача, были втянуты в затяжные бои за контроль над Нуминалем и окружающими его звёздными системами. В регионе также присутствовал ряд флотилий вольных торговцев, ядовитых кораблей Гвардии Смерти и грабителей из предавшего рыцарского дома Ǣгтернов, теоретически служащих под знаменем магистра войны, но имеющих собственные цели, а также лоялисты, оказывающие им значительное и всё более скоординированное сопротивление. Обе стороны одновременно сдерживали и оберегали нарастающие потоки возмущений варпа, утихших во время вторжения Гора, но вновь становящихся сильнее.

К началу 008.М31 Коронидские Глубины, бывшие некогда стабильным аванпостом Империума, стали рядом управляемых предателями владений посреди терзаемой раздорами Галактики. Но и это скоро изменится, ведь разбуженного духа войны не так-то легко насытить, и для некоторых победа окажется мимолётной.

Далёкий Агатонский Доминион, автономное скопление имперских миров за границами сегментума Ультима в звёздных пустошах северной окраины, являлся частью Коронидских Глубин лишь благодаря капризу истории и причудам путешествий через варп. Агатон, в который можно было попасть в первую очередь по терзаемым бурями и непостоянным маршрутам из Бездны Грааля и Нуминаля, стратегически не представлял важности для планов предателей и потому полностью избежал их вторжения. Всё участие агатонцев в конфликте свелось к отправке эскадры крейсеров из своего небольшого линейного флота на общий сбор в Порте-Пасти. Однако это небольшое решение повлечёт за собой непредвиденные и обширные последствия. Из восьми покинувших в прошлом году Агатон кораблей вернулся лишь один – «Телемах», истерзанный бурей и предательством в Порте-Пасти. Сбежавший благодаря удаче и невероятному упорству крейсер принёс не только достоверные известия о катастрофе на станции и вероломстве циклотратских Механикум, стоивших жизни его братских кораблей, но также известия, собранные за дни долгого и трудного путешествия домой через охваченные войной и анархией звёздные системы. Также «Телемах» принёс бережно хранимое тело своего капитана, Иокасты МаСад, умершей от ран после битвы за Порт-Пасть, отказавшейся принять медицинскую помощь прежде, чем корабль окажется в безопасности. Прибытие «Телемаха» стало искрой в пороховой бочке страха и политических разногласий, нарастающей в мире-улье Агатон, столице Агатонского Доминиона с самого получения первых известий о восстании Гора против Империума.

Агатон, пусть и относительно небольшой по сравнению с обширной Манахеей или громадной Некромундой, был древним миром, основанным ещё в незапамятные времена Тёмной эры технологий, и платой за его покорение стала кровь. Первыми имперскими правителями мира стали офицеры Солярной Ауксилии 60-го экспедиционного флота, чьими последними завоеваниями стали эти миры, а первым имперским командующим Агатона являлся лорд-маршал Иретон МаСад, внучкой которого и была погибшая Иокаста, капитан «Телемаха». Представители офицерского состава вскоре породнились с местными знатными семействами, отчего спустя несколько поколений их было сложно различить, но со спуском по лестнице общественной иерархии можно было увидеть всё больше безразличия и пренебрежения к имперскому правлению Агатоном. И теперь угроза грядущей войны и страх, вызванный зловещими слухами о зверствах на Моаве и Манахее, придали голосам недовольных силы, Парламент Избирателей планеты раскололся между непоколебимо преданными людьми, теми, кто готов был выступить на стороне Гора из страха последствий обратного, и теми, кто предпочёл бы отделение и возвращение независимости Агатона. Подкуп, угрозы, убийства – все средства тайной политики парализовали механизмы управления планеты, и мир-улей повис на краю бездны всеобщей войны прежде, чем его землю омрачила тень хотя бы одного предателя.

И в палаты спорящих избирателей, собравшихся в последней отчаянной попытке предотвратить открытую войну, пришёл Иретон МаСад, старый маршал, бывший имперский командующий, проживший почти двести лет и отошедший от дел, пробывший последние два десятилетия практически отшельником. С собой он принёс тело внучки, парящее в стазисном гробу, сопровождаемом взводом велитариев Солярной Ауксилии в льдисто-белой униформе, традиционно означавшей на Агатоне траур. Потрясённые избиратели молча слушали МаСада, говорившего о скорби и самопожертвовании, а затем о мечте Империума, о человеческом единстве и Имперской Истине. И затем, обличив слабость духа своих наследников, он обвинил парламент в предательстве Императора. Прежде чем аристократы Агатона успели хоть что-то возразить, солдаты похоронного караула вскинули волкиты и испепелили их дотла. В последующие дни на Агатоне и подчинённых ему мирах было введено военное положение под прямым управлением «Старой Гвардии» из 60-го экспедиционного флота и их прямых наследников, а вся экономика и усилия общества были перенаправлены на военные нужды. Целью всеобщей мобилизации была подготовка не просто к обороне, а к наступлению. Агатон – и МаСад – отомстит предателям, любой ценой.

Однако первый серьёзный удар по контролю предателей на Коронидскими Глубинами был нанесён не из Агатона, но из внешней тьмы Бездны Грааля. Прошло уже больше года после того, как система Гефсимании без сопротивления сдалась Гору, что до этого момента избавляло её от худших бедствий войны. Единственный обитаемый мир системы, Гефсимания Колонус, подчинился новым владыкам, сборщикам десятины, несущим змеиное око Гора, а не увенчанную головой хищной птицы печать Терры. Теперь заводы планеты трудились под их руководством, а обширные дождевые леса Гефсимании были вырублены и увезены за пределы мира в качестве сырья, но, кроме суровых требований сборщиков, для жителей изменилось немногое. Однако, точно так же, как нежданное прибытие одинокого выжившего из системы Исствана в 006.М31 возвестило год ужасной войны, так и теперь, в чём была зловещая ирония, прибытие второго выжившего из следующей страшной битвы возвестило её новый этап.

Когда злополучный варп-машрут из призрачной Бездны Грааля вновь открылся, то в реальный мир вырвался не мёртвый корабль, разукрашенный в пурпур Детей Императора, а покрытый шрамами и избитый убийца в цветах чёрного железа и багровой крови. Это был «Красный коготь», флагман клана Моррагул Железных Рук и их господина Аутека Мора. Гефсимания, после прибытия предателей лишившаяся большей части пустотных укреплений, оказалась практически беззащитной перед зловещим возмездием призраков Империума. Немногие уцелевшие орудийные платформы над Гефсиманией Колонус были сметены, а затем атакующий гранд-крейсер вышел на нижнюю орбиту и начал предварительную бомбардировку. И затем спустились сыны Медузы, чтобы свершить суд.

Всё сопротивление было быстро истреблено, занявшее менее часа уничтожение под гусеницами бронетехники клана Моррагул целой когорты планетарного ополчения и их горусистких надзирателей привела к повальному бегству. Не теряя времени даром, Железные Руки стёрли с лица земли правительственные здания, а затем методично выследили и уничтожили всех наделённых властью людей, кто помогал предателям или выступал на их стороне. Ряд предположительно обладающих ценной информацией отступников были забраны на штурмовые корабли «Красного когтя». Когда «Громовые ястребы» оторвались от земли, простые жители планеты, ушедшие в бега во время внезапного штурма, вышли из укрытий, нервно смеясь и не догадываясь, что будет дальше. В каждом из пяти основных городов Гефсимании Железные Руки оставили импровизированное атомантическое устройство, выкованное кровавой рукой их Железного Отца – бомбу, окружённую слоями радиоактивных материалов, способных стократно обогатить и расширить зону поражения. Когда «Красный коготь» покинул орбиту, пламя испепелило города Гефсимании – приговор был вынесен как предателям, так и преклонившимся перед ними слабакам. В ужасной войне не будет безвольных наблюдателей, не будет пощады никому, лишь смертельная схватка верных и предателей.

В Коронидском Пределе Тагмата Циклотрата также обнаружила, что завоевать мир куда проще, чем удержать. Даже после почти местного года вооружённой оккупации Нуминаль ещё не был взят под полный контроль. Остатки Овидовых когорт Ауксилии Империалис, защищавших мир от вторжения, разделились для продолжения партизанского сопротивления, пользуясь своим знанием болот и полуморского ландшафта, типичного для Нуминаля – анафемы для тяжёлых боевых подразделений Механикум. В результате войска Циклотрата были втянуты в затяжное противостояние внезапным атакам и саботажу, требующее привлечения новых сил, что замедляло исполнение замыслов в других частях региона. В результате сам архимагос Драйкавач, главный полководец Циклотрата, был вынужден покинуть недавно начатое миром-кузницей вторжение на Цераду Секундус и возглавить боевой флот Тагматы для подавления неожиданно усилившегося сопротивления и гражданских беспорядков жителей Нуминаля, ставших реакцией на ускоренную программу насильственного преобразования в сервиторов и мирской лоботомии. По прибытии Драйкавач первым делом очистил свою предшественницу-командующую от греха неудачи, вырвав остатки её органической коры головного мозга и отправив тело на процедуру перестройки в магоса мортифика. Затем он немедленно сформулировал план упорядоченного преобразования всего населения Нуминаля, разделив архипелаги и островные гряды на секторы, которые будут поочерёдно обработаны, и приказал построить для этой цели огромные гусеничные амфибии, оснащённые управляемые сервиторами залы мозговой хирургии, трупорубками и чанами для переработки протеинов, чтобы ничто не пропадало зря. Эти кошмарные машины должны были действовать в сопровождении манипул, собранных из личной связанной заветом армии Драйкавача, рабов-рыцарей Атракса. Против этих воинов и их грозных боевых машин не могло устоять ничто оставшееся на Нуминале. Казалось, мир обречён на медленную и безжалостно методичную зачистку. Но лишённый человечности архимагос Циклотрата не знал, что за ним наблюдают и уже строят против него замыслы…

Первой целью начавшейся атаки стал не сам Нуминаль, но астропатическая станция-передатчик системы, обширный комплекс, построенный на полярной скалистой равнине едва пригодной для жизни луны Нуминаля V, известной как Квачил. После оккупации Тагмата Циклотрата серьёзно укрепила комплекс, обладавший крайней стратегической важностью для их операций по экспансии и теперь являвшийся главным удерживаемым предателями узлом астротелепатической и навигационной связи в регионе, вдвойне необходимым в свете нарастающих бурь и возмущений варпа. Первым признаком угрозы стало внезапное появление ветхой флотилии кораблей, в основном макрогрузовых тягачей и варп-дромонов, однако немедленно было установлено, что её возглавляет рубиновый галеас вольного торговца-милитанта Хариды Ундины, мощный и широко известный корабль под названием «Молот Глубин», служащий теперь, по данным Механикум, делу магистра войны. Циклотратские магосы на Квачиле позволили флотилии медленно приблизиться, помня об их общей верности, хотя и с опаской, и даже после вызова по воксу с надлежащими кодовыми шифрами и запросами о пополнении приказов и обмене не позволили кораблям подойти к станции. Когда же флотилия продолжила следовать прежним курсом, магосы отправили угрозу открыть огонь. Ответ на их ультиматум пришёл из носовых лэнсов «Молота Глубин».

Началась битва, однако превосходящая в дальности поражения огневая мощь галеаса, по слухам, усиленная благодаря украденной у эльдаров технологии, быстро выявила явного победителя. Под прикрытием орудий «Молота» несколько огромных варп-дромонов отделились от флотилии и начали штурмовой заход на поверхность Квачила. От передних дромонов отделился ранее висевший среди них, скрытно, словно пиявка, штурмовой корабль Легионес Астартес, хищный и тонкий корвет типа «Пилум», на котором едва угадывались лазурно-белые цвета легиона Пожирателей Миров. Ударный корабль устремился вперёд, чтобы расчистить путь для высадки во враждебных условиях в красных дюнах на плато, прямо за станцией-передатчиком. Шедшие за ним огромные дромоны практически без сопротивления зашли на посадку, опустив на поверхность громоздкие туши, отчего по луне прошло небольшое землетрясение. Когда же толчки прекратились, огромные двери грузовых отсеков открылись, выпуская десятки сверхтяжелых бронетранспортёров «Дракосан» и звенья улучшенных согласно «солярной» модели танков «Леман Русс». Эта штурмовая волна наземной атаки, устремившаяся в поднятую пылевую бурю, состояла из полной бронетанковой когорты, собравшейся в единый неудержимый клин. На броне танков была тускло-бронзовая и тёмно-изумрудная геральдика, когда-то характерная для Солярной Ауксилии 60-го экспедиционного флота Великого крестового похода и увенчанный гребнем белый шлем – символ Агатона.

Окружающие внешние стены станции автоматические орудийные турели развернулись, отслеживая угрозу, а из дюн поднялись батареи «Тарантулов», вслепую стреляя в облака пыли. Однако бронетанковая колонная не остановилась, тяжёлые гусеничные «Дракосаны» проломились прямо через «Тарантул», давя автоматические орудия под своими корпусами, поднимая облака обломков и пыли минными плугами. Когда же они приблизились, залпы орудий «Разрушитель» пробили куртины станции в десятке мест, а бронебойные снаряды «Завоевателей» из звеньев «Леман Руссов» начали разносить на части турели и орудийные установки на стенах. Под шквальным огнём содрогнулась, а затем внезапно рухнула вся куртина, и наступающие устремились дальше, прорываясь сквозь обломки, а потрёпанный войной корвет повис над башнями асупиков станции. Воины в серой броне спрыгивали на прыжковых ранцах навстречу царящему внизу разрушению. А в пустоте «Молот Глубин» в сопровождении оставшегося флота изменил курс и с нарастающей скоростью направился к Нуминалю.

Через пять часов по местному времени после атаки на луну Квачил связь между станцией-передатчиком и Нуминалем полностью прекратилась. Знание о полномасштабном ответном вторжении в мир, который недавно был покорён ими самими, не входила в стратегические уравнения Тагматы Циклотрата, и магосы были вынуждены быстро переоценить своё положение. Над Нуминалем «Молот Глубин» и его подчинённые уже обеспечили себе орбитальное превосходство, уничтожив защитные эскортные звенья Механикум, варп-дромоны и макротягачи оказались вооружены и бронированы гораздо лучше, чем можно было предположить по их внешности и чертежам. Картину разворачивавшегося кризиса ухудшало то, что архимагос Драйкавач лишь за мгновения до разрыва связи с Квачилом был вынужден даже согласиться на отступление с орбиты своего собственного кузнечного крейсера «Сакры Астра», неоспоримо уступавшего галеасу нападавших.

Инициировав процедуру принятия прямого управления над всеми войсками Механикум на Нуминале, Драйкавач отдал быстрые приказы через сплетение джиннов Тагматы, отзывая и собирая для отпора вторжению войска, рассеянные по планете для воплощения плана обработки населения. В результате этого решения нападающие провели высадку практически без сопротивления, сделав основным плацдармом крупную и крайне малонаселённую цепь архипелага в северном полушарии планеты, в нескольких сотнях километров от окраины скопления островов, где находились главные базы Механикум. Спустя семь часов по местному времени Тагмата, собравшаяся в достаточном количестве, направилась к архипелагу, словно антитела к открытой ране.

Постепенно, но с нарастающей ожесточённостью две стороны вступали в бой – Тагмата запустила быстроходные разведывательные дроны-сервиторы в зону, чтобы оценить вблизи своего противника. Захватчики были опознаны как войска Солярной Ауксилии, действующие в составе многочисленных когорт, вероятно в пределах тридцати-сорока тысяч пехотинцев и нескольких тысяч единиц бронетехники. Анализ Драйкавача также указывал, что их символика принадлежала давно расформированному Шестидесятому экспедиционному флоту, но замеченные метки подразделений и нумералы не соотносились с доступными историческими записями. Захватчики также не собирались немедленно переходить в атаку, как следовало из его первоначальной теории, но скорее окапывались: быстро возводили заранее подготовленные линии укреплений и склады снабжения, размещали минные поля и выкапывали траншейные системы с примечательной скоростью и эффективностью, чтобы встретить войска Механикум.

Архимагос Драйкавач сделал ещё ряд выводов из полученной из информации. Во-первых, это была враждебная армия лоялистов, присланная из Агатонского Доминиона и, в дополнение к этому наблюдению, ни один из кораблей в Агатонских цветах не был до сих пор замечен в составе флотилии. Также нападавшие воздержались от массового применения орбитальной бомбардировки, кроме ряда ударов по противоорбитальным батареям, которые могли представлять опасность во время высадки, и ещё не пытались пробить закрытые пустотными щитами бастионы центров управления Механикум. Это привело к единому выводу: агатонцы намеревались захватить планету как можно более невредимой. Вследствие этого, согласно логике и стратегическим предсказаниям, Драйкавач понял, что силы вторжения были лишь авангардом гораздо большего флота, войска, размещённого на отсутствующих крейсерских эскадрах, продолжающих числится на службе Агатонского Доминиона.

Согласно данному анализу Драйкавач и выстроил боевые планы. Решив, что плацдарм следует уничтожить любой ценой, он усилил штурмовые волны по пути к зоне высадки для укрепления натиска, а также начал собирать вторую волну с достаточной силой для его полного разрушения.

Среди иловых течений и скалистых пустошей северного архипелага агатонские когорты ждали врагов. Терции лазружей когорт – прикрывающие друг друга отделения солдат тяжёлой пехоты, обученные поддерживать высочайшую дисциплину – и тяжелые гусеничные батареи «Рапир» окопались, построившись в каре и другие защитные построения за стенами блочных редутов и быстро выкапываемых траншей. Под бдительным руководством лорда-маршала Иретона МаСада каждый холм, каждый глиняный отвал и каждый скалистый овраг были приготовлены для наилучшего оборонительного использования по направлениям ожидаемого наступления и создания смертоносных огневых мешков. МаСад бился в сотнях миров против кошмарных ксеносов бессчётных форм и обличий, и даже колдовская технологическая мощь Механикум не пугала его, ведь он сражался вместе с ними в прошлом, а потому знал все их сильные и слабые стороны. На Агатоне он первым делом обеспечил как производство, так и накопление оружия для таких сражений и, в первую очередь, усиленных конденсаторов заряда для лазерных ружей солдат. Такие устройства, используемые редко и только против самых грозных инопланетных тварей в годы Великого крестового похода, серьёзно увеличивали убойную силу малокалиберного вооружения, но ценой почти катастрофической нагрузки на оружие. Однако лорд-маршал знал, что зарядники будут бесценными против боевых автоматонов и улучшенных воинов Механикум. Когда первые волны вражеских воинов начали обрушиваться на укрепления агатонских когорт, он понял, что скоро увидит, оправдается ли его стратегия.

Боевые сервиторы наступали медленно и неотвратимо, без страха и колебаний. Огромные металлические фигуры выступали из воды или тяжело спускались с парящих барж и транспортных лихтёров малой дальности полёта, подобно армии оживших статуй из железа и бронзы. Крупные, похожие на морских дьяволов циклотратские летательные аппараты резко заходили на посадку, высаживая автовозы «Триарос» и танки «Криос» из своих подвесных клетей прямо за наступающим строем. Не было слышно ничего, кроме рокота двигателей и хрипа сервомоторов – покорная призрачным командам из сети джинов, которые бы показались человеческому уху воем помех, циклотратская Тагмата шла, направляемая единой волей. Волей Драйкавача.

Издалека уже летели первые снаряды скрытых орудий «Сотрясатель», выбивая из земли огромные фонтаны песка и камней. Но из воронок поднимались боевые автоматоны и таллаксы, покрытые шрамами, но несокрушимые, практически неуязвимые к ранам, способным разорвать в клочья смертных. Лишенная плоти армия наступала вдоль одиннадцатикилометровой линии фронта, через мины и бурю орудийных снарядов и лазерного огня, способного расплавить даже наступающих Легионес Астартес. Некоторые из боевых автоматонов шатались под шквальным огнём. Некоторые падали, но мало, слишком мало. И вот ответили орудия Механикум, загрохотали болтерные пушки, изрыгая пламя, из орудий вырвались злобные раскалённые молнии, пробивая прорехи в линиях укреплений и разрывая на разлетающиеся части тела. Однако когорты ауксилий не дрогнули, их ряды смыкались вокруг брешей, оставшихся на месте убитых. Они стреляли вновь и вновь, воплощая строгие приказы сержантов в очереди из волкитов, отчего сам воздух вокруг трещал и горел. Перестрелка продолжалась, строи сближались.

Враги находились друг от друга лишь в нескольких сотнях метров, и тогда от рядов Тагматы отделились понёсшиеся вперёд с головокружительной скоростью, на выгнутых, словно у богомолов ногах, «Вораксы», чьи силовые клинки загудели от предвкушения убийств. Тогда же МаСад, наконец, отдал приказ. С натренированной быстротой солдаты сбросили батареи из исходящих паром лазерных ружей и установили на их место громоздкие конденсаторы заряда. Пехотинцы терции, все, как один, прицелились, приготовились и выстрелили. Словно всеразрушающая рука обрушилась с небес, воздух содрогнулся, взревел. Принявшие на себя львиную долю удара «Вораксы» авангарда были практически уничтожены, от них остались лишь брызги расплавленного металла. Идущие позади «Кастеллаксы» зашатались, словно люди, пробирающиеся через внезапно налетевший вихрь, защитные энергетические поля затрещали, словно злые шершни, керамитные пластины треснули и раскололись в десятках мест от попаданий сверхмощных разрядов. Огневая линия ауксилии быстро сменилась, солдаты отступали назад, чтобы сбросить дымящиеся использованные конденсаторы зарядов, а их место занимали другие. Меткие орудийники-агатонцы нацеливали батареи «Рапир» на наиболее повреждённых «Кастеллаксов» и совокупным огнём тяжёлых орудий разносили их на части. Позади них трещали мультилазеры, посылая лучи на расколотую землю, в повреждённых сервиторов и истекающих дымом автоматонов, пытавшихся протащить свои изломанные тела к целям. На Тагмату обрушилась вторая волна огня конденсаторов, затем третья и четвёртая, пока не остались лишь самые тяжёлые подразделения Механикум: немногочисленные выжившие благодаря перегруженным мерцающим щитам танки «Криосы», обменивающиеся огнём с окопавшимися вспомогательными орудиями, и стоявшие позади них огромные осадные автоматоны «Танатар», обугленные дочерна и получившие поверхностные повреждения, но неуязвимые даже для усиленного огня ауксилии. «Танатары» удерживали строй, но не могли наступать дальше, их выпуклые плазменные мортиры посылали пылающие шары холодный высокоплотной плазмы в укрепления лоялистов, извергая сущий ад всюду, куда попадали. Расколотая земля между осадными автоматонами и агатонцами стала пустошью из пепла, обломков и сплавленного кремниевого стекла, а позади огромных осадных автоматонов меньшие магосы циклотратской Тагматы суетились вместе с причудливо бронированными телохранителями, не желая подвергать себя опасности в буре перед агатонскими укреплениями и наступать до прибытия подкреплений. На какое-то время натиск Механикум был остановлен.

Находившийся чуть более в ста километрах к юго-востоку архимагос Драйкавач видел всё. Он видел глазами тысяч разных боевых машин, автоматонов и сервиторов, бывших повсюду на поверхности Нуминаля, передаваемых ему через сплетение джинов в бесчисленных призрачных оттенках и авгурных тенях, которые не смог бы постичь ни один неулучшенный мозг. В его усиленном когитаторами разуме вспыхивали предупредительные руны и анафемические уравнения: первая волна атаки на агатонцев уже понесла большие потери, чем вся Тагмата Циклотрата за все воинские операции под его руководством за последние два года. Агатонцы проявили беспримерный и непредусмотренный уровень огневой мощи на близкой дистанции, а также превосходящие уровни развёртывания и тактического согласования. Более того, в ряде других локаций были замечены вторичные высадки и вторжения, не оставшиеся незамеченными: местное движение сопротивления совершало поголовные акты агрессии, из большей части центров переработки из ещё не прошедших преображения населённых центров поступали доклады о мятежах и волнениях. Информация была неопровержима: Тагмата Циклотрата теряла контроль над планетой. Однако, как рассчитал Драйкавач, победа по прежнему была возможна при условии зачистки посадочной зоны от всех захватчиков, что привело бы к пату, с Тагматой, контролирующей поверхность, и агатонцами, контролирующими пустоту системы. В дальнейшем вопрос решился бы размером и частотой появления возможных подкреплений. В небе, если бы он попытался вмешаться, галеас лоялистов можно было удержать ценой собственной «Сакра Астры» и оставшихся эскортов Механикум для обеспечения успеха атаки. Такова была арифметика войны.

Для Драйкавача настало время взять вопрос в свои руки. Вознёсшись из командного хранилища своего боевого снуля, он присоединился к послушникам и завету телохранителей-таллаксов в центре собирающейся второй волны штурма, под мерцающей куртиной генерируемых мобильных пустотных щитов «Триарос-Тестудо», способных прикрыть от воздушной атаки. Вокруг него строились серо-чёрные танки личного подразделения боевых автоматонов, а вокруг них возвышались рыцари дома Атаксов и вольные клинки-налётчики из дома Ǣртегнов, в общей сложности около шестидесяти доспехов. Парящие макротранспортные баржи уже были готовы к выковыванию моста к архипелагу посадочной зоны, и против такой мощи не устоять даже укреплениям и огневой мощи Солярной Ауксилии.

Лорд-маршал Иретон МаСад, старый генерал, проживший благодаря давно встроенной агументике гораздо дольше обычного человеческого срока, наблюдал через оккулярии-телескопы своего командного танка за собранием войск в удерживаемых Механикум доках со спокойствием и неподвижностью статуи. Встреченный им магос-полководец выбрал самый логичный и имеющий наибольшую вероятность успеха курс действий, ведь против такого собрания рыцарей его собственные войска, несмотря на свою дисциплину и огневую мощь, не могли устоять в открытой битве. Но именно поэтому МаСад и сформировал таким образом свою группировку, именно поэтому он провёл такое развёртывание, и именно поэтому «Молот Глубин» ждал нужного момента, чтобы выпустить свой самый смертоносный груз. Он хотел подобной концентрации войск Механикум, чтобы заставить их принять бой вместе, а не оказаться вынужденным преследовать их по всему водному миру, где крепостью можно было бы сделать каждый аванпост и перерабатывающую станцию, где его солдаты оказались бы уязвимыми против неутомимых сверхчеловеческих машин Тагматы. В своё время он не раз сражался против превосходящих по численности и огневой мощи чужаков в сотнях войн, в былые времена он даже бился вместе с Гором и его легионом, и научился у мастеров своего дела ценности обезглавливающего удара. И теперь, когда Тагмата и армия рыцарей шла к парящим грузовым баржам в тени мобильных пустотных щитов, Иретон МаСад отдал приказ, которого напряжённо ждали его офицеры.

На низкой орбите вспыхнули двигатели «Молота Глубин», и огромные километровой длины двери посадочных палуб открылись, словно величественные распростёртые крылья хищной птицы. Изнутри появились два зловещих тяжёлых штурмовых транспорта типа «Хобол», реликвий, созданных во времена до Великого крестового похода, и начали резкий спуск в атмосферу Нуминаля. Уцелевшие корабли Механикум, также бывшие настороже, устремились на перехват, галеас развернулся и вступил с ними в бой, чтобы обеспечить высадку транспортов, и пустота вновь вспыхнула.

Посадочные корабли пронеслись сквозь горящее небо Нуминаля, а навстречу им мчались тяжёлые зенитные ракеты, лишь оставляющие новые шрамы на плитовидных бронепластинах массивных корпусов. Транспорты совершили быструю и резкую посадку на мощных двигателях, но не прямо в бурлящую толпу рыцарей и автоматонов, быстро рассеявшихся перед лицом сокрушительной атаки, а промчались над их головами, оставляя позади мерцающую и трещащую мантию щита, сыплющую искрами молний. В диких кустарниковых зарослях за посадочными доками корабли опустились, отбрасывая бортовые рампы. Затем над пустошами разнёсся вой сирен древнее самого Империума, сложный, рвущий уши заунывный клич. Это был древний вызов, призыв одного из воинственных рыцарей другому сразиться в поединке.

Земля содрогнулась, когда наружу выступили воители. Основную силу – около пятидесяти доспехов – судя по счетверённой чёрной и тёмно-аметистово-синеватой геральдике с золотой мантикорой – составляли рыцари грозного дома Орлакков, пропавшие со своей родной Тёмной Гавани ещё до того, как коготь магистра войны впился в Коронидские Глубины. Они были не одни. С ними шли вольные клинки и изгнанники в цветах как броских, так и причудливых, манипула рыцарей в багровой броне дома Герметики, принёсшего обеты далёкой Мезоа, и банда из дома Ǣртегнов, изгнанники, пришедшие свершить жесткую месть братьям, вставшим на сторону Гора. Именно окутанный зловещими слухами дом Орлакков дал агатонцам галеас вольной торговки, которая в наглости своей пришла на Тёмную Гавань, чтобы поработить их, и поплатилась за это. Именно Вальдемар Орлакк, Верховный Сенешаль своего дома, заключил договор с Иретоном МаСадом, пообещав оказать помощь в день расплаты, за цену, не большую и не меньшую, чем владение мрачным Вичвалом вдали от любопытных глаз на окраине Агатонского Доминиона, и теперь рыцари-Орлакки пришли скрепить договор кровью.

От яростной схватки негде было скрыться. И равнины, и прилегающие к ним доки были практически пустынными, а теперь мгновенно превратились в огневой мешок, через который не смогло бы пройти и выжить ничто живое. Не было места для коварства, для хитростей, не было времени даже на то, чтобы отдавать приказы – лишь буря стали и огня. Лоялисты ринулись в атаку, изрыгая из своих орудий солнечный жар и смертоносные снаряды, а предатели развернулись им навстречу, все как один, отвечая собственными мерцающими дугами тусклых волкитных лучей и потрескивающими разрядами тёмных молний.

Грохочущие шагоходы сблизились, и Драйкавач немедленно увидел опасность. Его рыцарей незначительно превосходили числом, однако порабощённые Атраксы были оснащены в первую очередь доспехами моделей Механикум «Стирикс» и «Магера», превосходящими в защите от повреждений, однако уступающими в скорости врагам, большинство из которых было снабжено быстрыми «Церастусами», созданными для быстрых обходов врагов. Быстрые машины Орлакков и их союзников уже разделялись на два рога, чтобы окружить его войска, а паладины и странствующие рыцари вели прямую атаку по центру, строясь в боевые клинья так, чтобы их ионные щиты создали практически неразрушимый перекрывающийся барьер от вражеского огня. Драйкавач протянул свою волю, и его воины шагнули все как один, перестраиваясь в гексагональное построение, направив ионные щиты вперёд, защищая внутренне ядро, в центре которого парил архимагос и его телохранители, тёмные боевые автоматоны.

Сложный манёвр едва завершился, когда столкнулись волны огня и металла, Орлакки и их союзники сомкнули вокруг Атраксов смертельную хватку. Земля содрогнулась и затрещала, воздух разорвала невыразимая какофония, когда рыцари сшиблись с рыцарями. Взревели боевые орудия, стреляя в упор, ударили вперёд силовые копья, пробивая бронепластины, разлетелись искрами выпотрошенные ионные щиты. Раскалённые добела лучи тепловых орудий плавили корпуса, так что адамантий тёк, словно расплавленный воск, а грозные металлические руки вырывались из суставов хваткой сервокогтей и мерцающих солярных клинков. Атраксы бились с холодной, расчётливой жестокостью, Орлакки сражались, словно внезапно сорвавшиеся безумцы, но величайшая ярость была уделом Ǣртегнов, братьев, сошедшихся с братьями в смертельной схватке. В такой суматохе нечеловеческой войны даже боевые автоматоны «Кастеллакс» Тагматы Циклотрата были ничем по сравнению с высвобожденной яростью. Цепные «жнецы» Орлакков каждым взмахом рубили их, словно скот, а перекрёстный огонь болтерных «кастигаторов» разрывал на части десятки телохранителей-таллаксов.

Однако самого архимагоса нельзя было назвать бессильным, в чём убедились напавшие на него рыцари-кастигаторы дома Герметикаи, медленно сдавливаемые, сотрясаемые очередями разрядов гравитонной пушки. Вслед за ними на них набросились рои боевых автоматонов «Воракс», рвущих и режущих сочленения и энергетические проводники зловещими руколезвиями, калечащих, чтобы Драйкавач мог лично вырвать ещё живых пилотов из тронов управления и расплавить их тела.

Битва титанов бушевала, но даже посреди урагана непредсказуемого апокалиптического разрушения полумашинный разум Драйкавача следил за сотнями других схваток на Нуминале. На северном архипелаге его ослабленная и лишённая подкреплений вторая волна была сброшена в море, вторгшиеся агатонские когорты вырвались из посадочной зоны и атаковали в полную силу. Возглавляемые овидцами бойцы местного сопротивления повсюду уничтожали краулеры-преобразователи, оказавшиеся уязвимыми теперь, когда Драйкавач отозвал рыцарей сопровождения. В бой вступали новые и неизвестные силы: три разномастных штурмовых спидера типа «Дротик», один в полночно-чёрных цветах Гвардии Ворона, и два в охряно-жёлтых Имперских Кулаков, влетали под мантию пустотного щита и атаковали генерирующие его машины, с каждым налётом всё сильнее угрожая целостности защиты. На одной из основных плотеобрабатывающих станций появился одинокий Легионес Астартес, в доспехе с содранными цветами и обозначениями, и методично убивал всех сервиторов, техножрецов и автоматонов. Пустотная битва на орбите также оказалась жестокой, но безрезультатной, тяжело повреждённый «Сакра Астра» был вынужден отступить для проведения срочных ремонтных обрядов и едва ли пережил бы ещё один близкий проход с «Молотом Глубин». Если бы Драйкавач был одним из Ангелов Смерти Императора, то поражение было бы невозможно принять, он бы продолжил сражаться, несмотря ни на что. Но магос был Механикум, и холодные уравнения кровопролития сказали ему, что он проиграл.

Гексагональное построение циклотратских рыцарей начало немедленно перестраиваться, решительный бой сменился задержкой, отступлением с боем с единственной целью – спасти Драйкавача любой ценой. Вскоре весь комплекс доков вплоть до командного центра Механикум превратился в пустошь, заваленную горящими корпусами доспехов рыцарей и боевых автоматонов – архимагос пожертвовал домом Атраксов и Тагматой Циклотрата. Добравшись до укреплённого бастиона, Драйкавач немедленно покинул планету, его спасательная ракета вырвалась из скрытой позиции в одной из башен-хранилищ, оставляя позади горящие развалины. Последним отданным им каждому уцелевшему сервитору, автоматону и техножрецу тагматы злобным приказом было убивать, убивать неутомимо и без разбора до тех пор, пока они не погибнут сами. Нуминаль был покорён лоялистами.

Ответное вторжение на Нуминаль и учинённые на Гефсимании катастрофические разрушения стали только началом нового этапа войны за Коронидские Глубины. Спустя четыре недели по местному времени после успешного освобождения Нуминаля агатонский боевой флот, так нарочито отсутствовавший раньше, вступил в бой при Цераде Секунд, втянув в перестрелку напавшую на планету циклотратскую тактическую группу. Здесь, против собравшихся боевых ковчегов Тагматы, агатонцы не были такими победоносными и были отброшены с серьёзными потерями, однако само их присутствие настолько изменило стратегическое положение, что Тагмата временно отступила, чтобы закрепиться в уже захваченных мирах, и таким образом был проведён ещё один неровный боевой фронт. «Налёт» на Гефсиманию стал лишь первой подобной атакой, проведённой «Красным когтем» и другими оказавшимися в регионе выжившими лоялистами, и вскоре из Порта-Пасти были отправлены возглавляемые Сынами Гора эскадры и тактические группы для устранения угрозы, наносившей удар по всей Бездне Грааля, в скоплении Циклопа, и даже среди порабощённых миров Манахейского Содружества. В Коронидских Глубинах последовала продолжительная и кровопролитная череда битв и кампаний без явного победителя. Были проведены налёты на аванпосты, были разорены планеты, были пойманы в засаду конвои и были приняты жестокие меры. Часто всё резко изменялось, охотники становились жертвами и вновь охотниками, и если какая-то из сторон получала преимущество, то быстро безрассудно тратила его или утрачивала в результате внезапного каприза судьбы. Предатели и лоялисты вновь и вновь сражались, армии приходили в регион и уходили, когда это позволяли непредсказуемые приливы варпа, битвы разгорались, затухали, когда воины обессиливали, и вспыхивали вновь.

Так было по всем Коронидским Глубинам, и так будет повсюду по всем былым объединённым владениям Империума Человечества. На Исстване началась новая эра войны, которая не закончится с жизнью людей, подхваченных её кровавыми объятиями, эра войны, которая переживёт Ересь Гора и не прекратится даже после Великого Очищения, эра Тьмы.

Следующая картографическая информация даёт общее представление о стратегически важных зонах региона Империума, известного как Коронидские Глубины, и близлежащих скоплений на момент вторжения предателей в 006.М31, уделяя особое внимание мирам, оказавшимся целями атак.

Скопление Циклопа является одним из самых промышленно развитых секторов северного Империума, поскольку в пределах этого звёздного пространства находятся два мира-кузницы, а также шестнадцать высокоразвитых промышленных миров и девяносто три достойных внимания ресурсодобывающих зоны. Учитывая суммарный валовый продукт скопления Циклопа, и следующую отсюда его стратегическую важность, неудивительно, что в составленном магистром войны списке приоритетных целей захвата данный регион был ниже только Манахейского Содружества. Полномасштабное освоение людьми скопления началось сравнительно недавно, на шестом десятилетии Великого крестового похода, когда, как считается, сам Император выбрал этот регион в качестве наиболее подходящей базы для освоения природных богатств и их дальнейшего использования в расширении Империума. Примечательно, что это богатое минералами и рудами скопление также испытывало затруднения со сложными органическими соединениями, а вокруг звёзд вращалось относительно немного пригодных для жизни планет. Данный фактор вкупе с тяжёлой рукой законов военного времени и порядков, установленных Механикум в регионе, подавлял все независимые силы скопления, приводил к недовольству и ожесточёнию населения, зачастую жившего и умиравшего по приказам незримых господ, безразличных ко всему, кроме выполнения производственных планов. До недавнего времени во внешних шахтёрских и добывающих колониях обычным делом были восстания рабочих, а после начала войны, когда над скоплением Циклопа навис призрак предательства Гора, мятежи, движения сепаратистов и общее беззаконие распространились повсюду.

Классификация: мир-кузница [Уровень Секундус-I]

Основанная как аванпост Механикум Люциена в 540.М30, ещё до Великого крестового похода, а затем быстро разросшаяся и заслужившая положение независимого мира-кузницы в 813.М30, Мезоа с самого начала служила войне, как святилище оружия и снаряжения, изготавливаемого исключительно для нужд всё расширяющихся фронтов воинств Императора. Мезоа, обширный и отличающийся высоким уровнем вулканической активности мир, оказалась по своей природе непригодным для поддержания жизни, однако, ввиду изобилия металлических соединений, была колонизована для создания тяжёлого вооружения и брони, как для обычных орудий, так и для плит корпусов линкоров. Кузни планеты были построены под руководством не только архимандритов культа Механикус, но и самого Императора и, как говорят, примарха Ферруса Мануса в годы после присоединения к Империуму. Священные литейные окружали планету подобно защитному кольцу, огромные шпили из металла и зиккураты вздымались на высоту многих километров из магматических потоков и обширных, естественным образом возникающих озёр расплавленного железа. Засыпанную пеплом и окутанную дымом Мезоа окружали средоточенные ряды орбитальных платформ-доков, обитаемых модулей и транспортных нитей, а за ними тянулись внешние кольца автономных батарей планетарной обороны, спутников-убийц и пространственных минных полей, перекрывающих подходы к планете. Такие грозные укрепления, намного превосходящие обычные защитные системы миров-кузниц, были созданы не из обычной осторожности или паранойи, а по необходимости, и были неоднократно испытаны, в частности, во время длившихся десятилетиями ксеноцидных войн против Конгломерата Миту. Мерзкие и способные путешествовать через варп ксеносы, карманная империя которых владела большей частью Коронидских Глубин до прибытия Империума, неоднократно осаждали и обстреливали планету, пока не были полностью истреблены. При всей воинской мощи, которая скопилась на Мезоа за годы Великого крестового похода, нельзя не отметить, что данный мир-кузница не обладал стражами из легиона титанов, ни собственными, ни союзными. Впрочем, это вполне объяснимо, поскольку изменяющийся и опасный ландшафт планеты совершенно не подходил для действий титанов, а участки, где её чёрная поверхность была твёрдой, в большинстве своём представляли собой лишь корку из застывшей магмы, неспособную выдержать вес огромных боевых машин. Хотя эта геологическая нестабильность и лишила Мезоа самых грозных из стражей, она также стала последней и самой мощной линией обороны, что показали грядущие события.

Классификация: рыцарский мир

Тёмная Гавань, аномалия в таком безжизненном регионе, как скопление Циклопа, представляет собой плодородный мир, который задолго до прибытия человечества кишел жизнью, пусть и весьма необычной. Сумрачная и зловещая планета, кружащаяся вокруг тусклой сине-голубой звезды на самом краю обитаемой зоны, была полностью скрыта под покровом лесов из обширных грибных и псевдокоралловых наростов, поглощавших все лучи света, отчего серую землю скрывали глубокие тени, а холодные моря казались беспросветными глубинами. Агрессивная и быстрорастущая живая паутина, покрывавшая Тёмную Гавань, тем не менее, являлась органической и, следовательно, представляла собой драгоценный ресурс, пригодный для сбора и использования, чему, однако, в течение многих лет предшествовала ядовитость её соединений. Другой серьёзной опасностью планеты являлись местные хищники в форме огромных ходячих миколидов и других менее известных и понятных представителей фауны, таящихся в мрачных чащобах. Во времена Долгой Ночи рыцарский дом Орлакков, происходивших из сектора Люциен, возвысился и покорил Тёмную Гавань. Орлакки, ранее являвшиеся меньшим семейством, разрослись за десятилетия владения планетой перед прибытием Великого крестового похода. После воссоединения рыцарского мира с Империумом легионы паукообразных машин-сервиторов начали собирать его ценные грибы вместе с определёнными необычными химическими соединениями для экспорта и продажи, а полученные богатства укрепили влияние и независимость его правителей.

