ЛУННЫЕ ШАХТЫ СЦИАРЫ ЛОН (история Августы Санторис)
Даже умирая, «Сердце Преданности» продолжало сиять.
Корабль накренился носом вниз. Он падал медленно и грациозно, беззвучно и безмятежно. Он не оставлял никакого следа: ни дыма, ни пламени — только поблескивал отраженным светом ближайшей звезды. Величественный корабль опускался к газовому гиганту и пестрым облакам водорода.
Если его машинный дух и пел, то Сестры этого не слышали.
Наблюдая за этим из арвуса, Сестра Августа возвысила голос, произнося слова реквиема в сопровождении сестры-настоятельницы Верадис. «Сердце
— Dies irae, dies illa. (День гнева, ознаменует день страшного суда)
Августа знала, что не все смогли эвакуироваться. У них просто не хватило времени. Многие успели добраться до спасательных капсул, еще больше пересело в шаттлы, но не все… даже не половина экипажа. И поэтому ее песня предназначалась не только для корабля, но и для тех, кто все еще находился на борту, которые скоро окажутся подле Него. Она молилась, чтобы они умерли достойно, гордо вздернув подбородки.
— Бог-Император все видит, Он спасает тех, кто достоин спасения…
Стоящая рядом сестра Люсьен прервала пение. Не скрывая потрясения, она вскрикнула: «Смотрите!»
Продолжая петь, Августа посмотрела туда, куда указывала сестра. Следующую строчку реквиема сменило восклицание.
— Защити нас, о источник мужества!
Там, в усыпанной звездами пустоте, наполовину скрытой огромным полосатым шаром планеты, показалась одинокая луна. Она была большой, идеально круглой и блестящей.
— Как только проклятые умолкнут, приговоренные к сжиганию на костре…
— Воистину, Он благословил нас! — воскликнула Верадис. Ее голос звучал необычно. — Кто-нибудь может просканировать спутник?
Шаттлы зависли в ожидании.
Через мгновение раздался голос пилота: «Сестра-настоятельница, мы спасены!» — Он казался удивленным, даже ошеломленным. — Воистину, это Его промысел. Он оказал нам помощь!
— Луна обитаема?
— Там есть колония шахтеров, сестра. Данные все еще поступают. — Вокс затрещал помехами, пока пилот собирал информацию.
— Он всегда с нами, — строго сказала Верадис. — Пожалуйста, перешлите все данные на мой планшет.
Вокс умолк, а Августа и Люсьен обменялись взглядами. Обе воспряли духом и теперь пели, вознося благодарность.
— Блаженны избранные Его! — Произнесла Верадис и снова взяла псалтырь. Слова Сестер были адресованы шаттлам и душам тех, кто остался на «Сердце»
«Сердце Преданности» погибло в полной тишине.
— Сохраняйте бдительность, сестры, — приказала Верадис, не предложив никаких объяснений.
— Есть, сестра-настоятельница!
*
Августа, облаченная в красные доспехи и шлем, спускалась по пандусу арвуса. Они сели на безлюдной посадочной площадке из черного камня и темного феррокрита. Огромные пучки кабелей вились по полу, терминалы управления переливались яркими огнями. Массивные стальные створки начали закрываться, заставляя пыль подниматься вверх по спирали. Она блестела в свете люменов, установленных над головой, опускаясь на доспехи.
Когда створки с гулким ударом закрылись, она снова опустилась на пол.
— Сестра-настоятельница Верадис!
Звеня сапогами по почерневшему от грязи металлу, навстречу ей шел худощавый, поджарый мужчина с морщинами на лице и седеющими волосами, собранными сзади в пучок. Он носил высокие сапоги, повседневную куртку, а на губах играла заискивающая улыбка. Вместе с ним шли помощник с широко раскрытыми глазами и пара здоровенных вооруженных громил.
— Губернатор Идо!
Верадис, похоже, изучила информацию, которую ей прислали. Она была без шлема, но ее скрещенные руки и вся поза показывали, что она настороже.
— Воистину, ваша колония не лишена Его благословения.
