«Скала», высокая орбита над Мидгардией

Огромное пространство главного командного мостика «Скалы» было наполнено увядшей славой и тенями, которые не тревожили десять тысячелетий. В его центре поднималась большая многоярусная платформа, каждую каменную ступень которой покрывали высеченные замысловатые изображения, повествующие о долгой истории Первого Легиона. На вершине зиккурата находился трон из меди и стали, ощетинившийся инфопортами и голоэкранами, каналами вокс-связи и руническими банками данных. На нем восседал Азраил, Хранитель Истины, верховный великий магистр Темных Ангелов и всех Непрощенных. Из-под белого капюшона он бесстрастно наблюдал за раскинувшимся внизу мостиком.

Среди ярусных рядов банков данных когитаторов и обзорных экранов окулюсов носились туда и обратно сервы, сервиторы и инфорабы, в то время как в коммуникационных ячейках вокруг платформы трудились слуги, согнувшиеся и не глядящие на холодные каменные колонны, которые поднимались вокруг них к далекому сводчатому потолку. Воздух кишел стремительными сервочерепами и порхающими автохерувимами, чьи курильницы наполняли воздух приторным запахом варповой погибели и других священных веществ. Стрекот и перезвон когитаторов, треск вокс-горнов и гортанный машинный кант хора курсографов бесконечно отражались эхом от витражного кристалфлекса иллюминаторов напротив Азраила.

Мостик всем своим холодным каменным великолепием принижал даже самые могучие корабли большинства прочих орденов Космодесанта. Азраил отметил, что некоторые из товарищей Адептус Астартес бросают взгляды на высокие верхние уровни потолка, скрытые во тьме. Космодесантники собрались вокруг большой круглой голокарты возле центрального нефа, расположенного перед платформой Азраила. Карта являлась зернистым зеленым изображением системы Фенрис, висящей в задымленном воздухе. Сферы, обозначающие Мидгардию, Фенрис, Фростхейм и их луны, медленно вращались вокруг бледного шара солнца системы — Волчьего Ока. Когда совещание началось, изображение мигнуло, на него наложились красные и синие знаки и стрелки, отмечавшие прибывший крестоносный флот.

Азраил счел его появление впечатляющим. Суровым напоминанием об опасности, которую разворачивающиеся события представляли для Империума. Обычно для сбора крестоносного флота требовалось гораздо больше времени, не говоря уже о полном развертывании. Азраил вспомнил Антарикский крестовый поход, в котором он участвовал, еще будучи рядовым боевым братом тактического отделения сержанта Нефалима. Верховные лорды Терры впервые утвердили его за два столетия до рождения самого Азраила. На сбор всех флотских ресурсов, прошение к Адептус Механикум и рыцарским домам о поддержке и переброску орденов космодесанта с других операций понадобилось двести лет. За это время умерли и были заменены трое формальных командующих крестовым походом, а целые армейские группы Имперской Гвардии оказались расформированы и заново созданы, прежде чем авангард боевого флота просто покинул доки.

Силы, которые собрал Азраил, уступали по численности тем, что участвовали в Антарике, но все равно представляли грозную мощь. Контингенты из четырнадцати орденов, два суббоевых флота и три армейские группы гвардейцев. Кроме того, в пути находились другие соединения, поклявшиеся оказать содействие, включая титанов из Легио Доминатус. Только фигура с репутацией и опытом Азраила могла собрать подобные силы, опираясь на такие ограниченные ресурсы.

Под троном верховного великого магистра эту силу демонстрировали четырнадцать космодесантников, присутствующих на заключительном оперативном разборе. Среди их геральдики Азраил видел цвета Воющих Грифонов и Красных Консулов, ядовито-желтые оттенки Злобных Десантников, серые доспехи Сумеречных Призраков и серебро одного из наследников его собственного ордена — Стражей Завета. Помимо физически присутствующих, двое Адептус Астартес являлись мерцающими голубыми гололитическими фигурами: капитан Эпат из Шестой роты Ультрамаринов и железный капитан Террек из клановой роты Хаармек Железных Рук. Они оба держали путь к миру Фростхейм на дальнем краю системы, возглавляя часть мощи крестоносного флота.