Классификация: колониальный мир [неопределённый]

Гефсимания, мир на дальней окраине скопления Циклопа, колонизированный лишь за шестьдесят четыре года до начала Ереси Гора в 942.М30, был освоен с целью превращения его в краеугольный камень для дальнейшего расширения и закрепления человеческого влияния среди ближайших звёзд. Планета была обнаружена рейсовым кораблём хартистов, случайно сбившимся с намеченного курса в пустоте между М’Пандексом и Зарновым, и оказалась цветущим первобытным миром, покрытым знойными дождевыми лесами из примитивной растительности, где ещё не появились местные звери. Гефсимания была немедленно отмечена как основное место для колонизации, и из перенаселенных ульев сегментума Соляр к нему отправились варп-ковчеги. Вскоре дождевые леса на большей части западного полушария планеты были вырублены, а на их месте выросли обширные железобетонные города и мануфактуры, строившиеся вплоть до начала Ереси. Однако усилия по колонизации и дальнейшему освоению постепенно замедлялись из-за растущих волнений варпа, делавших связь между Гефсиманией и остальным Империумом в лучшем случае непостоянной ещё до разорившей планету войны.

Классификация: колониальный мир / административная субстолица

Холодный, но вполне пригодный для жизни мир с терпимым, хотя и достаточно высоким фоном естественной радиации при обычных обстоятельствах не был бы сочтён пригодным для освоения, однако за несколько десятилетий стал одним из самых густонаселённых миров скопления Циклопа. Причиной это стало наличие ряда относительно стабильных варп-маршрутов, связывающих его с окружающих скоплением и таким образом делающих естественной узловой точкой для путешествий. Моав, впервые использованный как путевая станция в годы, когда Великий крестовый поход начал продвигаться в северные окраины сегментума Ультима, постепенно расширялся, на нём возводились жилые дома сначала для солдат, а затем и для шахтёрских экспедиций и целых рабочих армий. В то же время росли и административные станции, становясь городами, обладающими собственной вододобывающей инфраструктурой и опыляемыми сельскохозяйственными культурами. Постепенно местное население планеты выросло до десятков миллионов. Моав, получивший в 897.М30 суверенитет и собственного имперского командующего, рос с постоянным притоком колонистов и проезжающих рабочих, человеческого «живого груза», зачастую насильно переселяемого с недавно завоеванных или же непокорных миров, пока население не превысило миллиард. К тому времени живая сила стала единственной статьёй экспорта, дохода и товарооборота планеты, чистая вода оказалась ходовой монетой, продолжительность жизни рухнула, а установившиеся суровые порядки держались на кнутах надзирателей.

Классификация: промышленный мир [подтип очистительный]

Доминика Минор, возможно являющаяся лучшим примером обширных добывающих и перерабатывающих систем скопления Циклопа, была полностью отдана под добычу газа и алхимические очистительные заводы. Её одинокая обитаемая планета, Доминика Прим, находилась в центре обширной звёздной системы из более чем девятнадцати миров, в атмосферах которых имелись пригодные для использования газы и химические элементы. Валовый продукт Доминики Минор из миллиардов литров очищенных и сжиженных химикатов собирался в обширных орбитальных хранилищах, висящих в гравитационном поле огромной звезды. Оттуда собранные газы регулярно забирали грузовые транспорты Механикум, дабы насытить голодные заводы миров-кузниц скопления, и в обмен на это в систему привозили пищу и произведённые блага.

Благодаря своему огромному богатству система стала региональной силой к началу М31. Доминика Минор обладала обширными системами планетарной обороны и собственными небольшими трансорбитальными верфями, служившими военным портом Армады Империалис для проведения ремонта и пополнения припасов патрулей, идущих через скопление Циклопа в Бездну Грааля.

Классификация: мир-кузница [уровень Cекундус-II]

Второй из миров-кузниц скопления Циклопа, во многих отношениях уступающий Мезоа, был на самом деле значительно древнее по происхождению, возникнув благодаря запущенным с Марса в эру Раздора эксплораторским ковчегам. Однако подробности основания и ранней истории планеты были утеряны в последовавшей анархии, и, похоже, что большую часть времени мир-кузница не имел связи как с другими Механикум, так и с остальным человечеством. Представляется весьма очевидным, что за долгие годы изоляции М’Пандекс прошёл через несколько циклов расширения и упадка, каждый из которых заканчивался природной и/или гражданской катастрофой, вследствие чего технологические способности магосов, их понимание машин и стабильность генокода населения постепенно слабели. Мир-кузница опустился так низко, что даже отчасти утратил знание и мастерство лингви технис, святого языка Машинного культа, отчего многие считают, что самоназвание мира-кузницы, иногда произносимое на местном наречии как «Маппандакс» или «Жапандак», является искажённой версией старшего и более чистого имени. Такая же участь постигла и немногих титанов М’Пандекса, за века плохого обслуживания ставших непригодными к использованию и превратившихся в неподвижных идолов машинного жречества. Когда М’Пандекс был случайно обнаружен 90-м экспедиционным флотом, то в нём едва можно было узнать владения Механикум – планетой управляли склонные к распрям и суевериям полководцы, едва способные притязать на наследие магосов, а большинство вымирающего и опустившегося населения превратилось в недолюдей. Однако каким бы ужасным не было состояние М’Пандекса, Владыки Марса не позволили миру-кузнице сгинуть, направив значительные средства на восстановление его инфраструктуры, переобучение сбившихся с пути местных жителей и искоренение или изгнание в глубины давно окаменелых джунглей планеты самых безнадёжных. Многое было уже утрачено безвозвратно, и поэтому следует признать, что, возможно, марсианские Механикум не слишком-то доверяли обитателям М’Пандекса, и размещённые на планете войска скитариев и полуманипула Легио Мортис являлись скорее надзирателями, чем защитниками, отчитываясь перед Марсом, а не Верховным Оуртекой М’андии из Золотой Кузницы. Примечательно и то, что восстановленные заводы планеты производили в первую очередь не макрооружие, вооружение и доспехи, как быстро развивающиеся кузницы соседей с Мезоа, а массово выпускали предметы материально-технического обеспечения и изготовленные заводским способом стройматериалы, столь же важные для Великого Крестового похода, но определённо менее полезные для любого возможного восстания. Стремящиеся доказать свою верность хозяева кузниц и фабрик М’Пандекса неустанно трудились и ко времени провозглашения Гора магистром войны достигли уровня валового продукта, соперничающего даже с Люциусом и Ваннахаймом, однако их планета оставалась в тени выскочек с Мезоа как в плане влияния, так и в плане почёта.

Классификация: агромир

Завариш, феодальный мир, чьё небольшое местное население было бескровно приведено к Имперскому Согласию в 876.М30 611-м экспедиционным Флотом, ко времени начала Ереси стал полностью развитым агромиром, одним из относительно немногих в регионе, а потому оказался стратегически важной планетой. Основным продуктом Завариша являлось высокоурожайное таракское пшено, а вторичные включали в себя гроксов и косяки макрокриля, становящиеся всё более важными для экономики скопления в десятилетия после Согласия планеты. Согласно последней имперской переписи население мира составляло менее трёх миллионов человек, из которых примерно четверть являлась недавно прибывшими колонистами и сельхозработниками, привезёнными для улучшения производственных сил. Известно, что это вызвало некоторые волнения среди местного населения, ещё не до конца принявшего Имперскую Истину и упорно хранящего верность своим древним культуре и автохтонным системам верований.

Классификация: колониальный мир [подтип «падальщики»]

Мрачное Убежище – обычное имперское название планеты, называемой в сохранившихся после Тёмной эры технологий навигационных инфоядрах как «Аурикалла». Имперские эксплораторы, искавшие в годы Великого крестового похода это прославленное царство цивилизации и прогресса нашли только полузатопленную пустошь, осыпающиеся развалины и ржавеющие остатки континентальных макромашин, среди которых белели кости мертвецов. Судьба потерянной цивилизации Аурикаллы неизвестна, но вероятнее всего она погибла в результате разрушения общества и вырождения, сопровождаемого катастрофическим изменением климата, потопом и голодом, а не действием внешних сил и войной. Система, давно очищенная от всех ценностей и технологических диковинок, вероятнее всего за века до пришествия Имперуима в скопление Циклопа, была, тем не менее, колонизирована для сбора металлолома, а также создания переходной станции и «бухты последней надежды» в регионе, что и привело к её текущему состоянию. Хотя формально и являющееся независимым миром с собственным имперским командующим Мрачное Убежище, тем не менее, является бедной колонией, лишённой как стабильного населения, так и власти закона. Её правительство также отличалось скудностью наличных средств и ожесточённостью, а в удалённых уголках и среди ржавых пустошей находили себе пристанище изгои, беглые преступники и обычные еретики со всего скопления Циклопа ещё до начала войн Ереси Гора.

Бездна Грааля, тянущаяся между галактическими спиральными рукавами межзвёздная пустошь, где изредка встречаются стабильные звёздные системы, блуждающие планеты и истекающие остатки космических катастроф, а также другие изменчивые навигационные опасности, была названа так не зря. Она образует внешнюю границу между сегментумом Обскурус и неисследованным космосом, за границей которого находятся лишь звёзды-странницы и системы, в которые возможно попасть, только пройдя через опасные, но относительно постоянные варп-маршруты от галактического ядра, в число которых входят такие места, как ныне проклятый Исстван и Ультима Эктоса, самая дальняя звезда на галактическом севере, где находится известная имперская колония. Из-за изменяющейся топографии Бездны Грааля и психической пустоты внешнего варп-пространства, давшего ей имя и сделавшего ненадёжной предсказуемые межзвёздные путешествия в регионе, попасть туда сложнее, чем к самым дальним из принадлежащих человечеству звёзд, как, вероятнее всего, было ещё до рождения Империума. Вследствие этого человеческие миры Бездны немногочисленны и далеки друг от друга, словно крошечные огоньки свеч, мерцающие в океане ночи.

Классификация: подземный мир-улей [шахтёрский мир]

Считается, что человеческое население этого древнего и необычного мира на самом краю сегментума прибыло туда ещё в Тёмную эру технологий, до начала яростной и гиперактивной фазы, через которую сейчас проходит звезда Кеопсиса, Уртал. Из-за постоянных солнечных бурь, хлещущих поверхность планеты космическими лучами и поднимающих температуру до уровня доменной печи, люди, сохранившие в эру Раздора значительное понимание технологии, спустились в подземные города, тянущиеся на многие километры вглубь. Кеопсары, как называют себя местные жители, приспособились к местным условиям и процветали, меняя свою жизнь в соответствии с частыми бедствиями, и даже построили обширные поглотительные башни, собирающие беспредельную энергию лучевой ярости. Они выходили на поверхность лишь в недолгие периоды планетарной «солнечной зимы», когда их орбита дальше всего удалялась от звезды, чтобы собрать свежей воды из оседающего пара и оценить разрушения и ущерб, причинённый наземным строениям шахт. После обнаружения Кеопсара экспедиционными силами I-го легиона последовала недолгая, но кровопролитная гражданская война, в которой, благодаря поддержке облачённых в чёрное Легионес Астартес быстро победила проимперская партия. Мир добровольно присягнул на верность Империуму, извлекая выгоду из технологического обмена и освоения лабиринта тянущихся к ядру шахт, где добывались редкие кристаллы и минералы, превратившись в шахтёрский аванпост и «последний свет» во тьме на краю известного космоса.

Классификация: рыцарский мир

Барода, один из многих рыцарских миров, колонизированных ближе к концу Тёмной эры технологий, является планетой земного типа со смешанным климатом и типичной для таких миров ящероподобной мегафауной. Изолированная внутри Бездны Грааля планета была избавлена от внешнего влияния и нашествий чужаков в эру Раздора, однако страдала от частых ужасных климатических бурь и скудеющих запасов доступных минеральных ресурсов, что привело к частым боям между семействами за контроль над ними и власть над миром. До времени принятия Бароды в Империум дожила лишь горстка рыцарских семейств: Макабии, рыцари которых превратились в использующих сгораемое топливо и находящихся в плохом состоянии гибридов, подобий себя былых. После воссоединения с остальным человечеством и контакта с Механикум, вернувшими технологию на Бароду, рыцари стали частью чего-то большего, однако изоляция в Бездне Грааля, как и раньше, лишала их лёгкой связи с внешним миром и влиянием. В последовавшие годы цвет молодёжи Бароды бежал с планеты, юные рыцари принимали титулы квесторисов и присоединялись к войскам Великого крестового похода, или, если им не позволяли ожесточённые господа, пытавшиеся остановить исход, уходили в Вольные Клинки.

Классификация: дикий мир

Если Кеопсис можно описать как мир огня, то Шоар – его ледяное отражение в Бездне Грааля, планета, чьи холодные ветра продирают до костей и находятся на пределе человеческой выносливости, кружащаяся по орбите вокруг раздутой и умирающей звезды. Её суровое и жестокое местное население обитает, в первую очередь, вокруг прибрежных эстуариев экваториальных регионов, проводя жизни в безжалостных племенных войнах. Сильных телом и прекрасно бьющихся на топорах шоарцев в большом количестве забирали в Имперскую Ауксилию, где они составили ряд когорт «Собирателей Черепов» 7-го и 60-го экспедиционных флотов. Предположительно несколько партий было отправлено на Терру для определения их пригодности к набору в легионы космодесантников, однако ответ так и не пришёл до начала расколовшей Империум гражданской войны.

Классификация: колониальный мир [флотская стоянка]

Планета земного типа на окраине Бездны Грааля являлась логовом одичалых орков до прибытия 7-го экспедиционного флота, возглавляемого лордом-командором Сулейманом Гриммом из 1-го легиона. После искоренения орочьей заразы Ласкал стал передовым аванпостом Великого Крестового похода, а позднее под надзором люциенских Механикум на орбите была возведена флотская стоянка. Далёкие узы планеты с миром-кузницей сохранились и в дальнейшем. Однако ко времени завершения строительства линии фронта расширяющегося Империума ушли дальше, прочь от мрачной Бездны Грааля к более богатым территориям. Важность флотской стоянки уменьшилась, но она осталась звеном в цепи имперской власти над Галактикой. Население самой планеты было относительно небольшим, но медленно росло за счёт приезжих, служащих на орбитальных производствах, и концу 902.М30 Ласкал стал независимой и самодостаточной имперской колонией.

Классификация: мёртвый мир [подтип «реликварий»]

Грааль, блуждающий мир, давно давший Бездне своё имя, является мёртвой и полной реликвий планетой, чьи скрытые богатства и ужасные опасности издавна манили эксплораторов и грабителей могил. Названный вольным торговцем Гортоной Ван дер Вельд в 891.М30 «Граалем», мир является загадкой, планетой, явно когда-то кишевшей жизнью – человеческой жизнью, имевшей, судя по безмолвным как гробницы континентальным городам-ульям, население, составлявшее многие миллиарды, а теперь захваченной непредсказуемой орбитой беглой звезды, чья траектория постепенно уводит её в межгалактическую пустоту. Грааль, мир, опаляемый радиацией и медленно истекающий теплом во тьму, с наполовину замёрзшей в ожидании последней зимы атмосферой, не желает открывать своих тайн. За годы исследований никому не удавалось найти свидетельства о том, как же так произошло, что же убило его обитателей, возможно десятки тысячелетий назад. Вероятнее всего Грааль так и остался бы одной из бесчисленных встреченных за годы Великого Крестового похода и ныне забытых загадок, если бы не его странным образом уцелевшие человеческие технологии. Из развалин были извлечены несколько фрагментов СШК, а также многочисленные реликвии Тёмной эры технологий, однако раскопки сопряжены с опасностями. Кроме негостеприимного климата и топографической нестабильности, способной привести к внезапному разрушению целых секций развалин, можно с уверенностью сказать о наличии на Граале привлечённых туда или застрявших на планете инопланетных ксеносуществ, также были получены неподтверждённые доклады о возможном заражении психнойенами.

Это скопление развитых миров, расположенное в точке пересечения, где кончается сегментум Обскурус, а северо-восточный простор сегментума Ультима тянется до самой дальней границы, на заре войны Ереси Гора считалось, несомненно, самым важным в стратегическом плане участком Коронидских Глубин. Состоявшее из обитаемых звездных систем, во многих из которых люди жили еще до эры Раздора, Содружество было ключевым звеном коммерции и торговли этой части процветающего Империума. Показательно, что оно являлось важным промышленным центром, а охранявшие границы Империума вооруженные силы имели здесь якорную стоянку Армады Империалис для патрулирования региона. Двумя главными осями власти Содружества была сама система Манахеи, в состав которой входило несколько обитаемых миров с совокупным населением в несколько миллиардов жителей, и Порт-Пасть, колоссальная флотская база, на момент измены магистра войны находившаяся в процессе постройки, возведенная на древнем искусственном планетоиде, предположительно созданном ксеносами задолго до появления даже эльдаров.

До прихода Великого крестового похода в системе Манахеи ютилось технологически развитое общество, уцелевшее государство древней человеческой диаспоры, которое, хоть и насчитывало сотни миллионов жителей, пребывало под гнетом нечеловеческого Конгломерата Миту. Этот Конгломерат, чьи корневые планеты в итоге были вычищены пламенем Экстерминатуса, представлял собой жуткий кабал психически одаренных псевдоактинарных ксеновидов, которые, как считалось, эволюционировали из человеческого стада. Способный на варп-путешествия, и обладавший мощными загадочными биотехнологиями, Конгломерат Миту создал собственную карманную империю, запретив ее обитателям любые космические полеты и безжалостно уничтожая псайкеров в своих владениях. От Манахеи, а также других принадлежавших им звездных систем (как человеческих, так и чужацких) они периодически требовали проводить выбраковку населения и присылать им дань плоти, которая, как считалось, служила основным компонентом в их технологиях. На существование подобных созданий не могло быть иного ответа, кроме полного истребления, и война Империума с Конгломератом Миту была долгой и кровавой. Сам конфликт по большей части прошел в пустоте в виде череды жестоких абордажных столкновений, перемежавшихся внезапными, разрывающими миры планетарными штурмами при участии нескольких экспедиционных флотов, и для успешного завершения он потребовал около трех легионов Космического Десанта и сотен когорт Солярной Ауксилии. Освобождение системы Манахеи стало поворотным моментом великой войны, и массы, которые так долго жили в ярме у нечеловеческих хозяев под постоянным страхом смерти, радостно приняли Имперское Согласие. Основанная как содружество трех обитаемых миров системы Манахеи под властью имперского командующего, Манахея вступила в эру расцвета, и вскоре начала доминировать в десятке близлежащих звездных систем в качестве новой региональной столицы, постепенно превращаясь в яркий маяк имперской цивилизации и символа всего, чего стремился достигнуть Великий крестовый поход.

– Манахея Люкс [М-II – промышленный мир]: засушливый, индустриализированный мир Люкс, названный в честь бескрайних кремниевых морей барханов, после освобождения пережил взрыв производства и роста населения, и по сей день он остается законопослушной и высокопроизводительной планетой. На Люксе, ставшем местом финального боя в войне по освобождению системы, есть особенное место, бастион Квет – сторожевая станция-крепость, построенная Имперскими Кулаками, которые же и встали там гарнизоном, как в знак одержанной победы, так и гаранта обещания Рогала Дорна, что система больше не падет под власть ксеносов.

– Манахея Висидэ [М-IV – мир-улей]: главный мир системы, который по локальному соглашению называется просто Манахеей. Он представляет собой крупный мир-улей солярного типа, чей земной климат пока еще не испортила эндемическая урбанизация и макрорасселение. Опоясанный одиннадцатью комплексными узловыми метрополиями, разбросанными по материкам и соединенными континентальными и морскими транзитными маглев-системами, мир служит домом для высокоинтегрированной и развитой цивилизации, численность которой достигает десятков миллиардов человек. Технологические достижения Манахейского Содружества и человеческие ресурсы Манахеи Висидэ составляют конкуренцию мирам-ульям сегментума Соляр, и планета с готовностью приняла имперские административные отделы, обслуживающие весь этот регион Империума, включая Великую Десятину и Арбитров Империалис.

– Манахея Мортис [М-V/II – мир смерти]: этот джунглевый мир смерти на самом деле является луной газового гиганта Манахея Умбрис, нагретый и доведенный до пригодных для жизни условий благодаря гравитационному воздействию своего родителя. Занесенный в базу данных как мир смерти вследствие своей странной и смертоносной фауны он, тем не менее, обладает древних коренным населением, произошедшим, по расхожему мнению, от беженцев и изгоев, нашедших убежище в его диких джунглях во времена владычества Конгломерата Миту. Перед началом Ереси Гора Манахея Мортис подвергалась безуспешным попыткам использовать часть ее девственных джунглей как сельскохозяйственное сырье.

Классификация: колонизированный мир

Небольшой независимый мир с умеренным земным климатом, Влорлат Страдер – это имперская колония, основанная в 926.М30 после приведения региона к Согласию. Хотя ныне Влорлат Страдер уже вполне состоявшийся мир с экономикой смешанного типа, он пока еще не перешел с этапа развития к какой-то конкретной роли, несмотря на большое политическое и культурное влияния Манахеи. Система, в которой он расположен, ничем не примечательна, помимо наличия астротелепатической ретрансляционной станции, построенной на орбите во время последних стадий прохождения Великого крестового похода через регион. По непонятным причинам станция показала особенную эффективность в ретрансляции и приеме астротелепатических посланий между удаленными участками сегментумов Ультима и Соляр, что наделяет ее значительной стратегической важностью, даже большей, чем население либо сам район.

Классификация: искусственный мир/колонизированный мир/порт-майорис Армады Империалис

Порт-Пасть – это громадная станция Армады Империалис, которая строится главным образом внутри полой сферы древнего искусственного планетоида. Свое меткое название он получил благодаря капитанам 60-го экспедиционного флота, что обнаружил его, сугубо из-за своего внешнего вида – неровная пятисоткилометровая расселина в поверхности планетоида придает миру схожесть с огромным клыкастым ртом. Создание базы Флота Империалис, развернутое в 001.М31 по прямому приказу Оффицио Астарта, была частью стратегического планирования по консолидации армий и оперативных пунктов Армады Империалис после Улланорскго триумфа и назначения Гора магистром войны, и Порту-Пасти предназначалось стать мощнейшей базой флота северного Империума. Стройка происходила не только внутри планетоида, который давал базе беспримерную защиту от любых нападений – в самой звездной системе расположились большие трансорбитальные верфи, боевые станции и логистические пояса, однако на начало Ереси Гора они все еще находились на стадии создания. Хотя масштабная работа была далека от завершения, когда в системе Исствана пролилась первая кровь, Порт-Пасть уже работал в ограниченном режиме в качестве базы снабжения флота и пункта сбора, а сотни миллионов рабочих вместе с завезенным административным персоналом крепко обосновались на Эстеллике, пригодной к жизни планете, на чьей дальней орбите вращается мир.

Классификация: колонизированный мир [слаборазвитый]

Первый контакт с Летой, служившей домом для остатков человеческой цивилизации, что деградировала до уровня пограничного доиндустриального государства за время долгой ночи эры Раздора, был установлен в 824.М30 вольным торговцем Васпперлеем Элгином, двигавшимся впереди громадных сил Великого крестового похода, которые вошли в регион несколько лет спустя. Превращенный в раннюю перевалочную базу для флотов крестового похода, этот затянутый туманами и исчерченный многочисленными реками, вокруг которых главным образом и обитает население, лесистый мир по-прежнему остается пограничной планетой без какого-либо промышленного и экономического центра. Тем не менее, Лета сослужила свою роль для Империума, дав Ауксилии Империалис несколько элитных разведывательных когорт пехоты, которые достойно сражались в войнах по дальнейшему умиротворению Коронидских Глубин.

Наиболее удаленная якорная стоянка имперской цивилизации в регионе, Коронидский Предел по праву считается окраиной темного пограничья галактического пространства, и мало кто знает, что находится за ним. Центром его власти считается мир-улей Агатон, доминирующий в регионе благодаря экономической и военной мощи, и являющийся последней завоеванной планетой 60-м экспедиционным флотом перед своим роспуском. В состав этого автономного региона входит скопление из шестнадцати обитаемых систем, наиболее примечательные из которых приведены ниже.

Классификация: мир-улей [шпилевой подтип]

Древний центр человеческой цивилизации, корни которой уходят глубоко в Темную эру технологий, Агатон – это мир-улей с тремя главными громадными шпилями-ульями, формой и структурой схожие с Некромундой и Хуром, невзирая на то, что эти миры разделяют тысячи световых годов. Агатон упорно сопротивлялся Согласию и пятнадцать лет успешно отражал атаки разных вольных торговцев и мелких экспедиционных флотов, прежде чем для решения вопроса сюда не перебросили более крупные и мощные войска. Заключительный штурм был проведен под руководством лорда-маршала Иретона МаСада и его 1522-й когорты Солярной Ауксилии (Лорда-маршала Собственные), которые возглавили остатки истощенного 60-го экспедиционного флота в победных, хоть и кровавых, сражениях по приведению мира к Согласию. В награду за свои действия и целую жизнь славной службы флот был распущен, а МаСад и его офицеры получили право на покорение Агатона, заняв место устраненной духовной аристократии и став правителями его пятимиллиардного населения, чтобы закрепить вхождение планеты в состав Империума. С тех пор Агатон стал продуктивным и организованным миром-ульем, в культуре которого преобладает военная эстетика. Его огромные вооруженные силы, Агатонские когорты, ведут свой род напрямую от Солярной Ауксилии, и являются действующими имперскими оборонительными войсками в регионе.

Классификация: добывающий мир [тюремный]

Добывающий мир-тюрьма, сначала использовавшийся как место отбывания наказания для диссидентов после войны за Согласие Агатона, Легатус – это планета бескрайней тундры на заключительных этапах климатического ледникового периода. Важный в первую очередь из-за своих богатых залежей высококачественных железных руд для макроконструкционной и кораблестроительной промышленности Агатона, Легатус с 940.М30 трижды подвергался нападениям – дважды орками-мародерами, и один раз мутировавшими ксеносами криптидового происхождения, которые, как считается, пришли из межгалактической пустоты. В результате добывающий мир пришлось усилить войсками наземной обороны и увеличенным гарнизоном агатонцев, и поэтому, когда тень Ереси Гора упала на регион, мир оказался намного лучше подготовлен к войне, чем многие другие схожие миры Коронидских Глубин.

Классификация: дикий мир [недочеловеческий подтип]

Этот засушливый безоблачный мир с жарким климатом и безграничными кремниевыми дюнами служит домом для недолюдей-огринов. Население, хоть и генетически стабильное, морфологически отличается от стандартной разновидности, приспособившись к суровым условиям и пройдя через тяжелые метаболические изменения, которые включали длительную деградацию и без того ограниченного интеллекта огринов, ментального баланса и чувства социального единства. Доминантные черты поведения этих недолюдей – издавна практикующийся каннибализм и ощущение иррационального голода, и включить их в состав Ауксилии удалось только после обширной мозговой хирургии и внедрения «кнопки смерти» для ликвидации при необходимости, но во всем остальном они являются ценным придатком региональных оборонительных сил. После того как в секторе началась подготовка к отражению атаки предателей, огрины Отиона стали важным стратегическим ресурсом для агатонских войск.

Классификация: агромир [океанический подтип]

Мир земного типа, колонизированный в конце 890.М30 в ходе экспансии Империума для организации каналов снабжения продовольствия и навигации в регионе, Нуминаль стал важной частью человеческой цивилизации в северном Империуме. Осваивать Нуминаль, мир сплошных океанов и многочисленных вулканических островов и архипелагов, начали не только из-за его умеренного климата, но и доступа к нескольким не так давно обнаруженным стабильным варп-путям через регион. Эти маршруты соединяли Манахейское Содружество и Агатонский Доминион на пограничье галактического севера с Троицей Церады и меньшими независимыми имперскими системами-колониями Веспасией Инфернус и Гареллой, которые составляли остальную часть Коронидского Предела. В самой удаленной оконечности эта сеть открывала потенциальный доступ к нескольким важным мирам Восточной окраины Империума, которых в обычных условиях можно было достичь лишь за многие звездные месяцы долгого странствия через обманчивый варп-канал Гадексус, тянущийся до самого Ангелиса и систем Гонорума. Из-за этих ключевых путей Нуминаль стал главной целью в гражданских войнах, охвативших Коронидский Предел после основного наступления предателей.

Так как к основанию колонии приложили руку власти сегментума, развитие мира шло быстро. Завезенное сорокамиллионное население расселили в нескольких быстровозводимых штампованных городах и аванпостах, и за первое десятилетие после колонизации была построена высокоразвитая орбитальная трансперевалочная инфраструктура и геосинхронная пустотная станция. В ходе того же процесса прибывшие подразделения Механикум Биологис подвергли огромные моря Нуминаля аквакультурному и эпигенетическому проектированию. Главным занятием населения стала добыча биологических ресурсов морей, и к началу войны планета уже в огромных количествах экспортировала концентрированные и богатые питательными веществами пищевые добавки. В качестве составного элемента последующего процесса колонизации, базирующиеся на планете спецподразделения 1023-й и 2774-й когорт Обеда Экзертус Империалис провели кампании подавления и истребления нескольких местных псевдоразумных земноводных и ихтиоидных видов. Эти когорты вместе с отрядами обеспечения безопасности Солярной Ауксилии, приданные для охраны главной пустотной станции Нуминаля, были единственными примечательными боеготовыми силами в звездной системе, когда регион подвергся нападению врагов в 007.М31.

Суверенное владение Механикум, Твердыня Циклотрата состоит лишь из двух планет из числа нескольких пригодных к жизни, оставшихся среди пустыни мертвых миров – всего, что уцелело после прохождения Великого крестового похода. Твердыня располагается среди пепла того, что прежде являлось корневыми звездными системами ксеноимперии Конгломерата Миту, и была основана с целью разработки ресурсов, в качестве испытательного полигона вооружений, и для того чтобы удостовериться, что все формы жизни, входившие в состав Конгломерата, полностью искоренены.

Классификация: мир-кузница (уровень терциус-II)

Скалистый, с трудом способный поддерживать жизнь мир, охваченный мощнейшими электромагнитными бурями, Циклотрат расположен в центре уничтоженных родных планет некогда грозной ксеноимперии. Конгломерат Миту никогда в нем самом не обитал, по всей вероятности, из-за бушующих яростных энергий, поэтому Циклотрат – это пустынный и неспокойный мир. Новые кузничные комплексы начали медленно подниматься из расколотых черных гранитных равнин северного континента, вырастая вокруг громады «Циклопического разума» – военного барка Механикум, который получил тяжелые повреждения в финальном бою с ксеносами и был сочтен непригодным для дальнейшего путешествия вместе с флотом. Теперь из обломков большого корабля, обретшего здесь свое последнее упокоение, восстают неуклонно разрастающейся паутиной из феррокрита и пластали рабочие поселения, бункеры-мануфактории и молниевые башни. Правящий синод Циклотрата возглавил магос ордена Автократора, которому магосы вверили строительство аванпоста, а также направили бывшую тактическую группу эксплораторов, сделавших Циклотрат своей базой для исследования соседних мертвых планет на предмет познаний и реликвий. Развитие недавно основанного мира-кузницы оказалось трудным и медленным, как из-за сложностей с окружающей средой, так вследствие растянутых путей снабжения. Изоляция мира-кузницы в сочетании с многочисленными серьезными угрозами своему существованию, с которыми та сталкивалась в последние годы, вынудила циклотратских Механикум стать скрытными и воинственными, практически оборвав все связи с другими главными планетами Коронидских Глубин. Сразу после начала Ереси Гора эмиссары мезоанских Механикум довели вопрос до сведения Конклава Марса, однако он был снят с повестки дня по приказанию Келбора-Хала, генерала-фабрикатора. Будущее уготовало планете горькую славу, сравниться с которой могли немногие миры-кузницы.

Классификация: [феод Механикум]

Арриан – сернистый, отравленный мир с наполненной хлором атмосферой, делающей его полностью непригодным для жизни. Тем не менее, из-за огромного количества полезных ископаемых и легкодоступных химических отложений по всей его поверхности быстро выросли крупные заводы по их добыче и извлечению в угоду Циклотрату, который не упустил шанса взять Арриан под прямое управление. Поскольку планете остро не хватало местных жителей, магосы Циклотрата доставили туда собственных горняков, адское существование которых было возможным только благодаря обширной аугментической имплантации, но, тем не менее, уровень смертности среди них остается катастрофически высоким. Многолетняя нехватка рабочих рук закончилась с заключением договора между Циклотаратом и удаленными мирами Манахейского Содружества, которые в обмен на оружие и другие технологичные продукты кузниц Циклотрата отдавали ему своих заключенных. Однако с недавних пор из-за растущей изоляции Циклотрата соглашение перестало выполняться, и как именно магосы восполняют предполагаемую нехватку рабочей силы, остается загадкой.

[[Файл:HH40609.jpg|300px|thumb|center|Боевой автоматон «Кастеллакс», Тагмата Циклотрата: Этот боевой автоматон участвовал в атаке архимагоса Драйкавача на Нуминаль, на сохранившихся пикт-снимках с поля сражения видны полученные им множественные повреждения батареями «Рапир» 1522-й Солярной Ауксилии, прежде чем он был уничтожен копьем рыцаря церастуса-копейщика дома Орлакков.

Знак на правом плече автоматона обозначает выбранную Циклотратом сторону магистра войны, а паучий глиф на левом – символ его родного мира-кузницы. Кроме того, следует отметить нечто похожее на отметки убийств в форме черепов, однако неизвестно где, когда и против какого врага он мог их получить.]]

«Пусть моя эпитафия звучит так: «рожденный безымянным, брошенный на дне мрачной ямы, я умер покорителем миров».

Предполагаемые последние слова лорда-милитанта Ирэ Слайта, командующего 74-м экспедиционным флотом, при падении Голгофы Теракс, 0322884.М30

Среди множества полков и батальонов Империалис Ауксилии, в обиходе именуемой «Имперской Армией», когорты Солярной Ауксилии принадлежали к числу самых элитных, дисциплинированных и хорошо экипированных частей, и широко распространено мнение, что по своей боевой эффективности сражавшиеся в них солдаты уступали одним лишь постчеловеческим Легионес Астартес. Хотя многие обозреватели могут не согласиться с этим, указав на уникальные подразделения и отдельные полки, возможно, превосходившие отряды Солярной Ауксилии в навыках и огневой мощи, а также обладавшие более громкой репутацией – такие, как легендарные Чёрные Люциферы или генносотворенные Марнейские Ополченцы, – но когорты выделялись на их фоне тем, что не являлись единственным в своем роде воинским формированием, собранным из представителей определенной культуры или призванным на службу Империуму с приведенной к Согласию воинственной планеты. Нет, Солярная Ауксилия представляла собой стандарт, принцип ведения боевых действий и отношения к войне в целом, успешно воспроизведенный в сотнях миров. Именно поэтому её когорты и полки являлись главной опорой вооруженных сил Империума с первых дней Великого крестового похода. Если космические десантники из Легионес Астартес одновременно служили «знаменосцами» Похода и, несомненно, образовывали его основной, неудержимый ударный кулак, воины Солярной Ауксилии зачастую оказывались незаменимыми разведчиками и самыми надежными пехотинцами армий человечества, готовыми исполнить всю черновую работу. А после того как расширившийся Империум вобрал в себя тысячи планет, они стали и первой линией обороны против врагов, способных угрожать этим мирам извне или нарушать их покой изнутри.

Как можно предположить по самому названию, история Солярной Ауксилии началась в системе Сол и на самой Терре, в первые дни Великого крестового похода. Несомненно, Император с самого начала осознавал, что, пусть его Легионес Астартес и станут главнейшим орудием ведения завоевательной войны, грандиозность задачи Похода – а именно, освобождение целой Галактики – потребует гигантских ресурсов живой силы, распределенных по огромной территории, и даже сотен тысяч космических десантников для этого окажется недостаточно. Во-первых, они просто не смогут оказываться во всех местах одновременно; во-вторых, не лучшей идеей станет использование Легионес Астартес там, где вполне смогут справиться обычные люди.

Так родилась Экзертус Империалис – миллиарды солдат «второго эшелона» и подразделений поддержки, гражданских служащих, рабочих, членов экипажей, специалистов по материально-техническому обеспечению, социальных работников, адептов и штабных офицеров; бесчисленные запасы оружия, снаряжения и боевых машин; пустотные транспортники и боевые корабли, необходимые для их нужд – всё, что требовалось для воплощения в жизнь идеи Великого Крестового похода. Внутри этого гигантского организма, состоящего из бессчетного числа «поставленных под ружье» мужчин и женщин, задуманного и организованного сверхчеловеческим разумом Императора, существовало множество высокоспециализированных подразделений, каждое из которых создавалось ради выполнения своей уникальной задачи и являлось жизненно важной шестеренкой в военной машине Империума. Одним из таких подразделений и была Солярная Ауксилия.

Цели, поставленные при её создании, определялись четко: Империуму требовалось значительное количество солдат, способных сражаться на передовой, причем театрами боевых действий для них должны были стать глубокий космос и любые враждебные среды. Им надлежало как поддерживать подразделения Легионес Астартес в бою, так и освобождать их от рутинных задач ради выполнения важнейших фронтовых операций. Космодесантникам предстояло стать, прежде всего, молотом Великого крестового похода, Солярной Ауксилии же – его разведчиками и часовыми: нести гарнизонную службу на могучих боевых кораблях и далеких пограничных заставах, служить вместе с вольными торговцами и экспедиционными флотами, являясь одновременно захватчиками и исследователями. Разумеется, таких бойцов необходимо было натренировать, обучить дисциплине, а также снабдить вооружением и боевой техникой значительно лучше, чем среднего солдата-ополченца. Как только та или иная область Галактики приводилась к Согласию, и линия фронта Великого крестового Похода продвигалась дальше, в дело вновь вступала Солярная Ауксилия. Обладавшая собственными флотами и дополнительно приданными боевыми кораблями, она вставала на стражу миров и звездных систем, ныне ставших частью растущего Империума, и защищала их от набегов извне и восстаний изнутри. Хотя оперативные группы Солярной Ауксилии, разумеется, не могли сравниться в огневой силе и боевой мощи с легионами Космодесанта, подобные компактные армии корабельного базирования, предназначенные для поддержания порядка в колониях, более чем достойно справлялись с большинством спонтанно возникающих «мелких войн» и местных конфликтов. Если же угроза оказывалась «не по зубам» оперативной группе, то бойцы, соответственно обученные и экипированные, переходили к обороне и держались любой ценой до тех пор, пока на захватчиков не обрушивались Ангелы Смерти Императора, ответившие на призыв о помощи.

Разрабатывая стратегию создания и принципы организации Солярной Ауксилии, Император в мудрости своей, вероятнее всего, по большей части опирался на опыт грандиозных армий, сражавшихся в Объединительных войнах, а также Сатурнианского Ордо. На протяжении тысячелетий Терра и вся система Сол практически постоянно находились в состоянии войны; на родине человечества возникали и рушились великие империи, а с ними создавались и встречали свою гибель могучие вооруженные силы и целые воинские культуры. В этом горниле сражений Император увидел многое из того, что впоследствии воплотилось в структуре и тактике всех его армий, в том числе и Солярной Ауксилии. Однако же, более всего она основывалась на боевом опыте высоко милитаризованных техноанклавов Сатурна, обладавших поистине несравненными навыками ведения войны в пустоте.

Державы Сатурна, возникшие в эру Раздора, представляли собой разрозненное содружество независимых владений и королевств, включавших в себя десятки астероидов-анклавов, орбитальных аркологий и колоний на спутниках газового гиганта, которому государства и были обязаны своим названием. Со временем в этой области космоса развилась единая, технологически продвинутая культура, и, хотя межгосударственные конфликты, соперничества и вендетты, подстегиваемые борьбой за выживание, оставались обычным делом, Державы быстро образовывали единый фронт в случае возникновения внешней угрозы – будь то враждебное влияние Марса или ужасные вторжения ксеносов и мутантов-налетчиков, пытавшихся похитить богатства и ресурсы, за которые так долго воевали между собой сатурнианцы. Их военные силы, состоящие из, несомненно, самого мощного боевого флота во всей системе Сол (до Объединения Терры) и элитных армий, известных как Сатурнианский Ордо, на протяжении столетий совершенствовали виды вооружения и тактические приемы, используемые в пустотной войне, и, до появления на сцене Легионес Астартес, оставались непревзойденными в данном вопросе. Многие исследователи утверждали, что Великий крестовый поход по-настоящему начался лишь после того, как Державы Сатурна по доброй воле присоединились к Империуму, а их флоты, верфи и экспертные знания во всем, что связано с действиями в пустоте, оказались фундаментом столь быстрого и грандиозного расширения имперских владений в первые годы войны. Тогда же возникла и Солярная Ауксилия; больше того, её первые десять полков, известных под общим названием «Сатурнианские овны» состояли именно из отрядов пустотных гоплитов Сатурнианского Ордо, переформированных и увеличенных в численности. Их вооружение и экипировка при этом практически не изменились. Собранные полки были отправлены на покорение звёзд вместе с первыми боевыми группами легионов Космодесанта, лишь недавно получивших свои номера.

Вскоре последовало создание новых полков Солярной Ауксилии – на этот раз Терра и Луна, выполняя стратегические требования Похода, сформировали множество таких подразделений по сатурнианскому образцу. Бойцы получали точно такие же, проверенные временем, типы оружия, экипировки и боевой техники, основанные на прототипах Ордо и представленные Механикум для одобрения, внесения модификаций и ввода в массовое производство. Сюда входила, в том числе, высокоэффективная и надежная сатурнианская пустотная броня, впоследствии ставшая главной отличительной чертой внешнего вида солдат Солярной Ауксилии во время Великого крестового похода. Кроме того, бойцы получали дополнительные варианты вооружений и экипировки, специально разработанные для использования неулучшенными людьми в условиях враждебной внешней среды и космической пустоты. Со временем такие комплекты обмундирования стали известны как «Солярные», и за возникновение этого обозначения ответственны Механикум, создававшие их для нужд именно «Солярной» Ауксилии.

Великий крестовый поход продолжался, и Солярная Ауксилия раз за разом доказывала эффективность заложенной в неё концепции – ведя боевые действия как в одиночку, так и в составе разнородных сил, – а стратегические запросы постоянно разраставшихся экспедиционных флотов и, соответственно, размеров покоряемых ими территорий, требовали создания всё новых и новых полков. Терранская система не могла в одиночку обеспечить Поход достаточным количеством солдат, поэтому образец Солярной Ауксилии начал внедряться повсеместно, и вскоре полки и более крупные формирования – когорты, – созданные по такой же методике, уже возникали по всему Империуму, зачастую образованные вокруг ядра из опытных младших офицеров и сержантов уже существующих подразделений. Наиболее часто новые отряды формировались в звёздных системах, обладавших традиционно мощными пустотными вооруженными силами и каперскими флотилиями, что, во многих случаях, позволяло с большей легкостью добиться вхождения такой цивилизации в состав Империума – особенно если для принуждения к Согласию потребовались бы значительные военные усилия.