— Мы далеко от основных маршрутов, сестра. — Идо был приветлив и держался расслаблено. По-видимому, его совершенно не пугал вид пяти полностью вооруженных Адепта Сороритас. Осмотрев шаттлы, он спросил: «Сколько вас?»
— Мы потеряли часть спасательных капсул, попавших в гравитационный колодец планеты, — ответила ровным голосом Верадис. — Моя команда состоит из пяти Сестер и семидесяти двух членов экипажа. Многие ранены. Их нужно разместить и оказать медицинскую помощь. И мне требуется посетить вашу часовню и доступ к вашей вокс-системе или астропату. Если вы будете столь любезны.
И это была не просьба.
— Конечно, конечно. — Остановившись возле пандуса, он изобразил знак аквилы. — Аве Император, Сестры. Ваше прибытие — честь для нас. У нас есть полностью оборудованный хоспис, и мы с радостью позаботимся о ваших людях.
Верадис отсалютовала в ответ.
Посмотрев на сестру-настоятельницу, Августа заметила некоторую скованность в движении ее плеч. Похоже, она не одобряла необычно свободное поведение этого человека. Однако их командный вокс канал молчал, и о чем бы она ни думала, она решила не озвучивать это.
Августа припомнила слова из молитвы о руководстве и ясности. — Покажи мне свет
Верадис спросила: «Что именно добывают шахтеры вашей колонии?»
— Прометий, сестра. — Идо бойко махнул рукой. — Месторождения достаточно обширны. Если пожелаете, я буду рад показать вам, как здесь выполняется работа во имя Его.
— Сначала я должна помолиться за наше спасение, — ответила Верадис. — И за души тех, кого мы потеряли. Пока что займитесь командой «Сердца Преданности» и служителями Экклезиархии. Им срочно требуется отдых и лечение.
— Конечно, — ответил он. — Лука, — он указал на помощника, — разместит ваших людей в хосписе. И если позволите, я лично провожу вас в часовню.
Внезапно завыли сирены и загрохотали двери, расположенные позади него. Створки, снабженные острыми зубцами, что наводило на аналогию с открывающейся пастью, разошлись. За ними виднелся силуэт ожидающего их шаттла. Пыль снова закружилась, образовав миниатюрные смерчи. Вспыхнули посадочные огни, сервиторы и рабочие бросились расчищать территорию. Офицер связи жестикулировал, приглашая их внутрь.
— Защитное поле сохраняет атмосферу! — Перекрикивая шум, сообщил Идо, жестом отдавая команду охранникам. Одному он велел остаться с ним, другому — с помощником. — Здесь не безопасно стоять! Прошу следовать за мной!
Верадис быстро кивнула, и отделение выстроилось в колонну по двое с сестрой-настоятельницей во главе: Эмлин и Леона за ней, Августа и Люсьен замыкающие. Помощник, Лука, ушел, чтобы заняться экипажем.
Все еще бормоча молитву, Августа не сводила глаз с приближающегося корабля. Шаттлы с «Сердца» все еще прибывали, выгружались и поднимались в воздух, чтобы освободить место для очередного корабля. Прибывший за ними черный с серебристой отделкой челнок был типа «Аквила», на котором она не увидела никаких знаков различия. Он завис, повернулся, а затем осторожно опустился на ближайшей, освещенной огнями площадке.
Мгновение она смотрела на него. Что-то было не так, но она не могла понять, что именно.
— Сестра, — передала Люсьен по воксу отделения, — не отставай.
Осознав, что замешкалась, она взбежала по трапу.
Они проследовали через открытую каменную арку, ведущую в просторный коридор. Вдоль аккуратных стен тянулись провода, а указатели обозначали направления – входы и выходы на многочисленные посадочные площадки, помещения охраны или обработки.
Насколько большим было это место?
Губернатор тем временем продолжал задушевную беседу. Он сообщил им, что это единственная в системе планета Сциара Лон, и что у нее есть только один спутник. Благодаря особенности орбиты луна почти всегда была скрыта тенью Сциары, это осложняло навигацию. Усмехнувшись, он добавил: «Нас трудно найти, и ваше прибытие сложно назвать простой случайностью. Думаю, такова была Его воля, сестра-настоятельница».