Совещание вел капеллан-дознаватель Элезар. Азраил поручил ему это задание по совету Асмодея. Главный капеллан-дознаватель в последнее время пребывал под впечатлением от своего ученика, а Азраил знал, как сложно заслужить благосклонность зловещего магистра покаяния. Сейчас тот возвышался подле трона Азраила подобно безмолвному призраку, молча наблюдая за Элезаром.

— Мидгардия, — сказал Элезар, жестом выделив сферу по ходу вращения Волчьего Ока. — Вторая по величине из трех планет системы Фенрис, на высокую орбиту которой мы сейчас выходим. Ранее ее поверхность представляла ядовитые джунгли, что позволяло классифицировать ее как мир смерти. Уроженцы Мидгардии жили под внешней корой, в пещерных городах-ульях.

— Прошедшее время принято к сведению, брат-капеллан, — затрещал голос Террека из вокс-горна, встроенного в проецирующий Железнорукого голопроектор. — Какая судьба их постигла?

— Авгурное сканирование дальнего действия показывает, что поверхность Мидгардии подверглась почти полному демоническому заражению. О ситуации под землей у нас нет никаких данных.

— Волки не пытались очистить планету? — спросил капитан Ультрамаринов Эпат. Его голообраз мигнул.

— Двумя Великими ротами, включая роту самого Логана Гримнара.

— И что с ними стало? С Гримнаром?

— Мы все еще сверяем информацию из перехваченных вокс-сообщений и высокоточного сканирования планеты, но, похоже, их контратака завершилась полной неудачей. Великая рота, известная под именем Железных Волков, в данный момент эвакуируется с планеты, в то время как судьба Гримнара и воинов Фенриса остается неизвестной. Последний отчет говорит об их сражении с демонами в пещерах под поверхностью планеты.

По рядам космодесантников пробежал приглушенный шум. Элезар продолжил.

— Вальдрмани, Волчья Луна, единственный спутник Фенриса, — пояснил он, указав на шар, медленно кружащийся вокруг бело-синей сферы родного мира Космических Волков. — Разведка докладывает, что боевая баржа Третьего братства Серых Рыцарей оказалась уничтожена на орбите орудием нова, расположенным возле астропатического маяка Долгий Вой. В настоящее время неизвестно, связано ли это с демоническим вторжением или указывает на предательство Космических Волков. То же касается и судьбы капитана Штерна. Пикт-материалы, удаленно извлеченные из инфохранилищ Долгого Воя, показывают корабли, отбывшие с боевой баржи в направлении комплекса до ее гибели. Если демонические силы в самом деле захватили Вальдрмани, это вполне может быть связано с их попыткой вовлечь Волков в то, что случилось со Штерном.

— Едва ли им нужно стараться! — резко произнес капитан Злобных Десантников Ворр. — Если верить рассказам о Волках... Мутантах.

— Это обвинение будет далее расследовано, как только позволит время, — вмешался Азраил. Переговоры среди собравшихся космодесантников стихли, как только он взял слово. Его низкий голос легко разнесся по охваченному суматохой мостику:

— В данный момент нашей наиглавнейшей задачей является защита системы Фенрис от демонического вторжения. Как только система будет очищена, мы потребуем от Волков объяснений касательно того, что они пытались скрыть от нас. От Империума.

После холодных слов Темного Ангела наступила тишина. Через минуту Элезар продолжил:

— Фростхейм, третья и последняя планета системы Фенрис. Это участок Цитадели Моркаи, которую недавно захватили еретические силы, а после отвоеванная, по- видимому, Великой ротой Харальда Волка Смерти.