Подобные когорты Солярной Ауксилии затем, как правило, отправлялись как можно дальше от родных звезд, что разрывало связь бойцов с домашними планетами и снижало вероятность будущего восстания на них. Впрочем, такими «специализированными» системами дело не ограничивалось, и, после введения психологических и физических тестов, позволяющих увеличить приток рекрутов, подразделения Солярной Ауксилии – зачастую, вместе с более обычными полками, – успешно основывались даже в диких и феодальных мирах, в целом не обладавших высокотехнологичными знаниями или традициями ведения войн в пустоте. Наиболее успешные из этих когорт сочетали в себе дикую ярость и жаркий пыл, привычные для обитателей столь воинственных миров, с несравненной дисциплиной и огневой мощью, которыми по праву славилась Солярная Ауксилия, образуя поистине смертоносную комбинацию. Среди знаменитейших из них – хтонийские «Охотники за головами», сражавшиеся вместе с 63-м экспедиционным флотом магистра войны Гора, и карак’тальские «Шраморожденные», обретшие место в легендах как единственное подразделение, уцелевшее во время атаки кравов на Врата Погибели – не считая Легионес Астартес.

Ко второму столетию Великого крестового похода силы, созданные по «Солярному» образцу, составляли примерно 20-25% от общей численности передвигающихся по Галактике армий «первого эшелона» Имперской Ауксилии, включая в себя десятки миллионов солдат. К моменту начала Ереси Гора эти подразделения оказались рассредоточенными – около двух третей когорт Солярной Ауксилии располагались на постоянной основе в пределах Империума, исполняя функции гарнизонных отрядов и оперативных групп, а оставшаяся часть была поделена между различными экспедиционными флотами, флотилиями вольных торговцев и кораблями глубокой разведки, исследующими постоянно расширяющиеся и всё более далекие рубежи Империума. Специально организованные и превосходно подходящие для того, чтобы действовать вдали от родины в качестве отдельной боевой группировки, силы Солярной Ауксилии, как правило, становились «ядром» небольших экспедиционных флотов, не имевших в своем составе значительного количества Легионес Астартес, и, по сути, возглавляли их. В таком случае общее командование возлагалось на плечи лордов-маршалов, назначаемых имперским Военным советом, при этом главнейшие из них именовались лордами-милитантами Империалис. Власть и могущество, оказывавшиеся в руках каждого из них, сами по себе были весьма значительны, а впоследствии из числа самих лордов-маршалов, их заместителей и капитанов их боевых кораблей выбирались имперские командующие новых колоний и назначались вольные торговцы. Таким образом, неудивительно, что, видя возможность заполучить в качестве награды власть над целым миром (оставаясь «под крылом аквилы», разумеется), амбициозные офицеры, мелкие дворянчики и отпрыски великих домов Терры с равной жадностью искали себе места в рядах когорт Солярной Ауксилии, направлявшихся на линию фронта. Кто-то честно заслуживал право на подобное назначение, кто-то получал его окольными, но более быстрыми путями, но сама судьба и безграничные опасности бессчетных сражений и чужацких миров вскоре, как правило, отсеивали тех, чьи аппетиты перевешивали личные способности. Но, несмотря на это, нельзя спорить с тем, что жажда наживы, личные стремления людей к власти, богатству и могуществу часто служили делу Великого крестового похода так же хорошо, как и чувство долга, мечты о воинской славе и вера в объединение человечества. Что касается нижних чинов, то их привлекали на службу в Солярную Аксилию более прозаичные, но не менее ценные преимущества: лучшая жизнь, высокое жалованье и благодарность от Империума за пролитую кровь, выражавшуюся в различных формах. Например, те, кто решал уйти в отставку, отслужив минимальный тридцатилетний срок, получали в награду полноценное гражданство, крупную денежную сумму, участок земли и должность в недавно приведенном к Согласию мире. Многие, впрочем, предпочитали остаться на службе и, по прошествии десятилетий, уже не видели для себя жизни вне Солярной Ауксилии; для них Империум предлагал нечто большее – базовые омолаживающие операции и медикэ-процедуры, имевшие целью продлить срок жизни воина и, соответственно, его полезность для вооруженных сил.

По сути, Солярная Ауксилия превратилась в огромную армию закаленных в битвах профессиональных солдат, экипированных и обученных по высочайшим стандартам для подразделений Великого крестового похода, составленных из неулучшенных людей, и оставалась впоследствии ключевым элементом грандиозной экспансии человечества.

Согласно критериям Оффицио Милитарис Терры, когорты Солярной Ауксилии представляли собой оптимальный вариант действующих в рядах Экзертус Империалис подразделений тяжелой пехоты, способной сражаться в пустоте. Соответственно, входящие в их состав солдаты были обучены и экипированы для успешных действий в космосе и опасных средах на поверхности планет. Кроме того, они могли одинаково уверенно выступать в качестве «челночных бойцов» (то есть, в боевых условиях переходить от пустотных к наземным операциям), и отражать (либо проводить) абордажные атаки, невзирая на самое мощное противодействие. В начале своего существования силы Солярной Ауксилии собирались в полки, структура которых подчинялась устоявшимся предписаниям «Принципия Белликоза» – каждый из них насчитывал 5 тысяч строевых солдат и формально управлялся легатом-полковником при помощи около трёхсот специально назначенных штабных и дисциплинарных офицеров и специалистов. Однако же, после того, как Великий крестовый поход начал разрастаться и роль Солярной Ауксилии на новых, обширных фронтах войны определилась более явно – что потребовало создания всё большего числа подразделений по «Солярному» образцу, – верховное командование Оффицио Милитарис переформировало изначальные полки в многочисленные и обладающие высокой автономностью соединения. Эти «Солярные когорты» обладали чрезвычайно четким внутренним делением, что несколько напоминало структуру как некоторых элитных подразделений Пантихоокеанской империи, существовавших во время Объединительных войн, так и легионов Космодесанта, все ещё находившихся тогда в процессе становления. Списочный состав каждой когорты насчитывал 120000 бойцов и несколько тысяч человек, входящих в те или иные вспомогательные службы, на постоянной основе прикрепленные к подразделению, а общее командование осуществлял маршал-соляр. При этом возможно было разбиение на субкогорты, обладавшие номинальной численностью в 1200 солдат и возглавляемые офицером в звании легата-командора, командора или субкомандора, что зависело от его воинского стажа и конкретного типа субкогорты.

На тактическом уровне, основным «кирпичиком» Солярной когорты была терция, подразделение, состоящее из трех секций Ауксилии, характер которых определялся по используемому ими вооружению и роли, исполняемой на поле битвы. Сами терции могли быть сформированы и брошены в бой совершенно различными способами и в любом числе, если того требовала стратегическая необходимость. Наиболее привычным вариантом являлась пехотная терция, сформированная из трех лазстрелковых секций, каждая из которых насчитывала двадцать вооруженных лазвинтовками пехотинцев в пустотной броне, возглавляемых младшим офицером. Бок о бок с ними сражались элитные терции велитариев, состоящие из трех отделений по десять солдат-ветеранов в каждом, снабженных улучшенным оружием малого радиуса действия – например, волкитными разрядниками или огнемётами, а также терции огневой поддержки – три батареи по три расчёта орудийных платформ поддержки пехоты (чаще всего, танкеток «Рапира») в каждой.

Каждая терция могла действовать совершенно самостоятельно, и ауксиларии, входящие в их состав, помимо стандартного курса подготовки фронтового бойца, также обучались действиям в условиях космоса, основам полевых инженерных работ, правилам выживания во враждебной среде и базовым принципам исследования вновь открытых планет. Подобное сочетание навыков с ранних дней Великого крестового похода служило бойцам Солярной Ауксилии поводом для гордости и, кроме того, делало их элитой неулучшенных солдат Империума.

Тактические принципы Солярной Ауксилии органично совершенствовались под влиянием опыта, полученного при проведении боевых операций в ходе Великого крестового похода. Кроме того, на них прямо влияли нестандартные условия, в которых обычно сражались когорты, и косвенно – удивительно высокое качество оружия и экипировки бойцов. Каждый ауксиларий обязан был достичь определенного уровня боевых навыков и со сноровкой действовать в пустотной броне. Задачей первостепенной важности для этих воинов являлась постоянная дисциплинированность и умение координировать усилия. Очевидно, что нарушение правил поведения на космическом корабле могло быстро превратиться в серьезное бедствие для всех, кто на нем находился; если же речь шла о пустотном сражении, то вышесказанное оказывалось верным вдвойне. Те, кому не удавалось достичь требуемых показателей в ходе обучения, направлялись в менее разборчивые подразделения Империалис Ауксилии, или же становились корабельными матросами и унтер-офицерами; те, кто «понижал планку» уже во время службы, подвергались суровым наказаниям; наконец, солдаты, допустившие подобное в бою, расстреливались на месте их командирами.

Согласованность действий и дисциплинированность бойцов Солярной Ауксилии является ключом к пониманию её основных тактических приемов: действий плотными группами, как в боях на открытой местности, так и в тесных пространствах зон морталис; концентрации огневой мощи; непоколебимости при защите позиций. Как для небольшого отряда, так и для всех участвующих в сражении сил привычным оказывалось применение стратегии «агрессивной обороны», что означало следующее: подразделение, действуя наступательно, занимает господствующую позицию на поле боя, наилучшим образом подходящую для обороны (либо создает таковую, используя модульные укрепления и т.п.), после чего заставляет врага атаковать уже на своих условиях; имитирует отступление с целью заманить противника в заранее намеченные огневые мешки; медленно наступает «катком» под прикрытием воздушной и бронетанковой поддержки; использует защищенные транспортные средства для переброски бойцов. Также весьма часто использовались асимметричные «молниеносные» атаки, в которых массированный «кулак» Солярной Ауксилии наносил удар на отдельном участке вражеского фронта, имея целью достижение локальной победы с минимальными потерями. Применение подобных стратегий оказывалось возможным благодаря дисциплинированности солдат Солярной Ауксилии и их высококлассному снаряжению. Причиной же их появления являлось использование когорт в качестве подразделений дальней разведки для эксплораторских и экспедиционных флотов, а также сил быстрого реагирования. Выполняя поставленные задачи, соединениям Солярной Ауксилии зачастую приходилось в одиночку противостоять превосходящему их числом противнику, сражаться на неизученных землях, и, возможно, с неизвестными прежде врагами. Таким образом, знаменитая выучка и способность ауксилариев «держаться любой ценой» в подобных условиях могут рассматриваться не только как боевые умения, но и как элементарный инстинкт выживания: если ты оказался на поверхности чужой планеты или палубе вражеского корабля, отступать и бежать просто некуда – поступив так, ты обречешь на гибель не только себя, но и своих товарищей.

Одной из наиболее ярких отличительных черт Солярной Ауксилии являлся уникальный комплекс вооружений, выделявший её на фоне множества разнообразных подразделений в составе Империалис Ауксилии. Своим наполнением этот арсенал в равной мере обязан истории когорт и роли, отводимой им в грандиозной военной машине Империума.

Пустотная броня – наиболее своеобразная и, возможно, знаковая часть экипировки, использовавшейся каждым ауксиларием. Этот усиленный панцирем доспех, полностью защищавший владельца от воздействия окружающей среды, обладал встроенным автономным модулем жизнеобеспечения. Указанная броня «Солярного» образца, названная так по имени использовавшей её Солярной Ауксилии, фактически являлась предназначенной для массового производства модификацией древних доспехов, применявшихся пустотными гоплитами Сатурнианского Ордо. Эта полностью герметичная броня, способная противостоять огню из маломощного оружия и ударам взрывной волны (защищая при этом бойца от контузий), самозатягивающаяся при получении незначительных пробоин или порезов, особенно хорошо блокирующая вредные излучения и воздействия экстремальных температур, демонстрировала, благодаря всему вышеперечисленному, высокую эффективность при ведении боевых действий в любых опасных условиях внешней среды, а не только в открытом космосе. Впрочем, даже весьма прочный и эффективный пустотный доспех нельзя рассматривать как эквивалент силовой брони Легионес Астартес в отношении стойкости и технологичности – последняя обеспечивала намного более высокий уровень защиты и выдерживала больший урон.

Но в сравнении с экипировкой прочих неулучшенных бойцов броня Солярной Ауксилии оказывалась заметно изощреннее и при этом дороже в производстве; то же самое можно сказать и о ручном оружии её солдат, наиболее распространенным типом которого являлась лазвинтовка модели «Калибракс V-1». Не выходя за пределы стандартного диапазона мощностей, установленного Оффицио Милитарис для вооружений Империалис Ауксилии, «Калибракс» выделялась значительно усиленными накопителями-передатчиками энергии, высокой (в целом) надежностью и более качественным рассеиванием тепла по сравнению с привычными лазганами модели «Марс II» или лазкарабинами типа «Урш-Вантовка». Благодаря указанным преимуществам, лазвинтовка одновременно оказывалась крайне подходящей для использования в экстремальных условиях пустотной войны и пригодной для разнообразного модифицирования или установки дополнительных систем (например, модулей фазирования луча или индукционных ударных разрядников). Последнее не требовало значительных усилий, причем нагрузка, оказываемая данными устройствами на «Калибракс», не была пагубной, в отличие от их воздействия на менее продвинутые типы оружия. Что касается специальных вооружений и лёгкой огневой поддержки, то Солярная Ауксилия исторически отдавала предпочтение различным видам управляемого энергетического оружия, включая огнемёты, мелты, мультилазеры и лазпушки – прежде всего по причине их пригодности к использованию в пустотных боях, а также для упрощения техобслуживания и снабжения боекомплектом. Впрочем, болтерное вооружение и роторные пушки тоже нередко встречались в когортах, особенно когда ауксиларии на протяжении долгого времени действовали совместно с иными имперскими силами.

Волкитное оружие, некогда стандартное для значительного числа пехотных секций, за годы Великого крестового похода встречалось всё реже, и к началу Ереси Гора осталось в распоряжении лишь отборнейших велитариев. Соответственно, среди аускилариев обладание подобным оружием превратилось в чрезвычайно почётный знак отличия, и на протяжении долгих лет сами волкиты не раз переходили от одного солдата к другому. Что касается командиров Солярной Ауксилии, то во внешнем виде их вооружения прослеживается тенденция к изменениям, призванным сделать его уникальным. Позволение украшать личное оружие приводило к возникновению всевозможных вариаций его внешнего вида, и, несомненно, соперничеству между офицерами, которые, как правило, для демонстрации своего положения носили разнообразные мечи. Между командирами Ауксилии, находившимися в одинаковом звании, всегда дозволялись дуэли, хоть и с определенными ограничениями. Порой они носили соревновательный характер, порой, если была задета чья-то честь, смертоубийственный (но для проведения такого поединка требовалось разрешение старшего офицера). Чаще всего воины сражались на чарнабальских саблях с Терры, и получаемые ими такими образом навыки фехтования рассматривались как исключительно полезные для самих ауксилариев и когорты, которой они служили.

Каждая когорта Солярной Ауксилии должна была действовать в качестве самостоятельной силы, поэтому структура самого подразделения и организация дополнительной инфраструктурной поддержки базировались на том, какую функцию соединение выполняло в тот или иной момент. Например, во время исследования планет или ведения боевых действий на их поверхности, когорты практически всегда действовали как мотопехота, используя значительное количество тяжелых всесредных бронированных транспортников – для переброски солдат и в качестве сборных пунктов. Чаще всего применялись бронетранспортеры «Дракосан», достаточно вместительные, чтобы перевозить нескольких лазвинтовочных секций; кроме того, они обладали лучшей броней, чем широко распространенные «Носороги», а также превосходили последних по уровню заложенной в конструкцию радиационно-алхимической защиты и ресурсу системы жизнеобеспечения. Помимо этого наземного подвижного средства, Солярная Ауксилия использовала особый, бронированный и, нередко, вооруженный вариант лихтера типа «Арвус», являвшегося самым многочисленным воздушно-космическим транспортником поддержки. Этот прочный, надежный и выносливый суборбитальный челнок, относящийся к моделям СШК, был разработан за бессчетные столетия до основания Империума и использовался во множестве ролей – от десантного судна и разведывательного корабля до грузовоза и даже импровизированного штурмовика.

Вполне ожидаемо – учитывая, как часто ауксиларии сражались в пустоте и десантировались с орбиты в боевых условиях, – что дополнительное содействие, оказываемое истребителями, тяжелыми штурмовиками и транспортниками корабельного базирования, являлось весьма важным фактором успеха операций, проводимых Солярной Ауксилией. При этом каждая когорта обладала постоянным составом пилотов, матросов и старшин пустотных кораблей, входивших в её структуру командования и обеспечивавших выполнение задач, поставленных перед соединением. Кроме того, ауксиларии, базировавшиеся на линейных кораблях, использовали в космических боях специально модифицированные абордажно-таранные суда типа «Акула», что было практически уникальным для подразделений, входивших в состав Экзертус Империалис. Подобные смертельно опасные способы доставки бойцов обычно применяли только могучие Легионес Астартес.

В открытом бою когорты Солярной Ауксилии весьма широко использовали поддержку бронемашин и самоходных артиллерийских установок, причем, в отличие от сил огромной Империалис Ауксилии, всегда применяли одни и те же модели, созданные для действий в пустоте и враждебной внешней среде, а затем подтвердившие свою надежность в полевых условиях. Техника ауксилариев всегда обладала радиационной защитой и встроенными системами жизнеобеспечения, как, например, «Леман Русс Марс-Солярный», значительно усовершенствованный вариант боевого танка, созданный владыками Красной Планеты в полном соответствии с требованиями, предъявленными Солярной Ауксилией. «Марс-Солярный» превосходил в скорости и технологичности более распространенные модели – так же, как выигрывали у своих собратьев и полуавтоматические варианты САУ «Василиск» и «Медуза», установленные на аналогичное, герметично закрытое шасси «Лемана Русса». Кроме того, широко известно использование Солярной Ауксилией на постоянной основе модульных укреплений, применявшихся для организации линий обороны вокруг любого полевого лагеря когорты или возведенной ею заставы, неважно, временной или постоянной. Источником подобной практики служили постоянные высадки в удаленных неисследованных мирах, где не приходилось рассчитывать на быстрый приход подкреплений.

Помимо этого, большинство когорт Солярной Ауксилии имели в составе как минимум одну полностью оснащенную субкогорту сверхтяжелой бронетехники, в которую входили различные боевые машины общего назначения – такие, как «Малкадоры» и «Гибельные клинки», – а также более специализированные типы, например, «Теневые мечи» и «Грозовые молоты». Также стоит заметить, что негибкие осадные соединения, такие, как стационарные артиллерийские батареи, редко включались в боевое расписание когорт, поскольку ведение ими осад и войн «на истощение» в ходе Великого похода в основном рассматривалось стратегическим командованием как нечто несоответствующее уникальным возможностям Солярной Ауксилии. На такие операции направлялись иные, более специализированные подразделения Экзертус Империалис.

2. Верховное командование:

= лорд-милитант/лорд-соляр (I)

Второй уровень (в зависимости от боевой задачи и типа соединения):

2.1. = лорд-маршал [экспансия/командование боевым формированием]

2.2. = лорд-кастелян [гарнизонная служба/командование обороной]

2.3. = лорд-адмирал [верховное командование флота]

3. Силы и средства в распоряжении тех или иных лордов-милитантов серьезно разнятся, но, как правило, в их состав входят: персональный флагман (капитальный корабль), всевозможные корабли сопровождения, вассальные когорты, элитные отряды жизнехранителей, специализированные иррегулярные полки, полноценный общевойсковой штаб и команды аналитиков, закрепощённые слуги и наёмные рабочие, казначеи и группы итераторов, посланники различных важных персон и ветвей политической власти Империума и т.д.

4. Стратегическое боевое командование

Центр управления стратегическими операциями и общевойсковой штаб экспедиционного флота/боевого формирования (в отличие от «частных» аналогов вассального подчинения, действующих как часть свиты лорда-милитанта)

Трибуны-генералы и нижестоящие штабные офицеры, Оффицио Локум Стратеги, высокопоставленные представители Армориума, артиллерийских частей, Мунитории, Оффицио Медикэ, Лектато и дисциплинарных корпусов

5. Подчиненное управление делами адмиралтейства и флота Армады Империалис

Включает все приданные формированию корабли, станции, экипажи и прочие силы и средства Армады Империалис, подчиненные лорду-милитанту, обладая соответствующей параллельной структурой командования (адмирал-примарис и нижестоящие офицеры). Кроме того, в состав управления входят прикрепленные к флоту высокопоставленные представители Астра Телепатика и Навис Нобилите

6. Прикомандированные подразделения Механикум

Включает в себя независимую командную структуру отдельных сил Механикум и их подфракций, на постоянной или полупостоянной основе приданных боевому формированию

[Руководство] Магос-милитант, связанные договором машиновидцы Экзертус, эмиссары Механикум

[Подчиненные силы] Союзная Тагмата, Ордо Редуктор, Легио Кибернетика, Легио Титаникус

7.1. Дополнительные силы, временно включенные в состав формирования:

К этому управлению условно отнесены весьма многообразные и разнородные организационные единицы, иррегулярные силы и отдельные оперативные агенты, подчиняющиеся лорду-милитанту, но не входящие в обычную структуру командования.

Представители Имперского Двора, агенты Ассасинорума, полномочные представители Совета Терры, [просмотр запрещен]

Прикомандированные подразделения Легионес Астартес и дворы рыцарей-квесторис

вольные торговцы-минорис, капитаны-хартисты, исследователи аномалий, поставщики и испытатели снаряжения, арбитры-юстикары, а также штабы и команды вышеперечисленных лиц

Представители орденов итераторов, летописцев и савантов-логи

Погонщики огринов-харонитов, [просмотр запрещен], [просмотр запрещен]

7.2. КОМАНДНАЯ СТРУКТУРА КОГОРТ И ПОЛКОВ [УПРОЩЕННАЯ СХЕМА]

Вооруженные силы Экзертус Империалис в основном состоят из независимо действующих полков, легионов-минорис ополчения и «субармий», состоящих из когорт. Все вышеперечисленные подразделения различны по структуре, численности, принципу формирования и области стратегического применения (и, соответственно, подготовке, вооружению и имеющейся боевой технике), так же, как и миры/системы, в которых они создавались и/или откуда призывали их бойцов. Далее следует приблизительная классификация по уровням подчинения и военной мощи, использовавшаяся Принципией Милитарис:

Когорты- и полки-примус (II)

Когорты- и полки-секундус (III)

Легионы-минорис ополчения (IV)

Фуражные и трудовые ауксилии

Исправительные и штрафные когорты и легионы-минорис

В зависимости от своего размера и предназначения, конкретное боевое формирование/экспедиционный флот могло включать от дюжины и до более чем сотни подобных отдельных соединений, насчитывая, таким образом, вплоть до десятков миллионов мужчин и женщин «под ружьем»

8. Примечания

(I) Лорды-милитанты принадлежат к числу наиболее высокопоставленных представителей власти в Империуме, находясь на одном уровне с имперскими командующими крупных миров и высшими офицерами Имперского Двора, подчиняясь, таким образом, только воле Императора, приказам его полномочных представителей и, само собой разумеется, повелениям примархов.

(II) Когорты и полки первого класса представляют собой наиболее мощные подразделения в составе Экзертус. К ним относятся такие элитные соединения, как Солярная Ауксилия, саперные полки, бронетанковые когорты и т.н. "Славные Полки".

(III) Когорты и полки второго класса, соответственно, уступают вышеописанным подразделениям по огневой мощи и способностям на поле боя. К таковым относятся связанные договором силы с планет, приведенных к Согласию; легковооруженные «регулярные» войска, предназначенные для несения гарнизонной службы в мирах, не являющихся критически важными; наконец, фронтовые вспомогательные соединения, рассматривающиеся как не вполне заслуживающие доверия по той или иной причине – например, полки, набранные из представителей диких миров или недолюдей.

(IV) Легионами-минорис ополчения называются формирования, создаваемые в случае крайней нужды (например, при необходимости срочных действий по обороне планеты) из представителей местного населения. Их бойцы зачастую скверно вооружены и экипированы, а также плохо обучены.

2. … 278-я Аркадийская когорта …

3. Структура стратегического подчинения внутри когорты

Включает в себя в целом независимое стратегическое и оперативно-тактическое командование и руководство когортой, а также службы общего управления и тылового обеспечения

4.1. Стратегические временно приданные силы и средства (на уровне когорты)

Линейные корабли (легкие и тяжелые крейсера, фрегаты, корабли типов «Бастион» и «Корвет»)

Транспортные суда, способные осуществить варп-переход

Абордажные суда (чаще всего, типа «Акула»)

Большие десантные корабли и боевые машины, предназначенные для высадки в боевых условиях; лихтеры и челноки «поверхность-орбита»

Легкие «челночные» штурмовики и звенья ударных истребителей

Пустотные перехватчики

Соединения сверхтяжелых танков

Вспомогательные артиллерийско-технические корпуса

Корпуса медикэ

Прикомандированные связанные договором технопровидцы Механикум

4.2. Верховное командование когорты

Маршал когорты/маршал-соляр

Легат-маршал/трибун-ординат

4.3. Вексиллярии когорты

(Ветераны подразделения и вассалы верховного командующего, которым доверены реликвии и знамена когорты – хорунжие, сигниферы, субалтерны, телохранители и оруженосцы)

5. Оперативное командование когорты

Трибуны (-диктатус, -стратеги или -логи)

Старшие командоры

Легаты-командоры

(Офицеры и работники общевойскового штаба когорты, а также прикомандированные советники и представители иных ветвей Экзертус Империалис/Армады Империалис и т.д.)

6. Офицеры флота

Офицеры и иные представители параллельной командной структуры кораблей Армады Империалис, переданных на постоянной основе под командование маршала когорты. Как правило, званием не выше капитана II ранга (капитана-командора), что считается эквивалентным званию трибуна когорты.

7. Тактическое командование субкогорты

Субкомандор

Лейтенант/Стратег

Сублейтенант/Прокламатор

Прапорщик/Деклурион/Вексиллярий субкогорты

8. СТРУКТУРА РЯДОВОГО СОСТАВА КОГОРТЫ

Большая часть подразделяется на терции – соединения, являющиеся ключевыми «кирпичиками» Солярной Ауксилии с точки зрения тактического применения и материально-технического снабжения

Терция класса «Патриций»

Отделения велитариев и прочие элитные соединения

Пехотные отряды ветеранов

Экипажи прикомандированных транспортных средств

Терция класса «Милитарис»

Линейные пехотные секции (лазвинтовочные, 1-3)

Экипажи прикомандированных транспортных средств

Саперные секции

Терция класса «Поддержка»

Секции специальных вооружений

Прикомандированные батареи легких полевых орудий поддержки («Рапиры», «Тарантулы» и т.п.)

Экипажи прикомандированных транспортных средств

Отряды огринов-харонитов и прочие иррегулярные силы, присоединенные к структуре командования

9. Списочная численность бойцов 278-й когорты Солярной Ауксилии

Лазвинтовочные секции (70000)

Ветеранские секции (3000)

Секции специальных вооружений (7000)

Члены экипажей, техники, сапёры, рабочие, сотрудники вспомогательных служб (22000)

Личный состав штаба и кадровые офицеры (1200)

Флотские офицеры и матросы (10000)

Прочие (5000)

«Великое боевое расписание Солярной Ауксилии» предусматривает использование широкого спектра родов войск, чаще всего описывая когорту как подразделение, построенное вокруг пехотного «ядра» при поддержке соединений бронетехники различной численности и типов – от самоходной артиллерии до сверхтяжелых танков. Указанный документ в высшей степени подробен при описании ситуаций, в которых может оказаться Солярная Ауксилия в ходе войны, и в нем даже уделено внимание тому, какую геральдику должны использовать когорты.

Бронетехнику Солярной Ауксилии, как правило, окрашивали в утилитарные бело-серые цвета – покрытие тех же оттенков наносилось на бронированные борта могучих боевых кораблей Армады Империалис Ультима. Впрочем, в отличие от боевых машин, массово производившихся для большей части Имперской Армии, техника когорт не только собиралась с использованием высококачественных материалов, обычно приберегаемых для нужд Легионес Астартес, но и щедро украшалась различными фигурами из полудрагоценных металлов – латуни, бронзы или красной меди, – ярко и гордо сиявшими, даже когда остальной корпус покрывался грязью и потертостями. Известно, что танкисты Солярной Ауксилии весьма внимательно относились к подобным деталям и проводили долгие часы в перерывах между иными служебными делами, заботливо осматривая и очищая свои машины; подобная практика также позволяла обнаружить микротрещины или иные малозаметные повреждения, способные нарушить герметичность техники во враждебной внешней среде. Эта традиция уходит корнями в до- и послебитвенные протоколы Сатурнианского Ордо, воины которого назначались в подобные наряды, требующие рутинных, повторяющихся действий, с целью обретения сосредоточенности, сброса напряжения и поддержания дисциплины.

В дополнение к базовым украшениям, бронемашины Солярной Ауксилии часто блистали геральдическими цветами своей когорты, нанесенными в различных конфигурациях на борта, носовую часть и турель. Цвета являлись знаками различия подразделения, и происходили обычно из культурного наследия мира, на котором формировалась когорта, либо указывали на её боевые заслуги перед Империумом во время службы; они наносились на знамена и доспехи бойцов, и воины когорты с невероятной гордостью демонстрировали свою символику в сражении.

Солярная Ауксилия планеты Агатон является прямым наследником гордой и славной 1522-й «Лорда-маршала собственной» когорты, на протяжении долгих лет сражавшейся в авангарде 60-го экспедиционного флота и отмеченной множеством наград. В своей последней кампании ауксиларии переломили в пользу Империума находящееся в патовой ситуации противостояние на Агатоне и привели мир к Согласию. После этого, провозгласив Право Завоевания, лорд-маршал МаСад оккупировал планету и заменил прежнюю правящую аристократию офицерами своей когорты. На протяжении целого поколения эти силы служили «личной армией» династии МаСадов, при этом сам лорд-маршал Иретон, благодаря редким и дорогим омолаживающим процедурам, оставался в живых до тех дней, когда 1522-я была сформирована вновь – на сей раз, для противостояния армиям предателей, проносящимся по Коронидским Глубинам.

Благодаря почти бездонной казне своего повелителя, «Лорда-маршала собственная» когорта оказалась экипирована по высочайшим стандартам – всё отряды перевозились на бронетранспортерах «Дракосан», в распоряжение каждой из пехотных субкогорт поступил взвод бронетехники поддержки. На уровне верховного командования 1522-я могла распоряжаться некоторым количеством артиллерийских и бронетанковых субкогорт, включая тяжелое ударное соединение из двух дюжин «Малкадоров» и три субкогорты мобильной артиллерийской поддержки, каждая из которых включала примерно три дюжины самоходных орудий различных типов.

На носовой части каждой из боевых машин «Лорда-маршала собственной» четко выделялись белые и зеленые полосы геральдических цветов династии МаСадов, дарованных лорд-маршалу и его потомкам в вечное пользование после получения «Патента на право владения» от правящего Совета Терры. Впоследствии, во время войн Ереси, та же символика использовалась чрезвычайно выросшими в численности силами лоялистов Агатона.

Когорты Солярной Ауксилии распознаются по сочетаниям герба и порядкового номера, каждое из которых, по крайней мере, в теории, одновременно использует лишь небольшое «семейство» подразделений – таких, как «Лорда-маршала собственные», «Пепельные скорпионы» или «Привратники». Если когорта обладала глубокими связями с определенным миром – формировалась на нем или несла гарнизонную службу, – то к обозначению могло добавляться название и прочие символы данной планеты.

Файл:HH40713.jpg|1522-я когорта Солярной Ауксилии «Лорда-маршала собственная», Агатон

Файл:HH40714.jpg|204-я когорта Солярной Ауксилии, Манахейское Содружество

Файл:HH40715.jpg|142-я когорта Солярной Ауксилии (одна из многочисленных когорт хтонийских «Охотников за головами»)

Когорты Солярной Ауксилии: Файл:HH40716.jpg|Восстановленная 1522-я когорта Солярной Ауксилии «Лорда-маршала собственная», Агатон

Файл:HH40717.jpg|Аркадийская Солярная Ауксилия – многочисленные когорты, сформированные в транссолярных мирах-ульях Аркадии.

Файл:HH40718.jpg|Эквис Астра – оригинальный герб, носимый когортами Солярной Ауксилии в составе 60-го экспедиционного флота

Файл:HH40719.jpg|Символ когорт Солярной Ауксилии, сформированных для защиты Манахейского Содружества

Файл:HH40720.jpg|Когорты Солярной Ауксилии хтонийских «Охотников за головами», служившие под командованием вольного торговца-милитант Валерия в 63-м экспедиционном флоте

Файл:HH40721.jpg|Герб когорт Солярной Ауксилии с 1-й по 10-ю, известных под общим названием «Сатурнианские овны»

Файл:HH40722.jpg|905-я когорта Солярной Ауксилии «Пепельные скорпионы»

Файл:HH40723.jpg|Символ «Раптор Империалис», носимый многими ветеранскими подразделениями на поздних стадиях Объединительных войн и в начале Великого Крестового похода

Файл:HH40724.jpg|«Око Змея», символ, носимый подразделениями, присягнувшими магистру войны и сражавшимися против сил, лояльных Императору

Далее показаны стандартные последовательности наплечных обозначений, носимых бойцами Солярной Ауксилии вне зависимости от воинского звания. В двух верхних рядах приведены примеры знаков различия в когортах Манахейского Содружества.

Файл:HH40725.jpg|верховное командование

Файл:HH40726.jpg|командование субкогорты

Файл:HH40727.jpg|командование терции

Файл:HH40728.jpg|командование секции

Файл:HH40729.jpg|порядковый номер когорты

Файл:HH40730.jpg|танкист

Файл:HH40731.jpg|ветеран

Файл:HH40732.jpg|артиллерист

Файл:HH40733.jpg|пилот

Файл:HH40734.jpg|медикае

Файл:HH40735.jpg|аркадийский танкист

Файл:HH40736.jpg|ветеран «Пепельных скорпионов»

Файл:HH40737.jpg|агатонский артиллерист

Файл:HH40738.jpg|агатонский пилот

Файл:HH40739.jpg| хтонийский «Охотник за головами»

Большая часть боевых машин Солярной Ауксилии была окрашена в стандартный «серый-милитарис», с украшениями из полудрагоценных металлов и цветами когорт, нанесенными в виде вертикальных полос на носовой части, и, иногда, на турели.

Файл:HH40740.jpg|Голова быка и геральдические цвета когорты Манахейского Содружества, с изображением черепа, означающим принадлежность к артиллерийской батарее.

Файл:HH40741.jpg|Конская голова и бело-зеленые полосы 1522-й когорты, эмблема в виде льва указывает на подразделение велитариев.

Файл:HH40742.jpg|Значок элитного разведывательного звена 233-й Армады на сине-желтом фоне когорты Солярной Ауксилии, сформированной в одном из миров Манахейского Содружества.

Файл:HH40743.jpg|Символ когтистой лапы и красно-чёрные полосы когорты хтонийских «Охотников за головами», с изображением топора, означающим принадлежность к бронетанковому корпусу.

Когорты Солярной Ауксилии использовали широкий набор эмблем, флагов и знамен, известных под общим названием «вексилла». В битву их несли самые умелые, надёжные и отмеченные наградами ауксиларии, называемые вексилляриями.

Файл:HH40744.jpg|Эмблема, использовавшаяся всеми подразделениями Имперской Армии; приведенный здесь вариант уникален для соединений Солярной Ауксилии. На центральной пластине выбит порядковый номер когорты.

Файл:HH40745.jpg|«Империалис», изначально выдававшийся подразделению за храбрость в бою и в память о понесенных потерях. Позднее превратился в почётный знак, использовавшийся лоялистами.

Файл:HH40746.jpg|Солдатская вексилла, с гордостью носимая всеми пехотными секциями. Символика с крылатыми львами уходит корнями в эпоху ранних Объединительных войн; пластинки внизу указывают на особые отличия или содержат имена доблестно павших в бою.

«Эти рыцари представляют собой важные элементы Тагматы, защищающей кузницу и святилище, но, несмотря на свою гордыню, они лишь один инструмент из многих; они склонятся перед волей Омниссии или будут сокрушены ею».

Заархивированные примечания архимагоса Драйкавача после повторного обнаружения дома Атраксов 344753.М30

Сердцем каждого рыцарского семейства являются древние реликвии, суть которых способны познать лишь самые одарённые адепты-механикумы. Без таких устройств, как мыслеимпульсные троны, при помощи которых управляются рыцарские доспехи, или ионные щиты, ограждающие броню от яростных ударов врага, благородные отпрыски этих семей могут оказаться совершенно бессильными против грозных врагов. Поэтому неудивительно, что у многих рыцарских семей есть прочные связи с Механикум.

Немногие миры-кузницы отказались бы от верности столь грозных воинств рыцарей, воплощающих как оружие разрушительной силы, так и великий символ божественного машинного духа, и потому между Кузнями и Домами было заключено много соглашений. В отличие от своих более независимых собратьев, присягнувшие на верность Механикум семьи демонстрируют причудливую смесь культур, а их традиции и внешние обличья за века изменились под влиянием вероучений, господствующих в покровительствующей им кузнице. Часто воины таких домов идут на битву в машинах, совершенно непохожих на древних паладинов и используют странное, ужасающее оружие, невиданное со времён Тёмной эры технологий. Говорят, что некоторых рыцарей даже причащают к простейшим таинствам искусства Механикум, наделяют эзотерическими аугментациями или даже полностью запечатывают в гробницах своей брони. Когда Тагмата Механикум собирается на войну, то такие скрытные воины присоединяются к ней и громовым рёвом боевых рогов возвещают грядущую победу.

Рыцарские семейства, поддерживавшие в эру Раздора связь с одним из далёких миров-кузниц Марсианского культа, часто вступали со своими покровителями в симбиотические отношения, получая от магосов духовные и технические наставления, а взамен служа их грозным щитом и мечом. Многие миры-кузницы сгинули бы в эру Раздора, если бы не непрестанные усилия присягнувших им рыцарей. Подобное слияние холодной логики Механикум и страстного пыла рыцарских домов находит отражение в самых разных клятвах. Наиболее типичные среди них получили название Сидонских Протоколов и представляют собой сложную сеть обязанностей и долгов, связывающих между собой Кузницу и Дом, а также способных легко привести к потере всякого подобия независимости для рыцарского семейства, не исполняющего свои клятвы.

В число более известных предоставляемых Сидонскими Протоколами прав входит возможность рыцарского семейства использовать символ Опус Машина – окружённый шестернёй череп, – как часть своей геральдики. Это одновременно свидетельствует, что они наделены властью Марса и Культа Механикус, и является знаком служения в Тагмате своих покровителей. Также это отделяет рыцарей от своих имперских собратьев, и, хотя они также могут принять титул Квесторисов и присоединиться к экспедиционным флотилиям Великого крестового похода, знак Опус Машина говорит об их верности скорее Механикум и амбициям покровительствующего мира-кузницы, а не указам Императора. Это тонкое различие в прошлом приводило к раздору среди армий Великого крестового похода, и стало причиной отчасти незаслуженной репутации присягнувших Механикум домов как «недостойных доверия» среди имперских командующих.

Сидонские Протоколы также позволяют миру-кузнице назначать архимагоса-прелата в родной мир семейства. Считается, что прелаты служат в Домах как наблюдателями, так и советниками, заботящимися о благополучии рыцарей и обучении их ризничьих, но в некоторых случаях они становятся молчаливыми тиранами, таящимися за тронами глав семей. Прелаты также служат связующим звеном между отпрысками семейства и размытой структурой Тагматы мира-кузницы. Для Дома прелат является представителем Кузницы, но в постоянно изменяющейся сети союзов и иерархии Тагматы он является представителем Семьи. В свете воинской мощи рыцарского дома такое положение обеспечивает архимагосам-прелатам огромное влияние, отчего борющиеся за него магосы и представители синода мира-кузницы часто втягивают дома в свои интриги.

Большинство оставшихся принципов Сидонских Протоколов определяет взаимосвязь Дома и Кузницы – количество и типы поставляемой брони, а также условия и длительность службы семейств под знаменем Тагматы. Эта взаимосвязь, обмен уникальных боевых машин на закалённых и опытных воинов, превосходящих своим умением и мастерством простые автоматоны, связывает вместе две совершенно разные организации. Как уже было упомянуто выше, такие близкие отношения часто приводят к возникновению в домах причудливых гибридных культур, в которых часто сохраняется значительная часть характерных независимых неофеодальных традиций. Однако к ним прибавляются и своеобразные толкования привычных для покровителей догматов культа Омниссии – к вящему беспокойству архимагосов-прелатов.

Однако в годы эры Раздора связь с владениями Механикум сохранили лишь немногие семьи. Несомненно, многие из них с тех пор сгинули, пали в борьбе с ужасами Древней Ночи или, лишившись последних рыцарских доспехов, стали обычными жителями диких миров, связанными со своим прошлым лишь неофеодальными традициями. Прошедшие в одиночестве и без всякой помощи через испытания эры Раздора рыцари стали весьма желанным пополнением для растущих армий человечества.

Ради обнаружения таких миров экспедиционные флоты Великого крестового похода шли на огромные усилия, ища мастерства воинов семейства и мощи их рыцарских доспехов. Однако следует отметить, что представители Империума всегда стремились обеспечить верность обнаруженных домов непосредственно Императору, а во всех их взаимоотношениях с Механикум желали стать посредниками. Хотя большинству обычных граждан Империум и представляется единым целым, на самом деле он скорее похож на своеобразный союз соперничающих сил, желающих друг друга превзойти. Конечно, несмотря на все усилия служителей Императора, некоторые рыцарские семьи проскользнули сквозь их сети, и вместо этого их совершенно случайно обнаружили корабли механикумов-эксплораторов, а другие перешли под надзор миров-кузниц в обмен на часть их производств или помощь собравшейся Тагматы.