Верадис ответила ему ровным тоном: «Все, что случается, всегда происходит по Его воле, губернатор».
— Несомненно. — Он указал на левый угол перекрестка, там была надпись «Главный выход». — Он приведет нас прямо в город. Улицы могут оказаться не столь красивыми, хотя предупреждать вас об этом, честно говоря, кажется излишним.
— Он видит все, — сказала ему Верадис.
— Конечно, — отозвался губернатор.
Колония оказалась огромной — скопление извилистых улиц и приземистых каменных зданий, теснящихся друг к другу и тысячи светящихся окон.
Августа никогда не бывала на прометиевых шахтах, но слышала различные байки. Они представлялись ей средоточием тьмы, пыли и грязи, а также отчаяния, горя и безнадежности. Сестры-госпитальерки заботились о раненых и сломленных, о тех, кто пострадал душой и телом. Некоторые шахтеры погибали. Некоторые становились сервиторами, их мозг помещался в машины, чтобы они продолжали работать во имя Его.
Но здесь все было иначе. Пилот был прав, говоря, что там есть город.
Не убирая руки с болтера, она сделала сознательное усилие, чтобы не глазеть по сторонам. Но… — Трон!
Покинув челнок, сестры задержались наверху длинной лестницы. Выделяясь среди скопления построек, возвышалась гигантская центральная шахта, вершина которой вырисовывалась на фоне яркого полумесяца Сциары. Ошеломленная, Августа прошептала слова молитвы.
— Его святым именем!
— Наш центральный рудник и завод по переработке, — сказал губернатор. Судя по его тону, он знал, какое воздействие оказывал открывающийся вид. — Есть и другие, но этот самый крупный.
Огромные, сверкающие трубы переплетались, как провода. Огромные каналы с каменными арками служили для доставки воды, руды или расплавленного металла. Грохочущие огромные машины сотрясали воздух. Слышался шум железной дороги, хотя Августа не видела ее. В полумрак с шипением вырывался пар.
— У вас тут целый город, — прокомментировала Верадис, вторя мыслям Августы.
— У нас работают не только шахты и горняки, — ответил губернатор. — В горах достаточно льда, который обеспечивает нас водой, так что мы полностью самодостаточны. Население всем довольно… так что мы вполне справляемся своими силами.
— Я так и думала.
Здания, теснящиеся у основания шахты, казались высеченными прямо в скале и были низкими, черными и продолговатыми.
Августа никогда не видела ничего подобного.
— Пожалуйста, — указал губернатор. — Наша часовня находится здесь.
Они спустились по ступеням. Вскоре им начали попадаться люди — торговцы и покупатели. Их кожа стала темной от вездесущей каменной пыли, которая въелась в их кожу и одежду. Небольшие группы горожан собирались в тени каменных арок или курсировали по рыночной площади. Из дверных проемов лился свет и раздавались голоса. Люди, крича и толкаясь, выходили из шумных баров. Августа заметила детей, снующих среди толпы людей, таких же чумазых, как и все остальные.
Пилот сообщил, что здесь обитает около десяти тысяч человек.
Ей стало интересно, чем они питались и как добывали пищу. Она обнаружила, что никогда не предполагала, что подобное место может существовать. Ее исследования… ее учителя никогда не касались ничего подобного. Она не могла поверить, что схола могла упустить такое — разве они не знали про подобные места? Не поэтому ли Верадис держалась так насторожено? Она хотела обсудить это с сестрой-настоятельницей, но Верадис приказала им молча следовать за ней. Августа подчиняясь приказу, просто изучала обстановку с возрастающим священным трепетом.
Империум смог обосноваться даже в таких местах!
Люди останавливались, когда сестры проходили мимо. Некоторые просто смотрели, провожая их безразличными, холодными взглядами. Некоторые подходили ближе или подталкивали товарищей. Многие стояли с открытыми от удивления ртами. Где-то раздался женский голос, зовущий кого-то выйти и посмотреть на необычную процессию
Верадис шла с высоко поднятой головой, не обращая внимания на зевак.