— Что за еретические силы? — поинтересовался Террек.

— Мы все еще собираем информацию об этом. Вокруг Фростхейма вращается естественный спутник — Свеллгард. Поверхность луны усеяна множеством небольших островов, на которых находится мощная батарея орбитальной обороны, известная под названием Когти Мирового Волка. Они недавно были отбиты у демонов, которые, вероятно, появились из морей Свеллгарда.

— Оружейные системы все еще действуют? — уточнил Богемунд, капитан Четвертой роты Обрекающих Грифонов.

— Насколько мы знаем, да. В этот момент братья-капитаны Эпат и Террек направляются туда при поддержке Четыреста восемьдесят третьего субподразделения боевого флота Обскурус и армейской группы Имперской Гвардии. Они стабилизируют ситуацию.

Кивнувшие в знак подтверждения голообразы Эпата и Террека колыхнулись.

— А если Волки не пожелают быть стабилизированными? — спросил Ворр.

— Тогда им преподадут давно заслуженный урок по взаимодействию со своими братьями, — пояснил Элезар.

На губах Азраила мелькнула незаметная улыбка. Он понимал, почему Асмодей благоволил юному капеллану-дознавателю.

— Помимо информации о присутствии на трех планетах и двух лунах системы, инфодосье обороны сектора выдает сведения, что Волки располагают двумя звездными фортами типа «Рамилиес», — продолжил Элезар, — под наименованием «Горменъярл» и «Мьялнар». Связь с обоими утратилась вскоре после начала вторжения.

Остальные слова капеллана заглушил голос вокс-сенешаля Азраила Мендаксиса, раздавшийся в ухе верховного великого магистра:

— Сир, мы только что обнаружили сигнатуру корабля, незарегистрированную во флоте и вошедшую в реальное пространство ближе к центру системы, если смотреть с нашей позиции. Первичное сканирование указывает, что в последний раз он регистрировался как частное судно, имеющее отношение к свите лорда-инквизитора Баниста де Морнея.

Выражение лица Азраила оставалось невозмутимым, но руки немного сжались на черепах, вырезанных на подлокотниках трона. Стоявший рядом Асмодей, прислушавшись к вокс-разговору, резко повернулся и взглянул на Азраила.

«Де Морней, — подумал верховный великий магистр. — Значит, старый дурак все еще жив. Конечно же, он последовал за нами сюда».

— Он вызывает нас, — сказал Мендаксис.

— Ответь ему! — приказал Азраил. — Видеосвязь только на трон.

Из подлокотника трона поднялся маленький экран, обрамленный крыльями аквилы. Секунду по нему шли шипящие зеленые помехи, после чего показалось лицо, которое Азраил надеялся больше никогда не увидеть.

Когда он впервые встретил лорда-инквизитора де Морнея, тот был образцом имперской силы — молодым, с массивной челюстью, стальным взглядом, коротко стриженными рыжими волосами, более привычный к доспеху, чем мантии своего Ордо. Но прошедший век взял свое, несмотря ни на какие омолаживающие процедуры. Теперь лицо на экране заплыло жиром, появился второй подбородок, один глаз слезился от катаракты.

— Верховный великий магистр Азраил, — поздоровался де Морней. Его низкий голос затрещал из вокс-горна, расположенного под экраном. — Рад вас снова видеть.

— Не могу сказать того же, — заявил Азраил. У него не оставалось времени на игры Инквизиции, особенно на те, в которые любил играть де Морней.

— Я чему-то помешал?

— Крестоносный флот в данный момент готовится в бомбардировке поверхности Мидгардии.

— Могу я спросить о причине, помимо того факта, что Мидгардия находится под управлением Влка Фенрика? Уверен, ваш примарх был бы горд, если я верно помню уроки истории моего Прогениума.

— Планета захвачена демонами.

— Откуда вы знаете?