Подобные вновь открытые рыцарские миры, обычно нуждавшиеся в новых доспехах и лишённые давних связей с новыми покровителями, часто оказывались втянуты в своеобразную сделку с дьяволом. Необходимость срочной технологической помощи и замены доспехов превращалась в цепи, которые с пугающим мастерством стягивали вокруг них хладнокровные архимагосы, желавшие заполучить себе на службу рыцарей. И, если в одних случаях Сидонские Протоколы становились частью взаимовыгодного союза Дома и Кузницы, то здесь сложные узлы обязанностей и долга удушали всякую независимость рыцарей. Конечно, это само по себе являлось лишь блеклым отражением худших деяний Механикум в годы анархии и отчаяния эры Раздора, когда обречённым на подобную судьбу семьям не приходилось ждать снисходительности от новых хозяев, всегда вынуждавших их служить в авангарде любой операции своей Тагматы и делавших из рыцарей обычные и, в конечном счете, расходные штурмовые войска. Они также не получали ресурсов, которые механикумы выделяли семьям, либо сумевшим заключить долгосрочный союз, либо уже обладавших внушительными силами, и получали намеренно заниженные поставки полностью пригодных к применению доспехов, часто вдобавок к этому относящихся к устаревшим моделям или снабжённых не самым мощным вооружением. Ходят слухи, что на сильнее всего сбившихся с пути мирах-кузницах подневольных рыцарей насильно «улучшали» обычно порицаемые последователи Лакрималлуса, превращающие их в настоящих рабов архимагосов-прелатов: неусыпных и бесстрашных воинов, желающих лишь найти упокоение в смерти. Подобные запрещённые во время Великого крестового похода техники предположительно получили тайное возрождение во время ужасной Ереси Гора и Великого Очищения, хотя, если в этом и были замешаны представители верноподданных миров-кузниц, то порабощённые ими семьи были давно уничтожены или скрыты от глаз служителей Императора.

Независимо от средств, обеспечивающих миру-кузнице верное исполнение рыцарями их обязанностей, закалённые воины и их загадочные скакуны всегда становились ценными ресурсами и быстро включались в служащие магосам армии. Назначенный в семью архимагос-прелат обычно представлял её на Синоде мира-кузницы – собрании, куда не допускались неспособные понять обсуждаемые вопросы неулучшенные люди, не допущенные в высшие таинства культа Механикус, и где решались способы применения рыцарей, в случае призыва оных на войну.

Как правило, присягнувшие Механикум и связанные Сидонскими Протоколами рыцарские дома обязаны были назначать подразделение рыцарей в любую собирающуюся в мире-кузнице многочисленную Тагмату, в которой они будут служить на всем протяжении кампании – под общим командованием возглавляющего её архимагоса, но под тактическим руководством собственных офицеров. В Тагмате механикумов рыцари занимают важное положение штурмовых войск, ценимых как за огневую мощь, так и за личную инициативу. В серьёзных битвах их главной обязанностью является прорыв вражеского строя – что позволяет кибернетическим легионам культа Механикус начать стремительное продвижение и опрокинуть ослабленного врага, – либо прикрытие огромных боевых машин Ординатус Локум и Ордо Редуктор. Немногие миры-кузницы готовы вступить в полномасштабную битву без поддержки хотя бы одного союзного рыцарского дома, а многие среди самых древних могут рассчитывать на помощь нескольких семейств.

Также в являющихся домом легиону титанов мирах-кузницах является общепринятой практикой назначение союзных подразделений рыцарей в манипулы Легио в качестве стрелковой цепи и разведывательных отрядов. От рыцарей ожидается защита огромных гигантов от пехотных подразделений и штурмовых танков, и многие магосы видят в назначении на поддержку богомашин великую честь. Вследствие этого служащим вместе с титанами рыцарям часто позволяют наносить на свои доспехи элементы геральдики Легио. Конечно, в сражениях, где были истреблены многие из самых ужасающих и могущественных ксеносов, в тени великих богомашин выживали немногие рыцари. Принцепсы Легио Титаникус всегда чтили самопожертвование павших в битвах воителей и с огромным уважением относились к союзным рыцарским домам, вследствие чего вернувшиеся на родину представители обоих родов войск часто сохраняли почётные знаки в память об этом братстве.

Семьи, сохранившие часть независимости – благодаря военной силе или нерушимой верности – могли также сохранить и право проводить независимые военные операции или вступить в ряды Ордо Квесторис – рыцарских войск, направляемых на службу в экспедиционные флоты и армии Великого крестового похода. Такие дома, верные как покровителям из Механикум, так и идеалам Единства и Императору, боролись за славу среди звёзд вдали от Тагматы своего мира-кузницы или даже занимались собственными завоеваниями. В некоторых случаях, добытые во время независимых военных предприятий богатства и почёт позволяли домам получить большую независимость от своих покровителей, отчего многие архимагосы крайне неохотно давали своим подчинённым такие права при составлении Сидонских Протоколов.

Вынужденные служить мрачному миру-кузнице Циклотрат, некогда благородные воины дома Атраксов претерпели многие мучения с тех пор, как архимагос Драйкавач огнём и мечом заставил их покориться. Благодаря упорству и доблести семьи Атраксов пережили все ужасы Древней Ночи, но за два десятилетия под непосредственным руководством Драйкавача превратились в опустошённые и искажённые подобия себя былых. Систематические и кровавые чистки отпрысков, проявивших любые признаки неповиновения, сделали Атраксов мрачными и угрюмыми людьми, в которых надзиратели-механикумы взрастили возмущённую ненависть к тем, кому удалось избежать их судьбы.

Отравленные останки родного мира дома Атраксов, Арриана, теперь служат магосам Циклотрата источником сырья для завоевательных и расширительных войн, и легионы завезённых рабов добывают руду из их почерневших скал. Выжившие Атраксы заперты в бронированных хранилищах под опалённой поверхностью Арриана и выпускаются из своего плена лишь тогда, когда Драйкавач призывает их на войну. Рыцарские доспехи дома, обслуживаемые обученными на Циклотрате ризничьими, держатся отдельно от отпрысков и служат заложниками, ведь в случае любого вооружённого восстания архимагосы могут уничтожить все троны Механикум лишь одним словом. Когда Циклотрат поклялся Гору в негласной поддержке его вероломного вторжения на северные окраины расколотого Империума, то Драйкач выпустил воинов дома Атраксов на планеты Коронидского Предела. Там обезумевшие рыцари могли отчасти отомстить собратьям, не страдавшим годами так же, как страдали они, и насладиться свободой идти по земле в доспехах, пока магосы Циклотрата не заперли их вновь.

Загадочные правители Калдеи, рыцари семейства Герметики давно стали союзниками мира-кузницы Мезоа, сражаясь вместе с её Тагматой в бесчисленных сражениях. Многочисленные и хорошо снабжённые рыцарскими доспехами модели «Церастус» иерархи Великого Ордена Герметики являются скорее преданными союзниками, а не зависимыми служителями магосов, будучи слишком могущественными для силового принуждения, но слишком полагающимися на торговлю с техножрецами для полной свободы. За века обмена представители как Кузницы, так и Дома сблизились, причудливые эстетические и медитативные практики герметичных иерархов медленно проникли в ортодоксальные обряды магосов, а в мифологии Герметики ризничьи сменили «идеальную сущность» размытым образом Омниссии. Отнюдь не совпадением является и то, что и техножрецы покрытой лавой Мезоа, и отшельники сернистых пещер Калдеи добавили к традиционным культовым символам Механикум образы огня.

После блокады Мезоа выступившими на стороне Гора силами рыцари-монахи Герметики вновь собрались на помощь кузнице. Более сотни иерархов вступили в Тагмату Мезоа, чтобы отразить любой дерзкий приступ на мир-кузницу, а многие другие заняты в боевых действиях в виде налётов и отходов среди подземных лабиринтов Калдеи.

Основанный вместе с миром-кузницей Атар-Медиан Коллектив Кол’Как был поселён в ранние годы Великого крестового похода на студёной планете Атар-Планития, недавно завоёванной и заселённой для превращения в агромир. С самого основания повязанные предписаниями Сидонских Протоколов воины Кол’Как обучаются безупречно сражаться совместно с титанами Легио Атарус и Тагматой Атар-Медиана, а также используют постоянно поставляемые им рыцарские доспехи моделей «Магера» и «Стирикс» производства мира-кузницы. Уровень слияния между новым домом и его союзниками-механикумами столь высок, что архимагос-прелат или возглавляющий ударную группу принцепс со всем почтением получают полное руководство над собравшимися рыцарями. Воины Кол’Как также давно приспособили под себя многие практикуемые культом Механикус обряды и относятся ко всем технологическим артефактам как к драгоценным реликвиям и наследию Коллектива. Рыцари даже часто добровольно идут на масштабную аугментацию, хотя и из эстетических соображений предпочитают сохранять человеческий облик. Говорят, что от старейших отпрысков Кол’Как остались лишь хранимые системами жизнеобеспечения мозговые вещества, и что вне своих рыцарских доспехов они похожи ожившим статуям, чьи позолоченные и посеребрённые пластинчатые тела выполнены согласно идеалу человеческой формы.

После резни в зоне высадки и самопожертвования полного полулегиона Легио Атарус и сопровождающих его рыцарей, воины Кол’Как требуют назначения в собирающиеся манипулы титанов, желая отомстить за гибель братьев, павших в первых битвах восстания Гора.

Возникший на Марсе в первые дни эры Раздора дом Морбидия изначально являлся соперником домов Тараниса и Заворы в борьбе за власть и благосклонность жречества Омниссии. Однако в эти тёмные и забытые века рыцари Морбидии сбились с пути и за преступления, информация о которых была давно скрыта в обширных и древних инфохранилищах Красной Планеты, были отлучены и приговорены фабрикатором-генералом. В последовавшей череде жестоких и кровавых битв боровшиеся до конца отпрыски дома были повержены на колени. Ради своего выживания воины дома были вынуждены согласиться на жуткие условия служения, наложенные новыми владыками, и прежде всего на подчинение фабрикатору-генералу «…до времён, когда остынут и погаснут сами звёзды…»

С того самого времени рыцарский дом Морбидия стал подразделением, за неимением лучшего определения, «воинов-рабов», обречённых жить и умирать по воле фабрикатора-генерала Марса за мрачные и забытые грехи, совершённые им предками много поколений назад. Лишённые возможности вновь стать многочисленными, рыцари были обеспечены доспехами, созданными по высочайшим стандартам, и часто использовались своими хозяевами для карательных операций против осмелившихся отступить от доктрин Марса еретиков совместно с грозным Легио Мортис. Изредка в ряды Морбидии вступали отдельные представители других присягнувших домов, приговорённые Консисторскими Судами Марса за отступничество от догм и техноересь, хотя их приговоры и редко были столь же суровыми.

Когда началась Ересь Гора и фабрикатор-генерал выступил на стороне предателей, то же сделал и дом Морбидия, большинство рыцарей которого было рассредоточено по предавшим экспедиционным флотам по всей Галактике вместе с подразделениями Легио Мортис и Легио Магна, а также вместе с отдельными тактическими группами Тёмных Механикум, таких как Тагмата Сатараэля.

Полное название: Имперский рыцарский дом Макабиев

Уровень семейства: секундус

Патент: Имперское Чрезвычайное Свидетельство восстановлено Имперским Судом в начале М30. Патент Литераэ должным образом зарегистрирован в геральдической палате Оффицио Милитарис.

Охранная область: Барода

Союзные легионы/миры-кузницы: первоначальные связи с Мезоа позднее сменились присягой магистру войны

Верность: Трейторис Пердита

В истории Ереси Гора есть немало забытых трагедий, и одна из них заключается в том, что доблесть ожесточённого дома Макабиев привела их к полному истреблению и вечному бесчестью. Даже их гибель осталась в тени грандиозных бедствий, выпавших тогда на долю разорённого предательством и войной Империума, но когда-то рыцари дома Макабиев сражались на передовой Крестового похода, желая показать свою отвагу и заслужить великую долю. Мрачная решимость рыцарей перед лицом невозможного вновь и вновь приводила к победам в войнах за будущие северные регионы Империума, но эта же решимость и неутолимая жажда величия привели их к забвению и погибели.

Основанный на раздираемой бурями планете Барода, глубоко в Бездне Грааля, дом Макабиев встретил зарю 30-го тысячелетия в ожидании медленной и бесславной смерти. Хотя превратности непредсказуемых течений варпа и защитили многочисленные семейства рыцарей Бароды от ужасов Долгой Ночи, они же и заперли их на планете, чьи природные богатства давно исчерпались. Когда-то гордые воители домов Бароды выходили на битву в гордых рыцарских доспехах, созданных согласно марсианским искусствам, но теперь их рыцари стали неуклюжими пародиями на себя прежних, изрыгающими выхлопные облака нефтехимического топлива и выкованными из железа, а не сверкающего керамита. В древних архивах дома Макабиев не указано, какой из домов первым выступил против своих собратьев, забрав силой ресурсы, которые нельзя больше было добыть честным трудом, но в нём описаны последующие жестокие сражения, битвы, расколовшие землю и опалившие небо. Рыцари Бароды сражались веками, сотнями погибая в боях за немногие оставшиеся скважины и буреупорные очистительные заводы, так погибали многие рода. Когда дом истреблялся окончательно, победитель забирал себе его технику и владения, пока не осталось лишь одно рыцарское семейство.

Собравшиеся воители дома Макабиев взяли приступом последнюю крепость дома Вентортов в 831.М30, за несколько десятилетий до пришествия Империума, покончив с длившейся почти восемь веков кровавой гражданской войной за несколько последних часов яростной битвы. В последующие годы Макабии единолично правили суровыми холмами и терзаемыми бурями океанами Бароды, справедливо считая, что с их силой никто больше не может тягаться. Заполучив последние уцелевшие на планете рыцарские доспехи и приняв в свои ряды многих отпрысков поверженных домов, семейство выросло. Обычным делом стали ритуальные поединки за звания и положение в доме, а правящая элита жадно глядела на звёзды, желая новых завоеваний. Однако это было невозможным в свете самой природы Бездны Грааля и технологического упадка, продолжавшегося до прибытия Империума.

Случайно наткнувшийся на Бароду флот был небольшим по меркам Великого крестового похода и состоял лишь из сотни пустотных кораблей с несколькими десятками подразделений Экзертус и тысячей воинов Имперских Кулаков на борту, но даже он посрамил всю прославленную мощь Макабиев. Привыкшие за века сражений ожидать от чужаков лишь враждебности и боявшиеся всех, кто мог прийти из пустоты, Макабии запустили давно заброшенные системы орбитальной обороны. Жалкая горстка давно устаревших ракет и древних, управляемых сервиторами дронов взорвалась под огнём орудий имперского флота, а небеса Бароды потемнели от десантных кораблей, высадивших на опалённые молниями равнины за стенами укреплённых городов армию, подобной которой никогда там не видели.

Несмотря на демонстрацию невероятной мощи Империума, лорд-воитель дома Сирус Лентал отказался склониться перед ним. Проявив обычную для своего дома мрачную гордость, он бросил вызов сенешалю Имперских Кулаков, предложив решить судьбу планеты в открытой битве, бросив отборных воинов Макабиев против ветеранов Седьмого легиона. И предводитель Имперских Кулаков охотно согласился, желая избежать как полного уничтожения обнаруженного рыцарского дома, так и продолжительной операции по его усмирению. Два воинства встретились посреди вечно бичевавших планету бурь при Арбренской Топи, сверкающие яркой геральдикой «Разящие клинки» и терминаторы VII легиона выстроились напротив тускло-серых, лязгающих шестернями и изрыгающих пар ветеранов долгой гражданской войны. В последовавшей короткой и ужасающей битве «в одни ворота» Легионес Астартес уничтожили отобранных лично лордом-воителем древних, находящихся в плохом состоянии и не полностью оснащённых рыцарей, во многих случаях разрывая их на части выстрелами в упор из орудий «Разрушитель» или сокрушая натиском терминаторов, поскольку воины дома Макабиев отказывались сдаваться, пока могли идти и сражаться. Имперские Кулаки восхищались отвагой и решимостью своих врагов, даже даруя им добытый в бою и кровавый конец.

После Битвы за Арбренскую Топь дом Макабиев и вся планета присягнули на верность Империуму. Кроме традиционных прав и привилегий, подобающих имперскому семейству, рыцари также получили покровительство мира-кузницы Мезоа, взявшей на себя переоснащение разбитого дома доспехами, достойными и пригодными для служения в Великом крестовом походе. Однако это дело нельзя было закончить за одну ночь. Сначала потребные доспехи нужно было создать в священных кузницах Мезоа со всеми обрядами, подобающими столь сложному воплощению воли Машинного бога, а затем доставить через зловещую Бездну Грааля на Бароду. В результате воины дома Макабиев многие десятилетия прозябали в запустении, не в силах присоединиться к славному покоряющему звёзды Великому крестовому походу Императора и искупить своё позорное поражение, и с растущей досадой слушали вести о великих победах, одержанных в далёких мирах другими полководцами и домами.

Когда же мастера-кузнецы Мезоа привозили семейству новые доспехи, то за них сразу же начиналось яростное соперничество, и многие победившие в нём предпочитали присоединиться к проходившим через Бароду армиям Императора небольшими отрядами, ища славы вдали от родины. Лорд-воитель и правящий совет семейства, Магна Консилиум, наложили запрет на принятия служения в виде «Квесториса» без одобрения непосредственного сеньора рыцаря, надеясь преградить путь беглецам и не выпустить из рук медленно растущую военную мощь дома. Однако после этого юные Макабии, отчаянно желавшие принять участие в создании нового Империума, лишь начали оставлять дом, становясь Вольными Клинками.

Многие из сражавшихся среди звёзд на расширяющихся северных окраинах армий Императора могли похвастаться в своих рядах горсткой странствующих отпрысков дома Макабиев. Хотя сынов и дочерей Бароды редко бывало достаточно для сражений в качестве многочисленного подразделения, они заслужили грозную репутацию ударных войск и прорывателей осад. Всегда первыми вызывавшиеся возглавить натиск и сражавшиеся с безрассудной отвагой перед лицом превосходящих вражеских сил, Макабии вскоре получили в армиях Императора общее прозвище «Гиблое дело», что одновременно являлось проявлением уважения и мрачным выводом некоторых командиров, видевших странствующих отпрысков в деле. Несмотря на пренебрежение, которое они заслужили в определённых кругах, переходя из армии в армию в поисках славных битв, рыцари бесстрашно возглавляли наступления там, где дрогнули бы другие, платя за мимолётный почёт кровью и жизнями. Так было во время усмирения Скаррона, где действия Маркана Хротама – отпрыска дома Макабиев – изменили ход боя. Уничтожение защищавших осквернённую кузню-крипту суетливых многоногих автоматонов превратило то, что могло бы стать редким поражением Лунных Волков, в полную победу. Этот подвиг обеспечил Маркану благосклонность самого Иезекиля Абаддона, Первого капитана XVI легиона, и принес ему место в высших кругах руководства экспедиционных войск. Рыцарь, в котором повышение лишь сильнее разожгло всепоглощающую гордость и жажду власти, говорил со многими офицерами о неиспользованных возможностях своего позабытого дома.

А тем временем недовольство росло среди рыцарей оставшегося на Бароде семейства, лишившегося лучших из лучших за полтора столетия восстановления и исхода, тянущихся со времён битвы за Арбренскую Топь. Так продолжалось до начала 31-го тысячелетия – другие рыцарские семейства становились прославленными защитниками Империума, а Макабии прозябали в полуизгнании, запертые на планете из-за медленного притока новых доспехов, которых мастерам Мезоа удавалось доставить через дикие просторы Бездны Грааля. Росла и враждебность с остальными рыцарскими семействами региона, особенно с недавно обнаруженным на Даметус III/II домом Вирониев, в котором Макабии видели соперников как в плане служения Империуму, так и в плане влияния на немногочисленные обитаемые аванпосты человечества в Бездне Грааля. Началу открытых боёв между семействами мешала лишь нехватка пригодных для операций для других планетах доспехов – так сильна была алчность, с которой лорд-воитель и Магна Консилиум глядели на владения Вирониев.

И вот, за несколько месяцев до будущей резни на Исстване III, к своему недовольному семейству со славой вернулся Маркан Хротам и многие из его братьев, покинувших Бароду десятилетия назад. С собой он привёз запечатанные послания от магистра войны, желавшего тайно заполучить верность дома Макабиев обещаниями грядущей славы и мести за мнимые оскорбления. Хотя и получивший отказ от Магна Консилиума и лорда-воителя, остерегавшегося подоплёки этих обещаний, Маркан нашёл поддержку среди младших отпрысков дома, жаждавших той же славы, которой наслаждался он и его спутники. Вместе с ними он отстранил от власти старую гвардию, не брезгуя любыми средствами, а затем, когда несогласные представители дома были устранены или изгнаны, Маркан принял титул лорда-протектора и тайно присягну на личную службу магистру войны. Взамен на это служители Гора начали готовить или перенаправлять поставки рыцарских доспехов и их вооружения на Бароду, чем одновременно укрепляли верность Макабиев своему тайному делу, и ослабляли вероятных лоялистов, которые сражались на фронтах Великого крестового похода.

Ставший лордом-протектором Бароды Маркан вскоре издал указ об отзыве служащих в имперских флотилиях родичей, желая тайно собрать их в ожидании призыва Гора. Ко времени сражений за систему Исстван и первых прогремевших выстрелов большая часть дома Макабиев собралась на Бароде, чтобы принять щедрые дары Гора. Однако не все из вернувшихся родичей были готовы принять цену этих даров, ведь многие из них к тому времени стали друзьями верных воителей Великого крестового похода. Назвавшись «Рыцарями Завета» в память о принесённых Императору клятвах верности, эти воины взялись за оружие и захватили Чёрную Башню, астропатическое святилище Бароды. Последовал недолгий и жестокий бой, ставший эхом бойни на Исстване, когда собравший верных себе рыцарей и тёмных посланников магистра войны лорд-протектор истребил лоялистов, о самопожертвовании которых узнают лишь спустя много лет после конца войны.

Несколько месяцев спустя, в 006.М31, на орбите Бароды появился огромный военный флот, состоявший из мрачных и зловещих кораблей. Когда же рыцари дома Макабиев собрались, готовясь присоединиться к армиям магистра войны, то встретили вместо него Мортариона, повелителя Гвардии Смерти, явившегося с заваленных трупами равнин Исствана. Предоставив данные Гором полномочия, Повелитель Смерти принял руководство над домом Макабиев и всеми их владениями, приказав забрать для пополнения припасов своих флотов все оставшиеся ресурсы Бароды, как минеральные, так и людские, а рыцарей дома назначил штурмовыми войсками своего мрачного легиона. Лорд-протектор Маркан был вызван для личного разговора с примархом и так и не вернулся к своим братьям, хотя впоследствии его генетическая печать скрепляла все указы семейству, а личный рыцарский доспех, чей тронный отсек был запечатан снаружи, неоднократно появлялся в сражениях Ереси, где сражался со сдержанной жестокостью. Без прямого руководства Маркана Макабиям осталось лишь принять Тёмное Согласие, несмотря на страшную репутацию XIV легиона и судьбу, которая, по слухам, ожидала вспомогательные подразделения после их кампаний. Так воины дома Макабиев оставили Бароду, и выпотрошенный труп планеты стал мрачным свидетельством методов Жнеца, а все мечты рыцарей о славе утонули в учинённых Мортарионом невообразимых геноцидах.

В первые годы после принятия дома Макабиев в Империум в его распоряжении находилось весьма немного сочтённых пригодными к битвам рыцарских доспехов. Большинство уцелевших после эры Раздора и длительного упадка комплектов брони представляли собой едва работавшие и плохо обслуживаемые компоновки из нескольких разных машин. Но, чего семейству Бароды было не занимать, так это воинского опыта – выжившие отпрыски были ветеранами веками терзавших планету гражданских войн и включали в себя ожесточённых воинов, принятых из поверженных домов. Однако без доспехов они были вынуждены прозябать десятилетия Великого крестового похода в захолустье, едва ли не в изгнании.

Когда на Бароду начали поступать новые рыцарские доспехи с мира-кузницы Мезоа, начался период восстановления, и к наступлению 000.М31 Макабии получили почти сотню комплектов доспехов, включающих самые высокотехнологичные модели церастусов. Однако из-за обычных для путешествий через вероломные течения Эмпиреев Бездны Грааля опасностей варпа доспехи приходили небольшими партиями на эксплораторских крейсерах, а не на мощных ковчегах Механикум, которыми мезоанцы не хотели рисковать. И, что было ещё хуже, многие из объединившихся с рыцарями отпрысков дома при первой возможности покидали Бароду – либо поодиночке, либо небольшими семействами, чтобы присоединиться к огромным армиям Великого крестового похода.

Вследствие этого, ко времени возвращения Маркана на родину в гарнизоне планеты находилось лишь два десятка полностью подготовленных рыцарей, управляемых, в первую очередь, представителями старой гвардии и Магна Консилиума, а большая часть сил дома Макабиев была рассеяна в составе небольших подразделений десятков экспедиционных флотов.

После назначения Маркана Хротама лордом-протектором Бароды дом Макабиев разорвал слабые связи с миром-кузницей Мезоа и начал получать тайные поставки припасов от посланников магистра войны, источники поступления которых не знали даже они. За несколько недолгих месяцев численность дома выросла до почти двухсот полностью снаряжённых рыцарей с внушительным воинством вассальных солдат и вспомогательных боевых машин. Наиболее вероятно, что Макабии получили поставки, предназначенные для других семейств, и следует отметить, что в месяцах до событий на Исстване пропал ряд конвоев с вооружением и бронёй, направлявшихся на Даметус III/II.

Полное название: Древний и Решительный Орден Рыцарского Дома Вирониев

Уровень семейства: секундус

Патент: независимо действующий, свидетельство древних владений и геральдики (признано 891.М30, утверждено 904.М31).

Охранная область: Даметус III/II, фактическая власть над системой, признанная во время Согласия.

Прозвание: Стражи Злых Ветров, «Пожиратели Богов» (неофициальное самоназвание)

Союзные легионы/миры-кузницы: никаких формальных связей, позднее был заключён договор о взаимопомощи с миром-кузницей Мезоа

Верность: Фиделитас Тенакс

Происходящий с рыцарского мира Даметус III/II дом Вирониев выступил на стороне Империума в жестокой войне против предателей магистра войны Гора. Виронии, один из древнейших рыцарских домов сегментума Обскурус, пролили в эру Раздора столько своей благородной крови, что их численность и ресурсы опасно сократились к завершению Великого крестового похода и началу галактической гражданской войны. Однако, не желая оставаться безмолвными наблюдателями, пока другие творят их судьбу, аристократы из дома Вирониев поклялись выстоять перед Архипредателем или погибнуть.

Знать дома Вирониев известна своими необыкновенно печальными лицами и манерами, возникшими из понимания, что труды пяти тысячелетий бдения их предков, преграждавших путь ужасам Долгой Ночи, могут стать бессмысленными или оказаться уничтоженными воином, когда-то бывшим самым любимым сыном Императора. Такое поведение и образ мыслей рода связаны с тем, что их родиной является одинокая позабытая луна, вращающаяся вокруг раздутого изумрудно-зелёного газового гиганта. Даметус III/II – мир, расположенный в звёздной системе на пересечении ряда небольших, но стабильных варп-маршрутов, край глубоких густых чащоб и затянутых туманами болот, над которыми возвышается великая твердыня Злых Ветров – огромная крепость, возведённая в месте, где на планету упал ковчег колонистов.

Во время колонизации выяснилось, что Даметус III/II служил домом разнообразным автохтонным жизненным формам. Тёмные леса были населены в первую очередь гибридными головоногими-млекопитающими видами, многие представители которых обладали огромным размером и прятались в непролазных болотах или гнездились в пустых ветвях исполинских, но при этом гниющих деревьев. Некоторые из этих существ даже были наделены зловещим чужеродным разумом и были способны к общению: они потребовали от новоприбывших повиновения, словно алчущие хтонические божества из забытых доисторических времён человечества. Они требовали того же и от других путешественников и ксеносов, ранее оказывавшихся в этом мире, несчастных, чьи изувеченные остатки лежали под слоями глины. Однако рыцари-колонисты оказались совершенно другими по духу и по силе, и так началась эра войны, в которой поселенцы использовали скрытые в сердце твердыни Злых Ветров СШК-системы для противостояния желавших поглотить их чудовищам. В начавшихся сражениях болотистые моря кипели, а увитые лозами леса обугливались дочерна, изумрудное небо скрыла тянущаяся десятилетиями ночь, пока, наконец, божественные твари не были повержены или загнаны в самые глубины непролазных пустошей, где на них потом будут охотиться благородные рыцари.

К тому времени золотой век человечества завершился, и в Галактике началась эра проклятия. На протяжении долгой и зловещей Старой Ночи рыцари Даметуса отважно противостояли бесчисленным вторжениям, как существ, более никогда не встреченных и должных остаться безымянными, так и знакомых и бесчестных врагов – таких, как разбойничающие рабовладельцы из каст эльдаров и жестокие мародёры-орки. Однако особенно примечателен один вид ксеносов, чьё смертоносное внимание обратилось на систему Даметус – Конгломерат Миту, чья злая тень уже накрыла к тому времени обширные просторы Коронидских Глубин.

На протяжении долгих веков одиночества рыцари Даметуса доблестно бились против ненавистных Миту – существ, не заинтересованных во вторжении в привычном понимании этого слова, но периодически устраивающих неописуемые разрушения. Каждый раз, когда с изумрудных небес спускалась новая волна ужасов, построенные на поверхности Даметуса III/II благородные крепости сгорали в огне, и вскоре даже на стенах грозной твердыни Злых Ветров остались вечные шрамы. Но Виронии не отступали, и благородные воины, верные клятвам защищать свой народ, сражались даже за изуродованные до неузнаваемости развалины, тогда как простые люди прятались в заросших крепостях, когда начинался кошмар. Насколько могли судить правители дома Вирониев, они остались одни в порабощённой ксеносами Галактике, остались последними из живых людей. Наконец, когда численность Дома сократилась до примерно двухсот работающих рыцарских доспехов из когда-то троекратно большего числа, запасы были практически исчерпаны, а все крепости – разбиты, дом Вирониев оказался на грани гибели. Покорившись неизбежному року, они обновили свои клятвы и заняли места на стенах в ожидании вторжения, которое, как все думали, уничтожит всех. Виронии верили, что настало время смертного бдения всего человечества.

Но погибель так и не пришла. Небеса оставались безмолвными, пока, наконец, в них не вспыхнула новая звезда. Оставляя за собой незнакомые инверсионные следы, корабль промчался к поверхности Даметуса III/II и сел в лесах, пробив себе чистую посадочную зону среди густого подлеска. Рыцари дома Вирониев отправились туда, не веря своим глазам и готовясь дорого продать свои жизни. Однако им не пришлось этого сделать – корабль оказался «Грозовой птицей» Первого легиона, Тёмных Ангелов, служивших в этом регионе предвестниками Великого крестового похода, уже наступающего в окружающую пустоту, очистив звёзды от ксеносов Конгломерата Миту.

Если бы провидение дало им такую роскошь, то правители Вирониев могли бы счесть, что их обманула злая судьба, лишив как славного последнего боя, так и отмщения и победы над древним врагом – врагом, в попытке лишь удержать которого они и их предки пролили так много крови, врагом, которого с практически презрительной лёгкостью истребил Империум, ворвавшийся в сегментум Обскурус. Однако вместо этого Виронии вступили в пламя и ярость Великого крестового похода, отдавая Императору за освобождение долг, который, как верили рыцари, они никогда не смогут отплатить.

Виронии заняли своё место в великих воинствах человечества, подчиняясь общепринятой иерархии, но не участвуя в амбициях и интригах высшего руководства, а поддерживая ставшую привычной за бесчисленные годы изоляции уважительную и достойную дистанцию. Они служили вместе с обнаружившими их Тёмными Ангелами, затем с Несущими Слово, после – с Имперскими Кулаками, а также со многими подразделениями Экзертус Империалис. Виронии заслужили великие почести и уважение своих товарищей, а также стали известны меланхолией и отстранённой сдержанностью. Под суровым светом чужих звёзд благородные воины дома увидели, каким тусклым был керамит их доспехов, казавшийся изумрудно-зелёным в отражённом свете сверкающего газового гиганта, вокруг которого медленно вращался их родной мир. И тогда сражавшиеся в неумолимо наступающем Крестовом походе отпрыски дома повелели своим ризничьим выкрасить доспехи в изумрудно-зелёный в память о доме. Вскоре эти цвета были отмечены в геральдической палате Оффицио Милитарис как эксклюзивно закреплённые за Вирониями.

Пока большинство воинов семейства сражались среди звёзд, на Даметусе III/II начинался период принятия Согласия и восстановления, перед великим магистром Яком и его придворными одна за другой представали делегации. Никто из гостей не мог скрыть изумления при виде ветхого состояния владений, а посланники прибывали не только из Мезоа и недавно основанной Твердыни Циклотрата, систем достаточно близких к Даметусу, но и из таких далёких и прославленных миров-кузниц как Люциус. Все они хотели, чтобы дом принёс им вассальную присягу, обещая взамен перевооружение с древних и изношенных рыцарских доспехов на недавно созданные боевые машины более высокотехнологичных и мощных типов. Но эти возможные покровители желали не только служения, а и древних кристаллических инфохранилищ, погребённых под твердыней Злых Ветров. Презрев открытую алчность одних и странные догматы других посланников, Як выслал их со двора под предлогом размышления над многочисленными предложениями. Пока великий магистр раздумывал над будущим дома, служащие в армиях Великого крестового похода аристократы добивались бесчисленных почестей. Рыцари-крестоносцы дома Вирониев, только за последние десятилетия похода воевавшие вместе с пятью разными экспедиционными флотами, с отличием сражались в стоившем дорого Истреблении Ортруса, подавлении Туманности Кусарикку и приведении к Согласию Калистарии. Известия о каждой победе укрепляли положения Яка в отношении сделок, на которые ему однажды придётся пойти с Механикум, чьи посланники до сих пор ждали его ответа спустя многие годы после начала переговоров. Однако сражения среди звёзд приносили не только славу, но и всё более срочную необходимость замены потерянных в сражениях рыцарских доспехов.

Наконец, настало время принять решение, и Як счёл, что для выживания его дом должен объединиться с миром-кузницей. Вследствие вопросов целесообразности он остановил свой выбор на Циклотрате, чьи предложения материальной помощи казались самыми щедрыми. Виронии даже не догадывались, насколько неудачное время выбрали для заключения союза, ведь шёл пятый год тридцать первого тысячелетия и втайне от всех на далеком Исстване III уже разворачивались события, которые погрузят Империум в гражданскую войну.

Официальное заключение союза между рыцарским миром и кузницей должно было произойти на Даметусе III/II, под осыпающимися и увитыми лозами стенами твердыни Злых Ветров. Были отозваны все служившие в Великом крестовом походе воины дома, с которыми удалось связаться, и почти всё семейство собралось в оставленной много лет назад «Грозовой птицей» Первого легиона посадочной зоне в ожидании прибытия одного из верховных магосов Циклотрата и его почётной стражи из рыцарей дома Ǣртегнов. За час до назначенного времени с небес рухнул изрыгающий пламя и клубы чёрного дыма из пробитого двигателя шаттл, украшенный коронованным черепом – эмблемой Вирониев. Прежде чем перегруженные двигатели хотя бы замедлились, въездная рампа опустилась на стонущей гидравлике и наружу вышла одинокая ковыляющая фигура. Собравшиеся рыцари немедленно узнали в ней Гиоса, старшего сына великого магистра Яка. Гиос проковылял через посадочную зону и рухнул на колени перед церастусом-копейщиком отца с единственным словом на губах. «Предательство». Так дом Вирониев невольно погрузился в пламя восстания Гора.

Из Циклотрата на Даметус прибыл не везущий дары посланник, а ударная группа, верная не Марсу, а магистру войны, и если бы не отчаянная храбрость Гиоса, то внезапная атака могла бы стать всесокрушающей и неудержимой – но теперь Виронии были готовы к войне. Последовавшая битва была недолгой, но одной из самых жестоких и яростных из всех, в которых когда-либо сражались рыцари Даметуса. От рук разъярённого циклотратского рыцаря-дуэлянта в серой словно буря броне пал сам старый великий магистр, но десантные силы Тагматы были отброшены. Потери были велики. Почти четверть рыцарей дома Вирониев погибла или была выведена из строя.

После бесславной гибели отца дом возглавил раненый Гиос, принёсший также клятву свершить страшное возмездие над убийцей отца. Но в одиночестве Виронии не могли противостоять суверенному миру-кузнице, а когда сообщения о нападении достигли имперских властей, то были встречены обратными утверждениями магосов Циклотрата, задержавшими принятие мер. Надвигающийся прилив ужаса и войны утопил призыв Вирониев к правосудию за то, что теперь казалось лишь бессмысленной схваткой между одинаково эксцентричными и замкнутыми силами. Лишь в мире-кузнице Мезоа их гнев был встречен с пониманием, и вместо соглашения с предавшим Циклотратом было спешно заключено соглашение с ними, однако даже перед очень реальной угрозой гибели Виронии не отказались от независимости.

Когда же в скопление Циклопа пришла война, для Вирониев все линии уже давно были очерчены кровью. Их долг перед Императором был велик и неоплатен, даже если бы они сложили каждую жизнь в противостоянии Его врагам. То, что ненавистные магосы Циклотрата вскоре открыто выступили на стороне магистра войны, лишь подтвердило для Вирониев праведность их дела. Ослабевшие, но решительные рыцари дома Вирониев доблестно сражались на стороне лоялистов.

Ко времени прибытия магистра войны в Коронидские Глубины дом Вирониев серьёзно ослабел. В его распоряжении осталось чуть меньше ста пригодных к использованию рыцарских доспехов, в основном типов «церастус» и «квесторис». Вследствие нежелания бывшего великого магистра заключить союзы с механикумами, лишь немногие из древних доспехов были заменены, и практически каждый комплект брони являлся реликвией Тёмной эры технологий и ветераном войн эры Раздора, бесчисленное множество раз прошедшим через починку. Вследствие этого, обитающие в них машинные духи обладали своеобразными сознаниями, одновременно угрюмыми и воинственными, неизбежно передающимися пилотам доспехов через их единение с тронами Механикум. Лишь совсем недавно, после жестокого нападения Циклотрата и последующего заключения соглашения с миром-кузницей Мезоа, дом Вирониев получил ограниченное перевооружение со стороны Механикум. Особенно примечателен великий магистр Гиос, смертельно раненый во время отважных усилий по принесению информации о предательстве магистра войны прежде прибытия предательской Тагматы, получивший от магосов Мезоа драгоценного рыцаря «квесториса-магеры», названного «Деифагом» в память об истреблении на Даметусе III/II местных божественных зверей. Мастерски созданные системы брони не только спасли жизнь Гиоса, но и сделали его практически бессмертным – примерно таким же образом, как саркофаги дредноутов сохраняют героев Легионес Астартес.

Ко времени вторжения магистра война в Коронидские Глубины большинство отпрысков дома вновь собрались на Даметусе III/II, за исключением горстки семейств, служивших в далёких экспедиционных флотах. В их число входят рыцари дома Вирониев, сражавшиеся вместе с орденом Кровавых Ангелов на Фероне III во время осады Себундапора, в то время как связь с рыцарями, служившими вместе с миллениалом Орлов Смерти из легиона Детей Императора, прервалась во время расправы на Исстване III и была восстановлена лишь много лет спустя. Когда война охватила Коронидские Глубины, Виронии не отказались от своего долга, несмотря на всю уязвимость системы Даметус, и направили свои семейства на укрепления имперских войск на Ласкале, Манахее и в Порте-Пасти, а как минимум один отряд оказался в ловушке за блокадой Мезоа до того, как тень Жнеца пала на скопление Циклопа. Что же до оставшихся отпрысков дома, коих насчитывалась не более пятидесяти, то каждый из них был готов защищать родной мир от грядущей из тьмы космоса погибели и был полон решимости, рождённой поколениями мрачных дозоров против ужасов ночи.

Полное название: Грозный и Мудрый Дом Орлакков

Уровень семейства: секундус

Патент: Имперское Чрезвычайное Свидетельство выдано Имперским Судом в 833.М30. Патент Литераэ должным образом зарегистрирован в геральдической палате Оффицио Милитарис согласно феодальным правам, подтверждённым и освидетельствованным согласно приказу Первого легиона «Тёмные Ангелы».

Охранная область: Тёмная Гавань (первичная), Вичвал (вторичная)

Прозвание: Рыцари Мантикоры

Союзные легионы/миры-кузницы: права поддержки/взаимопомощи дарованы дому согласно предписаниям Имперского Свидетельства Белликоса, выданного лордом-командующим Сулейманом Гриммом из 7-го экспедиционного флота. Дальнейшие соглашения низших уровней о взаимопомощи и взаимном доверии заключены с представителями миров-кузниц Мезоа, Калибракс и Люциус.

Верность: Фиделитас Константус

История странного и, как могут добавить некоторые, зловещего рыцарского дома Орлакков хорошо задокументирована – во всяком случае, в общих чертах, – благодаря подробнейшим записям, бережно хранимым на протяжении эпох ризничьими и лексмеханиками дома. Дом был основан в последний период расширения человечества среди звёзд, а отправной точкой ковчега его основателей была, согласно архивам, планета, ставшая ныне миром-кузницей Люциус. В «Хрониках основания» дома описывается обнаружение на территории в целом пустынного и богатого минералами региона Галактики одинокого и мрачного мира, кишащего причудливой, но изобильной жизнью, и то, как ради дальнейшей колонизации области планету было решено сделать рыцарским миром. Так появился дом Орлакков, а его владения получили название Тёмная Гавань, что не только поэтически красиво, но и передает фактическую действительность.

Планета, действительно, почти излишне была переполнена жизнью, но спустя считанные дни после высадки колонизационного ковчега обнаружилась страшная правда – плоды погружённого во тьму мира являлись для людей страшным ядом. Жизнь процветала на тенистой планете, обретающейся у самой границы обитаемых зон, за миллионы лет до первого ее появления на далёкой Терре. Преобладающими здесь жизненными формами являлись организмы, подобные грибам, ставшим бесконечно более развитыми и разнообразными чем обычно, образовавшими охватившую всю планету паутину жизни. Их виды разнились от исполинских, похожих на кораллы образований многокилометровой высоты, состоящих из миллиардов микроскопических существ, чья тень закрывала земли и моря, не пуская свет, до огромных бродячих хищников, чьи яды могли опалить керамит и расплавить пласталь. И всё это при поглощении становилось для людей страшным и смертельным ядом, даже после самой строжайшей обработки. Тёмная Гавань была миром смерти, ошибочно принятым за полный жизни рай.