Люсьен поравнялась с Августой и прошептала: «Я никогда не видела таких колоний».
— Я тоже, — ответила Августа.
— Мы почти пришли, сестры, — сказал губернатор. — Скоро вы сможете отдохнуть и помолиться.
— Держитесь ближе! — прорычала Верадис в вокс.
Она как будто ожидала засады, но Сестры не встретили ни солдат, ни какой-либо городской стражи — ни одного человека в уставной форме.
— Вот мы и пришли, — сказал губернатор, когда они свернули за очередной угол. — Двери собора всегда открыты, и вы можете отдыхать и молиться столько, сколько пожелаете. Аве Император, Сестры!
— Мне нужно будет воспользоваться вашим передатчиком, — сказал Верадис. — Астропат «Сердца» успел отправить сообщение до его гибели, но я должна связаться с Офелией VII и канониссой.
— Конечно. — Отозвался губернатор. — Я оставлю с вами Арго. — Он указал на охранника. — Если понадоблюсь, он поможет найти меня.
Часовня, как заметила Августа, выглядела неопрятно.
Пол выглядел так, словно какой-то слуга наспех подмел его, но электросвечи в бра выглядели как новые, сияя, как луч надежды. Но если внутри когда-то и были скамьи и кафедра, то их давно не стало, а обращенное к Солнцу окно было покрыто грязью, на алтаре не было ни кусочка ткани, ни занавесок вокруг. Трансепты стояли пустыми, а на стенах выделялись более светлые области, где когда-то висели картины или религиозные вымпелы.
У Августы перехватило дыхание. Она не могла поверить, что Его храм можно так запустить.
Приказав охраннику остаться снаружи, Верадис двинулась по проходу, ее черно-белая мантия развевалась за спиной. Эмлин и Леона двигались сбоку. Пыль попала в стыки доспехов, и они хрустели при ходьбе.
— Закройте двери!
Августа и Люсьен повернулись, но огромные стальные двери заржавели. Даже силовая броня оказалась бессильна помочь им.
— Боюсь, сестра, они не сдвинутся с места, — сказала Люсьен после очередной попытки. — Должно быть, прошло много лет с тех пор…
Она так и не закончила предложение, ужаснувшись того, что не могла даже представить.
Верадис раздраженно фыркнула. — Пусть так. Подходите, Сестры. Мы должны поблагодарить Его за наше спасение и тщательно обдумать наши следующие шаги.
Остановившись у подножия алтаря, она встала на колени под окном, где должно было быть Его изображение. Остальные присоединились к ней. Августа остро ощущала Его отсутствие… «Нет, не отсутствие», — поправила она себя, — «ибо Он здесь и повсюду». Но увиденное ею было на грани ереси. Холодок пробежал по ее спине, и она повысила голос, подстраиваясь под своих сестер.
— Невзирая на бури, войны и кровопролитие мы непреклонно стоим, ожидая момента, когда Он призовет нас.
— Да будет благословенна их память, — сказала Верадис, завершая молитву.
Они прочли молитву за тех, кого потеряли. Через мгновение сестра-настоятельница поднялась на ноги.
— Очень хорошо, — сказала она. — Молитва очистила мое сердце. Он даровал мне ясность и понимание, как действовать дальше. Леона и Эмлин, вы будете охранять хостел. Августа и Люсьен, вы вернетесь в порт и будете стеречь шаттлы. Я воспользуюсь воксом колонии и отправлю сообщение в Орден. Это место мне не по душе, и, тем не менее… — Она замолчала, словно обдумывая слова. — И все же я не чувствую ни порчи, ни колдовства, ни явной угрозы. Я не заметила следов вторжения ксеносов или праздношатающихся сторонников древнего врага. Пока Его замысел не откроется нам полностью, мы будем сохранять бдительность и осторожность.
Августа хотела услышать, что именно беспокоит сестру-настоятельницу, но мрачное выражение лица Верадис остановило ее.
— Идите в Его благодати, сестры, и поддерживайте вокс-связь. Выполняйте полученные приказы, и сообщайте обо всем, что увидите.