— Авгурное сканирование, вокс-перехваты, данные стратегического анализа, видения моих библиариев и тот факт, что Великая рота Космических Волков в данный момент бежит с поверхности.

— Воины Фенриса?

— Нет. Мы полагаем, что это Железные Волки.

— Но воины также на Мидгардии, разве нет? Под командованием самого Логана Гримнара.

— Наши вокс-расшифровки указывают, что все контакты с ним утрачены.

Де Морней помолчал минуту, затем снова заговорил:

— Я бы хотел попросить о немедленной аудиенции.

— От вашей розетты будет немного пользы, де Морней, — предупредил Азраил. — Я не какой-то трусливый генерал гвардейцев или покорный планетарный губернатор. Если вы хотите поговорить, это случится на моих условиях, а не ваших.

— Вижу, сыновья Льва, как всегда, готовы помочь Его Священным Ордосам, — парировал де Морней с толикой яда в голосе.

— Я сделаю вам одолжение в этот раз, де Морней, в знак доброго расположения к Инквизиции. Но не ожидайте от меня большего. Немногие магистры орденов предоставили бы вам подобные привилегии.

— Я буду через час.

Азраил без лишних слов прервал связь. Он знал де Морнея достаточно хорошо и понимал, что отказ только усилит его решимость. Лучше заманить глупца в логово Льва и лично показать ему, куда заведут его убеждения.

Внизу Элезар рассказывал о намерении ордена бомбардировать поверхность Мидгардии. Шепот среди собравшихся командиров свидетельствовал, что этот замысел казался им таким же плохим, как и де Морнею. Азраил включил личный вокс-канал.

— Заканчивай! — приказал он Элезару.

Не подавая вида, что нечто услышал, Элезар начал подводить совещание к завершению.

— Де Морней здесь из-за нас, а не Волков, — сказал Асмодей. Его голос тихо шипел через пасть его зловещего черного шлема-черепа.

— Несомненно.

— Мы не должны подпускать его близко.

— Не бойся, брат. Я и не собираюсь.

Собравшиеся под платформой тринадцать командиров космодесанта стали расходиться. Каждый перед уходом коротко кланялся Азраилу. Последним мостик покинул Гиммей из Рыцарей Завета, обменявшись сдержанными кивками с верховным великим магистром, прежде чем исчезнуть в проеме взрывозащитных дверей. Азраил встал и спустился с платформы. За ним, подобно сотканной из кошмаров тени, следовал Асмодей.

— Брат Элезар, — обратился к нему Азраил. — Как, по-твоему, относятся наши братья к предстоящей операции?

— В целом одобрительно, — ответил капеллан-дознаватель, отступив от голокарты и поклонившись подошедшему Азраилу. — Хотя наше решение бомбардировать Мидгардию столкнулось с предубеждением. Им не по душе сжигать планету, на которой пропал без вести Великий Волк.

— Ну конечно. Я бы не хотел этого делать, но у нас нет выбора. Поверхность Мидгардии в данный момент настолько заражена, что только отродья варпа могут находиться там. Если мы попытаемся высадиться, то потеряем на планете все силы нашего крестового похода, а мы не можем позволить варп-разломам на поверхности и далее увеличиваться. Планета должна сгореть, полностью.

— Да, господин, — сказал Элезар. — Я не сомневаюсь, что они все примут наше решение.

— Сир, — вмешался Мендаксис. — Шаттл лорда-инквизитора де Морнея запрашивает разрешение на посадку.

— Разреши, — коротко проговорил Азраил. — И отправь брата-сержанта Илию сопроводить его. Скажи ему, чтобы направлялись прямиком сюда, никуда не сворачивая.

— Да, сир.

Азраил взглянул на Асмодея:

— Необходимое зло, брат.

Верховный капеллан-дознаватель промолчал.