Однако колонизация продолжалась дальше. Крепости были построены на редких горных грядах, поднимающихся над живым пологом, были предприняты попытки зачистки для возведения поселений и выращивания завезённых сельскохозяйственных культур, поставлялись припасы и прибывали новые магосы-биологисы (в данном случае, в свете давности лет, точность подобного титулования весьма сомнительна) с целью исследовать возникшие сложности, и, в конечном счете, найти решение проблемы ядов планеты. В первые десятилетия развитие рыцарского мира шло медленно, а существование его жителей представляло собой постоянную борьбу за выживание, однако они держались – во всяком случае, до начала эры Раздора. После потери связи с внешним миром и возможности получения поставок казалось, что Тёмная Гавань обречена, для десятка намеревавшихся покорить странный мир рыцарских семейств и их подданных ситуация быстро ухудшалась. Вскоре начался голод, запасы провизии уменьшались или странным образом портились. Сама планета, будто чувствуя слабость людей, ответила на это невиданным и внезапным ускорением роста. Целые поселения за считанные часы были задушены взбесившимися грибной порослью, а их обитатели были убиты бесчинствующими хищниками или поглощены паразитами изнутри. Рыцарские твердыни уцелели лишь благодаря огромным рвам и ямам, наполненным горючими веществами и превращённым в пылающие стены, а также непрерывным контратакам самих рыцарей против леса и обитающих в нём чудовищных существ. Вскоре, когда ситуация ещё больше ухудшилась, голодающие рыцарские дома начали сражаться друг с другом за припасы, и, как говорят, ради выживания людям приходилось совершать непередаваемые злодеяния.

Эта эра насилия и упадка длилась веками и, в конечном счете, привела бы к гибели рыцарской колонии, несмотря на упорство и храбрость её сынов, если бы не действия дома Орлакков. Этот дом, являвшийся в те времена лишь одним из небольших семейств и славившийся скорее своими знаниями и мастерством ризничьих, а не военной мощью, в самом начале великого упадка предложил прибежище отвергнутым другими магосам-биологисам, анклав которых также попал в ловушку на планете. В твердыне Орлакков магосы и их послушники долго трудились, изо всех сил пытаясь найти ответ на вопрос, мучавший их с самого прибытия на планету, а сгущающаяся тьма поглощала и разделяла рыцарские дома, чудовищная биосфера смыкала когти. Однако найденное ими решение было весьма радикальным: вместо того чтобы адаптировать мир к человечеству, они адаптировали людей к Тёмной Гавани, и дом Орлакков стал их образцом. На завершение труда ушли поколения, и за эти годы свершились многие трагедии, но они преуспели, и пока другие дома Тёмной Гавани вымирали, Орлакки собирали силы и медленно размножались. Вскоре они начали сражаться не просто за выживание, а за господство, и многие из уцелевших семейств, сочтя их спасителями, присоединились к ним путём династических браков, а другие – больше не видевшие в Орлакках людей – были уничтожены. За десять поколений единственными хранителями и хозяевами мрачного и смертоносного мира остались лишь рыцари дома Орлакков и их родичи.

Если не принимать в расчёт врождённую враждебность планеты, то Тёмная Гавань в годы эры Раздора оказалась прибежищем людей, прошедшим через долгую эпоху бедствий и страданий без серьёзных внешних вторжений. Изредка забредавшие туда разбойники из числа людей и ксеносов страдали от внешней среды так же сильно, как и от яростного сопротивления рыцарского дома, а орки, издавна бывшие бичом скопления Циклопа, избегали планеты, словно она являлась для них чем-то глубоко запретным. Вследствие этого власть дома Орлакков над своей родиной являлась практически неоспоримой, а боевое мастерство рыцари оттачивали в честных поединках и постоянных сражениях с взбесившимися грибами.

Герольды Великого крестового похода обнаружили планету случайно, но их вокс-вызовы получили ответ согласно древним и церемониальным правилам вежливости. Имперских посланников одновременно впечатлил и в чём-то встревожил торжественный приём на зловещей планете, уже известной им за время исследования региона по мрачным легендам. Впрочем, несмотря на некоторые сомнения, начальные переговоры шли легко. Договор о Согласии был бескровно заключён и скреплён печатью лордом-командором Сулейманом Гриммом из Первого легиона в 833.М30 во время путешествия его флота через регион, в то время являвшийся полностью неисследованным и находящимся под контролем ксеносов. Говорят, что Ангелы Смерти увидели в Тёмной Гавани зловещее отражение самого Калибана, а культура её хозяев, Орлакков, была им одновременно знакомой и совершенно непонятной. Однако наибольший интерес у главы Седьмого экспедиционного флота вызвали военные силы дома Орлакков, в целом не претерпевшие технологического упадка и чрезвычайно разнообразные, включающие несколько сотен полностью пригодных к применению рыцарских доспехов и ограниченную, но надёжную возможность производства и вооружения новых, что являлось воистину редким и драгоценным открытием.

Столь же впечатлены были посланники Механикум, но им Орлакки – возможно помнившие, как их бросили века назад – вежливо, но твёрдо отказали, взяв за доступ к своим технологическим чудесам высокую цену в «дарах» и показав то и только то, что сочли нужными. Возможные враждебные последствия этого решения были предвосхищены лордом Гриммом, обеспечившим своим указом плавный путь планеты к Согласию и получение домом Орлакков полных прав и десятин во имя Аквилы в обмен на переход полной трети рыцарского дома под руководство его Седьмого экспедиционного флота.

За этим первым соглашением о вооружённом союзе последовало почти тридцать лет службы, и оно стало лишь началом участия дома Орлакков в Великом крестовом походе, в ходе которого рыцари сражались в сотнях зон боевых действий совместно с войсками столь различными, как Первый, Восьмой и Девятый легионы, Сёстры Безмолвия во время Ютаратского псайкерского кризиса и Ордо Редуктор в печально известной битве на Блохе во время последнего нашествия Рангды. В память о последнем сражении, где сорок восемь рыцарей пали, отчаянно удерживая позиции против безликого прилива серой мерзости, дабы дать время Империуму собрать силы и подготовиться к контрудару, сам Император даровал дому Орлакков «Мементо Мори» – редкую и славную награду, ставшую для рыцарей знаком официального признания. Также это обеспечило дальнейшую независимость и позволило избежать пересудов и злословий, кружащих над домом, несмотря на завидный послужной список. Подобные нехорошие слухи ходили не в последнюю очередь потому, что Орлакки вежливо, но непреклонно держались в стороне от остальных воителей Великого крестового похода, заслуженно славились зловещими причудами и вспыльчивостью отпрысков своего дома, а также явным отклонениями в генетической структуре и физиологии от общепринятой человеческой нормы.

К началу Ереси Гора бережно поддерживаемая домом Орлакков замкнутость и независимость как обезопасила их от мрачных козней магистра войны и сотрудничества с будущими предателями, так и вызвала определённое недоверие тех верноподданных, которые могли бы обратиться к ним как к союзникам. Когда же дело дошло до выбора, то рыцари собрались на совет. Они настороженно наблюдали за растущим расколом среди Механикум, а сообщения о страшной резне в зоне высадки получили из первых рук от лоялистов, тайно остановившихся над Тёмной Гаванью для пополнения припасов и справедливо считавших, что они будут в безопасности в этом обычно избегаемом порту. По этой причине Орлакки были предупреждены и готовы, когда посланники магистра войны посетили их в обличье надменной Хариды Ундины, потребовавшей, чтобы они покорились воле Гора.

Хорошо вооружённый десантный отряд напыщенной вольной торговки был встречен превосходящими силами и уничтожен, сама Харида – убита, а её корабли покорились рыцарям. Всё это полностью соответствовало планам Орлакков, воспользовавшихся флотом Ундины, а также своей собранной за годы служения Великому крестовому походу флотилией для полной эвакуации Тёмной Гавани, где остался лишь почти неуловимый отряд. Рыцари позволили вечно разрастающемуся пологу грибных лесов скрыть свои владения до их грядущего возвращения.

Орлакки в мудрости своей понимали, что в одиночестве им не выстоять на Тёмной Гавани перед полномасштабным вторжением флота предателей или легионом космодесантников, простая оборона сделала бы их лёгкой добычей, что было совершенно неприемлемо. С этого момента и до самого конца ужасных войн Ереси Орлакки оставались верными Империуму, но сражались за его дело на собственных условиях как бродячий рыцарский дом, даже получив владения в Агатонском Доминионе, всегда помня о своём выживании и будущем возвращении на мрачную родину.

Десятилетия сражения во внешних пределах в годы Великого крестового похода лишь укрепили Орлакков, а не ослабили их. Отпрыски дома получили во время служения в экспедиционных флотах богатый опыт ведения боевых действий, а также новое оружие, технологии и снаряжения. Это, вместе с дарованными механикумами новыми рыцарскими доспехами, а также собственными производственными мощностями, позволило им справляться с боевыми потерями, в отличие от некоторых других домов. Вследствие этого считается, что к началу войн Ереси дом Орлакков находился на самом верху уровня секундус, а в их распоряжении находилось почти триста рыцарей в разном состоянии и их могло бы быть больше, если бы не относительно небольшая рождаемость Тёмной Гавани. Всё это делало Орлакков одним из сильнейших рыцарских домов на окраинах, за пределами ядра Империума. К началу Ереси ряд семейных подразделений находился за пределами планеты и в ранние годы войны оказался отрезан от дома, отчего к началу сражений на Коронидских Глубинах на Тёмной Гавани находилось около ста пятидесяти доспехов.

Основополагающим фактором во влиянии дома Орлакков являлись сохранившиеся со времён колонизации планеты технологии, сенешали сохраняли весьма высокое мастерство в ряде взаимосвязанных тайных искусств, в том числе таких необычных, как генетика и биохирургия. Также своими познаниями технотайн были известны и другие мужчины и женщины дома, будь то отпрыски или их вассалы, отчего многие доспехи дома отличались высоким уровнем наладки и подгонки в соответствие с боевыми нуждами носителя. Домом использовались самые разнообразные типы рыцарских доспехов, однако предпочтение отдавалось «Странствующим рыцарям», вероятно из-за эффективности теплового оружия против местной фауны Тёмной Гавани, отличавшейся устойчивостью к оружию разрывного и осколочного действия. После вступления в Великий крестовый поход Орлакки изрядно разнообразили свой арсенал, особенно пополнив его моделями «Ахерон» и «Кастигатор», а после сражения на Нуминале захватили в качестве трофеев ряд произведённых на Циклотрате доспехов для использования в войне.

Кроме относительно небольшого – во всяком случае, изначально, – количества вассальных войск, рыцари дома Орлакков использовали ряд необычных сервоавтоматонов, устройств, разработанных их сенешалями и предназначенных для охоты на опасные жизненные формы Тёмной Гавани, но также весьма эффективных в бою. Кроме того, на начальных этапах войны за Коронидские Глубины дом Орлакков захватил в относительно нетронутом состоянии всю флотилию вольного торговца Хариды Ундины, включая мощный боевой галеас «Молот Глубин», который служил им впоследствии флагманом и основным боевым транспортом.

Полное название: Имперский рыцарский дом Ǣртегнов

Уровень семейства: терциус*

Патент: Имперское Чрезвычайное Свидетельство выдано Имперским Судом в начале М31 по личному запросу Гора. Патент Литераэ должным образом зарегистрирован в геральдической палате Оффицио Милитарис.

Охранная область: Течение Хретмǣль

Прозвание: Врǣкан Дреор (автохтонный язык семейства)

Союзные легионы/миры-кузницы: принесённые клятвы верности обязывают дом служить лично Гору; связь с миром-кузницей Циклотрат осуществляется под его надзором и через его посредников.

Верность: Трейторис Пердита

*Уровень дома назначен Дивизио Милитарис в соответствии с предоставленными офицерами штаба магистра войны данными, ныне расцениваемыми как дезинформация.

Принятые в ряды имперского рыцарства согласно указу Гора и встреченные своими собратьями со сдержанной враждебностью и пренебрежением, рыцари дома Ǣртегнов (или Ай-ер-тэй-ен) являлись мастерами кровавого мародёрского ремесла. Нанося сокрушительные и внезапные удары в чёрных и неукрашенных доспехах, Ǣртегны жестоко и методично грабили окраины Империума – сначала ради собственных целей, затем согласно указаниям магистра войны. Они не слишком-то ценили ни почётные поединки, ни достойные идеалы, ставшие за века краеугольным камнем культуры рыцарских миров. Необходимость выживать в одиночестве в холодной и мрачной пустоте Галактики заставила рыцарей этого дома стать страшнее окружающих его чудовищ, вследствие чего в войнах Ереси они оказались смертоносным оружием в арсенале предателей.

Свирепые воины, известные в имперских архивах под именем рыцарского дома Ǣртегнов, были впервые встречены на самых северных окраинах Галактики, за пределами сегментума Ультима, в регионе, наполненном трупами планет, выжженных в жестоких сражениях эры Раздора. В годы Великого крестового похода эти пустоши находились далеко от основных направлений наступления армий Императора, а немногие проникшие туда и затем вернувшиеся назад вольные торговцы и посланники Империума часто приносили с собой истории о «Врǣкан Дреор», что на причудливом местном диалекте протоготика означало «пилигримов пепла и крови». Зловещие слухи рассказывали о бандах грабителей, способных при помощи порабощённых и измученных псайкеров совершать примитивные путешествия через варп, являвшихся бичом окрестных звёзд, спускающихся с орбиты с грозными орудиями наготове. Они истребляли всех, кто осмеливался встать у них на пути, похищали из городов жителей и ресурсы, а затем вновь скрывались в беспросветных глубинах космоса. Когда же разменявший второе столетие Великий крестовый поход приблизился к мрачному пограничью, то исследователи-эксплораторы быстро осознали, что Врǣкан Дреор на самом деле являлись потомками затерянного рыцарского мира, изменёнными бедствиями Долгой Ночи. Хотя жертвой их нападений и стал ряд небольших имперских экспедиций, посланники Механикум хотели вернуть дом или, если он окажется слишком выродившимся, очистить и забрать его боевые машины. Однако решение этого вопроса, как и многих других, было отложено на более позднее время, поскольку к тому моменту уже началась Улланорская кампания и ряд других серьёзных операций.

Лишь после возвращения Императора на Терру и реорганизации войск Империума под непосредственным руководством Гора, назначенного магистром войны, стаям легиона Космических Волков было поручено выследить Врǣкан Дреор и усмирить их или же уничтожить, поскольку они были сочтены слишком опасной угрозой для северных земель Империума, которую больше нельзя было игнорировать. Однако череда внезапных возмущений варпа не позволила карательному флоту Космических Волков приблизиться к цели, приведя, помимо прочего, к потере ряда кораблей, а затем приказы были отменены. Врǣкан Дреор атаковали Альтус Ферро, планету, недавно занятую механикумами из мира-кузницы Циклотрат. Судьбе было угодно, чтобы в это время в близлежащих станциях Порта-Пасти и Манахеии пополняла припасы дивизия 63-го экспедиционного Флота, и потому на призыв о помощи ответил сам Гор и его Сыны.

Говорят, что в сражении с чернобронными рыцарями Врǣкан Дреор на ледяных морях Альтус Ферро Гор лично разорвал доспехи вражеского предводителя, пока фаланга юстаэринских терминаторов и штурмовых танков «Спартанец» сдерживала остальных врагов. С этим великим ратным подвигом битва закончилась, и выжившие воины из банды Врǣкан Дреор, видя в магистре войны могущественного владыку, поклялись в верности Гору в традиционной манере своего народа, назвав его своим покровителем и «дарителем колец». Также они сообщили, что были лишь одной бандой из многих. Последовавшие события малоизвестны, однако существуют предположения, что Гор, взяв с собой лишь один корабль и прикомандированную к нему роту, направился вглубь территории Врǣкан Дреор, к разбитым осколкам их родного мира, где отряды рыцарей сходились в яростных схватках за ресурсы и кровавую славу. Располагая как собственными Сынами, так и покорившимися воинами, магистр войны начал переговоры, чередуя их со строго отмеренным насилием, чтобы столкнуть между собой местных посредственных полководцев, а в конце каждого сражения заставлял банды выбирать между присягой на верность и уничтожением.

После возвращения магистра войны в имперское пространство, его неоспоримый авторитет обеспечил быстрое принятие Врǣкан Дреор как рыцарского дома Империума. Имперской геральдической палате рыцари были представлены как «Ǣртегны», под именем, выбранным Гором из их легенд. Однако под маской рыцарского дома свирепые воины остались верными своим старым привычкам и, согласно приказу Гора, грабили не приведённые к Согласию секторы за растущими границами Империума, оттачивая свои навыки и ожидая его призыва к войне.

Мы практически не обладаем записями об ужасах, перенесённым домом Ǣртегнов и превратившим их во Врǣкан Дреор. Немногие кроме офицеров XVI легиона и их ближайших союзников вообще встречались с Ǣртегнами вне битвы, а полученные Оффицио Милитарис до начала Ереси Гора данные оказались в лучшем случае недостоверными. Известно, что первоначальный родной мир дома Ǣртегнов был уничтожен в ходе неизвестного катаклизма, и от него остались лишь скалистые обелиски, за которые цеплялись клочья атмосферы. Осколки планеты стали частью Течения Хретмǣль, ставшего владениями выживших рыцарей, построивших на них неизвестное количество скрытых и хорошо укреплённых комплексов. То, что рассеянные остатки некогда благородного дома оказались достаточно технологически подкованными для строительства и поддержания анклавов, а также собственных пустотных кораблей и рыцарских доспехов, указывает на обманчивость примитивной внешности и манер воителей дома. Каждый из таких анклавов являлся базой для отдельной банды дома, а также хранилищем для многочисленных рабов и припасов, награбленных в бесконечных налётах на соседние системы, принадлежащих как людям, так и ксеносам. Доход от этих постоянных нападений и стал главным фактором выживания дома. Соперничество за ресурсы было настолько сильно, что вражда между анклавами являлась обычным делом, а любое проявление слабости становилось для других сигналом прийти и отнять у оступившихся всё ценное.

Вооружённые силы Ǣртегнов были разделены на ряд воинских банд, возглавляемых предводителями, известными храбростью, воинской доблестью и, что было для рыцарей важнее всего, отсутствием скупости – готовностью делиться богатой добычей. Рядовые грабители ждали от своих вождей как руководства в сражениях, так и щедрых даров из трофеев, а в ответ бесстрашно сражались за них до самой смерти. Среди Врǣкан Дреор ходило много легенд о верности в дни страшных напастей, а его дикие и свирепые воины особенно сильно презирали клятвопреступников.

В сражениях было видно, как мало изменились воины дома Ǣртегнов, так и оставшиеся безжалостными разбойниками, а все попытки Гора сделать их более цивилизованными являлись лишь пусканием пыли в глаза Дивизио Милитарис. Возглавляемые вождями, занимавшими примерно то же положение, что и сенешали других домов, Ǣртегны с пренебрежением относились к строгим вертикалям власти. Среди них почти не существовало официальных званий, но у самых опытных воинов имелись неофициальные почётные титулы, говорящие о признании их ратных подвигов, и младшие воины шли за ветеранами, желая разделить их славу. Рыцари редко прислушивались к приказам чужаков, мнящих себя их предводителями, но бросались в бой вслед за ветеранами, реагируя на ход битвы, словно стая диких гончих на охоте.

Представляется очевидным, что принятие Врǣкан Дреор в Империум в качестве дома Ǣртегнов нисколько не изменило их жестоких традиций и лишь сделало их более опасными под попечительством магистра войны. До Ереси связь рыцарей-разбойников с Империумом шла в основном через Сынов Гора и подчинённые им войска, а мир-кузница Циклотрат и ряд избранных и обладавших связями с магистром войны вольных торговцев восполняли Ǣртегнам запасы оружия, потерянного в непрерывных налётах и схватках, и восстанавливали уничтоженные временем технологии.

Назначение Гором главой дома вождя Кинерака Попирающего Могилы лишь усилило соперничество между воинствами Врǣкан Дреор, желающими проявить себя как перед вождём, так и перед новым владыкой. При любой возможности они также сходились в кровавых поединках с рыцарями из других домов и вольными клинками, и часто Ǣртегны намеренно провоцировали соперников, чтобы бой шёл до смерти. Естественно, что этим они быстро заслужили среди «союзников» дурную славу.

Ещё до начала Ереси многие требовали призвать Кинерака к ответу как за действия якобы «неподконтрольных частей» семьи, так и за его собственные. Примером может послужить разграбление планеты Альтус-Легия, где сто тысяч жителей лишь недавно приведённого к Согласию мира были предположительно перебиты или обречены на пожизненное служение Врǣкан Дреор. Однако единственной принятой Гором в отношении Ǣртегнов мерой стала отправка группы давинитских вороньих жрецов и надзирателей из числа Сынов Гора в конце 004.М31 для «помощи в принятии имперской культуры». Представляется, что вороньи жрецы оказали сильное влияние на Ǣртегнов, судя по появлению на многих их доспехах изображений ворон, однако это укрепило не их связи с Империумом, а верность магистру войны и вероятно сыграло роль в их будущем погружении в безумие и бегстве за пределы досягаемости имперского возмездия.

Предположительно в годы до объединения Врǣкан Дреор обладали более чем полутора сотнями рыцарей, разделённых между отдельными бандами и поддерживаемых большими подразделениями мародёрствующей пехоты и ловцов рабов, использующих шаттлы и небольшие экранопланы. Часть из выступивших против Гора рыцарей погибла в своей скрытой родной системе, однако большинство выжило. Магистр войны, являвшийся весьма харизматичным полководцем, смог привлечь их на свою сторону без лишних потерь.

Когда рыцарский дом был принят на имперскую службу, то, согласно переданным в Дивизио Милитарис офицерами Сынов Гора официальным записям, общие боевые силы Ǣртегнов составляли около ста рыцарских доспехов, в основном относящимся к древним моделям паладинов или же странствующих рыцарей. По этим документам они являлись одним из самых маленьких среди принятых в Империум рыцарских семейств, однако после восстания магистра войны Гора быстро раскрылась совершенная неправдоподобность этой информации. Ещё во время первых братоубийственных сражений воинства в цветах дома Ǣртегнов, намного превосходящие численно предположительные оценки Дивизио Милитарис, обрушились на имперские аванпосты и изолированные гарнизоны, выступившие на стороне Терры или наивно предполагавшие, что они могут сохранить нейтралитет. Таким образом, численность воинов дома Ǣртегнов, ранее скрытая по приказам Гора, могла доходить до трёх сотен, что было сравнимо с древнейшими из служащих Империуму рыцарских семейств.

На немногих поверженных и захваченных в бою рыцарях, сражавшихся в авангарде наступавшего на северные окраины Империума Гора и обычно являвшихся недавно произведёнными копейщиками-церастусами, были обнаружены характерные клейма кузнецов Циклотрата. То, что такие силы скрывались на виду и тайно укреплялись самыми технологически продвинутыми механизмами, говорит о долгих интригах и долгосрочном планировании восстания магистра войны.

Однако возможно, что даже эти предположения и доклады не отражают всей картины. В отчётах лоялистов, сражавшихся на северных окраинах, неоднократно упоминалось вмешательство банд рыцарей, чья символика и тактика соответствуют старым Врǣкан Дреор до их принятия в Империум. Непредсказуемые и свирепые воины с равной вероятностью могли как истребить сражавшихся под знаменем Гора предателей, так и перебить всех, а затем уйти, забрав трофеи, но в мрачные дни Ереси Гора верные воины были рады любым союзникам.

Полное название: Легио Темпестус Ордо Титаника, также после 008.М31 называемый в некоторых архивах Легио Темпестор

Военный класс: секундус

Патент: доимперский, марсианские Механикум

Охранная область: Эстабан III, Марс (бывшая), колония Орест

Прозвание: Повелители Бури, Громовые Хищники

Союзные военные дома: многочисленные собрания Вольных Клинков, марсианское подразделение – дом Тараниса

Верность: неизвестная, большая часть – Трейторис Пердита

Легио Темпестус – легион титанов Коллегии Титаникус, чьи огромные богомашины являлись опорой величайших и самых прославленных крестоносных воинств Императора в годы перед Ересью Гора. Легион сражался на передовой расширения Империума вместе с достойнейшими из Легионес Астартес. В эти годы они привели к покорности бесчисленные миры и сокрушили империи чужаков, заслужив за разрушительные планетарные штурмы прозвище «Повелители Бури». Однако позднее верность Легио Темпестус была поставлена под сомнение, и это имя было замарано тенью предательства. В то время как повелитель легио и его свита достойно сражались против предателей в марсианской гражданской войне, другие принцепсы, годами бившиеся в тёмном пограничье под руководством Гора, стали в войнах Ереси одними из наиболее верных последователей магистра войны.

Легио Темпестус, треть легендарной «Триады Феррум Моргулус», также позднее называемый Темпестор, был основан на Марсе в далёкую эру Раздора вместе с Легио Мортис и Легио Игнатум. На протяжении этой безумной и кровавой эпохи Легио Темпестус доблестно противостоял всем врагам, начиная от жутких мутировавших машин, приходивших из оксидных шлаковых пустошей, и заканчивая другими орденами титанов, выступавшими на войну из своих цитаделей.

Их родная крепость, вырубленная из красного базальта на Горе Аскрийской, одном из многих вулканов Марса, была неприступна. Кольца нерушимых бастионов вздымались на вершине застывших лавовых хребтов, окружающих цитадель, и из их огромных бронированных врат богомашины Легио Темпестус выходили на равнины, дабы сокрушить полчища выродившихся технодикарей.

История анархии, охватившей Марс в долгие годы раздоров, ныне либо забыта, либо скрыта от глаз, похоронена в инфокриптах под промышленными пустошами. Ещё до великого предательства в первые годы 31-го тысячелетия немногие надеялись собрать все данные о тех временах. Однако известно, что взятый под защиту Легио Темпестус регион граничил с владениями Легио Мортис, Мёртвых Голов, и два ордена неоднократно сражались между собой за территориальные права и доступ к бесценным хранилищам археотеха, таящихся под ржавыми дюнами Фарсиды. Машины древних легионов бились за оксидные пустоши до тех пор, пока, наконец, регион не был разделён Линией Бурь. Пересечь эту линию на красном песке значило объявить войну, что, если верить слухом, принцепсы Легио Мортис делали гораздо чаще, чем владыки Темпестуса. Хотя у орденов и были общие враги, такие как терзавшие Марс в те времена киберканнибалы и другие порождения Долгой Ночи, между ними возникла глубокая и взаимная ненависть, которая позднее принесёт воистину горькие плоды.

После прибытия Императора на Красную Планету и заключения марсианского соглашения Легио Темпестус занял своё место в славных завоевательных воинствах Человечества. Машины легиона шагали по мирам по всему расширяющемуся Империуму, сражаясь вместе с самыми прославленными армиями Великого крестового похода. Отдельные манипулы были прикомандированы к флотилиям эксплораторов Механикум и разведывательным эскадронам армий вольных торговцев, но больше всего прославился и получил почестей Легио за время службы вместе с 12-м экспедиционным флотом в годы того, что во многих источниках позднее назвали «Долгим походом на Ультрамар». Позднее, когда личное командование 12-м экспедиционным флотом принял на себя владыка Ультрамара, примарх Робаут Гиллиман, Темпестус сыграл ключевую роль в жестоких войнах за скопление Эпсилоид Бинари. В годы того великого конфликта возглавляющий легион Индиас Кавалерио заслужил титул Повелителя Бури, имя, которым позднее союзные солдаты имперской армии стали называть весь Легио, имя, повторяющее древние легенды. И имя весьма подходящее, ведь Повелители Бури показали себя мастерами планетарных штурмов под вражеским огнём при столь опасных обстоятельствах, что принцепсы других легионов никогда бы не рискнули даже начать высадку. Титаны, стоящие в защищённых трюмах тяжелейших десантных транспортников из когда-либо созданных в орбитальных пустотных литейных Марса, в огне и с раскатами грома обрушивались на врага, снижаясь по почти самоубийственной траектории. От этого вспыхивал сам воздух, а в разорванных падением богомашин небесах разражались шторма, не стихавшие годами. Где шли Повелители Бури, там их всеразрушающий обстрел повергал города и истреблял на полях сражений целые армии.

После длившейся почти шесть десятилетий непрерывной кампании на передовой Великого крестового похода Легио Темпестус понёс тяжёлые потери, включающие в себя «Викторикс Магна», титан самого Повелителя Бури, и оказался перед выбором – перегруппироваться и перевооружиться или, возможно, погибнуть. Получив права стража над ключевыми мирами в системах Эстабан и Орест, Кавалерио – господин Легио – вернулся на Марс вместе с богомашинами, сильнее всего нуждавшимися в ремонте и переоснащении, а командование оставшимися силами, собранными в полулегион, поручил своему заместителю принцепсу Максимусу Карании. Это, в свою очередь, запустило цепь событий, вызвавших всё больше отчуждение между двумя половинами Легио Темпестус, связанное скорее с расстоянием и обстоятельствами, чем с враждой. За последующие годы возникли два отдельных соединения, практически не пересекающихся между собой, и каждый полулегион сражался отдельно друг от друга в войнах под светом далёких звёзд. Марсианские Темпестус стали мощным резервом, посылаемым с Марса для укрепления линии фронта в самых тяжёлых зонах боевых действий и для наказания мятежных миров, а затем быстро возвращающимся обратно, а титаны Карании перемещались между группировками экспедиционных флотов и сражались на окраинах Империума, не видя света Сола.

В десятилетия, последовавшие за возвращением Кавалерио на Красную Планету, на Марсе произошли события, ставшие ключевой частью замыслов магистра войны по уничтожению всего, что Император создал за годы Великого крестового похода. Когда марсианский раскол разорвал Механикум на части, гражданская война охватила всю планету. Так пали древние кузни, пережившие долгие тысячелетия Старой Ночи, так были потеряны навсегда великие храмы Всеведения. Так пал и Легио Темпестус, ведь Кавалерио и его принцепсы погибли во время обороны Магмаграда, до последнего сражаясь против богомашин Легио Мортис, когда раскрылось предательство последних. Нам никогда не узнать всех подвигов, совершённых Повелителями Бури в последней битве, ведь большинство её свидетелей погибли, когда Магмаград утонул в ярящейся расплавленной мантии Красной Планеты. После трагедии на Марсе уцелела лишь горстка верных манипул и подразделений титанов Легио Темпестус, отсутствовавших в это время на Марсе и верой и правдой служивших Империуму. Однако легион был обезглавлен и рассеян, а вскоре последовал новый тяжёлый удар – известие, что их далёкие братья сами стали предателями.

Возглавлявший свой полулегион Темпестор Карания проявил себя стратегом, чьё коварство многократно укрепляло силы воинства и способствовало возвышению Легио до верховных кругов служителей Гора. Впрочем, их взлёт всё время сдерживало обстоятельство, что их старейший враг, Легио Мортис, из всех легионов титанов был первым на службе магистра войны. И потому, несмотря на общую цель и общее служение Архипредателю, Темпестус и Мортис, давние соперники, постепенно вновь становились заклятыми врагами, даже сражаясь бок о бок, и их диаметральные различия проявили себя ещё сильнее, когда укоренилось влияние тёмных сил, которым поклялись в верности легионы.

Согласно записям в «Principia Glorianus Episloidae», направленный в 12-й экспедиционный флот Легио Темпестус состоял ко времени победоносной войны против орков в скоплении Эпсилоид Бинари примерно из 170 богомашин, из которых как минимум 30 титанов были уничтожены к концу боёв. После разделения легиона около десяти-двадцати линейных титанов вместе с дюжиной серьёзно повреждённых богомашин, не подлежащих восстановлению, были отправлены обратно на Марс вместе с Повелителем Бури, где стали ядром Легио Темпестус. Ко времени Ереси Гора их силы почти удвоились, однако практически все титаны были уничтожены в первых битвах Марсианского раскола во время гибели Магмаграда вместе с большей частью пришедшего к ним на помощь связанного присягой рыцарского дома Таранис. Тем временем, сражавшийся под руководством предавшего Максимуса Карании демилегион был способен в разное время выставить на поле боя от восьмидесяти до ста двадцати титанов разных типов, из которых большую часть составляли «Повелители войны», «Разбойники» и «Гончие» модели «Шакал». Кузницы Эстабана III также могли производить новых «Повелителей войны» для войск Карании в ограниченных количествах.

Известно, что во времена Великого крестового похода в Легио состояло значительное количество «Ночных призраков», «Майнов» и «Карниворов», а также как минимум одна грозная «Немезида», однако большинство титанов старых моделей считаются уничтоженными на Марсе. Примечательно, что последняя из упомянутых богомашин не была замечена в сражениях эпохи Ереси и, возможно, состоит в одном из подразделений ордена, доселе не обнаруженном за разорёнными окраинами Империума.

Основные силы Легио Темпестус на Марсе могли рассчитывать на три ауксилиарных легиона скитариев, один из которых целиком состоял из бронетанковых когорт полностью марсианских моделей и считался одним из самых уважаемых подразделений своего рода. С другой стороны экспедиционным силам обеспечивали пехотную поддержку войска союзников, иногда укрепляемые присланной с Эстабана III Тагматой.

Касательно союзных рыцарских семей стоит отметить, что верные марсианские принцепсы легиона могли рассчитывать на непоколебимую преданность могущественного дома Таранис. В войсках Карании их заменяли странствующие и не имеющие хозяина Вольные Клинки, сражавшиеся вместе с ними сначала на тёмных окраинах в годы Великого крестового похода, а затем и под знаменем Ока Гора.

Когда началась великая Ересь, и Легио Темпестор присоединился к собирающимся воинствам предателей, под их знамя встали новые воины. Вольные Клинки из дюжины домов поклялись в верности Карании, многие из них даже отказались от прошлых цветов ради мрачной геральдики. Позднее целое семейство изгнанных рыцарей, спасающихся от гнева своего преданного Императору господина, преклонило колени перед предавшими Повелителями Бури. Они примечательны тем, что не только перекрасили свои машины в цвета Легио, но и полностью подчинились новой вертикали власти. Считается, что этот процесс начался после штурма улья Илиум на Манахее, где несколько титанов Повелителей Бури были повержены верными воинами дома Вирониев, что выявило слабое место легиона, которое Карания решил укрепить этими рыцарями. Такие воины, сохранившие личную геральдику Вольных Клинков или облачившиеся в расколотые серебристо-синие цвета Легио Темпестус, станут в будущих битвах стрелковой цепью, прикрывающей титаны, особенно там, где сражения шли в разрушенных городах, делавших богомашины уязвимыми для засад.

Спустя шесть десятилетий после начала Великого крестового похода субармада 28-го экспедиционного флота обнаружила управляемый чужаками мир, полный странного величия и невообразимых материальных ценностей. Эта планета вращалась вокруг умирающей красной звезды, известной древним небесным картографами как «Спира Зеро», и не была похожа ни на что когда-либо виденное прежде. Планета целиком состояла из неровных кроваво-красных и однородных кристаллических субстанций, согласно предположениям эксплораторов Механикум способных послужить нуждам ста миров-кузниц в случае захвата. Однако два фактора отложили неизбежный штурм Спиры Зеро. Первым была орбита, проходящая настолько близко к звезде, что временами кристаллический мир погружался прямо в её корону и шёл вдоль кипящей поверхности. Вторым было присутствие ранее неизвестного и весьма необычного вида ксеносов, который разведчики армады немедленно назвали «корпосантами», поскольку обитали они в облучаемой короне звезды.

Однако в истории нет описания природы данных чужаков, ведь после их обнаружения стало ясно, что их совершенно невозможно изучить. В разных источниках их описывают как ходящие тени, тёмные силуэты, двигающиеся по ярко-красному фону, или пятна между оттенками, куда вообще не проникал естественный свет. Они были встречены сначала группами эксплораторов-механикумов, ехавших в защищённых транспортах по кристаллической поверхности Спиры Зеро, а затем, когда начались бои, космодесантниками из Третьего легиона, ответившими на зов о помощи. Но даже могучие Астартес не могли сражаться на раскалённой поверхности, и, поскольку с приближением планеты к звезде жар и радиация лишь усиливались, было принято решение отозвать все войска с поверхности.

Но верховные магосы 28-го экспедиционного флота эксплораторов Механикум не желали отдавать мир и тщетно пытались убедить примарха Фулгрима в том, насколько ценны его редкие природные богатства. Сначала примарх отказался, но затем, выслушав предложение старших принцепсов сопровождавшего 28-й флот Легио Темпестус, согласился дать механикумам ещё один шанс заполучить свою сверкающую добычу.

С благословения Фулгрима принцепсы легиона привели в действие дерзкий план. Собравшиеся тяжёлые транспорты выстроились так, чтобы подойти к Спире Зеро с ночной стороны, защитившись «телом» планеты от ярости разгневанной звезды. Когда же мир приблизился к перипасиде, транспорты совершили жёсткую посадку, расколов огромные кристаллические шпили и выбросив облака переливающихся осколков, протянувшихся за миром как хвост кометы. Когда богомашины Темпестуса выступили наружу, на них напали корпосанты, тени цвета застывшей крови на фоне сверкающей красной звезды, огромного сверхгиганта, заполонившего небо. Жар звезды был столь силён, что его едва выдерживала даже невероятно крепкая броня «Повелителей войны» и «Разбойников», а дюжина меньших «Гончих» рухнула, когда их сочленения сплавились, гидравлическая жидкость вскипела, а сенсоры выгорели. Сопровождавшие их рыцари дома Тараниса просто плавились, но даже погибая они яростно сражались с впивающимися в богомашины копросантами, разрывая их направленными фотонными копьями. Титанам противостояли враги, доселе не виданные людьми, рваные тени, кишащие вокруг, вырывающие из брони неровные клочья, каждым ударом ослабляющие способность богомашин противостоять испепеляющему жару и радиации.

А затем кристаллический мир достиг перипсиды, войдя в ослепительно сияющую фотосферу. В одно мгновение корпосанты бежали, их теневые очертания растворились в сверкающих вокруг красных шпилях. Старший принцепс увидел в этом шанс на победу – пусть даже богомашины, доведённые до предела операционной выносливости, шатались, а сине-серебристая геральдическая окраска сгорала, открывая каждую вмятину, каждую трещину в раскалённом керамите. Вокс-каналы молчали, все передатчики давно сгорели, и потом старший принцепс подал пример, которому последовали остальные. Он разнёс ближайший шпиль на части, открыв прятавшихся внутри копросантов потоку энергии, невыносимой даже для них. Спустя мгновения начал стрелять весь легион, и титаны быстро сравняли с землёй всё на расстоянии многих километров вокруг. Воющие копросанты сгорели, испарившись от невыносимого жара своей родной звезды.

Так завершился раскол Спиры Зеро – операция, сочтённая великой победой Легио Темпестус, которую признал сам Фулгрим, несмотря на то, что его воины бы такого сделать не смогли. Механикум заполучили бесценные ресурсы, и добываемые с этой планеты минералы питали реакторы титанов, кораблей и литейных бесчисленных миров-кузниц на протяжении всего крестового похода, однако во времена Ереси Гора добыча так возросла, что все богатства мира были исчерпаны ко времени кровавой битвы за Терру и гибели магистра войны.

Большую часть последующего десятилетия легион Темпестус восстанавливался от урона, причинённого звездой Спиры Зеро, а затем вновь занял своё место среди воинств Великого крестового похода и заслужил бесчисленные боевые почести прежде, чем его поглотил кошмар гражданской войны на Марсе.

Линейная манипула «Телос Эпсилон» участвовала в планетарном штурме Манахеи, её макропосадочный аппарат приземлился на западе улья Илиум. Наступлению манипулы противостояла собранная бронетехника защищавшей улей Солярной Ауксилии, и в течение часа титаны манипулы записали на свои счета более трёх десятков подтверждённых бронетанковых жертв. Пока манипула наступала через внешние кварталы улья, ответный огонь усиливался, пока «Одрисиан» не был выведен из строя орудийным огнём сверхтяжелых «Теневых мечей» Солярной Ауксилии, а «Дураси» не получил тяжёлые повреждения от мелт пехотинцев, после чего был вынужден отступить. Через некоторое время «Расквалиан» был уничтожен у окружной крепости 77-4 совместным натиском рыцарей-копейщиков Вирониев. Судьба уцелевшего «Скориллиона» остаётся неизвестной.

«Страшитесь не того, что я принес вам требование о капитуляции. Подобная добродетель чужда мне. Я принёс не слова, но огонь».

Обращение барона Армелана, эмиссара магистра войны, к планетарному совету Субинуса

Когда наступили смутные и кровопролитные времена, названные впоследствии эрой Тьмы, бесчисленные армии под командованием магистра войны Гора, словно фигурки на игровой доске, пришли в движение по приказу своего господина. Каждому были даны определённые цели и задачи, у каждого была своя роль в гораздо большем, запутанном плане завоевания. Своим появлением и мощью эти силы были обязаны с одной стороны Великому крестовому походу, бесчисленным объединительным войнам человечества и истреблению ксеноужасов, а с другой – актам вероломства, приведшим их под знамёна предателей. Предавшие легионы и их союзники стали огромной, изменчивой силой, которая словно многоголовый монстр окружила Империум и потянулась к глоткам его защитников. Каждая частичка этой силы обладала собственным характером и мотивацией, а также своей ролью в грядущей беспощадной резне.

Первые действия масштабной гражданской войны, ставшей впоследствии известной как Ересь Гора, были отыграны на пропитанной кровью земле Исствана III, где из рядов легионов магистра войны и его братьев – примархов Мортариона, Ангрона и Фулгрима были вычищены те, кто отказался бы участвовать в мятеже против Императора. Чистка была произведена с жестокой эффективностью, десятки тысяч были истреблены в первом, и, как сказали бы некоторые, самом тёмном акте всего восстания. Однако каким бы обширным ни был размах предательства, полностью вычистить верных Императору воинов из рядов четырёх легионов не удалось. Среди тех немногих, кто сумел спастись, была горстка сохранивших верность Империуму легионеров, сумевших захватить фрегат «Эйзенштейн» и принести на Терру весть об отвратительном предательстве магистра войны.

Потеря элемента внезапности заставила магистра войны изменить свой план нанесения молниеносного удара по Терре, но Гор давно готовил свержение отца, поэтому всякого рода непредвиденные обстоятельства были учтены. Внезапная атака на тронный мир была более невозможна, но Гор сохранил инициативу в своих руках. Империум раздирали сомнения относительно верности тех или иных сил. Магистр войны ещё не раскрыл всю полноту своей власти над легионами Космодесанта, но привёл в исполнение план по дальнейшему расколу царства Императора. На чёрных напоённых кровью песках Исствана V Гор практически полностью вырезал три верных Императору легиона Космодесанта, чего не удалось ни одному врагу человечества за всю наполненную кровопролитием эпоху Объединительных войн и Великого крестового похода. Это не стало чисто военной победой, ибо преимущество было обеспечено новым вероломством – из шести легионов, отправленных Террой на подавление вспыхнувшего на Исстване V мятежа, три тайно были завербованы Гором. Когда Несущие Слово, Железные Воины и Альфа-Легион сбросили свои маски верности Империуму, Гвардия Ворона, Саламандры и Железные Руки подверглись беспримерному в истории Легионес Астартес трёхчасовому яростному и безжалостному истреблению. Одним ударом Империум был поставлен на колени, и хотя Гор не мог нанести прямой удар по Терре, маятник войны неумолимо качнулся в его сторону.