*
Шаттлы «Арвус» сели вдали от посадочных площадок, выстроившись вдоль возвышающейся стены из темного камня. Освещение было сведено до минимума, но Сестры могли видеть свет налобных фонарей обслуживающего персонала и рабочего инструмента.
Августа спускалась по металлическому пандусу, когда ее остановил крепко сложенный мужчина, обе руки которого заканчивались аугметикой.
— Шаттлы получили различные повреждения, сестры, — сказал он. — Мы рады помочь, и делаем все, что в наших силах. Во имя Его.
— Просто уйди с дороги, — уверенно произнесла она.
Мужчина улыбнулся, сверкнув золотым зубом. — Вам не о чем беспокоиться. Они в надежных руках.
Люсьен встала рядом с ней. — Это была не просьба.
Мужчина поднял бровь. — Так это был приказ?
Августа вспыхнула от гнева. — Отойди в сторону и немедленно! Мы — Адепта Сороритас, и идем туда, куда нам велит Он.
Мужчина качнул головой, и еще несколько человек окружили их. Все они были крепко сложены, и не имели ни униформы, ни знаков различия, ничего.
— Вам следует вернуться в часовню, сестры. Ваши шаттлы в надежных руках.
Это было немыслимо. Августа никогда не видела, чтобы люди так вели себя с Сестрами Битвы. Обычно простые смертные опускались на колени, молили об отпущении грехов, выказывали благоговение и религиозный пыл. Но это выглядело, как открытое неповиновение… Ей хотелось поднять болтер. С усилием она подавила гнев. Сестра-настоятельница просила соблюдать осторожность.
Она уверенно шагнула вперед. Схватив мужчину за потрепанную куртку из кожи грокса, она оттолкнула его к ограждению.
— У тебя проблемы с пониманием? — прорычала она. — Я сказала тебе отойти в сторону. Мне приказано охранять шаттлы, и именно это я намерена сделать во имя Его. Я ясно выражаюсь?
Мужчина оскалил зубы, изобразив нечто среднее между гримасой и ухмылкой. Он выглядел скорее сердитым, чем напуганным. Люсьен свирепо посмотрела на остальных, опустив руку на болтер. Они рассредоточились, полностью окружив ее.
Почему эти люди не боялись ее? Если они нападут, Люсьен сломает всех четверых. Почему у них не было знаков различия, званий, или каких-либо еще опознавательных знаков?
Испытывая смятение, она попыталась обдумать все это. — «По Своей благодати и милости покажи мне истину!»
Встряхнув мужчину так, что у него клацнули зубы, она повторила: «Мы идем к нашим шаттлам и прямо сейчас».
Мужчина посмотрел ей в глаза. Затем вздохнул и расслабился. Потом, не отводя взгляда, он неторопливо произнес: «Ваши шаттлы ремонтируют. Они в хороших руках. Пожалуйста, поймите, что мы не можем позволить посторонним свободно бродить по ангару, чтобы исключить возможность несчастных случаев».
Он подал жест, и остальные отступили.
Августа сильнее сжала руку. — Не лги мне.
— Я бы не посмел. — Решительно ответил он, не отводя взгляда. Его голос звучал искренне. — Приказ исходит от самого губернатора. Вы в состоянии понять, что им движет?
Причина звучала правдоподобно.
«Во имя Его! Что здесь происходит?»
*
В воксе раздался голос Верадис. Она отправила сообщение Ордену. Судя по ее тону, она была удивлена, словно ожидала, что губернатор сделает… Что именно он мог сделать?
И снова Августа помолилась о ясности. Она не понимала, почему в ее сердце росло беспокойство. Сестра-настоятельница сказала быть осторожной, но в чем? Если здесь не было врагов, то почему часовня выглядела заброшенной?
Но Верадис не закончила.
Створки ангара с грохотом и рычанием разошлись в стороны. Потревоженная пыль подлетела вверх. Яркий свет ламп играл на черно-серебристой «Аквиле», пока она поднималась и поворачивалась. Снова это чувство беспокойства: что такого в этом шаттле?