Лорд-инквизитор Банист де Морней, прибывший на мостик в сопровождении сержанта Илии, восседал в удобном паланкине с системой жизнеобеспечения, приваренном к спинам двух гусеничных сервиторов. Инквизитора сопровождала стройная Сестра Битвы в черной броне и с пылающим взглядом на отмеченном ожогами лице. Рядом с ней хромал лексмеханик в синей мантии, отягощенный большой стопкой инфопланшетов и свитков. За подол его мантии длинными лапами цеплялся джокаэро, глядящий на суровое великолепие мостика «Скалы» с обезьяньим восхищением. Над головами носился херувим с пустым взглядом, жужжа крыльями и неся ленты пергамента.

Последней плелась худая фигура, практически полностью обнаженная, лишь в грязной набедренной повязке. Жилистое тело усеивали шрамы и гнезда для инъекций стимуляторов. Руки заканчивались грубой аугментикой — электрическими бичами, которые в данный момент были деактивированы и волочились по полу. Голову скрывал красный капюшон и обвивал клепаный визор, стилизованный под инквизиторский символ «I». Из имплантатов раздавался тихий звук успокоительных хоралов.

Азраил поморщился от отвращения, когда увидел хромающего за своим хозяином аркофлагеллянта.

— Приветствую, верховный великий магистр, — обратился к нему де Морней, когда паланкин пересек мостик, неуклюже грохоча мимо когитаторных рядов.

Лексмеханик тут же потянулся за свободным планшетом и автопером.

— Вы привели подобную мерзость на борт «Скалы»? — спросил Азраил, уставившись на аркофлагеллянта.

— Мы все исполняем волю Императора, — ответил де Морней. — И за прошедшие годы я использовал беднягу Вэ-икс-девять-восемнадцать для исполнения этой воли во многих жутких ситуациях. Ему полезно прогуляться.

— Воля... Императора... — пробормотал лексмеханик.

Автоперо неистово зацарапало по инфопланшету.

— Ваше появление, как всегда, неожиданно, — бесстрастно сказал Азраил. — И нежеланно. По какой причине вы здесь, де Морней?

— Прибытие любого, кто носит розетту, должно быть неожиданным, верховный великий магистр, — заметил инквизитор. Паланкин, качнувшись, остановился перед Темными Ангелами. Де Морней чуть подвинул свое старое тело, от чего задребезжали провода, соединяющие инквизитора с системой жизнеобеспечения его мобильного кресла. — И нежеланно только в том случае, если вам есть что скрывать.

За исключением Сестры Битвы, его свита столпилась за его спиной, словно испуганные детеныши гроксов.

— Есть что... Скрывать... — повторил лексмеханик, продолжая писать.

Хотя Асмодей не шевелился, Азраил почувствовал его гнев, излучаемый подобно холоду пустоты за спиной.

— Это не ответ на мой вопрос.

— Ах, но я полагаю — это моя привилегия задавать вопросы здесь.

— Вопросы... — произнес лексмеханик.

— Замолчи, Петеркин, — пробормотал де Морней, прежде чем продолжить. — Чувствую, вы собираетесь сделать эту аудиенцию короткой и неучтивой, поэтому буду говорить откровенно. Во-первых, на планете под нами все еще находятся верноподданные Императора. Планете, которую вы собираетесь испепелить.

— Массовая эвакуация невозможна, — объяснил Азраил. — Население необходимо изолировать и полностью проверить на наличие варп-порчи. Очевидно, что для подобных действий нет ни времени, ни сил.

— Хотя потери среди гражданских прискорбны, — де Морней перевел взгляд на Асмодея, — я больше говорил о сожжении целой Великой роты ваших собратьев Адептус Астартес.

— Сожжение Мидгардии не нанесет вреда ее подземным жилищам, — сказал Азраил. — И там же в последний раз видели Гримнара. Если по воле Императора он все еще жив, то не пострадает.

— А когда выйдет на поверхность, окажется на токсичной пустоши.