Следующий шаг Гора был направлен на закрепление с таким трудом завоёванного преимущества, для чего он созвал совет архипредателей, собравшийся ещё до того, как высохла кровь на истерзанной земле Ургалльской впадины. На этом совете каждому примарху-предателю и некоторым другим слугам и союзникам были поставлены определённые задачи, которые было необходимо выполнить в следующей фазе разворачивавшейся войны. Лишь могучий разум примарха мог полностью осмыслить такой масштаб и распланировать задания не только для переметнувшихся Легионес Астартес, но и для прочих приспешников, начиная с восставших линейных полков Имперской Армии и заканчивая отдельно взятыми демагогами, разбросанными в тысячах звездных систем по всему Империуму.

На первом месте среди предателей были, конечно же, Сыны Гора. Собственный легион магистра войны должен был сформировать передний край завоевательного похода на северные просторы Империума. Для своих целей они будут захватывать целые секторы, перестраивая промышленность для военных нужд предателей и вливая захваченное население в ряды войск магистра войны. Этот печально известный процесс будет наречён Тёмным Согласием. Конечной целью данного похода была Терра, и вместо изначально планировавшегося внезапного удара с неожиданного направления, сформировалось неудержимое наступление, одновременно подпитывавшее предателей и склонявшее баланс сил в пользу восставших, поскольку всё большее количество секторов присоединялось к мятежникам или порабощалось ими. Однако это была лишь малая часть мастерски разработанного плана Гора, точнее часть, касавшаяся действий его собственного легиона.

Гвардия Смерти под командованием примарха Мортариона, брата магистра войны, должна была усилить этот натиск, накрывая гибельной тенью Жнеца Миров одну систему за другой. В итоге, не пожелавшие склониться перед магистром войны миры ожидал визит Мортариона, после которого оставались мёртвые, выжженные радиацией планеты с отравленными небесами, а на поверхности под светом равнодушных звёзд белели кости населения. Таким образом, Гор сделал Гвардию Смерти ключевым компонентом своего плана, поскольку считал их полностью связанными с собой общим делом и не сомневался ни в их преданности, ни в решимости сынов Мортариона сыграть решающую роль в развязанной им великой войне.

И наоборот, наблюдая за тем, как Дети Императора встают на путь излишеств и распутства, что делало их опасно непредсказуемыми и, возможно, более ненадёжными, магистр войны позволил III легиону претворять в жизнь свои собственные замыслы и, в известных пределах, следовать своим целям. Гор понимал, что, в любом случае, те будут сеять хаос на своём пути. Тем самым они послужат общей цели, поскольку кошмарные непотребства, свершённые ими в атакованных мирах, станут посланием другим непокорным.

Что касается других переметнувшихся на сторону предателей легионов – магистр войны начал немедленную разработку планов кампаний для них с целью дестабилизировать обстановку в Империуме, уменьшить и растянуть ряды противостоявшего им громадного количества защитников из числа сохранивших верность Императору военных сил. Общим направлением действий при этом являлась решительная и апокалиптическая атака на Терру. Для решения некоторых задач выбор магистра войны пал на примарха Пертурабо. В частности Железным Воинам под предводительством последнего было поручено сокрушить небольшие крепостные гарнизоны Имперских Кулаков, охранявшие многие ключевые системы на внешней стороне сегментума Соляр. Каждый такой форпост VII легиона был хорошо укреплён и мог послужить точкой мобилизации для Империалис Ауксилии и последующих фланговых вылазок против сил предателей, что было совершенно недопустимо. Ни для кого не было секретом, что Пертурабо и Железные Воины затаили горькую обиду на Имперских Кулаков, поэтому магистр войны небезосновательно ожидал, что брат примарх с усердием возьмётся за разрушение твердынь своего соперника – примарха Рогала Дорна. Как и в случае с приказами III легиону, Гор был непреклонен в сроках проведения этой опустошительной кампании – всё должно было быть закончено к моменту финальной битвы за Терру, поскольку именно там специальные навыки Железных Воинов были востребованы больше всего. В самом деле, вполне вероятно, что без Железных Воинов и гения их озлобленного примарха Пертурабо спланированная атака на Терру могла бы и не состояться.

Прочие предавшие легионы были выдвинуты магистром войны дальше на оперативный простор. Например, Несущим Слово примарха Лоргара и Пожирателям Миров его брата Ангрона было приказано атаковать Ультрадесантников примарха Робаута Гиллимана, чтобы подвергшийся на Калте предательской атаке со стороны контингента Несущих Слово, но сохранивший значительные силы XIII легион не смог оказать значительного влияния на ход войны. Этот так называемый Теневой крестовый поход помимо чисто военных выгод преследовал и ещё одну, более зловещую цель. Уничтожив сотни миров и принеся миллионы жизней в жертву сущностям, заложником которых он был, примарх Лоргар вызвал столь мощное возмущение в Имматериуме, что родившийся могучий варп-шторм расколол Галактику пополам. Лоргар преуспел в этом деле – высвобождение Гибельного шторма сделало перемещение и передачу астропатических сообщений между половинами Галактики практически невозможным.

Повелителей Ночи также отослали подальше от Терры – на Восточную окраину Галактики, и это дало повод некоторым сделать вывод о том, что Гор не был до конца уверен ни в мотивах, ни даже в верности своего брата, владыки VIII Легионес Астартес, Конрада Кёрза. Данная миссия преследовала две цели – во-первых Повелителям Ночи поручалось терзание и разорение региона, который не слишком-то подчинялся Гору, тем самым сыны Кёрза лишали Империум потенциальных стратегических ресурсов и подкреплений, которые могли бы угрожать флангам грядущего наступления на Терру. Основные силы вышеупомянутых формирований были сгруппированы вокруг трёх упёртых в вопросах независимости, и, на момент описываемых событий, сохранивших верность Терре миров-кузниц: Триплекс Калатия, Триплекс Туле и Триплекс Фолл, которые, между тем, поставляли крупные боевые корабли всем верным Императору войскам в сегментуме Ультима (фактически именно эти миры создали большую часть флотилий легионов как для Ультрамара, так и для Ноктюрна). Во-вторых, до начала гражданской войны на окраины Трамаса был отправлен легион Тёмных Ангелов, которым пришлось вступить в сражение, чтобы защитить жизненно важные миры сектора. Тёмные Ангелы и их повелитель были опасным неизвестным в уравнении восстания, численность I легиона была неведома никому, и Гор просто не мог игнорировать такого противника. Так что Ночной Призрак получил от магистра войны однозначные приказы: Трамас необходимо заглушить, а Тёмные Ангелы должны быть любой ценой вовлечены в конфликт такого масштаба, чтобы полностью исключить их появление на Терре во время финального штурма твердыни Императора.

Альфа-Легиону была поставлена задача, полностью соответствовавшая талантам этих воинов – терзание отчаявшихся боевых групп и миров противника в южной и западной частях Империума. Ключевой частью этих операций являлось уничтожение верных Императору легионов, при том любым способом, который примарх Альфарий посчитал бы подходящим. Альфа-легионеры должны были посеять хаос в тылах противостоявших им войск, а также нанести удары по доступным целям, не давая войскам Империума спокойно организовать глубокоэшелонированную оборону. Для этого под командование Альфа-Легиона номинально были переданы сотни переметнувшихся в стан предателей полков Ауксилии (которые Гор считал вполне годным расходным материалом), многочисленные подразделения предателей из числа Легио Титаникус и союзные Тагматы. Одной из главных целей Альфа-Легиона были сильно пострадавший при опустошении Просперо легион Космических Волков, который после почти полного истребления Тысячи Сынов восстанавливался и перевооружался неподалёку от туманности Алаксес. А ещё неподалёку находился легион Белых Шрамов примарха Джагатая Хана. Гражданская война ещё не коснулась их, а кампания против орков Чондакса была окончена, и всё это означало, что они также попадали в сферу губительных интересов Альфа-Легиона. И Космическим Волкам и Белым Шрамам предстояло пострадать от козней змеев Альфария.

Предавшие легионы сами по себе являлись грозной силой в руках Гора, но они были далеко не единственными войсками под его командованием. Для достижения конечной цели – осады Терры и низвержения Императора, предателям пришлось призвать под свои знамёна самые разные войска. Некоторые подчинялись своим повелителям, поскольку давным-давно уже сражались бок о бок, другие же попали под командование Гора в результате взяточничества, заключения союзных договоров, по принуждению или в результате печально известного процесса Тёмного Согласия. Начиная с обороны предателей в Ургалльской впадине во время резни в зоне высадки, командующие из числа космодесантников применяли войска Ауксилии с невообразимой чёрствостью, смертных использовали в качестве пушечного мяса, люди принимали на себя пули, которые при иных обстоятельствах достались бы космодесантникам, присоединявшимся к битве позже. Подобное пренебрежение к человеческим жизням проявлялось в Горе на протяжении всех кровавых лет гражданской войны. Однако бывало и иначе, некоторые достаточно важные миссии поручались магистром войны или его генералами отдельным боевым группам Ауксилии и Армады, которые старались проводить собственные операции по захвату или уничтожению, правда нередко к ним прикомандировывался офицер или отделение из рядов Сынов Гора, Железных Воинов или Альфа-Легиона, наблюдавшие за действиями смертных на поле боя.

Наибольшее количество войск смертных, стоявших под знамёнами Гора, было взято им из Империалис Ауксилия, при том варьировались эти части от многочисленных фронтовых полков Имперской Армии до элитных соединений Солярной Ауксилии. В дополнение к этим хорошо вооружённым и опытным войскам, магистр войны призывал везде, где это было возможно, силы местной обороны, воинов предназначенных к отправке в рядах планетарной десятины и соединений завоевательных флотов вольных торговцев.

Последние могли действовать на достаточном удалении и частенько служили эмиссарами магистра войны, передавая планетарным губернаторам требования о принесении клятв верности и разоряя непокорные миры. Есть все основания полагать, что переметнувшиеся к предателям вольные торговцы продолжали исследовать внешнюю тьму даже в разгар Ереси, покоряя бессчётные миры не во имя Императора, но во имя магистра войны. Некоторые из них даже образовали собственные карманные царства подальше от границ Империума, они властвовали в этих мини-империях в качестве сюзеренов магистра войны, начиная со времён Ереси и заканчивая эпохой Великого Очищения.

Помимо вышеупомянутых наземных армий, могучая рать магистра войны включила в себя также целые флоты боевых кораблей, примкнувших к мятежникам как добровольно, так и не очень. Необходимость в этой космической армаде стала очевидной после событий на Исстване, когда возможность быстрого прямого удара по Терре была утрачена и начались войны так называемой эпохи Тьмы. Без энергичного расширения числа способных к варп-переходам кораблей Гор просто не смог бы вести войну, хотя космодесантники контролировали собственные флоты и большое число кораблей из состава экспедиционных флотов, в масштабах тотального конфликта этого было явно недостаточно для перемещения и снабжения разнообразных примкнувших к предателям воинств, которым надлежало вести сражения по всей Галактике.

Чтобы эти оторванные от сил легиона магистра войны корабли и их экипажи и далее служили только своему вероломному владыке, Гор внедрил в персонал каждого такого флота своих скрытых агентов, шпионов и убийц. Многие корабельщики-предатели, наивно полагавшие, что выпав из поля зрения Гора, можно разорвать клятвы, данные магистру войны, нашли свою смерть от кинжала палубного офицера, оказавшегося на деле агентом повелителя XVI легиона.

Помимо человеческих ресурсов предателей, не последнее значение в развернувшемся конфликте имели могучие силы союзников из числа Механикум и им подобных. Генерал-фабрикатору Келбор-Халу удалось свести воедино могущественных представителей марсианского жречества, Ордо Редуктор и Легио Кибернетика, к которым примкнули кошмарные мирмидонцы из культов разрушения, а также некоторое число суб-культов, на протяжении нескольких лет действовавших на грани техно-ереси. Вместе с ними на сторону мятежников перешли более половины легионов титанов, десятки союзных рыцарских домов, сам Марс был потерян для лоялистов, производственные мощности таких миров-кузниц, как Сарум, Восс, Циклотрат и Стигия достались предателям, а Анвилус, Инкаладион и Риза были парализованы гражданской войной.

По мере того как пламя Ереси охватывало всё большие территории Империума, к войскам предателей присоединялись силы далёкие от понятий о конвенционной армии. Помимо легионов давным-давно внедрённых шпионов, агентов, террористических ячеек и наёмников, немало было и тех, кто были культистами изначально. Они возникали из рядов бесчисленных фанатиков, охваченных безумием варпа, захлёстывавшим несчастные миры, в которых следовавшие за Гором приспешники тёмного апостола Эреба и давинитов, помимо прочих злодеяний, сеяли неописуемые богохульства ещё до того, как война захлестнула Галактику. Большинство из них было невменяемыми фанатиками, бросившихся на своих бывших повелителей, они возносили хвалы тогда ещё малоизвестным сущностям, которые, впрочем, довольно быстро стали узнаваемыми по мере того, как Ересь набирала обороты. Некоторые миры не были затронуты порчей таких культов, но примечательно то, что многие легионы из числа предателей избегали прямого контакта с ними. Исключение составляли Несущие Слово, включавшие культистов в свои боевые планы. Примечательно, что, по-видимому, многие поклонялись воинам Лоргара, как полубогам или ангелам, падая ниц перед ними или безропотно отдавая свои жизни в бою.

Был и ещё один союзник, которого мог призвать магистр войны. Чаще всего с ним можно было столкнуться в местах, где культы варпа давно пустили свои корни, или же там, где были пролиты реки крови, хотя по мере разрастания конфликта, вмешательства этих союзников приобретали всё большие масштабы и становились все менее предсказуемыми. То были порождения варпа, обозначенные древним термином «демоны», хотя многие считали их просто инопланетянами, населявшими варп, подобно ужасным паразитам психонойенам, или психическим феноменом – безумием смертных, обретшим плоть, неким временным явлением на фоне возросшей активности галактического варп-шторма.

Мало кто осознавал истинную опасность и силу таких существ, не было понимания и о временном характере таких явлений. В конце концов, многие воины из предавших легионов будут биться бок о бок с легионами тварей из бездны, разделяя грехи этих порождений и выкрикивая имена тех же сил. Но во времена завоевательного похода Гора по северным областям Империума Легионес Астартес, за исключением Несущих Слово, как и прежде, считали подобных существ анафемой или игнорировали тварей, причисляя последних к опасным феноменам варпа, особняком среди них стояли быстро изменявшиеся в первые годы эры Тьмы Дети Императора. Простая истина, которую нынче зачастую забывают, состоит в том, что многие годы спустя после Исствана большая часть восставших легионов была главным образом заинтересована в политическом мятеже и навязывании нового порядка в Империуме, чем в установлении анархии и торжестве хаоса варпа, фактически воцарившихся повсеместно в последние годы Ереси.

Безымянный легионер

Легионный резерв «Мстительного духа»

Абордаж «Торжества разума»

Битва за Порт-Пасть

Данное изображение легионера Сынов Гора, облачённого в тактическую дредноутскую броню модели «Тартатарос», основано на одном из немногих пиктов, сохранившихся после падения «Торжества разума» в битве при Порт-Пасти. Предположительно, он состоял в рядах элитного резервного подразделения терминаторов легиона, выделенных для действий на борту «Мстительного духа» - флагмана архипредателя Гора. Скорее всего, это подразделение было создано недавно, поскольку на броню нанесены знаки отличия нового легиона, но нет соболиной ливреи – отличительной черты наводивших ужас терминаторов-юстаэринцев.

Броня воина обильно украшена глифами хтонийских банд, возможно, находивших своё применение в ритуалах воинской ложи. Можно отметить также использование хтонийских «зеркальных монеток» и «Ока змеи», смонтированного на нагруднике легионера. Данный символ использовался приверженцами магистра войны в качестве противопоставления «Империалису», всё более распространявшемуся среди оставшихся верными Терре воинов.

1. Силовой меч, подтип «Харатран». Новейшая разработка, искусно расписанная хтонийскими рунами.

2. Комбиболтер модели «Тигрус»

Вожак К’латалл

7-я штурмовая рота Сынов Гора

Атака Дворца Света

Падение Манахеи

Согласно восстановленной на Готе после войны стеле, посвящённой этому вождю, вожак К’латалл служил в отделении опустошителей на Исстване III, доказав своей исключительной свирепостью, что заслуживает более почётной должности. Получив под командование отделение налётчиков 7-й штурмовой роты, он участвовал в последнем штурме врат Дворца Света в улье Илиум в системе Манахея. Именно вожаку К’латаллу досталась честь первым ворваться во внутренние пределы дворца. Если верить стеле с Гота, это было самым началом его возвышения в рядах легиона Сынов Гора.

Здесь вожак К’латалл изображён в варианте силовой брони космодесанта MKIV, изначально спроектированном для отрядов налётчиков во времена резни в зоне высадке на Исстване V. Эта модель включает в себя элементы брони, напоминающие о враждовавших бандах Хтонии, и украшена символом «Ока» магистра войны. К’латалл также оснащён прыжковым ранцем с двигателем повышенной тяги модели «Фаэтон».

1. Цепной топор «Харатран».

2. Плазменный пистолет модели Риза «Вспышка».

Ко времени вторжения магистра войны в Коронидские Глубины сильно потрёпанные на Исстване III и Исстване V бронетанковые силы его легиона получили существенное пополнение. Отчасти это произошло вследствие того, что Сыны Гора, и, в некоторой степени все отвернувшиеся от света Императора легионы, воспользовались трофеями с песков Ургалльской впадины после резни в зоне высадки. Немалое влияние оказал на ситуацию также тот факт, что, по мере развития успеха армиями предателей, заместители магистра войны направляли усилия Тёмных Механикум и собираемую с порабощённых миров десятину в первую очередь на нужды легиона Гора. Как результат – парк легиона быстро обновился за счёт новейших и самых мощных машин легионов Астартес - «Фальшионов» и «Сикаранцев», занявших места выбывших устаревших типов.

Во время боевых действий магистра войны в Коронидских Глубинах бронетанковые силы Сынов Гора были развернуты на нескольких направлениях. В частности 28-я штурмовая бронетанковая рота (известная по прозвищу «Хребтоломы», за боевые действия в качестве тяжёлого штурмового соединения) отличилась на Ласкале и Тараканисе, действуя там небольшими, базировавшимися на кораблях боевыми группами, после чего уже в полном составе участвовала в уничтожении улья Илиум на Манахее. В ходе этого конфликта Сыны Гора развернули беспрецедентные по количеству и разнообразию бронетанковые группы, установленная гибкая структура командования позволяла использовать их в качестве высокомобильного резерва, способного развивать успех перспективных прорывов и сокрушать агонизировавшую оборону противника. Фактически, ударная группировка легиона, выделенная для атаки на улей Илиум, пробилась через дебри пригородов и растеклась по улью небольшими штурмовыми командами. К каждой такой команде был прикреплён эскадрон танков или одиночный сверхтяжёлый танк, что позволяло сокрушать блок-посты и вести борьбу с вражеской бронетехникой, в тоже время пехота Сынов Гора пресекала любые попытки противника атаковать танки поддержки мелта-оружием с флангов.

Файл:HH41409.jpg|Глифа хтонийской змеи (элитные соединения)

Файл:HH41410.jpg|Символ легиона Сынов Гора

Файл:HH41411.jpg|Альтернативный вариант символики Сынов Гора

Файл:HH41412.jpg|Личная геральдика вожака

Файл:HH41413.jpg|Вариант символа опустошителей

Файл:HH41414.jpg|Символ Налётчиков

Файл:HH41415.jpg|Лунные Волки. Эта более ранняя, белая расцветка брони XVI легиона была намного ближе к стандартам тактических маркировок, чем более поздняя, принадлежавшая Сынам Гора. К моменту завоевания Коронидских Глубин символика с изображением волчьей головы и луны встречалась всё реже.

Маркировки шлемов, чаще всего нанесённые самим воином, не соответствуют формально принятым тактическим схемам в гораздо большей степени, чем в других легионах. Вручную нанесённые хтонийские глифы указывают на то, что легионеру «пустили кровь» согласно хтонийским боевым ритуалам, распространённых среди банд охотников за головами.

Применяется широкий спектр своеобразной боевой брони. Обратите внимание на перекочевавшую из банд традицию использовать в качестве украшения череп поверженного вражеского чемпиона, предварительно погружённый в жидкое золото.

Офицеры Сынов Гора применяют минимальное количество ранговых знаков отличий, а когда в таковых возникает необходимость, то, как правило, за основу берут геральдику вышестоящего командира или капитана отдельной роты или же полевого вожака, согласно традициям хтонийских банд.

Будучи ветеранами многих кампаний, дредноуты чаще всего выставляют напоказ моменты своих величайших деяний. Некоторые, как представленный ниже значок кампании «Чёрное Затмение», отсылают нас к предыдущей итерации XVI легиона, в данном случае – к победе Лунных Волков над кравами с Мордоны.

Файл:HH41421.jpg|Командный состав Великой роты, 2-я Великая рота

Файл:HH41422.jpg|Тактическое отделение с указанием номера отделения, 2-я Великая рота

Файл:HH41423.jpg|Отделение тяжёлой огневой поддержки с указанием номера отделения, 2-я Великая рота

Файл:HH41424.jpg|Ветеранское отделение, 2-я Великая рота

Файл:HH41425.jpg|Штурмовое отделение с указанием номера отделения, 2-я Великая рота

Файл:HH41426.jpg|Вариант символа опустошителей

Файл:HH41427.jpg|Символ командного состава с номером легиона и ветеранским отличием

Файл:HH41428.jpg|Высший командный состав, заслуживший похвалу примарха

Файл:HH41429.jpg|Вариант символа опустошителей с ядовитых кораблей Гвардии Смерти

Файл:HH41430.jpg|Служба под командованием магистра войны и ветеранские почести

Файл:HH41431.jpg|Сумеречные Рейдеры. Устаревшая итерация XIV легиона, тёмно-серая броня с кроваво-красной расцветкой правого плеча и руки, присущая Сумеречным Рейдерам, стала вновь появляться на неопознанных лояльных Астартес.

Принято считать, что использование вертикальных полос на шлеме для обозначения старшинства появилось в XIV легионе в процессе его реформирования в Гвардию Смерти и позже стало общепринятым для обозначения ветеранов и командиров тактического уровня.

Некритичные для функционирования систем доспехов повреждения оставлены в качестве почётных отметин. Нанесена дополнительная иконография легиона и «Око змеи» (как символ принадлежности к стану предателей).

Легионер Колос Ворр

Тяжёлый штурмовой резерв

7-я Великая рота

Прочёсывание Ласкала IV

Данное изображение основано на информации, собранной десантной группой Имперской Армии, прочёсывавшей руины Ласкала в поисках ответа на вопрос – кто же стоял за тотальным истреблением колонистов. Оно было использовано в качестве приложения к примерам стратегии, стоявшей на вооружении Легионес Астартес Гвардии Смерти. Удалось установить принадлежность этого легионера к команде Могильных Стражей 7-й Великой роты – специалистов в обращении с экстремальным биоалхимическим вооружением, которое получало всё большее распространение в легионе Мортариона. В дальнейшем легионер был идентифицирован как Колос Ворр – в этом деле помогло незначительное количество личной геральдике на модифицированной под нужды Могильных Стражей терминаторской броне модели «Катафракт». Этот подтип брони снабжён встроенным химическим газомётом «Облако смерти», чьи характерные выхлопные трубы виднеются за спиной воина.

Особого внимания заслуживает символ в виде перекрещенных кос на правом плече, в таком контексте он означает, что его носитель или всё его подразделение было удостоено одобрения примарха легиона за учинённый на поле брани урон противнику.

1. Штурмовой гранатомёт: выполнен на заказ, модель, специально изготовленная для Могильных Стражей.

Легионер Соллан Гас

33-е тактическое отделение, 6-я Великая рота

Терзание Доминики Минор

Легионер Гас изображён тут в экипировке разорителей – тактических легионеров со снаряжением ближнего боя. В этом случае предпочтение отдавалось практичному высокопрочному боевому клинку и болт-пистолету. Анализ сокрушительного удара Гвардии Смерти по Доминике Минор показал, что многие линейные подразделения, подобные 33-му, были высажены прямиком в гражданские секторы и вырезали там всех, попадавшихся им на пути, не делая различий между бойцами ополчения и бегущими в ужасе горожанами.

Доспех легионера Гаса представляет собой гибрид из брони МК-III и частей, созданных специально для его легиона. Место происхождения этих модификаций является предметом спора до сих пор, но некоторые ремесленники-саванты из Механикум утверждают, что эти детали могли быть разработаны или в мире-кузнице Анвилус IX, или даже примархом Мортарионом лично. Наблюдаемые модификации включают в себя усиленное фильтровальное устройство, более прочную фронтальную броню и другие улучшения, предназначение которых неясно.

1. Болт-пистолет модели «Фобос»

2. Боевой клинок: подтип «Череп» с мономолекулярным лезвием

3. Мелта-бомба, крак- и фраг-гранаты

«Истинное величие проявляется не тогда, когда выигрываешь славный бой при свете дня в окружении бравых товарищей, а когда мужественно сражаешься в одиночку в кромешной тьме, без надежды на подкрепление, сознавая, что канешь безымянным в забвение, и всё равно пренебрежительно плюёшь прямо в око ночи».

Лев Эль’Джонсон, примарх Тёмных Ангелов, «Отражения в зеркале войны», том III

Итоги резни в зоне высадки ввергли Империум в период анархии, который позже был назван историками эрой Тьмы. Лоялисты были потрясены, никто не мог сказать, кто был союзником, а кто предателем, и столь тяжёлым оказался этот удар, что встал вопрос о выживании самого Империума. Бури в варпе продолжали усиливаться, делая путешествия сквозь пустоту опасными и затянутыми во времени, а астропатическую связь на сколь-либо значительных дистанциях – практически невозможной. В результате защитники Империума лишились прямого контакта друг с другом, оказались разобщены, уязвимы для атак и отделены друг от друга не только расстоянием, но и непреодолимыми опасностями.

Для Рогала Дорна, на чьих плечах лежала судьба Терры, а может, и всего Империума, то был период разочарования, попыток проанализировать свои силы и скоординировать их действия. Большую часть флота собственного легиона Дорн отправил в качестве сил возмездия на Исстван для противостояния изменникам, но экспедиция столкнулась с бушующим варпом, а позже была атакована предателями из числа Железных Воинов. Хоть флоту и был отдан приказ на возвращение со всей возможной скоростью, единой силы он уже собой не представлял. Из беспокойных Эмпиреев вместо отбывшего несколько месяцев назад великолепного флота численностью в несколько сотен кораблей, в систему Сол прибывали израненные разрозненные флотилии. Тем не менее, расквартированные на Терре остатки Имперских Кулаков имели преимущество в виде громадных военных активов, например, элитных воинов Легио Кустодес и многочисленного Имперского боевого флота, базировавшегося на сатурнианских верфях. С другой стороны, восстание и последовавшая за ним гражданская война на Марсе отрезали их от ресурсов Красной Планеты, хуже того, главный мир-кузница засел смертельно опасной занозой в боку лоялистов, отвлекая Дорна от планирования обороны Терры перед лицом неминуемого нападения.

То немногое, что было известно повелителю Дорну о разразившихся на Исстване бедствиях, происходило от примарха Гвардии Ворона Коракса. Вырвавшись с окровавленных песков зоны высадки, он возглавил остатки своего легиона в борьбе за выживание длительностью в девяносто восемь дней, окончившейся его чудесным спасением, когда челюсти врагов уже практически сомкнулись вокруг смельчаков. Не имея точного представления о размахах предательства магистра войны и допуская, что Гор будет поджидать его возле Освобождения - родного мира XIX легиона, где он мог бы укрепиться и перегруппироваться, Коракс отправился по бушующим просторам варпа прямиком на Терру, где и поведал о масштабах резни в зоне высадки. После этого Коракс, собрав оставшиеся несколько тысяч своих воинов и вооружившись отчаянной надеждой, отправился к родному миру, чтобы там попытаться возродить своё разбитое воинство.

О других преданных в зоне высадки легионах достоверной информации было ещё меньше. Коракс подтвердил горестную весть о гибели своего брата Феруса Мануса, повелителя Х легиона, от руки их общего брата - примарха Детей Императора Фулгрима. Это известие до глубины души потрясло Малкадора и членов Совета Терры. О самих Железных Руках было известно то, что многие из них впали в полное помешательство, узрев смерть отца, и отчаянно бросились в горнило войны, пытаясь собственными смертями унять боль потери. Впрочем, значительное число Железных Рук избежало резни, и если на поверхности таких счастливчиков было мало, то в космосе многие смогли вырваться из смертельной ловушки, подготовленной флотами легионов мятежников, и рассеяться среди звёзд. Некоторые образовали изолированные банды, ведшие собственные войны против предателей, как, например, печально известные «Красные Когти» Аутека Мора, другие же отбросили все прежние клятвы верности и приняли новые цели, как это произошло с ротой, известной по некоторым записям под именем Сердце Камня. Нашлись и те, кто, последовав за Шадраком Медузоном, образовали специализированные небольшие группировки, медленно сраставшиеся в единую достаточно свободную структуру – армию разбитых легионов, включавшую в себя подразделения других сил, пострадавших в самом начале предательства на Исстване.

Судьба Саламандр была всё ещё неизвестна. Пережившие резню свидетельствовали о вспышке беспощадного атомного огня, поглотившего весь сектор, в котором сражались последние сыны XVIII легиона. Из трёх преданных в зоне высадки легионов Саламандры пострадали больше всего, мало кто из них сумел выбраться живым. Большинство из этих счастливчиков либо присоединились к разбитым легионам в теневой войне против предателей, либо, что встречалось реже, образовали собственные, состоявшие только из Саламандр, группировки, например, последователи так называемого Пророка Огня при осаде Мезоа и освобождении Гота. В то же время малочисленный гарнизон Ноктюрна во исполнение принесённых клятв начал активные оборонительные действия по защите родного региона, продолжая беспрепятственный набор рекрутов во имя своего примарха и в соответствии с традициями легиона. Что касается примарха Вулкана, то большую часть эры Тьмы он числился погибшим.

Разумно было бы предположить, что бремя обороны просторов Империума должно было достаться тем, кто не только повелевал легионами равными, а то и превосходившими по мощи Имперских Кулаков, но и не пострадал от ужасов резни в зоне высадки. Наиболее очевидным кандидатом для столь тяжёлого задания был неукротимый Робаут Гиллиман со своими Ультрадесантниками, численно превосходившими любой другой легион. И вот тут вновь проявился тёмный гений магистра войны. Накануне свершившихся на Исстване III злодеяний, Гор, скрывавший в ту пору поглотившее его душу предательство, отправил владыку Ультрамара и практически весь XIII легион на Восточную окраину галактики, приказав им собраться в системе Веридии для отражения ожидавшегося нападения со стороны орков из империи Газлака. Ультрадесантники были полностью лишены коммуникаций в тот момент, когда рука предателя в виде легиона Несущих Слово нанесла им сокрушительный удар. Не установив связи с Террой, Гилиман пришёл к ужасному умозаключению, что Тронный мир пал.

Грозные Кровавые Ангелы также оказались вдали от Терры. Готовясь к мятежу, Гор встретился со своим братом примархом Сангвинием и поставил перед ним и основными силами IX легиона задачу по умиротворению сектора Сигнус. Как и другие подобные приказания, этот тоже вёл в западню. Кровавые Ангелы слишком поздно вернулись из того ужасного конфликта, и когда они возвратились, то были уже не теми, что прежде. В конечном счёте, не зная текущего статуса сынов Сангвиния, Рогал Дорн решил для себя, что брат не сможет помочь ему в деле обороны Терры.

Статус Тёмных Ангелов был также неясен их братьям по оружию, поскольку I легион вот уже несколько лет занимался решением проблем вдоль тёмной границы Щитовых миров далеко на востоке Галактики. Был ли тот конфликт результатом подготовительных действий Гора, обеспечившего таким образом удалённость Тёмных Ангелов от Исствана, где развернулись трагические события предательства, или же у загадочного примарха I легиона Льва Эль’Джонсона были какие-то собственные мотивы, остаётся невыясненным и поныне. Какой бы ни была истина, Тёмные Ангелы узнали о предательстве уже после резни в зоне высадки, повлекшей за собой катастрофические последствия. Они не сыграли значительной роли в последовавших событиях, поскольку были заняты противостоянием с Повелителями Ночи в ходе Трамасского крестового похода. И пока Тёмные Ангелы концентрировались на решении проблем в дальнем космосе, Терра и центральные миры не могли рассчитывать на их помощь.

В отличие от молчавших Гиллимана и Льва, Дорну удалось связаться с некоторыми другими братьями-примархами, сохранившими верность Императору. Волчий Король, Леман Русс, повелитель VI легиона, выполнял карательную миссию в отношении Магнуса Красного, примарха Тысячи Сынов, нарушившего личный запрет Императора на использование психических сил. И здесь не обошлось без загодя спланированной коварной уловки Гора, который вмешался в события и с помощью манипуляций Руссом сумел добиться изменения цели операции с доставки Магнуса живым на Терру на доставку его мёртвым, и, в качестве дополнения – зачистку легиона Тысячи Сынов. В развернувшейся апокалиптической битве Космические Волки, несмотря на то, что их поддерживали Сёстры Безмолвия и Легио Кустодес, понесли тяжелейшие потери, а их противник был практически полностью уничтожен. После того как поверженный Магнус вместе с остатками своего легиона сбежал в убежище, в которое следовать за ним было невозможно, Русс отвёл своих воинов к Алаксесу, чтобы зализать раны легиона, а когда разразилась гражданская война, Волчий Король смог установить контакт со своим братом, Джагатай-Ханом.

Владыка Белых Шрамов и легионеры Пятого проводили операции против орков из системы Чондакс неподалёку от Космических Волков, и когда последние, оказавшись под ударом громадного флота Альфа-Легиона, отчаянно нуждались в подкреплении, Белые Шрамы пришли им на выручку. Как только возмущения в варпе утихли настолько, что появился шанс установить контакт между астропатами флота и Террой, Дорн, оценив ситуацию в масштабе разразившейся тотальной войны, приказал Руссу вышвырнуть флот Альфа-Легиона в глубины космоса.

Зона боевых действий разрасталась во все стороны по телу погруженного в хаос и по большей части сокрытого Империума, и, насколько могли судить повелитель Дорн и Сигиллит, Имперским Кулакам предстояло в одиночку нести бремя обороны Тронного мира. До тех пор, пока штормы не утихнут или легионы, по незнанию выполнявшие двоякие приказы магистра войны, не пробьются сквозь бури, защитникам Терры предстояло встретить свою судьбу в одиночестве посреди пылавшей вокруг них Галактики.

Предательство легионов, учинивших резню в зоне высадки, было абсолютным попранием всех столь тяжело завоёванных побед Великого крестового похода, и имена этих легионов были широко известны. Нет никаких сомнений в том, что магистр войны и его подельники сумели обратить сотни тысяч некогда абсолютно верных трону легионеров против Империума и их братьев, но достигнутый охват никогда не был абсолютно полным. Природа начатого Императором необъятного крестового похода была такова, что в то время как основная часть легиона сражалась в качестве единой армии под началом своего примарха, существовало множество раскиданных по всему Империуму контингентов и экспедиций, отправленных во внешнюю пустоту. Непрекращающиеся и изменчивые запросы с театров войны по приведению к Согласию, подавлению рецидивистских строев и поддержке разведывательных сил вольных торговцев приводили к появлению контингентов космодесантников различной численности – начиная с отделения и заканчивая батальонами, проводившими операции за пределами радиуса действий агентов магистра войны, в то время как яд предательства растекался по их родным легионам.

В большинстве случаев такие контингенты просто-напросто находились слишком далеко, и тем самым избежали растлевающего касания предательства. К тому времени, когда они, в конце концов, возвратились и вошли в области действия средств коммуникации с Империумом, (ведь астротелепатическая связь была практически невозможна из-за бушующего варпа), кости уже были брошены, а ходы – сделаны. Столкнувшись с фактом предательства, эти воины видели магистра войны в истинном свете, а своих братьев считали изменниками, им ничего не оставалось делать, кроме как порвать связи с бывшими родственниками. Нет никаких записей о числе подобных вернувшихся из дальних походов отрядов, истреблённых своими же братьями по оружию.

Есть основания полагать, что по мере развития событий и появления ясности в намерениях магистра войны, некоторые из легионеров предателей могли пересмотреть вопрос о своей верности. Предательство Гора распространялось по легионам с шокирующей скоростью, но его влияние на отдельных воинов зачастую было коварным и разнообразным. Легионер мог, например, согласиться с тем, что Император оставил свои легионы, и что именно Гор, а не Совет Терры, имел право властвовать вместо него. Далее, этот же воин мог бы потом увидеть необходимость в короткой, но решительной войне внутри легиона, дабы очистить его ряды от тех, кто не обладал мощью и дальновидностью достаточными для противостояния силам, бравшими под контроль зарождавшийся Империум.

Когда истинная верность магистра войны стала очевидной, даже те, кто следовал его приказам на Исстване и других местах, могли пересмотреть свою точку зрения. Когда призванные Эребом из Несущих Слово и другими адептами силы стали более знакомыми, а вековые истины объявлены ложью, внутренние позиции многих воинов пошатнулись. Не каждый мог перешагнуть последнюю черту и вступить в союз с сущностями, являвшимися основой мятежа, осознание природы этих сил для многих пришло слишком поздно, когда всякая надежда на спасение или искупление была утрачена.

Несмотря на скудность записей, отчёты о небольших отрядах независимо сражавшихся легионеров, некогда состоявших в рядах известных предавших Императора легионов, появлялись с завидным постоянством на протяжении всей войны. В нескольких уцелевших записях, ныне тщательно сокрытых от всех, упоминаются так называемые неформальные соединения воинов, получивших известность как Чёрные Щиты. Большинство Чёрных Щитов были Легионес Астартес, но некоторые, возможно, относились к другим фракциям. В некоторых случаях наименование таких формаций имело буквальный смысл – воины скрывали геральдику родного легиона, закрашивая чёрным цветом элементы брони. В других случаях, изгнанники наоборот, гордо носили изначальные цвета, считая себя истинными наследниками легионов. Так, например, 34-й миллениал Детей Императора (Орлы Смерти) гордо носили золотые и пурпурные цвета родного легиона, отказываясь избавляться от старой геральдики. Считается, что миллениал Орлов Смерти столкнулся со своими бывшими братьями на Лете и у Ревортского укрепленного района в Коронидских Глубинах, но что с ними сталось в итоге, неведомо никому и поныне, это же можно сказать в отношении многих подобных формирований.

Безымянный легионер

Орден Тертий, клан Фелг

Резня на Ласкале

[Взято из пикт-записи, сделанной лоялистами во время исследования резни на Ласкале в начале боевых действий у Бездны Грааля.]

Тело этого легионера было обнаружено в окружении мертвецов из местной ауксилии внутри загерметизированного укреплённого бункера, располагавшегося внутри столицы. Кровь на стенах и дверях убежища, а также повреждения доспехов легионера свидетельствуют об ожесточённой схватке. В конечном итоге, все находившиеся внутри бункера погибли от воздействия хлынувших в опечатанное убежище потоков нейротоксинов.

Изображение на нагруднике свидетельствует о принадлежности этого легионера к клану Фелг, а едва различимая инсигния на правом наплечнике указывает на то, что он состоял в ордене Тертий, в 25-й когорте – подразделения охотников, развёрнутого на поверхности Исствана V, хотя другие знаки отличия этого не подтверждают. Учитывая лоскутный характер его брони, явно собранной из нескольких разных комплектов, вышеприведённые утверждения стоит подвергнуть сомнениям. Каким образом он оказался на Ласкале в момент нападения Гвардии Смерти остаётся невыясненным.

1. Цепной меч модели «Громовая кромка»

2. Болт-пистолет модели «Умбра»

3. Мелта-бомба, крак- и фраг-гранаты

Ветеран-сержант Валтус Моран

21-й оккупационный эшелон 42-й роты

Гарнизон Манахейского Содружества

Небольшой контингент Имперских Кулаков, спешивших на Лету, чтобы предупредить Содружество об атаке, был многократно превзойдён в численности силами Сынов Гора, явившимися для захвата планеты для своего повелителя. Когда с небес на землю обрушился шквальный огонь орбитальной бомбардировки, то выжили лишь обитатели сверхпрочных, выдолбленных глубоко в скалах и укрытых тройными щитами бункеров. Сразу после обстрела с орбиты на горстку выживших набросилась полнокровная когорта ауксилии хтонийских охотников за головами, сержант Моран со своими братьями терминаторами провел несколько успешных вылазок и сумел захватить пару-тройку кораблей, способных перемещаться на короткие дистанции в космосе, тем самым они спаслись от неминуемой смерти на Лете, правда, ценой многих жизней. Жестокая ирония войны заключалась в том, что предупреждение, за которое пришлось заплатить столь кровавую цену, не имело смысла, поскольку сама Манахея уже пала к тому моменту.

По броне сержанта Морана, запечатлённого здесь сразу после прорыва, можно судить о свирепости врагов. Из пятидесяти двух переживших бомбардировку Имперских Кулаков лишь двадцати трём израненным воинам удалось вырваться на свободу.

1. Силовой меч модели «Тартарос»

2. Комбимелта модели «Тигрус»

Почитаемый Оберас

Орден Секундий, клан Моррагул

Гефсиманский рейд

Судя по записям на корпусе представленного здесь саркофага дредноута «Контемптор», внутри находился центурион Кален Оберас, который из-за своего скверного характера, в компании многих других офицеров, получивших нарекания со стороны сурового Феруса Мануса, был переведён в клан Моррагул. Центурион Оберас пал в битве над Исстваном V на борту «Красного когтя», отражая атаку абордажной партии Пожирателей Миров.

Пикт найден в одном из разорённых городов Гефсимании, к тому времени Оберас был помещён в саркофаг дредноута для продолжения своей службы клану Моррагул. Его неистовый прорыв сквозь плохо обученные гефсиманские войска свидетельствует о всепоглощающей ярости, охватившей многих детей Горгона после его смерти на Исстване V.