А потом, ее осенило. Свет полумесяца пробился через двери, и принес отблеск Его мудрости. Благодарность и трепет наполнили ее сердце, потому что Он смог прикоснуться к ней даже здесь!
Как и у охранников, на шаттле не было опознавательных знаков, никаких свитков с благословениями, никаких надписей, ни единого образа Его, ни хвалебной строчки. И эта часовня!
Это было похоже на шок, укол осознания истины. Каждый город, каждый спутник, каждая планета Империума — все носило следы поклонения Ему, знаки веры и верности. Некоторые обряды и символы были достаточно древними и могли варьироваться на разных планетах, но, тем не менее, они всегда были.
«В вашем сердце и снаружи Он вездесущ!»
Ее сердце бешено колотилось, Августа все еще держала мужчину. Его четверо товарищей все еще окружали сестер — все словно застыли.
Это было не выразить словами. Ощущая благодарность, Августа прочла молитву покаяния за то, что не поняла этого раньше — как она могла это пропустить? Что-то настолько фундаментальное! Попала ли она под влияние странной луны? Или гибель «Сердца» так на нее подействовало? Такое упущение было непростительным.
Но теперь она все поняла.
— Сестра… — сказал мужчина.
Она отпустила его и отступила назад, смотря, как «Аквила» медленно направляется к шлюзу. Его лик, Его образ должен был быть на тех дверях, на стенах шахты, на башне…
Но нет, нигде не было ни знамен, ни слов священных текстов, ни ритуальных образов или святилищ, никаких меток Механикус с их диагностическим оборудованием и алтарями, посвященными Омниссии. Даже здешние контрольные консоли управления… на них не было ни священных свитков, никто не проводил ритуалов благословения.
Верадис с самого начала была настороже, но здешние люди не проявляли признаков порчи. Не было никаких меток Древнего Врага. Это были просто…
«Корсары».
Слово пришло и вызвало изумление: она читала и слышала о таких отщепенцах! Ее наставники утверждали, что они существуют, но она считала это практически невероятным — миры Империума, которые осмелились нарушить Его закон. Она знала, что главными врагами были еретики, сектанты, ксеносы… Но это
Что-то в ней говорило: они отказались от Его благодати. Их следует очистить.
От молнии и бури…
Старшая сестра все еще вызывала их по воксу. — Сестры! Почему не отвечаете? Отчет!
— Шаттлы ремонтируют, — передала Августа. — Но… — Она собиралась спросить, не хочет ли Верадис, чтобы она проверила их более тщательно, но голос Эмлин перебил ее.
— Сестра… настоятельница! Кр… иссинг, …торф, экипаж… инг! Мы…
Связь прервалась, оставив Августу и Люсьен стоять, глядя друг на друга, недоумевая, что только что произошло.
Верадис рявкнула: «Сестры! Все ко мне!»
Но Августа и Люсьен были окружены.
— Извините, — сказал мужчина. — Изменение планов.
Его поведение кардинально изменилось. Прекратив притворяться, он стал дерзким и стоял, ухмыляясь. Вместо инструментов в его руках появилось жужжащее оружие. Кольцо смыкалось, теперь их окружало десять-пятнадцать человек. Некоторые держали болт-пистолеты, но у большинства было оружие ближнего боя: позвякивающие цепи, клинки и силовые перчатки.
— Вы не смеете угрожать нам, — недоверчиво сказала Люсьен.
Августа передала по воксу: «Сестра-настоятельница, на нас напали!» — Она злилась на саму себя: мужчина лгал ей, а она практически поверила ему. — Я боюсь… боюсь, что наши шаттлы могут быть заминированы.
— Поняла вас, — ответила Верадис.
*
Старший отдал приказ, и кольцо сомкнулось. Не вытаскивая болтер, Августа присела на корточки. Кулак попал ей в забрало, вращающееся лезвие — в грудь, оба удара не смогли пробить керамит.
Она наотмашь ударила первого, отчего тот растянулся на земле. Второй получил удар коленом в пах. Их задумка выглядела нелепо — неужели эти головорезы действительно считали, что смогут справиться с двумя полностью экипированными Сестрами Битвы? Люсьен ударила головой третьего, отбросив его назад с разбитым лицом.