— Если у вас есть альтернативное предложение, лорд- инквизитор, пожалуйста, поделитесь им. Я полагал, что вы, как член Его Священных Ордосов, обрадуетесь массовому уничтожению самых темных врагов человечества.

— Смею заверить, ничто не доставит мне большего удовольствия, — парировал де Морней. — Но его станет меньше, если победа окажется достигнута ценой жизни одного из величайших героев Империума.

— Никогда бы не подумал, что доживу до того дня, когда Инквизиция восхвалит Логана Гримнара.

— Времена меняются, Азраил. Как и тема разговора. Что вы делали на Нурадесе?

Азраил стиснул зубы.

— Мы очищали от демонического нашествия один из миров Императора.

— И сколько демонов вы изгнали оттуда? Волки вам оставили хоть одного? Задействовали целый ударный отряд «Клинок Льва», чтобы вычистить заразу, которую стерли несколькими днями ранее?

— Это допрос или просто возможность для грязных оскорблений? Ваша злопамятность не делает вам чести, де Морней. Мне нет никакой нужды потакать вам.

— Что вы искали в полярных руинах, Азраил? Что охраняли ваши скауты?

— Это отделение было заброшено перед главными силами. Если у вас есть настоящие вопросы, де Морней, советую поинтересоваться у Волков, как умерли скауты. Мы прибыли сюда в первую очередь из-за этого.

— Доказательств нападения Волков на имперских граждан нет. Можно ли то же сказать о твоем ордене, Азраил?

— Их чудовища вырезали отделение моей Десятой роты! — вспылил Азраил. Его сдержанность в конце концов начала исчезать. — У нас есть пикт-снимки.

— Печально, что у вас также нет снимков исчезновения единственного выжившего в той бойне, — бросил де Морней. — Не говоря уже о том, что это случилось в этой самой крепости-монастыре. Кое-что здесь не является тем, чем кажется.

Взгляд инквизитора пробежался по мостику, задержавшись на коммуникационной ячейке, где Мендаксис низко склонился, изучая катушку инфопергамента.

— Тщательно выбери свои следующие слова, де Морней.

— Я чувствую здесь вонь варпа, Азраил.

Великий магистр ощутил, как от изобличительных слов инквизитора вздрогнул стоявший рядом Асмодей. Азраил повернулся и успокоил его жестом.

— Аудиенция закончена, — подытожил он. — Убирайся с моего мостика.

— Ты не закончил аудиенцию с Инквизицией, Азраил, — сказал де Морней. — А твой мостик так же относится к владениям Императора, как и любое другое место в Империуме. Здесь полномочия есть только у владельца моей печати.

Азраил повернулся. Движение не было ни резким, ни неожиданным, ни яростным, но, несомненно, несло в себе угрозу. Он сделал шаг вперед, и даже в своем паланкине престарелый инквизитор показался карликом в сравнении с закованной в броню фигурой Ангела. На огромном мостике вдруг стало тихо.

— Я начинаю уставать от твоих игр, — прошептал Азраил. — О твоем предубеждении против моего ордена всем известно. Миссия, которая привела нас сюда, не только целиком законна, она крайне важна для судьбы Империума. Мы можем обойтись без твоих жалких прошлых обид.

— Я сделаю собственный вывод по этому вопросу, — сказал де Морней, со скрежетом давая паланкину задний ход. — Вне всякого сомнения, мы скоро снова поговорим.

— Если будет необходимость, — мрачно ответил Азраил. — Брат-сержант Илия проводит тебя на твой шаттл. Немедленно.

Когда инквизитор и его свита ушли, в ухе Азраила снова ожил голос Мендаксиса:

— Сир, мы получаем новые сведения с Мидгардии. — Последовала пауза.

— Продолжай.

— Они касаются Логана Гримнара... — Мендаксис снова замешкался.

— Что там? Говори.

— Сир, Логан Гримнар мертв.