Легионер Каро Нар’Шак

Боевая группа Призраки

Рота специального назначения лоялистов

Освобождение Нуминаля

Легионер Нар’Шак один из немногих из числа лояльных Астартес, сумевших пережить резню в зоне высадки и покинуть планету на борту «Громового ястреба» «Охидоран». Он участвовал в захвате «Чернокнижника» - корабля Повелителей Ночи, который, находясь под сильным огнём предателей, всё же выбрался из системы Исствана. Спустя девять месяцев, сумев избежать уничтожения и пленения, «Чернокнижник» с легионерами на борту прибыл к Агатону, что можно было считать практически чудом.

Легионер Нар’Шак запечатлён здесь во время битвы за Нуминаль, эмблема боевой группы Призраки на его правом наколеннике, как и множество ноктюрнских глифов, свидетельствует об исключительной доблести этого воина. Призраки провели ряд успешных атак на ключевые сооружения Циклотрата на Нуминале, сорвав тем самым сосредоточение сил Тёмных Механикум.

1. Огнемёт пирокласта (изготовлен ремесленниками кузницы легиона)

2. Боевой нож, мелта-бомба, крак- и фраг-гранаты

Придан выжившим из командной группы Сульф на Доминике Минор

Когда-то Древний Гренн был известен как Шар’рак Гренн, консул-центурион царства Эпитемус, в легионе его уважали за преданность своим обязанностям и учению Вулкана. Почётные знаки отличия на наколенниках вместе с отчеканенным на нагруднике символом Ноктюрна напоминают о его долгой славной службе, кульминацией которой стали яростные бои на Исстване V, откуда он едва выбрался в сопровождении горстки братьев. Именно на Доминике Минор ожесточившихся сердцами выживших Саламандр настигли слухи о гибели Вулкана и полном уничтожении родного легиона, и когда на орбите мира объявился устрашающий флот Мортариона, храбрецы дали слово погибнуть, защищая планету, пренебрегая любой возможностью бежать от убийц отца.

Сержант Рейнор

28-е отделение, 135-я демирота

Бастион Квет, Манахея Люкс

135-я демирота была приданым подразделением Имперских Кулаков, расположенным в бастионе Квет на Манахее Люкс – крепости, предназначенной для сдерживания вражеской атаки до подхода подкреплений. 135-я строилась на ядре из тактических отделений и отрядов тяжелой поддержки, усиленного отделениями тактической поддержки, вроде 28-го. Бастион подвергся массированному нападению со стороны вторгшихся в Манахейское Содружество армий магистра войны. Сковав сначала небольшой гарнизон бесконечными волнами солдат, ведомых демагогами, в которых позднее опознали змеиных жрецов воинских лож, предатели затем бросили на штурм отряды Сынов Гора. На девятый день Рейнор принял командование над значительно поредевшим гарнизоном. О его судьбе мало что известно, помимо того, что он командовал 135-й демиротой до самого конца, сражаясь на разрушенных укреплениях, и к этому времени Имперские Кулаки стали последними лоялистами, сложившими свои головы в Манахейской системе.

Сержант Рейнор изображен здесь на пикт-снимке, изъятом у предателей. Он облачен в силовые доспехи Астартес MkII с личным гербом в форме скрещенных булав, пожалованным ему за оборону фрегата «Эон камня» в 856.М30. Следует также отметить обширные боевые повреждения, полученные при обороне бастиона Квет, включая тяжелое ранение.

1. Силовая булава: изготовленная мастерами, личное оружие Рейнора.

2. Волкитный разрядник модели «Марс-Омега».

Боевая группа Призраки, временная рота лоялистов, прошлая принадлежность неизвестна

Освобождение Нуминаля

Этот неизвестный легионер в опаленных и зачерненных доспехах, обозначенный в некоторых докладах после операции как «Искупление», действовал в составе одного из небольших временных отрядов лояльных Легионес Астартес, которые принимали участие в контратаке на Нуминаль. На его счету убийство более пятидесяти техноадептов, таллаксов и прочих меньших боевых автоматонов во время одиночной атаки, целью которой являлись огромные краулеры-преобразователи плоти. Вручную нанесенные лоялистские символы, украшающие доспехи воина, не принадлежат ни одной известной боевой модели или схеме перед гражданской войной, но помогают выделить его в других боевых столкновениях, как крупных, так и незначительных, во время, ставшее известным как эра Тьмы, и его конечная судьба остается загадкой.

1. Гравитонное оружие автотеллурианской модели

2. Болт-пистолет модели «Тигрус»

Великий крестовый поход начался после эры Раздора, долгой и ужасной эпохи, когда человечество применяло и в геноцидном масштабе гибло от оружия, способного уничтожать звезды, многое из которых было сотворено в предшествовавшую ей Темную эру технологий. Пока войска крестоносцев Императора отгоняли тьму, опустившуюся на миры человечества, техносаванты Механикума обнаруживали и изучали эти древние и жуткие, но очень ценные артефакты. Временами образцы старого археотеха находили и забирали себе сами герои Великого крестового похода, в руках которых они становились могущественными реликвиями, чьи названия и слава были на слуху не меньше, нежели имена крестоносцев, что ими владели.

В ходе безустанно расширявшегося Великого крестового похода было обнаружено множество отдельных образцов и некоторые типы реликвий, поэтому для их классификации, определения природы и воспроизведения функций прилагались немалые усилия. Впрочем, чаще удавалось понять технологию, заложенную в их основу, чем создать рабочую копию. Тем не менее, попытки разгадать древние технологические основы артефактов продолжались, пока совершенные в процессе сопутствующие открытия по экспоненте расширяли машинный канон.

За десятилетия Великого крестового похода многие реликвии Темной эры технологий успели сменить множество хозяев и стали ассоциироваться с тем или иным институтом либо органом. Иногда определенные организации предпочитали специфические классы реликвий, находя их соответствующими своим боевым доктринам или склонностям. В особенности касалось Легионес Астартес, которые, выявив пользу некого класса реликвии, старались в дальнейшем заполучить другие ее образцы, не брезгуя даже преимуществами возвышенного статуса в армиях Императора, чтобы заставить другие организации отдать имевшиеся у них в распоряжении реликвии.

Это оружие в виде мерцающей металлической пули содержит внутри себя целый улей со многими миллионами наноскопических машин. При освобождении они могут в мгновение ока разделить цель на составные атомы. Механикумы понимают принципы работы нанитов, но не знают, как они воспроизводятся внутри улья, поскольку все, кто пытался изучить процесс, сами подвергались нападению, словно машины не желали выдавать секреты своего создания.

Ужасный гибрид технологий смещающего поля и пустотного щита, варп-сдвигатель – это реликвия Темной эры технологий, которую механикумам так и не удалось воспроизвести, несмотря на понимание базовых принципов его работы (хотя в процессе множество тестовых объектов были испепелены, обращены в биологические отходы либо вывернуты наизнанку). Устройство проецирует локализированное взаимодействующее варп-поле, которое активируется при выявлении им приближающейся высокоэнергетической атаки. Выстрелы поглощаются кратковременными микроскопическими прорехами в варпе, спасая владельца от урона. Больше того, когда микропорталы раскрываются для поглощения вражеской атаки, они извергают мимолетные, но мощные сгустки чистого имматериального варп-вещества по траектории выстрела, иссушая тела врагов ужасающим взором бездны.

Существует очень малое количество найденных образцов этой технологии, но и те крайне ценимы ограниченным числом имперских слуг, которым удалось заполучить их в свое распоряжение. Реликвия использует генератор фазового растяжения, позволяющий носителю совершать мгновенный «фазовый переход» из одного места в другое, притом не преодолевая разделяющее их расстояние, что делает ее довольно полезной для ассасинов, диверсантов и других агентов, которым требуется незримо обходить вражескую оборону.

Считается, что когда-то это устройство применялось для превращения жителей целых миров в машины для убийства по одной команде, позволяя простым колонистам становиться непобедимыми сверхсолдатами во время непрекращающихся войн, которые велись задолго до рождения Империума. Хотя использование системы сопряжено с инвазивным вмешательством в работу нервных окончаний, надпочечников и мускулатуры, ее образцы представляют ценный трофей, пусть многие и считают ее применение бесчестным или неразумным.

Эта реликвия генерирует локализированное преломляющее поле, искажающее свет и множество других видов электромагнитного излучения, чтобы делать своего носителя невидимым для невооруженного глаза и большинства машинных сенсоров.

Технология пустотного щита граничит с эзотерикой, однако в общем и целом она понятна для Механикума и используется как средство защиты сооружений и крупных машин войны вроде титанов. Однако конкретно этот образец, обнаруженный квесторами Механикума на передовой Великого крестового похода, представляет собой миниатюризированную копию технологии, и до сих пор так и не был удачно воспроизведен. Установленный на сбрую генератор проецирует практически непробиваемый силовой щит, который защищает носителя вместе со всеми, кто стоит рядом, но, по-видимому, он может представлять опасность при катастрофической перегрузке под вражеским огнем.

Данная реликвия стала предметом крупной доктринальной схизмы во множестве культов и сект Механикума. Многие техноадепты расценивают само ее существование как ересь, тогда как другие видят в ней чудо давно минувшей эпохи. Контагиум Механика – это «машинный вирус», переносимый подвижными нанитами и способный одолеть механизмы практически любой искусственной системы, с которой вступает в контакт.

Кортика-прим – это бионический имплантат, заменяющий большую часть неиспользуемой височной доли техножреца, и внедряющий в его мозг и центральную нервную систему инвазивные нейрозонды. В обмен на утрату толики личности, устройство позволяет ему плотно интегрироваться с кибернетическими системами, например, мощными автоматонами, которые служат в армиях Механикума.

Метафазовый считыватель является устройством, способным обнаружить практически все известные Механикуму формы энергетического излучения, а также еще несколько, о которых магосы Омнисии не знают вовсе.

Среди разрастающейся аристократии Империума наперстное оружие ценится в качестве символа престижа и богатства, и оружие класса «Апекс» – самое дорогостоящее из них. Хотя все они выглядят как безобидные кольца-украшения из редчайших металлов, украшенные драгоценными камнями, на самом деле они являются миниатюрным оружием устрашающей мощи, способное одним жестом владельца извергнуть силу солнц и обратить в пепел любого врага.

Утверждают, что Пирикс Экстазис – небольшой, но тяжелый ящик, созданный в конце Темной эры технологий, – представлял собою супероружие, которому следовало сдержать грядущие кошмары эры Раздора. Внутри Пирикса находится психоразрывающий резонатор, который воздействует на первобытные участки мозга жертвы, вызывая чувство полнейшего ужаса, из-за чего в их разумах носитель превращается в существо из ночных кошмаров.

Известно о существовании лишь нескольких образцов этого крайне сбалансированного, изготовленного мастерами оружия, и все они честными и нечестными способами достались чемпионам Детей Императора. Ясный клинок обладает могущественным машинным духом, который, по словам некоторых, опасно близок к тому, чтобы переступить древний запрет на машины с самосознанием. Благодаря интеграции с силовыми доспехами носителя посредством авточувств, движения оружия и носителя координируются на уровне, воспроизвести который способы только самые лучшие мечники.

Слепые шлемы, сорванные сынами Пертурабо с тел Черных Судий, – это бионически ассимилированные бронированные шлемы, которые подходят к силовым доспехам Легионес Астартес из-за их общего происхождения от систем шаблонных конструкций. Шлем содержит компактный резонатор, генерирующий диэлектрический корональный разряд, который выпускается против любого противника, пытающегося атаковать носителя.

Найденный в квантово опломбированных хранилищах собранной дани глубоко под горами Хум-Карты на Чогорисе, Парфинянский Змей – это лук, не уступающий многим продвинутым баллистическим системам. Оружие стреляет молниями высокоэнергетических частиц, которые генерирует и направляет носитель, испуская разряды посредством высоколокализированной микрогравитационный системы линз.

Кривые сверхпроводящие зубья этих молниевых когтей-реликвий излучают настолько мощный жар, что с презрительной легкостью разрубают даже камень. Бронированные кожухи каждого когтя скрывают в себе компактный термоядерный реактор и мощное магнетическое сдерживающее поле, но тайны этого оружия так и не были разгаданы Механикумом, поскольку Космические Волки не собираются лишать себя этого воистину мощного оружия войны.

Все немногочисленные известные образцы длинного и тяжелого кольчужного плаща «Индомитан» были найдены в подъярусных канавах ульев Инвита. В каждое его звено вплетены микроцепи, способные ослаблять и рассеивать разные формы энергетического излучения, включая тепловую, кинетическую и радиационную атаки.

Происхождение людолова остается загадкой, хотя некоторые утверждают, что он был создан не человеческими руками, но где-то глубоко в Вурдалачьих Звездах, регионе космоса, в котором обитают ужасные ксеносы, абсолютно чуждые здравому рассудку. Повелители Ночи нашли для нескольких обнаруженных образцов этого устройства особое применение, когда им требовалось захватить врага живьем ради одних им ведомых кошмарных целей.

Этот двуручный меч настолько тяжелый, что поднять его могут только самые могучие воины, однако его мощь скрыта не в весе, а в обжигающе белом фотонном преломлении, что отковано в металле, выстоять против которого способны немногие жертвы. Считается, что оружие создала одна из сторон гражданской войны, поглотившей систему Ваала при сошествии Старой Ночи. Немногочисленные его сохранившиеся экземпляры были обнаружены в радиационных пустошах, и представляют большую ценность для благородных воинов Кровавых Ангелов.

Первые из известных образцов гравиперчатки – тяжелой, устанавливаемой на запястье разновидности гравитонной пушки – обнаружили эксплораторы Механикума, исследовавшие восточные окраины галактического ядра. После того как механикумы увидели смертоносную эффективность оружия против твердынь ксеносов, его передали примарху Железных Рук в знак признательности за помощь, которую оказал его легион в той изматывающей кампании.

В удлиненное древко этого оружия вмонтирован мощный сейсмический аккумулятор. При ударе в землю от его твердых зубцов начинают расходиться непрерывно усиливающиеся сейсмические волны, заставляя дрожать и стенать от муки саму кору мира. Пожиратели Миров применили разрушительную мощь этого оружия при истреблении овеянных ужасом экзоштаммов Ларкарского разлома.

Этот созданный ремесленниками короткий меч с широким лезвием носили в сражения многие поколения чемпионов Ультрамара после его обнаружения в древних человеческих руинах одного из внешних миров системы Прандиума. Оружие скрывает в себе замысловатый гироскопический индуктор, из-за которого им дьявольски трудно овладеть, однако его удары почти невозможно предсказать или парировать.

Это оружие имеет состоит из тяжелого железного древка, на котором висит цепь с огромной перфорированной металлической сферой. Внутри находится сложный механизм фильтрации и экстракции, который впитывает из воздуха даже микроскопические количества токсичных элементов. Затем концентрированная отрава рассеивается вокруг носителя, убивая всех недостаточно защищенных самым ужасным, мучительным и долгим способом.

Этот сияющий кристалл носят на шее либо вправляют в ладонь или лоб, и используют для фокусировки врожденного психического таланта носителя либо значительного усиления психических способностей, позволяя разрывать врагов чистой энергией разума. Несколько его образцов нашли в удаленных мирах человечества, и воины-мудрецы Тысячи Сынов приложили большие усилия, чтобы заполучить их в своей безустанной погоне за знанием.

Катафрактарии-прим – это ранние образцы доспехов «Катафрактарий», модифицированные из комплектов, предназначавшихся для выживания внутри работающих плазменных реакторов. В то время как один комплект остается у марсианских механикумов, а второй в кузнице самого легиона, третий традиционно носит штурмовой капитан Сынов Гора, возвысившийся среди элитных терминаторов-юстаэринцев. Его улучшенные системы генерации и передачи дарят носителю защиту, намного превосходящую прочие модели терминаторской брони.

Это совершенно новое и, как могли бы выразиться некоторые техносаванты, эзотерическое устройство взаимодействует с широким спектром полей, включая и те, что создают малоизученные чужаки, обитающие в измерении чистой энергии, коим является варп.

Этот огромный щит содержит в себе термический проводник, обнаруженный магосом Клилом из культа корпускариев. Хотя ему не удалось воспроизвести его работу, в ходе Великого крестового похода были найдены и другие экземпляры, из них несколько Саламандрами. При включении реактора «Зерота» наружная часть щита превращается в обжигающе белую поверхность, столь мощную, что любое соприкасающееся с ним оружие мгновенно превращается в шлак, если нападающий не ослепнет до того, как попытается нанести удар.

Несколько образцов совершенного оружия с мономолекулярной кромкой, которое теперь повсеместно используется в армиях Империума, были найдены в ходе продвижения Великого крестового похода вглубь Галактики. Тем не менее, самые первые из них отыскались задолго до начала Объединительных войн, и они крайне ценились зерийскими племенами, откуда были родом первые рекруты XIX легиона (позднее Гвардия Ворона).

«Дракайна» – это мощный пистолет совершенно неизвестной модели СШК, вероятнее всего, чужеродного происхождения. По своему принципу действия «Дракайна» похожа на игольный пистолет, и стреляет гибридным вирусом-токсином, настолько опасным, что он может убить в считанные секунды и переметнуться на следующую жертву, прежде чем то, что осталось от первого тела, успеет коснуться земли. Откуда Альфа-Легион получает или синтезирует этот яд – одна из бесчисленных загадок, окружающих этот самый таинственный из всех легионов.

«Не бойтесь смерти, ибо смерть – это основа основ природы. Бойтесь лучше смерти, лишенной смысла».

Древняя терранская пословица

Несмотря на восстановление человеческого владычества над Галактикой, множество образцов древнего могущества и мастерства по-прежнему остаются предметами мифов и легенд, за исключением нескольких реликвий, переживших Старую Ночь. Из них чаще всего встречается личное вооружение невиданной огневой мощи и красоты. Будь оно пулевым оружием, которое стреляет микроядерными снарядами, либо же испускает слепящие лучи-убийцы, черпая энергию из магнитосферы планеты, столь бесценные артефакты войны достаются только избранным агентам Императора и старшим офицерам Солярной Ауксилии.

Эта мощная, хоть и не отличающаяся большим радиусом действия пушка предназначена для разрыва строя и уничтожения вражеских укреплений. Огромный реактивный снаряд, которое выстреливает орудие «Разрушитель», способен уничтожить бункер или обрушить здание на головы защитникам в волне обломков и пыли.

При необходимости Солярная Ауксилия применяет разнообразное оружие поддержки, в том числе тяжелые пушки, стреляющие снарядами различных калибров, орудия направленной энергии и ракетно-пусковые системы.

Пушка «Сотрясатель»

Осадное орудие «Медуза»

Счетверенная мортира

Счетверенный тяжелый болтер

Ракеты «Адский удар»

Автопушка «Экстерминатор»

Боевое орудие «Покоритель»

Бомбарда «Колосс»

Едва понимаемое техножрецами Марса «гравитонное оружие» относится к типу проецирующих гравитацию устройств такой сложности, что немногочисленные уцелевшие их образцы являются реликвиями давно ушедшей эпохи. Подобное оружие доказало свою полезность в сражениях на звездолетах или в условиях нулевой гравитации. Максимальной мощности гравитонного оружия хватает, чтобы разорвать органы и сломать кости даже под доспехами, но его основное предназначение – задержать врага и повредить технику без риска вторичных взрывов.

«Ирад» или «рад» проекторы – мощное противопехотное оружие и реликвия Темной эры технологий, которое используется исключительно вооруженными силами Механикума. Часто оно состоит из тяжеловесного генератора, который заканчивается похожим на тарелку проектором, испускающим мощный заряд смертельной межспектрального излучения. Жертвы, попавшие в зону поражения такого оружия, умирают мучительной смертью, заживо вскипая внутри – их ткани разрывает на клеточном уровне. Толстый барьер твердой материи между лучом и целью обеспечивает определенную защиту от его воздействия, но жертвы, пережившие выстрел, зачастую гибнут впоследствии от обширного радиационного заражения.

Это метко названное оружие имеет форму барочного карабина, подключенного к микрореактору, либо, как в случае с таллаксами Ордо Редуктор, кибернетическому силовому ядру. Оно испускает ионизированный лазерный луч, за которым следует фазированный электромагнетический разряд. Подобное оружие одинаково эффективно для убийства живых существ и перегрузки механических целей.

Это оружие непосредственной огневой поддержки, которое применяется подразделениями техногвардейцев-скитариев и устанавливается на некоторых боевых автоматонов, представляет собой барочную автоматическую пушку. Оно отличается от обычного тяжелого болтера только калибром, поскольку «Мучитель» использует существенно более крупные и плотные снаряды, и имеет пропорционально больший и прочный станок, необходимый для удержания его при стрельбе. Это мощное оружие, тайна производства которого бдительно оберегаются Механикумом.

Любимое оружие ассасинов терранских дворов в дни до Объединения, игольные пистолеты – сложное и элегантное личное оружие, чьи выстрелы бесшумны, невидимы и смертоносны. Лучшие его экземпляры стреляют не дающим отблеска лазерным лучом, что пробивает плоть, за которым следует головка с вирулентным ядом, сразу же проникающим в открытую рану. Такое сочетание способно убить с беспощадной эффективностью даже самого стойкого врага.

Непостижимые секреты этого смертоносного, но нестабильного лучевого вооружения ревностно охраняются адептами, заставляя некоторых подозревать, что технология эта чужацкого происхождения. При выстреле оружие испускает воющие тонкие лучи абсолютной тьмы, способные пробить самое плотное вещество. Подобно бритвам, они рубят и разрезают людей в броне и технику, оставляя за собой пульсирующие волны мглы. Необычный источник энергии этого невиданного оружия отличается нестабильностью, и катастрофическая поломка может привести к тому, что стрелка поглощает ревущее черное пламя, оставляя от него одну лишь пыль.

Имперское плазменное вооружение, перечисленное в книге правил Warhammer 40000, намного лучше понималось во времена рассвета Империума, хотя даже тогда его применение было сопряжено с опасностью. Внизу перечислены три дополнительных редких вида плазменного оружия, которое практически исчезло в последующие эпохи.

Плазменный бластер

Фазированная плазменная фузея

Пушка «Палач»

Роторная пушка, любимое оружие многих подразделений Имперской Армии, – это многоствольные стабберы, использующие электроприводы для поддержания высокого темпа стрельбы из вращающихся стволов. Их простые твердые пули среднего калибра лишены мощи болтерных снарядов, однако ураганный огонь ими может быть особенно эффективен против небронированных орд врагов и ксеноформ из плоти. Новейший прототип штурмовой пушки представляет собой более действенное и грозное воплощение принципа ее действия.

«Волкит» – это марсианский термин, охватывающий множество типов таинственного лучевого оружия, чье происхождение восходит до эры Раздора. Волкиты обладают большой убойной силой, превосходящей большинство оружия своих размеров, однако они сложны в производстве, даже для самых квалифицированных кузниц Механикума, и требования расширяющегося Великого крестового быстро перевесили возможности поставок этих реликвий. Некогда относительно распространенные в недавно основанных легионах, к началу Ереси Гора они в основном вышли из употребления и были вытеснены гораздо более многофункциональным и утилитарным терранским болтером. Перед началом конфликта, который разорвет Империум на части, немногие сохранившиеся его образцы оставались лишь в некоторых специализированных подразделениях.

Если грозный волкит, а впоследствии и мощный болтер, представляли собой стандартное тактическое вооружение легионов Космического Десанта, то стройные ряды Ауксилии Империалис в качестве основного ручного оружия с самого начала предпочитали лазерное вооружение. Легко адаптируемое, стойкое к любым погодным условиям, простое в производстве, и, учитывая технологическую базу, охотно поставлявшееся и без особых усилий поддававшееся ремонту в войсках крестового похода, все далее уходивших от Терры, лазерное оружие имело много моделей под любую нужду, от личного офицерского оружия до тактических винтовок и бронебойного тяжелого вооружения. К ним относились бесчисленные разновидности типов и моделей, начиная с «Мара-Люминаля», чья конструкция предшествовала эре Раздора и производилась под строгим контролем жречества Машинного бога, которое считало его воплощением молитвы, и заканчивая непритязательным гетрикским лазкарабином «Огнестрел», не имевшим даже предохранителя и переводчика огня, и отделанным камнедревом. Последним вооружали крайне суеверных и яростных дикарей с Юб’бала после того, как они вступили в ряды воинств Великого крестового похода.

Солярная Ауксилия, в частности, предпочитала только самое передовое и адаптивное лазерное оружие из всего, что производилось для имперских войск, обычно получая его напрямую с Терры, Марса, а позднее Восса, Теластории и Триплекс-Фолла. Положение Солярной Ауксилии в Экзертус Империалис, а также благосостояние и политическая власть ее командиров играли настолько важную роль, что стандартное вооружение для Солярной Ауксилии нередко модифицировалось с целью усиления его огневой мощи. Чаще всего это были лазвинтовки, оснащенные продвинутыми лучевыми коллиматорами для увеличения дальности поражения и кучности стрельбы, а во многих полках Солярной Ауксилии также не возражали против использования форсирующих камору сверхплотных батарей, больше известных как «бум-заряды».

Эти устройства создавали ограниченную перегрузку зарядной каморы лазгана, что приводило к выбросу нестабильного импульса энергии куда сильнее обычного лазерного разряда. Кустарные модификации подобного рода использовались всегда, однако по запросу солярных лордов адепты Механикума создали более качественные образцы для особых задач, в частности, если ожидались столкновения с крупными смертоносными породами ксеносов, известных как орки. Впрочем, столь существенное усиление огневой мощи даже самого качественного лазгана имело свою цену, и при стрельбе такое оружие могло в любой момент перегреться, а в худшем случае и вовсе сгореть. Как результат, «бум-заряды» использовались только по особому распоряжению и в самой отчаянной ситуации.

Схожий принцип воплотили в гораздо более надежном, изготовленном мастерами лазерном оружии, обычно известном как «бум-пистолеты». Это оружие могло сделать всего несколько выстрелов до перезарядки, но их останавливающая мощь не уступала даже загадочному волкитному оружию. Производившиеся мастерами-оружейниками в основном для офицеров и колониальной знати, они отличались крайней смертоносностью на ближнем расстоянии, когда жизням их владельцев что-то угрожало, будь то разъяренный хищник на охоте в далеких чужацких джунглях, либо огромный орочий шрамопарень, прорвавший строй пехоты. Бум-пистолеты считались знаком богатства и престижа, и многие из них представляли собой настоящие произведения искусства, поэтому в полках Солярной Ауксилии их обычно вручали в качестве награды или поощрения за проявленное в бою мужество.

Лазпистолет

Бум-пистолет

Ауксилиарная лазвинтовка (коллиматор) (бум-разрядник)

Мультилазер

Счетверенный мультилазер

Лазерная пушка

Лазерная система «Уничтожитель»

Гранатометы Солярной Ауксилии – это продвинутое вооружение с разными режимами стрельбы, пригодное для применения в условиях пустоты, и способное вести огонь разными типами снарядов, которые обычно не встречаются в Экзертус Империалис.

Кинетическая граната

Снаряд «Буря»

Крак-граната

Сабли, что используются в качестве основного оружия-конечности некоторых боевых автоматонов, имеют молекулярные разрывающие поля, сверхзаряженные энергией из силовых ядер.

Происхождение этого элегантного и убийственного оружия прослеживается до древних дуэльных сообществ, культов убийц и кровавых вендетт терранских дворов времен эры Раздора. Смертоносность его зиждется больше на скорости и ловкости владельца, нежели на грубой силе. Чистейший металл клинка согнут и спрессован десятки раз, затем микрозазубрен фрактально-острой кромкой. Говорят, что у каждого мастера-оружейника на Терре были свои ритуалы ковки, чтобы рисунок на каждом изготовленном на заказ клинке был столь же узнаваем для понимающих, как и клеймо мастера. Наравне с нобилями терранского двора, офицеры определенных легионов Космического Десанта предпочли чарнабальские сабли более «неуклюжим» силовым клинкам, считая их требующими настоящего боевого мастерства, в то время как прочие полагают это оружие баловством и декадентством.

Это невероятно сложное миниатюрное оружие, сконструированное ксеносами, крайне недальнобойное, но достаточно мощное, чтобы убить, несмотря на достаточно малые размеры, чтобы спрятать его в кольце, перчатке, эфесе меча или шлеме. С умелым стрелком оно исключительно эффективно в ближнем бою, где может использоваться для смертельного выстрела во врага, занятого отражением ударов бойца.

Оружие, выкованное с исключительным искусством, и невосстановимые реликвии древней мощи Темной эры технологий, совершенные клинки малочисленны и могут принимать множество форм. Наиболее распространенный совершенный клинок – это двуручное силовое оружие с исключительным балансом и прочностью, однако известно, что более редкое уникальное цепное оружие, созданное из зубов страшных ксеночудищ, и некие черные как ночь серповидные мечи, которые находят в удаленных мирах смерти на границах Звезд Ореола, обладают ничуть не меньшей феноменальной поражающей силой. Какой бы формы ни был совершенный клинок, воины Империума готовы отдать за него любые деньги.

Применяемые для увеличения боевой мощи автоматонов Легио Кибернетика, эти устройства дополняют силу удара автоматона мощным электростатическим разрядом, звук которого при попадании в цель похож на удар грома.

Добавочное тяжелое керамитное покрытие, уложенное на машину, позволяет ей выдерживать предельно высокую температуру и излучение. Покрытие такого типа обычно укладывают на аппараты орбитального удара, позволяя им выдерживать жесткие условия входа в атмосферу, а также – на некоторые осадные машины для защиты от теплового энергетического оружия.

Это устройство, считывающее энергетические следы, может предупредить пользователя о скрытном присутствии или близком появлении вражеских войск, даже если спрятано, и может даже обнаружить характерный эффект электрогравитного пробоя поблизости, предвещающего телепортационный перенос.

В полках зачастую переделывают штатные модели имперской техники, иногда превращая их в полевые стенды для проверки технологий разрабатываемых либо найденных магосами и экипажами, которые ими управляют. Одна из распространенных форм такой переделки – установка резервной и вспомогательной двигательных систем, к примеру, вторичного гальванического мотора или выносных реактивных двигателей, чтобы в случае повреждения основного движителя сохранить на какое-то время подвижность машины.

Когнис-сигнум – это продвинутая система из сенсорных устройств, обрабатываемых когитатором коммуникаций и телеметрии, которая позволяет носителю с ошеломительной скоростью воспринимать поступающие боевые данные.

В этом управляющем и сигнальном устройстве используется инфоджинн для командования боевыми автоматонами, которые оснащены кибернетическим мозгом. Это позволяет носителю наблюдать за полем боя через органы чувств самих автоматонов, а равно и следить за их состоянием и вести чёткий контроль за их действиями. Только самые опытные и особым образом аугментированные адепты Механикума и кузничные лорды Легионес Астартес могут надеяться понять, как пользоваться этим капризным устройством, и успешно интерпретировать бурный поток данных, стекающихся от его неживых подручных.

Название «киберфамильяр», применяемое технодесантниками и адептами Механикума, – это термин, охватывающий ряд разнообразных полуавтономных устройств, таких как сервочерепа, мехпауки и другие небольшие аппараты, а также низшие гемонкулиты, привязанные через прямое нейральное управление к своему оператору. Эти приспешники – продолжение воли своего хозяина, которое придает ему множество дополнительных органов чувств и способностей.

Данные реликвии ксенотехнологий представляют собой таинственную разновидность «смещающих» устройств. Этими матрицами в форме черных стеклянных амулетов обладают некоторые из вольных торговцев, и, поговаривают, они предшествуют появлению расы эльдаров. Изредка их можно найти в мертвых мирах близ границы исследованного космоса. В них содержится генератор щита, который в случае атаки телепортирует своего владельца, возвращая неподалеку несколько секунд спустя... если повезет! Следует сказать, что в марсианском Машинном культе к подобным устройствам относятся с презрением, и считают их анафемой из-за своей порочности и опасности для пользователей. Впрочем, некоторые все равно готовы пойти на подобный риск.

Архимагос-прим, который исполняет роль полевого командира, это не просто генерал, чьим приказам повинуются, он – правящая воля Тагматы, паук в центре сети инфоджиннов и украденного восприятия со всего поля битвы, что позволят ему делать тактические предсказания, основанные на нечеловечески быстрых вычислениях и точности.

Некоторые боевые автоматоны оборудованы дополнительными подключаемыми когитаторами и субинкунабульными машинными духами, занятыми непрерывным отслеживанием и ведением всех потенциальных угроз в пределах досягаемости.

Вспышечный щит защищает от обстрелов переднюю арку машины.

Этот странный образец археотеха, обнаруженный в разграбленных хранилищах древних доимперских пустотных судов, генерирует импульсы, которые создают в нескольких метрах от своего владельца энергетическое поле. Любой объект, попавший в зону его действия, как будто врезается в невидимую стену из мешков с песком. Поле сворачивается при столкновении с особо крупным объектом, но к тому времени обычно успевает выполнить свою защитную функцию.

Вексилла — это знамена, хоругви и штандарты Солярной Ауксилии, которые в бою исполняют роль точек притяжения, как для поднятия боевого духа солдат, так и для напоминания об их клятвах долга и службы. Неважно, принадлежит ли войсковая вексилла боевой секции либо является вычурным ротным знаменем, покрытым названиями миров, где она воевала во время Великого крестового похода, дело кровавой традиции и чести не позволить полковым цветам и символам когда-либо коснуться земли.

Данный термин охватывает широкое разнообразие проекторов энергетического поля и оборонительных щитов, разработанных магосами Механикума для своей защиты на поле боя и от попыток убийства соперниками. По этим причинам частота и модуляция каждого такого устройства является ревностно оберегаемой тайной.

Эти устройства, которые зачастую относятся к запретной и малопонятной технологии либо даже ксеноартефактам, генерируют пассивный щит, который останавливает направленную на носителя психическую энергию, и скрывает его разум от телепатического контакта.

Эти устройства – генераторы защитного поля, предназначенного для персональной защиты. Они окружают носителя энергетическим полем или силовым барьером, который служит для отражения или отклонения попаданий и энергетических разрядов, хотя необходимость для носителя передвигаться и сражаться, равно как и потребление энергии не дают им стать непреодолимой преградой для атак. Устройства подобного типа относительно редки и являются епархией командующих офицеров и заслуженных чемпионов, где они часто включаются в броню или амулеты и преподносятся в качестве символа покровительства или положения.

Эти кассетные бомбы при взрыве выпускают переливающийся серый туман плотного дыма и мультиспектральных электромагнитных разрядов, влияющих на работу сюрвейеров и сканеров так же легко, как и на зрение.

Это общее название специальных видов массивного оружия ближнего боя, предназначенного для дредноутов легиона и боевых автоматонов Механикума. Крушители позволяют этим тяжелым штурмовым единицам пробиваться через укрепления и легко разрушать бронированные заграждения и линии в осадной войне. Самые распространенные формы такого оружия – гидравлический таран и массивный, усиленный расщепляющим полем молот. Также в ходу и более специализированные формы осадных крушителей в виде тяжелых клещей или бурильных устройств.

Основанные на моделях, переданными Империуму Сатурнианскими владениями во время Объединения системы Сол, пустотные доспехи Солярной Ауксилии стали синонимом этой организации. Предоставляя защиту от окружающей среды и в боевых условиях, уступающую разве только силовым доспехам Легионес Астартес, пустотные доспехи, как следует из них названия, разработаны с целью уберечь солдата в самых смертоносных пустотных сражениях и в сложных экзопланетарных условиях.

В отличие от стандартной артиллерии, автоматизированная артиллерия не требует для своей работы огневого расчета.

Посвященные в сокровенные таинства и учения Механикума, будь это технодесантник, повелитель кузницы или магос, обладают опытом и способностью переделывать и проводить полевой ремонт военной техники в пылу битвы.

Многие боевые машины Солярной Ауксилии были изначально модифицированы для действий в самой опасной чужацкой среде. Они оснащены автономными системами жизнеобеспечения и изготовлены из материалов и компонентов, намного превосходящие те, что обычно используются для техники Экзертус Империалис.

Кибернетическая кора, являющаяся своеобразным синтетическим «мозгом» у самых продвинутых автоматонов, состоит из бронированной коробки со сложной биопластической массой и с похожими на нервные окончания серыми щупальцами, которые входят в корпус робота, наделяя его странным подобием жизни. Намного превосходящий по вычислительной мощности обычный когитатор, он, однако, не может считаться ни по-настоящему живым, ни разумным, в отличие от ужасного нечеловеческого «Силика Анимус» древности. Он скорее похож на первобытный воинственный инстинкт, направляемый не самосознанием и логикой, а запрограммированными повадками, просто выполняя распоряжения и приказы. В результате получается превосходное самоуправляемое оружие – машина-хищник, которая будет активно и инстинктивно преследовать противника, а также действовать с определенной долей тактики и самосохранения, на что неспособны сервиторы, но без угрозы мятежа и развития богохульного рассудка (как заявляет Легио Кибернетика).

Полевые офицеры Ауксилии известны под многими титулами, но каждый из них – это личность с уникальной историей, характером и стилем командования. Некоторые – деспоты, которых в их армиях в равной мере ненавидят и боятся, тогда как другие – напыщенные солдафоны, которых куда больше волнуют парады, нежели битвы. Но все они одинаково опасны, ибо чтобы достичь своего положения, они проявили себя умелыми лидерами и пережили опасные подковерные игры верховного командования.

Часто в довесок к воинскому званию легаты-командоры получают патент аристократа, и многих мотивирует обещание права планетарного заселения после затяжной кампании. Кое-кто покрывает себя такой славой, что Верховный Совет Терры дарит им Патент на Торговлю, наделяя беспримерным статусом, властью и благосостоянием вольного торговца-милитанта.

Невзирая на корни, легаты-командоры – стойкие и опытные бойцы, мастера тактики и стратегии, и, что главнее всего, вдохновляющие командиры, по приказам которых Солярная Ауксилия строем пойдет прямиком в ад.

Старый генерал, защитник Агатона, бывший повелитель 60-го экспедиционного флота

Один из многих полководцев Великого крестового похода, чью стремительную карьеру и заслуги затмили сверхчеловеческие Легионес Астартес, Иретон МаСад, тем не менее, стал в Солярной Ауксилии кем-то вроде легенды.

Рожденный в племенах мусорщиков иловых свалок Талакры к западу от Старой Альбии на Терре, в юности он, как и миллионы других людей, присоединился к сбору Великого крестового похода, после того как тот покинул Терранскую систему. Вступив в Солярную Ауксилию обычным пустотным солдатом, за десятилетия фронтовой службы Иретон быстро поднялся в звании благодаря своему острому уму, хладнокровной отваге и феноменальной предрасположенности к войне. В конечном итоге он заслужил редкую честь командовать целым экспедиционным флотом Великого крестового похода, когда его бывший повелитель погиб в битве, и получил внеочередное повышение, впоследствии утвержденное самим Императором.

Продлевая жизнь благодаря аугментике, после продолжительной службы МасСад вышел в отставку в качестве первого планетарного командующего мира-улья Агатон и был практически забыт своими сослуживцами, пока Ересь Гора не вынудила его из чувства долга вновь отправиться на войну.

Тактическо-командные секции Солярной Ауксилии состоят из специалистов полевого руководства и управления. Они облегчают передачу приказов, направляют действия терций и координируют артиллерийские и орбитальные операции.

В состав секции входит прокламатор со связным оборудованием, соединенным со всеми остальными командными отрядами. Стратегос, младший офицер (реже прикомандированный флотский офицер или даже экспедиционный навигатор или астропат) занимаются передачей тактических приказов и координацией орбитального огня поддержки, а также перемещений десантных кораблей, шаттлов и транспортов снабжения. Кроме того, секция включает в себя вексилария, воина, заслужившего право нести знамя подразделения. Подобная честь может достаться вексиларию за проявленную доблесть или воинский подвиг, либо за столь славные умения, что если он позволит знамени коснуться земли, то битва, считай, проиграна.

Обширное боевое расписание Солярной Ауксилии включает в себя также схемы ведения бронетанковых действий, и все старшие офицеры отлично обучены их применению.

Танковые командиры – это офицеры, которые специализируются на бронетанковых наступлениях, марш-бросках, исследованиях и захватах планет, слишком опасных для пешей разведки превосходно экипированной Солярной Ауксилией. Они славятся тем, что командуют с передовой, и своим характером и тактикой в чем-то перекликаются с кавалеристами Древней Терры. Экипажи, служащие под началом танковых командиров, считают себя элитой внутри элиты, хотя линейные ауксилиарии нередко смотрят на них с едва скрываемым презрением.

Самые известные танковые командиры Солярной Ауксилии едут в битву в командных башнях сверхтяжелых танков. Оттуда они командуют целыми полками и даже когортами танков всевозможных классов, сокрушая врагов человечества под гусеницами грозных стальных зверей.

Медикэ-санитары Солярной Ауксилии выполняют много важных задач, для которых проходят обширное обучение, а также имеют высокоспециализированное оборудование. Во-первых, они отвечают за сдерживание наиболее смертоносного врага любого человеческого воина, кроме Легионес Астартес, — болезни. Поскольку Ауксилия часто действует в мирах со всевозможными хищными и чуждыми микроорганизмами, войска могли бы в полном составе выбыть из строя еще до начала битвы, если бы не превосходные системы жизнеобеспечения Солярной Ауксилии, которыми она по праву гордится.

Во-вторых, они занимаются ранеными солдатами, чтобы те могли сражаться дальше без потери эффективности.

И, наконец, им поручена почетная обязанность оказывать финальное милосердие смертельно раненому ауксилиарию. Под конец боя медикэ-санитары Солярной Ауксилии нередко бывают измазаны в крови усыпленных ими людей, чем внушают остальным бойцам уважение и страх.

Огневая платформа «Рапира» широко используется в Солярной Ауксилии, поскольку ее прочные гусеницы могут выдержать орудие, слишком тяжелое для ауксилиария. «Рапира» и другие похожие классы оружия, которые применяются войсками Империума, выполняют множество боевых задач в атаке и обороне, и способны развертываться как в составе авангардной разведки, так и полномасштабного планетарного штурма.

Солярная Ауксилия устанавливает на платформу «Рапиры» самые разные системы, от противотанкового лазерного уничтожителя до излюбленной мультиракетницы «Бум-пушка». Впрочем, чаще всего встречается счетверенный мультилазер. Это оружие стало синонимом побед Солярной Ауксилии, и ее пехотные терции выиграли немало битв, построившись вокруг «Рапир» огневой поддержки, пока накатывавшие на них орды чужаков и обитателей примитивных миров сотнями гибли от рук неудержимых слуг Императора.