— Император, защити нас! — Слова литании не скрывали чистого, святого восторга.
Но головорезы продолжали наседать, по-видимому, все еще не осознав, на что способны Сестры. Их суровые, холодные глаза подозрительно блестели. Они что-то приняли? Стимуляторы или что похуже?
Это не имело значения. Она заблокировала очередной удар, сломав напавшей женщине руку и вбив ее лицом в грязь. Люсьен схватила еще одного бандита, подняла его и перебросила через перила.
Он упал на пол и больше не шевелился.
Стоящий рядом шаттл запустил двигатели. Он был большой, тяжелый и, в отличие от «Арвуса» или «Аквилы», нес достаточно боеприпасов, чтобы проделать дыру в планете.
«Они не посмеют. Только не возле шахты с прометием …»
Но она решила не рисковать. Крикнув Люсьен: «За мной!» — она оттолкнула двух ближайших головорезов и перемахнула через перила. Ее броня приняла на себя удар. Приземлившись, она быстро перекатилась. Она слышала, как Люсьен приземлилась за ней, но не обернулась. Она бросилась к шаттлу. Его пилотировала местная женщина, грязная и злая, с длинным шрамом на лице.
Она явно намеревалась обстрелять площадку.
— Дерьмо! — завопил главарь бандитов. — Вперед!
Не то, чтобы это произвело какой-то благоприятный эффект.
Августа могла слышать звуки стрельбы в воксе. Похоже, Эмлин жива, но ее сигнал все еще прерывается. Видимо, корсары раскрыли свои карты. Губернатор пытался обхитрить их, но потерпел неудачу. Он лгал сестре-настоятельнице и, возможно, заблокировал ее вокс-сообщение — однако исчезновение экипажа было не скрыть.
Какая судьба их постигла?
У Августы не было времени размышлять об этом. Она вознесла молитву об их здравии, вскакивая на взлетающий шаттл.
— Кракен тебя побери!
Ухватившись за порог открытого люка, она на мгновение повисла, сервоприводы доспеха зажужжали. Затем она подтянулась и оказалась в салоне, поспешив к кабине пилота.
Оставшись внизу, Люсьен расправлялась с остальными головорезами — некоторые из них перепрыгнули через перила вслед за Сестрами. Казалось, она наслаждалась битвой, пела и в праведной ярости убивала их одного за другим.
— За Императора...!
Августа не сомневалась — с оружием или без него, они не могли сравниться с полностью бронированным воином Адепта Сороритас.
Но шаттл был серьезной угрозой и все еще двигался.
Не теряя времени, она схватила пилота за куртку и дернула. Пилот не успел пристегнуться, и вывалился из кресла. Шаттл качнуло и обе упали на пол. Сверкнул нож, и женщина попыталась воткнуть его в стык брони Августы. Августа схватила ее и потащила к двери. Женщина сопротивлялась, плевалась и ругалась, но удар сапогом в лицо сбил ее с ног. Она упала и потеряла сознание.
Схватив рычаг управления, Августа вознесла молитву машинному духу шаттла и попыталась взять его под контроль.
Но она понятия не имела, как управлять им.
Оставалось единственное решение и, выкрикнув предостережение Люсьен, она выпрыгнула из кабины и бросилась бежать. Машина упала, опустив нос, как «Сердце»
*
Судорожно вздохнув, Августа вырвалась из тьмы. Она поняла, что находится в хосписе на медицинской койке. Рядом с ней, сняв шлем и сложив перед собой руки, замерла в молитве Люсьен. Когда Августа пошевелилась, она подняла голову.
— Сестра! По Его милости ты очнулась!
Голова Августы раскалывалась от боли, но она смогла сесть.
— По Его благодати и милости…
Похоже, она осталась невредимой.
— Не двигайся, — сказала Люсьен. — Когда шаттл взорвался, ты оказалась в зоне поражения. — Она ухмыльнулась. — Пиратам повезло еще меньше.
— Мы все еще…?