Живое оружие, чьи темные корни восходят к эре Раздора, харониты – это биоалхимически и кибернетически измененные, искалеченные телом и духом недолюди-огрины, которые превращаются в беспрекословных яростных существ после инъекции им по удаленной команде дозы наркотиков.

Харонитов можно найти в арсеналах некоторых способных на космические перелеты небольших человеческих цивилизаций сегментума Соляр. Сложные и нестабильные технологии, требующиеся для их создания, механикумы посчитали запретными и нечистыми, и к тому же они могли частично иметь чужацкое происхождение. Впрочем, благодаря прочным связям с сатурнианскими анклавами Терры и небесными твердынями Павониса, сохранившими определенную независимость после Имперского Согласия, Солярная Ауксилия получила разрешение на создание и ограниченное использование харонитов, невзирая на гневные выпады Марса.

Во время бушующей Ереси Гора многим лояльным командирам Солярной Ауксилии, особенно отрезанным от Терры, пришлось заняться производством харонитов для усиления своих войск, в частности ради того, чтобы сравниться в мощи с предавшими Легионес Астартес и темными механикумами, хотя из-за сложности создания подобные реликты Старой Ночи не получили широкого распространения.

Все ауксилиарные огрины-харониты подверглись обширным мозговым операциям и имплантации устройств химического управления. Это лишает их возможности упрямиться или поднять мятеж, однако при этом они непригодны ни к чему, кроме примитивного подчинения.

Сервокогти – это мощные, похожие на аугментику устройства специально созданы и приварены огринам вместо рук. Они были созданы в ранние дни Великого крестового похода, и изначально предназначались для схваток в тесных корабельных коридорах. Спроектированные для усиления огринов, и без того наделенных сверхчеловеческой мощью и ростом, они без труда сокрушают и пробивают броню и керамит, и даже если огрин-харонит вцепится в кого-то обеими «руками», они разъединятся с огромной силой, безжалостно расчленяя своих жертв.

Ни одна армия Императора не смогла бы вести войны Великого крестового похода либо эры Тьмы без поддержки Механикума, ибо только адепты Омниссии способны обслуживать потрясающе разнообразное оружие, военную технику и специальное снаряжение. С этой целью Солярную Ауксилию сопровождают рати адептов, в рядах которых представлены самые разные ордены и секты Механикума, исполняющие бесчисленные задачи.

Иногда адепты идут в бой вместе с Солярной Ауксилией, где их владение машинными искусствами можно применить самым разрушительным образом. Некоторых окружает свита сервоавтоматонов, которые прикрывают их огнем и дополнительно защищают от врагов. Помимо устрашающего многообразия смертоносного оружия, которое использует в битве технопровидец, он также может ремонтировать поврежденные машины и улучшать полевые укрепления, а также отдавать команды на техническом канте боевым автоматонам Механикума, которые также могут сопровождать подразделение.

Основу Солярной Ауксилии составляют пехотные терции – подразделения до трех лазвинтовочных секций, обученных и снаряженных биться в плотном строю как часть роты. Они также могут действовать в качестве моторизированной пехоты, когда каждая секция размещается в собственном бронетранспортере «Дракосан», прочном транспорте, который сочетает в себе толстую броню, многофункциональные системы жизнеобеспечения и большой запас хода, и на время проведения кампании становится операционной базой секции.

При боевом развертывании в качестве колониальных экспедиционных сил Солярной Ауксилии приходится высаживаться во враждебной зоне, которую она сразу же укрепляет в ожидании сокрушительной вражеской контратаки. Для этих целей ее сопровождают саперные роты, которые в считанные часы после выброски подготавливают местность к обороне, возводя линии укреплений с огневыми гнездами, складами боеприпасов и связными узлами. Заявившийся противник наталкивается на пластальную стену, ощетинившуюся сталью и воинами, для которых отступление не вариант, а победа – это единственный способ дожить до завтрашнего дня.

В Солярную Ауксилию вступают выходцы со всех уголков Империума, от пусторожденных астероидных горняков до отбросов из подульев, и тем самым помогают Империуму расширяться. Большинство рекрутов отправляются в линейные полки Имперской Армии, но те, кто проявил правильное сочетание агрессивности, дисциплины и мастерства в обращении с оружием, вступают в когорты Солярной Ауксилии, чем открывают для себя жизнь, о которой они не смели мечтать, попадая из сточной канавы прямиком на пожизненную военную службу.

Широко распространен образ ауксилиарных лазвинтовочных секций как стройных рядов солдат, непоколебимо стоящих на пути у орд чужаков, но их можно использовать разными способами. Пехотные секции умеют вести бой в свободном строю и в зонах морталис, либо идти в массированные наступления по самым враждебным полям битв Галактики, и, говорят, Солярная Ауксилия уступает лишь трансчеловеческим Астартес, элите вооруженных сил человечества.

Велитарии – наиболее опытные и храбрые солдаты в Солярной Ауксилии, снаряженные самым мощным оружием и выполняющие самые опасные боевые задачи. Штурмовые секции велитариев зачастую собраны в особых резервах уровня когорты, служа в роли личной свиты своего командира и под его прямым началом, либо действуют на ротном уровне. В некоторых случаях они могут служить официальной почетной гвардией легата-командора, вооружаясь силовыми топорами, которые иногда используют в битве.

Велитарии исполняют множество разных задач. Некоторые командиры используют их в качестве ударных сил, которые благодаря дисциплине и огневой мощи способны одолеть даже самых страшных врагов. Другие отдают им роль линейного резерва, способного быстро отреагировать на вражеский прорыв и укрепить дрогнувшую оборону.

Огнеметные секции организованы и снаряжены для обеспечения непосредственной поддержки лазвинтовочных секций. Они вооружены огнеметными установками, извергающими ослепительную волну алхемического огня, который способен сжечь десятки легкобронированных врагов, вроде орков.

Развертывание секции зависит от характера битвы. В крупных боевых столкновениях они зачастую располагаются сразу за основным лазвинтовочным строем, и выходят в последний момент, чтобы остановить вражескую атаку стеной огня, которую дальше приходится преодолевать противнику. Огнеметные секции являются идеальным тактическим резервом, плотными залпами огня откидывая любого противника, проникшего за строй терции. Во время действий в зоне морталис огнеметные секции нередко возглавляют путь через темные тесные коридоры, которое их оружие при необходимости может в мгновение ока залить пламенем.

Оборонительные линии «Эгида» – это баррикады из зубчатых бронированных секций, соединяемых вместе в сплошную щитовую стену. Благодаря прочной конструкции их можно быстро развернуть и сложить на поле битвы, что привело к их широкому распространению в когортах Солярной Ауксилии, особенно после завершения планетарного вторжения.

Они идеально подходят для командиров, желающих удержать плацдарм на вражеской территории либо организовать оборонительный периметр до того, как можно будет возвести более крупные и постоянные укрепления.

«Дракосан» практически на исключительных правах применяют армии, организованные по модели Солярной Ауксилии, будь то «регулярные» подразделения Экзертус Империалис и другие силы, следующие тому же боевому расписанию, вроде придворных войск вольных торговцев-милитантов и, иногда, элитного сопровождения высокопоставленных имперских командующих.

Тяжеловооруженный бронированный транспортер, «Дракосан» производится всего в нескольких десятках миров-кузниц Империума по стандартам, обычно приберегаемым для бронетехники Легионес Астартес. «Дракосан» достаточно большой, чтобы в него поместилась полная пехотная секция Солярной Ауксилии из двадцати ауксилиариев, и хорошо бронирован, чтобы защитить их от всего, кроме самого плотного огня. Вооруженный пугающим разнообразием оружия, «Дракосан» способен упорно отбиваться от врага и превратить его позиции в пыль, прежде чем ауксилиарии высадятся, чтобы взять штурмом то, что осталось от цели.

«Арвус» – это легкий многоцелевой челнок, использующийся Армадой Империалис для перевозки припасов и небольших групп персонала с корабля на корабль или с корабля на планету. Это прочная и надежная рабочая лошадка, приземистая и оборудованная мощными двигателями для транспортировки тяжелых грузов. Многоцелевая модель «Арувса» не имеет вооружения, поскольку это не боевой корабль, и он не предназначен для боя с врагом.

Солярная Ауксилия широко использует вооруженный вариант «Арвуса» и несколько похожих типов орбитальных челноков для доставки пехотных секций и командных отрядов в зону военных действий с прицельной точностью. Из-за того что его вместимость ограничена двенадцатью людьми, крупные подразделения, вроде полнокровных лазвинтовочных секций, предпочитают высаживаться на планету в десантных кораблях, способных перевозить целые терции и даже роты, оставляя быстрым и относительно более маневренным «Арвусам» роль перевозчиков меньших отрядов для выполнения особых полевых заданий.

Мощные автоматизированные платформы и сторожевые орудийные батареи используются многими вооруженными силами Империума для рутинных задач точечной обороны и несения караула, как на планетах, так и на борту кораблей. Самой распространенной из этих моделей является «Тарантул», которая благодаря простоте конструкции, множеству компоновок вооружения и общей надежности стала основой арсеналов крестового похода и хорошим, хоть и не воспетым по праву, орудием войны.

Солярная Ауксилия применяет «Тарантулов» для охраны оголенных флангов и тылов, где вражеской атаки ждут меньше всего, однако не сбрасывают со счетов. Иногда их перебрасывают на передовую, где осталось угрожающе мало людей. В историях некоторых старейших когорт, без сомнения, преувеличенных за годы, рассказывается о батареях «Тарантулов», которых с почестями приняли в ряды полка после особо ожесточенных схваток, где они своим огнем сразили немало врагов.

«Говорят, что месть — это прерогатива богов; богов, существование которых мы в своей глупости отрицали».

Генерал-капитан Орсон Сюзерин III, вступление к «Последней когорте»

Основной боевой танк «Леман Русс» – это надежная и не раз проявившая себя в боях машина, названная в честь примарха Космических Волков за безудержную ярость в бою.

Его многочисленные подмодели имеют широкое разнообразие вооружения, а на службе Солярной Ауксилии машину нередко дорабатывают до «Солярной» модели, оборудуя дополнительными системами жизнеобеспечения и разведки. Танки «Леман Русс» в ударных эскадронах Ауксилии оснащены увеличенными топливными баками, а двигатели улучшены форсированными индукционными аккумуляторами. Эта комбинация значительно увеличивает скорость и запас хода машин, позволяя совершать широкие обходные маневры, чтобы атаковать врага в момент, когда пехотные секции начинают собственную атаку.

Тяжелые истребители, сочетающие опустошительный ударный потенциал с большой скоростью и маневренностью, «Раскаты грома» формируют ядро атмосферных истребителей Армады Империалис. «Раскат грома» – это рабочая лошадка с крепкой надежной конструкцией, которую любят экипажи и боятся враги.

Многоцелевые системы вооружения «Раската грома» позволяют ему выполнять самые разные задачи, делая его идеальным самолетом для доминирования в небесах вражеских планет, где высаживается Солярная Ауксилия, а также для поддержки ее в наступлении. «Раскаты грома» могут заниматься чем угодно, от истребления танков до бомбардировок местности, но их главная роль – завоевание превосходства в воздухе, схватки с вражескими машинами и выслеживание бомбардировщиков. Впрочем, их самая значимая черта это прочность, поэтому нередко «Раскаты грома» приземляются с настолько изрешеченным корпусом, что другая машина наверняка бы уже развалилась.

Относительное недавнее пополнение арсеналов Великого крестового похода, ударный истребитель «Примарис-молния» – это высокоскоростной суборбитальный истребитель для быстрого перехвата, блокирования и хирургически-точных ударов. Созданный архимагосом-арбитром Сикоском Туле, мастером независимого мира-кузницы Восс, «Примарис-молния» являет собою новую парадигму ведения воздушных боев. В основу машины лег мощный форсированный плазменно-прямоточный двигатель, а сам самолет оптимизирован для использования самых редких боеприпасов и авиационных систем.

Хотя «Примарис-молния» и превосходит другие модели подобных размеров в скорости и вместимости боеприпасов, она оказалась крайне дорогой в производстве и сложной в обслуживании, а управлять ею могли только самые опытные пилоты — изъяны, которые архимагос Сикоск списывал исключительно на слабость плоти. По этим причинам модель поступала в элитные подразделения непосредственной поддержки, однако, по слухам, перед началом Ереси Гора велись разговоры насчет создания «упрощенной», более легкой в управлении и обслуживании версии «Молнии», хотя эта ослабленная модель не успела принять участия в конфликте.

Штурмовые эскадроны «Леман Руссов» состоят из тяжелобронированных вариантов танков «Леман Русс» «Солярной» модели, переоборудованных для штурмов вражеских позиций. Им недостает скорости ударных эскадронов «Леман Руссов», но этот недостаток они восполняют исключительной прочностью.

В дальнобойности их главные орудия не уступают артиллерийским установкам, хотя они используются для штурмов и непосредственной поддержки пехотных терций, в частности тех, которые едут в «Дракосанах».

Установленный на «Палаче» плазменный уничтожитель и волкитная демикулеврина «Испепелителя» – это редкое и очень ценное оружие, которое чаще можно встретить на технике Легионес Астартес, и для того, чтобы оно продолжало должным образом работать, техножрецам когорты приходится тщательно калибровать и обслуживать его.

Многие когорты Солярной Ауксилии располагают собственными мобильными артиллерийскими батареями, отдавая предпочтением тем, которые идеально соответствуют их особой боевой доктрине. Чаще всего в Солярной Ауксилии используются «Василиски», «Медузы» и «Бомбарды», однако они сильно отличаются от тех, что распространены в остальной Имперской Армии и прочих вооруженных силах Империума.

Пушки ауксилиарных артиллерийских танков устанавливаются на корпус «Леман Русса», и данная модель получила название «Марс-Соляр Альфа». Боевые отсеки машин герметично закрыты от враждебной внешней среды, защищая экипаж в бою и при изучении поверхности чужацких миров.

Ауксилия использует артиллерийские танковые батареи для поддержки генеральных наступлений пехотных терций. Эти самоходные и хорошо защищенные машины способны поддерживать темп даже секций на «Дракосанах», сметая врагов шквальным огнем, пока основные линейные подразделения приближаются к выжившим.

По-настоящему старая модель, которая родилась в войнах эры Раздора на Терре, этот танк назван в честь Малкадора Сигиллита, правой руки Императора, и во времена ранних дней Великого крестового похода с конвейеров Марса и Восса сходили тысячи подобных машин. Хотя «Малкадор» вооружен не настолько хорошо, как голиафы вроде «Гибельного клинка» или «Грозового молота», он, тем не менее, обладает несколькими преимуществами. Главное из них – это боевая скорость, которая действительно впечатляющая для танка его размеров благодаря довольно сложной, хоть и несколько темпераментной, двигательной системе.

Ко времени Ереси Гора многие «Малкадоры» были выведены в стратегический резерв и подразделения Имперской Армии второй линии, замененные большим количеством меньших, однако тактически более гибких танков вроде «Леман Русса» и его многочисленных вариантов. Впрочем, требования галактической гражданской войны вскоре заставили вернуть «Малкадоров» в строй, и благодаря своей доступности их использовали в качестве стендовых моделей для разнообразных подтипов танков, чтобы затыкать ими бреши на критически-важных направлениях.

«Малкадор-инфернус» – огнеметный танк, по сути, огромный огнемет на гусеницах с топливным прицепом. Внутри прицепа с прометиевым топливом находится отдельный отсек с химическими веществами. Они смешиваются в камере перед стволом, создавая «желе», что выпускается наружу, и при воспламенении налипает на все поверхности. Мощная струя пламени, извергаемая пушкой «Инферно», также эффективна при расчистке мин – внезапный жар заставляет минные запалы детонировать и зачищает большие пространства быстрее, чем альтернативные методы.

Солярная Ауксилия держит «Малкадоры-инфернусы» в специализированных резервах на уровне когорты. В основном их применяют в первых рядах атак против особенно плотных скоплений вражеских сил, например, в окопах, руинах городов или густых лесах.

«Вальдор» – тяжелый уничтожитель танков, названный в честь легендарного стража Императора, Константина Вальдора. Когда началась Ересь Гора, он только недавно поступил на службу в Экзертус Империалис в ограниченных количествах для испытаний. Первые партии ушли в Солярную Ауксилию, в частности когорты, что воевали с врагами, имевшими в своем распоряжении тяжелые танки или, как в случае с бесчисленными ксеносами, все еще заражавшими звезды, аналоги танков.

Построенный на знакомом шасси, на котором основывается некоторая другая бронетехника в арсенале Солярной Ауксилии, «Вальдор» оснащен опустошительным нейтронным лазером – тщательно воспроизведенной копией недавно обнаруженной реликвии Темной эры технологий. Танк пока не получил повсеместного распространения, но по прогнозу имперских логистов в нем скорее всего, со временем будут нуждаться все сильнее, особенно там, где Солярной Ауксилии придется воевать с предательскими Легионес Астартес и их тяжелой бронетехникой.

«Циклоп» – это целый спектр дистанционно управляемых машин, которые Солярная Ауксилия использует для подрыва тяжелых укреплений и разрушения ключевых позиций врага в условиях, когда непосредственный штурм сочтен слишком дорогостоящим, а дистанционный бой невозможен из-за пересеченной местности.

«Циклоп» доставляется на фронт в бронетранспортере «Дракосан» или в ауксилиарном челноке «Арвус», где выгружается на безопасном расстоянии от назначенной цели. Затем, под контролем оператора с пультом вокс-управления, посвященного в нижние уровни машинных таинств, «Циклоп» подводят к цели и подрывают внутренний заряд, когда тот будет достаточно близко, чтобы причинить требуемый урон.

Устройство можно снаряжать множеством типов взрывчатки против различных целей, один из которых, атомантический взрыватель, настолько мощный, что его иногда используют против высших ксеноформ и похожих противников, когда все остальные способы потерпели неудачу.

«Гибельные клинки» – одни из наиболее узнаваемых танков Великого крестового похода, десятками тысяч производимые для службы в Экзертус Империалис по всему расширяющемуся Империуму. Большинство «Гибельных клинков» изготавливают на Марсе, и повелители Красной Планеты считают машину типа «Марс» неотъемлемой ипостасью Машинного бога, и сильно гневятся на то, что некоторые другие миры-кузницы производят свои собственные модели. Для необученного глаза различия между машинами кажутся поверхностными, однако техножрецы Марса считают иначе, тем самым усугубляя многочисленные расколы, возникавшие между мирами-кузницами в последние десятилетия Великого крестового похода.

Каким бы ни было его происхождение, «Гибельный клинок» – это огромный стальной зверь, чье установленное на башне орудие за годы уничтожило бесчисленных врагов. Его броня практически непробиваемая, и многие машины, которые состоят на службе в Ауксилии, улучшили до «Солярной» субмодели, оснастив обширным инструментарием для исследования и выживания, чтобы они могли действовать даже во враждебной среде.

«Грозовые повелители» чаще используются в качестве мобильной крепости, нежели сверхтяжелого танка, поскольку значительная противопехотная мощь и вместительный десантный отсек делают его идеальным выбором для пехотных секций Солярной Ауксилии, ведущих один из типов боевых действий, которыми они славятся больше всего – экспедиционные вторжения во враждебные миры в преддверии массированной контратаки.

Обычно «Грозового повелителя» высаживают на сверхтяжелом посадочном корабле во второй или третьей волне планетарной высадки, и используют как мобильное укрепление, вокруг которого собираются пехотные отделения. Когда начинается неизбежная контратака, «Грозовые повелители» становятся ядром огневых позиций Ауксилии, сдвоенные мегаболтеры «Вулкан» создают вал огня, преодолеть который способны лишь немногие враги.

Временами «Грозовые повелители» используются в качестве командной платформы для главнокомандующих Солярной Ауксилии, поскольку они вместительнее и лучше бронированы, чем «Дракосаны», а также маневреннее и быстрее «Левиафанов».

«Теневой меч» – один из самых мощных истребителей танков в арсенале Экзертус Империалис, и его репутация среди врагов человечества воистину мрачная. В первых битвах Ереси Гора им пришлось сражаться с богомашинами предавших легионов титанов, и если они одерживали победы, то лишь ценой больших потерь в бронетанковых полках лоялистов.

Солярная Ауксилия только недавно добавила танки «Теневой меч» в свое боевое расписание, поскольку в прошлом редко сталкивалась с врагами, против которых они могли бы потребоваться. Когда подобное все же происходило, главнокомандующие без колебаний вызывали особый полк сверхтяжелых танков Имперской Армии, но с началом галактической гражданской войны все изменилось. Регулярно встречаясь с титанами, рыцарями, осадными автоматонами, а также другими сверхтяжелыми танками предателей, многие когорты Солярной Ауксилии ввели «Теневые мечи» в свои стратегические резервы.

«Грозовой меч» представляет собою видоизменение канона СШК, мнение о котором в культе Механикус разделилось. По большей части танк является результатом модификаций, проведенных жрецами-технопровидцами в полевых условиях. Чаще всего их создают путем разборки корпусов тяжело поврежденных сверхтяжелых танков, поэтому некоторые из моделей – это «Гибельные клинки», уничтоженный главный калибр которых заменен тяжелой осадной пушкой. В результате получился сверхтяжелый танк, практически не знающий себе равных в городских штурмах, ведь его мощная пушка способна обрушить любое здание и выбить защитников даже из самого прочного укрытия.

Из-за своего происхождения ни один «Грозовой меч» не похож на другие такие же машины. Тем не менее, по словам многих техножрецов, Солярная Ауксилия намеренно переделывала некоторые идеально функционировавшие «Теневые мечи» и другие сверхтяжелые танки для своих нужд при проведении операций в городских условиях. Если дела обстоят именно так, то это большое нарушение множества основополагающих доктрин Механикум и потенциальный повод для дорогостоящей доктринальной схизмы.

Появление на свет «Грозового клинка» служит лучшим свидетельством феодального устройства миров-кузниц и их взаимоотношений между собой и Марсом. Некоторым мирам-кузницам не досталось копий СШК, нужных для производства сверхтяжелого истребителя «Теневой меч», а из-за междоусобных разногласий они не смогли получить их от Красной Планеты. Маги еще одного великого мира-кузницы, Ризы, славившиеся своими знаниями в плазменных технологиях, построили первые из «Грозовых клинков» – машины, не уступавшие «Теневому мечу», и передали чертежи модели меньшим мирам-кузницам, с которыми успели заключить взаимовыгодные контракты.

Солярная Ауксилия имеет договоры на поставки со многими подобными владениями, и в то время как «Теневые мечи» – это штучный продукт, зачастую приберегаемый лишь для специализированных сверхтяжелых полков Имперской Армии, когорты Солярной Ауксилии без труда получают «Грозовые клинки».

«Грозовой молот» – любимый сверхтяжелый танк Солярной Ауксилии, и если большинство когорт имеют хотя бы один его образец, то некоторые другие могут выставить целые роты подоббных машин.

«Грозовой молот» вооружен мощными башенными и спонсонными орудиями с большими секторами обстрела. Эти танки служат авангардом экспедиций в зоны, которые считаются враждебными не только из-за наличия там вражеских сил, но также из-за опасностей самой местности. Они могут двигаться по поверхности планет с небесами из опаляющей кислоты, морями из кипящей лавы и ветров с ядами, что в секунды сдерут плоть с костей, и в состоянии пережить эти опасности и сражаться с врагом благодаря обширным системам выживания и исследования.

В битве «Грозовой молот» подобен эсминцу Имперской Армады, поскольку способен на длительные независимые операции, а также играет ключевую роль в сражениях.

Аугментированные штурмовые киборги Ордо Редуктор, таллаксы временами придаются Ауксилии для ее усиления и восполнения тяжелых потерь.

В корпусе таллакса заключены большинство внутренних органов, нервная система и головной мозг человека, скелет и конечности которого целиком заменены на бронированные механические системы, работающие от реактора. Мучительность операции, а также замена человеческого сенсорного аппарата настолько травматические, что требуют удаления болевых и эмоциональных центров, делая таллаксов холодными и расчетливыми машинами для убийства, однако сохраняя определенную долю независимого мышления, что для некоторых техножрецов Механикум граничит с чудовищностью.

Превращение в таллакса – очень сложный процесс, эффективность которого зачастую зависит от воли жить самого объекта. Иногда смертельно раненым ауксилиариям предлагает еще один шанс продолжить службу, хотя мало кто понимает истинную цену такой жизни до завершения операции.

В грозных безликих шлемах таллаксов находится нечеловеческий сенсорный аппарат, посредством которого они воспринимают поле боя как бушующий шторм электромагнитных завихрений, кровавого жара и сейсмических перкуссий. Тем не менее, чтобы справляться с такой бурей данных, органический мозг требуется хирургически искалечить, удалив обычные человеческие чувства вроде зрения и слуха.

Наиболее распространенный из боевых автоматонов класса «Кастелян», «Кастеллакс» – это основная боевая единица, разработанная во время Великого крестового похода на основе древнего предка. Предназначенный главным образом для осадных работ и штурмов, боевой автоматон «Кастеллакс» представляет собой крупную машину гуманоидной формы втрое выше человека, с ужасно агрессивным и отзывчивым машинным духом и неоспоримой репутацией на поле боя. Его бронированный эндоскелет способен выдержать огонь небольшого оружия, и очень стоек к повреждениям благодаря прочной конструкции и такой же самой технологии атомантического экранирования, что применяется у дредноутов типа «Контемптор» Легионес Астартес. Стандартная компоновка вооружения «Кастеллаксов», которых Легио Кибернетика использует в огромных количествах, включает болтер и болтерную пушку для поддержания шквального огня при атаке. Но в более редких компоновках боевые автоматоны могут снаряжаться огнеметными установками или загадочными тяжелыми фотоннопусковыми пушками «Темный огонь».

Многие когорты Солярной Ауксилии идут на войну в сопровождении приданных манипул Кибернетики. Некоторых из них связывают договора, заключенные в горниле войны, так что боевые автоматоны даже носят те же цвета и символику, что сами ауксилиарии.

Аристократы рыцарских семейств, традиционно зовущиеся «отпрысками», – это воины с собственными хрониками битв, а также традициями и славой предков, которых они не вправе опорочить. Семейства насчитывают множество отпрысков, от аспирантов, которые только недавно получили право управлять собственными доспехами и охвачены грезами о будущей славе, до мартиалов, умелых бойцов, входящих линейный строй семейства и командование дома, которые уже заслужили командирские звания и овеяли себя легендами. В час войны, когда рыцарские семейство во всеоружии вступает в сражение, каждому из них отводится особая роль, основанная как на древних традициях, так и на личных досье и репутации доспехов и рыцаря, что их пилотирует. Эта волна стали и огня – сила, против которой мало кто может устоять в целой Галактике.

Воинские традиции и аристократические законы рыцарских домов требуют суровой иерархии в бою, и на самой ее вершине находится сенешаль. Обычно сей августейший титул возлагается либо на командира выступивших в бой сил семейства, либо на хозяина крепости в самом рыцарском мире. Чтобы обрести эту символическую власть, рыцарю в обоих случаях требуется проявить себя как в поединке и тактическом командовании, так и на более тонком, но не менее опасном поприще династической борьбы.

Что касается сил рыцарей-квесторисов в Великом крестовом походе, то сенешаль также должен уметь руководить огромными войсками Империума с их слабыми и сильными сторонами, а также знать несметные опасности холодных звезд и поджидающих там врагов.

Этим термином называют всех старших командиров рыцарей-квесторисов в Великом крестовом походе, пусть на самом деле они могут иметь титулы графов, маркграфов, сиридарских графов, тэнов либо одну из множества местных вариаций сословий и званий, и на поле битвы они находятся под началом сенешаля. Каждый из них – закаленный ветеран, получивший свой пост не только из-за возраста и происхождения, но и кровью и огнем на поле брани. Умения и заслуги лордов-отпрысков известны всем воинам под их командованием, но также написаны на рыцарской броне – открытый вызов любому, кто осмелится выступить против них.

Иногда отпрыск проявляет определенную склонность к технологиям, и даже проводит время за наблюдением и учебой у придворных ризничьих, при этом однако не забывая о своем отличие и ранге. Став ветеранами военных действий, эти отпрыски также становятся лучшими инструкторами для придворных аспирантов, способных разъяснить не только как обращаться с оружием, но и помочь лучше понять броню рыцаря, пределы ее работы и границу между машиной и человеком, заслужив почетный титул прецептора. Знания прецептора можно применить на поле боя, поскольку они позволяют ему использовать продвинутое авгурное и ауспик-оборудование, недоступное для тех, кто не прошел такое же обучение, и осуществлять тактическую координацию и связь семейства в бою.

Дуэлянт – архаичное звание из древних времен, когда рыцарские семейства вели между собой кровавые сражения за господство. Хотя многие междоусобицы и вопросы чести они решали путем ритуализированных и формализованных дуэлей, иногда по причине важнейшего дела, или ожесточенного гнева, или из жажды выживания, массовой битвы было не избежать. В таких случаях дуэлянт становился не чемпионом, но последней надеждой, принося обет уничтожить лучших вражеских воинов, если придется, то даже ценой своей жизни. В эру Великого крестового похода столь отчаянным тактикам положили конец, однако некоторые дома сохранили эту печальную традицию, и в отчаянных войнах Ереси Гора нужда в подобных жертвах возникла снова.

Выманенные из бывших семейств, добровольно поддавшиеся соблазну странствий или неукротимой жажде боя, либо же изгои, отступники или последние выжившие, вольные клинки – это рыцари-скитальцы без хозяина и верности. Многие из них вступили в Великий крестовый поход, ведомые грезами о славе либо неумолкающим грохотом войны на пограничье, присоединившись к силам квесторисов и воюя в бессчетных мирах во имя великого труда Императора.

Отпрыски из числа рыцарей-мартиалов, также известных как «баннеры», формируют ядро линейного строя рыцарей – опытные в военных действиях и умелые в обращении с могучими машинами войны, которыми управляют.

Рыцарское семейство – это не просто организация, а воинский род, сыны и дочери которого должны с юного возраста закаляться в огнях битвы. Такое ученичество сопряжено с большим риском, однако жизненно необходимо для поддержания могущества семейства в веках. Лишь самые отчаянные сражения заставят семейство подвергнуть опасности всех своих аспирантов, поэтому среди молодежи нередко вспыхивают яростные схватки за право присоединиться к родне на поле боя.

Титул «долорус», который даруется самым прославленным охотникам на зверье и убийцам среди рыцарей семейства, на древнем языке, зашифрованном в великих Ковчегах, что доставили первых рыцарей к их мирам, переводится как «жуткий» либо «скорбный». Тем не менее, с тех пор в рыцарском сообществе его значение расширилось и приобрело двойной смысл, так что теперь им нарекают отпрысков, которые не раз проявляли себя в битве с мегахищниками с рыцарских миров, записав на свой счет немало трофеев и убийств на зависть остальной родне. Также им называют тех, кто стал зависим от боя и резни, и для кого жизнь вне рыцарской брони стала тусклой и пустой, а опасности битвы – их единственным вином и мясом.

Такие рыцари зачастую стремятся попасть на передний край битвы и нередко идут в атаку впереди остальных сил, не обращая внимания на приказы. Некоторые считают долорусов безумными смертниками, однако в битве их боевые костюмы представляют собой разрушительную силу. Те, кто прожил достаточно долго после появления странного недуга, поражающего отпрысков-долорусов, учатся усмирять свою ярость, но не безустанную жажду битвы, поэтому многие из них уходят в вольные клинки, если до того не погибнут в битве.

Уланским традициям следуют наиболее горячие и ретивые рыцари, как на поле битвы, так и вне его. На войне они в первую очередь стремятся к славе быстрой победы и упиваются скоростными маневрами, уничтожая противника в яростном шквале огня и стремительной атаке. Им чужда осторожность, и они верят, что заслужить почет можно только в хаосе ближнего боя. Опытные командиры семейств используют отпрысков-уланов в качестве разведчиков, рейдеров и мародеров, либо как застрельщиков в открытом бою, или же фланговых сил, которые окружат и загонят врага, когда тот сломается. Из-за любимой тактики многие отпрыски-уланы отдают предпочтение менее привычным рыцарям-церастусам за их более высокую боевую скорость.

Арбалетчик в совершенстве научился сеять смерть и разрушение издалека, сполна используя огневую мощь своего рыцаря. Опытные наводчики, чью тактику более горячие либо жадные до славы родичи могут счесть недостойной, они играют важную роль в линейном строю семейства, опознавая и уничтожая вражеские тяжелые орудия, чтобы защитить атакующих собратьев и оградить их от воздушных атак.

Неумолимец – это рыцарь семейства, который проявил определенную склонность к осадным действиям, и является незаменимым в штурмах хорошо укрепленных позиций и отчаянном вихре городского боя. В подобных ситуациях даже самый могучий рыцарь может оказаться бессильным против окруживших его врагов, но только не неумолимцы, которые считаются куда более предусмотрительными, нежели их собратья, и умело крушат пехоту, словно насекомых.

Полководец Циклотрата, суверен-прелат дома Атраксов, Несущий Совершенство

Хотя в будущем Драйкавач и станет одним из худших Темных Механикум, о нем мало кто знал до гражданской войны предавшего магистра войны, что разорвала Империум. Этот магос в звериной маске и черной одежде был главным военным эмиссаром мира-кузницы Циклотрат и полевым командиром его Тагматы, отвечая лишь перед зловещим таинственным трибуналом, правившим его опутанной молниями планетой. Кроме того, Драйкавач носит титул суверена-прелата рыцарского дома Атраксов, связанного клятвой с Циклотратом, и пускай номинально он имеет собственных сенешалей и правителя, в реальности те не более чем марионетки абсолютно бездушного и нечеловеческого архимагоса Драйкавача.

С самого начала войны в Коронидских Глубинах Драйкавач находился на передовой кампании по вторжению и завоеванию, развязанной Циклотратом от имени предателей, и вскоре его имя стало ассоциироваться с многочисленными кошмарами и резней, которые сделали его одним из самых ненавистных представителей своего рода.

Один из самых распространенных типов рыцарской брони, паладин славится своей неприхотливостью, надежностью и разнообразием орудийных систем. На поле брани лишь очень немногие враги могут представлять опасность для паладина, в котором сочетается грубой мощь, проворность и выносливость. Отпрыск, управляющий паладином, способен обрушить на противников опустошительный шквал взрывов и осколков, но, невзирая на функциональность и огневую мощь боевого орудия, многие из них все равно предпочитают цепной меч «Жнец», считая более достойным сойтись с врагом лицом к лицу.

Эти доспехи мало чем отличаются от древних машин войны, отправившихся к звездам вместе с первыми колонистами времен Долгого Похода. От первых экзоскелетов их можно отличить разве что по вручную выкованным и затейливо украшенным бронеплитам, и многие из этих машин защищали человечество на протяжении долгих веков, неся на броне почетные шрамы ныне давно позабытых войн.

Основанный на том же самом древнем каркасе, что паладин, странник вместо боевого орудия имеет грозную термальную пушку, которая может в мгновение ока испарить даже самую прочную броню. Чаще всего странник используется для охоты и уничтожения сверхтяжелой техники врага и чудовищных ксеносуществ, поэтому он выдается самым агрессивным отпрыскам, и со временем приобретает воинственную аниму.

Мало какие странники могут похвастаться родословной большинства паладинов, ибо выживать сколь либо длительное время способны только самые опытные из них, хотя подобные доспехи часто обладают впечатляющей коллекцией боевых наград. Некоторые из старейших странников, ветераны бесчисленных битв, столь темпераменты и капризны, что совладать с ними могут только самые волевые отпрыски, направляя их кровавые инстинкты на службу семейству.

Один из редчайших экземпляров рыцарских доспехов, производимых ныне в сколь либо существенных количествах кузнями-храмами Механикум, мегера – подлинное чудо давно утраченных технологий. В его бронированном корпусе расположены устройства-реликвии, понятные только самым осведомленным техносавантам Механикум, от специальных ремонтных автосимулякров до практически непробиваемого ионного вспышечного щита. Тем не менее, из-за нагрузок на атомантические реакторы, при тяжелых повреждениях сквозь сдерживающие щиты просачивается опасно-высокая радиация, что может привести к катастрофическим внутренним взрывам.

Рыцари-мегеры чаще всего используются в качестве штурмовиков, пробивающих наиболее укрепленные позиции, одновременно выдерживая огонь противника и за пару минут самовосстанавливаясь даже после разрушительных попаданий. Для этих задач они вооружаются молниевой пушкой, сфокусированными электромагнитными лучами испаряющей пехоту и уничтожающей бронетехнику.

Рыцарь-стирикс не уступает в сложности рыцаре-мегере, однако его разработали специально для истребления пехотных подразделений и техники. Пока огонь интегрированной гравитонной пушки стирикса прижимает незадачливых врагов к земле, опустошительные волкитные лучи и поджаривающие плоть разряды радиационного очистителя пожинают человеческие жизни. У анимы этих доспехов, взращенной среди резни и смерти в самых жестоких их проявлениях, часто развивается исключительно злобный машинный дух, из-за чего те пользуются дурной славой во многих консервативных домах, считающих бессмысленное уничтожение беспомощных пехотинцев недостойным истинного рыцаря.

В семействах, присягнувших на верность Механикум, стирикс ценится гораздо выше, особенно среди отпрысков, которые во славу своих неисповедимых покровителей подверглись обширной аугментации, и разделяют их неприязнь к слабости плоти. Беспощадные рыцари-трэллы дома Кол’Как известны тем, что посылают на поддержку Легио Атарус целые отряды этих машин, которые выкашивают вражескую пехоту под ногами титанов потоками энергетических лучей и очищающей радиации.

Копейщик – наиболее узнаваемый вариант рыцарей-церастусов. Это довольно сложные доспехи, которые в скорости и проворности намного превосходят громоздких странника и паладина. По всей видимости, рыцарь-церастус был разработан сугубо для войны, не в качестве защитников, а безжалостных завоевателей и орудий разрушения, став наследием жестоких времен эпохи Раздора.

Копейщик очень ценится порывистыми отпрысками дома, поскольку его мощная ионная перчатка и шоковое копье отлично подходят для поединков, где идеально выверенный выпад копья – единственное, что стоит между отпрыском и смертью. В частности, быстрому и напористому копейщику отдают предпочтение отпрыски, следующие уланским традициям, которые несутся впереди остального семейства, дабы поскорее сойтись в схватке с вражескими чемпионами.

Шоковое копье, установленное на рыцаре копейщике-церастусе, представляет собой огромное магнитно-гидравлическое силовое оружие, разрывающее поле которого может к тому же проецироваться в виде мощного электромагнитного плазменного заряда на короткое расстояние.

Генератор щита ионной перчатки, установленный на правой руке церастуса, более сконцентрированный, чем направленный ионный щит рыцаря-паладина, но ему недостает тактической гибкости.

Рыцаря кастигатора-церастуса, вооруженного устрашающей болтерной пушкой типа «Кастигатор», предпочитают те семейства, которым приходится биться с ордами меньших врагов, что одной своей численностью могут одолеть даже могучего рыцаря. Уничтожающий целые пехотные отряды ревущим шквалом массореактивных снарядов и вихрем силовых лезвий, и без труда разрубающий легкую бронетехнику, кастигатор – воистину грозный противник. Кроме того, среди рыцарей кастигаторы славятся стоицизмом своих машинных духов, мощь которых сложно пробудить, но почти невозможно обуздать.

Доспехи кастигатора чаще всего выдаются самым почитаемым отпрыскам семействам, воинам, которые доказали, что могут удерживать строй, сохранять ограниченные боеприпасы и поддерживать более жадных до славы родичей, нередко формируя ядро строя арбалетчиков семейства. Некоторых из более молодых отпрысков также влечет к кастигаторам из-за их ошеломительной огневой мощи и элегантности взмахов клинка, хотя они редко соглашаются играть роль обычных единиц поддержки.

Рыцарь ахерон-церастус – страшное зрелище на поле боя, жнец жизней, разработанный не только для уничтожения, но внушения ужаса как обликом, так и процессом выполнения своей темной работы. Присутствие рыцарей-ахеронов в линейном строю семейства говорит врагу о том, что пощады ждать не стоит, ибо подобное оружие используется только для истребления, для ниспровержения трудов неприятеля и очищения его земель огнем.

Отпрыски редко отправляются в бой в ахеронах добровольно, считая задачу тяжким долгом, который необходимо исполнить ради блага семейства, ибо аниму этих доспехов часто обуревают унаследованные воспоминания о бесчисленных бойнях и расправах. Те немногочисленные отпрыски, которые предпочитают именно эти доспехи, это либо воины со стальной силой воли, способные выдержать злобные нашептывания машинного духа доспехов, либо измученные души, которые упиваются темными порывами доспехов и бойней, что они учиняют на поле битвы.

Добро пожаловать в эпоху Тьмы.

«Ересь Гора, том 4: Завоевание» продолжает историю войн, которые сформировали Империум Человека после резни на Исстванах, описанных в начальной трилогии Ереси Гора от Forge World, и открывают умопомрачительную панораму охваченной войной Галактики.

Первые книги серии Ереси Гора охватывали только события, происходившие у истоков восстания в системе Исствана, но «Завоевание» расширяет сцену Ереси и ступает на новую землю этого хорошо изученного уголка вселенной Warhammer 40000. Разворачивающиеся в «Завоевании» события описывают не только битвы, охватившие северные пределы молодого Империума, но показывают, какие распри его захлестнули. Благодаря изобилию игровых инструментов, представленных в книге, любой зарождающийся конфликт ранних этапов Ереси Гора можно воспроизвести во всех подробностях, либо разыграть совершенно новые кампании, основанные на событиях книги.

Больше чем любая предыдущая книга из серии Ереси Гора «Завоевание» являет собой инструментарий, с помощью которого игроки смогут сполна воспроизвести битвы эры Тьмы на столе, а не просто отыграть уже известные сражения. Она не только предоставляет полные и гибкие кампании, но еще делает первые шаги к тому, чтобы раскрыть перед игроками и коллекционерами все разнообразие воинств Империума. Первыми лучиками всей славы Империума стали базовые списки рыцарей-квесторисов и армии Солярной Ауксилии, а в будущих книгах эти списки не только расширятся, но будут представлены прочие войска, что сражались на стороне лоялистов и предателей.

Список книг Ереси Гора и миниатюр неуклонно растет, и энтузиазм, с которым игроки их приняли, не может не радовать, и поэтому вся команда Forge World желает выразить нашим покупателям признательность за поддержку. Данная книга, созданная тяжким трудом целого легиона писателей, сценаристов и дизайнеров, – только первый шаг к новым захватывающим сражениям, миниатюрам и событиям на долгой дороге к Терре, за которой последует много столь же восхитительных книг.

Студия Forge World