— Да, мы все еще на планете. Верадис приняла командование, пока за нами не прибудет корабль. Она казнила губернатора и всех его советников. Эмлин нашла экипаж «Сердца» в одном из туннелей. Она и Леона перенесли их в часовню и провели обряд очищения.
Посмотрев на выражение лица Августы, она усмехнулась.
— Это аванпост отщепенцев, сестра. Она не выступают открыто против Империума, но определенно не платят десятину. И это не только прометий. Они добывали драгоценные металлы, золото и серебро, которые нелегально продавали всем желающим. Теперь все перейдет под контроль Экклезиархии.
— По этому… — Ей потребовалось мгновение, чтобы собраться. — Поэтому они не могли позволить нам уйти?
— Они хотели отвлечь нас, успокоить, а затем попытаться убить. Идея заключалась в том, чтобы заминировать шаттлы, отправить нас обратно на орбиту, а затем — бум! — Она развела обе руки, изображая взрыв. — Но Верадис с самого начала думала, что…
— Что-то здесь не так, сестры. — Старшая Сестра стояла в дверях, сняв шлем, но все еще в полном доспехе. На ее суровом лице отразилось неодобрение. — И снова, сестра Августа. Как только тебе удается ввязаться в очередную смертельно опасную заварушку? Кажется, приключения сами находят тебя?
— Я тоже так думаю, сестра-настоятельница.
Августа попыталась сесть, но старшая сестра махнула ей рукой. — Отдыхай. Благодаря Его благословению, ты вообще выжила, и я хочу, чтобы ты вернулась в строй как можно скорее. Лишившись сознания, сестра, — она язвительно подняла бровь, — ты смогла сохранить жизнь. И ты вознесешь благодарность Ему за этот дар. — Она осмотрела лежащую на спине Августу. — Похоже, у него на тебя большие планы, Августа Санторис.
— Да, сестра. — Она почувствовала, что покраснела. — Я обязательно вознесу соответствующую молитву.
— Не сомневаюсь. — Войдя в комнату, Верадис критически осмотрела обеих сестер. — А теперь, расскажите мне, как вы догадались, что мы в опасности? Вы ведь не осматривали шаттлы?
— Нет, сестра, — ответила Августа.
Санитарка хосписа подошла, проверить мониторы. Августе потребовалось время, чтобы обдумать и тщательно сформулировать ответ.
— Он… послал знак, — наконец, сказала она. — Там была «Аквила», черная с серебром, без каких-либо знаков отличия или свитков чистоты. И когда по ней скользнул свет спутника Сциары, это… это был ключ, открывший мне истину. К моему стыду, я не сообразила раньше. — Ее щеки вспыхнули еще больше, и она опустила взгляд.
— Вам просто не хватило опыта, сестры. Подобные отщепенцы существуют, но вы еще молоды и не сталкивались с подобным. Ваше чутье делает вам честь.
Августа и Люсьен ответили почти в унисон. — Спасибо сестра-настоятельница!
— Галактика обширна, — сказал Верадис. — И нас ждет еще много испытаний. Во имя Его мы уничтожаем врагов Империума: предателей, демонов, ксеносов, ведьм и еретиков. Этих врагов, не смотря на разнообразие, легко обнаружить и устранить. — Она остановилась и смотрела на санитарку, пока молодая женщина не выбежала из палаты. — Но иногда враги могут принимать иное обличие, более коварное и пагубное. Здесь мы должны использовать остроту ума и восприятия, а не только привычное оружие. Он заготовил нам много испытаний, Сестры, и таким образом проверяет нашу стойкость и веру. Возможно, это самые сложные испытания из всех.
— Да, сестра, — повторили они хором.
Посмотрев в глаза каждой из них, Верадис кивнула. — Хорошо. Теперь, поскольку может пройти несколько недель, прежде чем прибудет корабль, и мы сможем вернуться на Офелию VII, я забрала инфопланшет с нашего шаттла. Сестра Августа, вы изучите трактат Терновника и помолитесь за мужество и мудрость. А вы, сестра Люсьен, будете сопровождать меня. Эта планета все еще нуждается в очищении, и наша работа еще не завершена.