Годы тьмы и крови

Горькая награда гордыни: Осада Хтонии

Воинство лоялистов

Воинство предателей

Легионные индуктии

Дополнительные материалы

Горнило эпохи Тьмы

Война за звёздное скопление Гармон

Легионы перекованные

Дополнительные материалы

«Говорят, будто хроники войн пишутся лишь теми, кто вкусил победу – и, может статься, сегодня истина умрёт вместе с вами. На сей раз я призываю вас сражаться не ради триумфа или славы, но биться с сердцем, наполненным злобой и местью, а умереть – с утешением в осознании того факта, что хроника нашего темнейшего часа никогда не будет написана».

неавторизованный перехват вокс-записи во время Падения Дранама

В последующие за предательством магистра войны годы Империум оказался сброшен с вершин своего золотого века и погрузился во власть катаклизма. Измена Гора Луперкаля позволила горьким семенам мятежа и разложения, посеянным в течение двух столетий Великого крестового похода, пустить корни и вырастить скрюченные, искривлённые ветви, погрузившие землю во мрак.

Там, где когда-то царили трезвый рассудок и порядок, теперь правили бал отчаяние и хаос – всё, что когда-то считалось ценным и дорогим, превратилось в топливо для машины войны. Те, кто поклялся в верности Гору, сбросили всю видимость благородства и явили свою суть людей бесстыдных, развращённых и одержимых извращёнными амбициями. То, что не обратилось в руины и пепел под ногами величайших из когда-либо существовавших армий, стало добычей для обитателей имматериума, манящих сквозь разрывы в ткани мироздания нечестивых и испорченных служителей.

Даже когда бессчётные легионы обрушились на Солнечную систему, чтобы завладеть самой Террой, среди звёзд продолжала бушевать война невиданных масштабов. Деяния, которые в иных случаях могли войти в анналы истории как самые настоящие легенды, не были отражены даже в беглой заметке. Могучие герои гибли только для того, чтобы быть погребёнными под грудой тел безымянных мертвецов; ныне все те, кто хранил воспоминания о них, убиты, так что память о павших оказалась потеряна из-за войны, поглотившей всё и вся. Таковы были масштабы последних скорбных лет Ереси Гора.

Сражения велись не ради стратегической выгоды или тактического преимущества, но скорее во имя удовлетворения жажды смерти; кровь миллиардов проливалась просто для того, чтобы облегчить возможность убийства миллиардов других. После войны в склепы превратились целые миры, кости некогда процветающих бастионов Империума разлагались на почерневшей, осквернённой земле. Казалось, будто неровный свет самой человеческой расы вот-вот погаснет, всё, что когда-то чтилось, мигом утратило свою ценность; Великий крестовый поход казался напрасным, ибо в конце всех и каждого ожидала одна лишь смерть.

Однако, невзирая на всё этого, те, кто сохранил верность Императору, продолжали без устали сражаться посреди тьмы и горя против тех, кто отвернулся от Него. Без надежды на победу или возвращение попранной чести, они бились не ради славы или завоеваний, как когда-то, но дрались, будучи доведёнными до предела здравомыслия, во имя мести. Стремясь выжить только ради того, чтобы снова сражаться в иной день, они стояли плечом к плечу, изменившиеся навсегда – блёклые тени тех, кем были когда-то, и принесли новые клятвы. Они поклялись сражаться вечно, ибо знали, что во мраке будущего есть только война.

008-011.М31: Непокорство Баала

Отрезанные от основных сил своего легиона, отправившихся в скопление Сигнус, несколько рот Кровавых Ангелов остаются на Баале, родном мире своего примарха, и оказываются в кольце осады предателей, включая силы Сынов Гора, Детей Императора и присягнувших на верность магистру войны механикумов. Среди Кровавых Ангелов начинают расти сомнения, их боевой дух падает, и на легион словно бы опускается мрачная пелена – многие убеждены, что находящийся вдали от дома Сангвиний пал. Уверенность в подобном исходе событий возрастает после того, как на Баал прибывают сборные контингенты из легионов Железных Рук, Саламандр и Гвардии Ворона, спасающихся после бойни на Исстване V, ибо они приносят известия о смерти Ферруса Мануса и неизвестной судьбе Вулкана. Объединённые в своём горе легионы лоялистов организуются в функциональные смешанные боевые отряды и совместными усилиями противостоят непрекращающимся атакам предателей на протяжении всей Ереси. В двух случаях крупномасштабные вторжения изменников завершаются ничем, когда решительные и единые в своём порыве защитники Баала отражают предательское наступление. Между этими атаками по всей системе Баал кипит партизанская война; лоялисты совершают вылазки, чтобы нанести диверсионные удары по флотам осаждающих; таким образом, когда-то гордые сыновья верных примархов противостоят завоевателям в серии ударов и исчезновений, стремясь обескровить врага тактикой тысячи порезов.

011.М31: Уничтожение Давина

После роспуска Империума-Секундус Робаута Гиллимана примархи Сангвиний, Лев и сам Гиллиман пытаются пробиться через Гибельный шторм и присоединиться к силам Императора на Терре. Оказавшись окружёнными порождениями варпа в имматериуме, они выходят в реальное пространство в системе Давин, обнаружив мир, находящийся под извращённым влиянием тёмных сил. Все три примарха начинают массовую планетарную высадку, которая сталкивается с демоническими проявлениями как на поверхности мира, так и на его орбите. В стремлении остановить вторжение демонов примархи уничтожают Давин орбитальной бомбардировкой, и со смертью планеты открывается путь через Гибельный шторм.

011.М31: Разорение Пределов Ксибаны

После возвращения мстительных Кровавых Ангелов из 106-го экспедиционного флота и их короткой, но жестокой кампании возмездия против анклавов Несущих Слово на галактическом западе остатки первоначальных рот Девятого, объединившиеся с контингентом Железных Рук, наносят удары по предательским твердыням в серии разрушительных рейдов. По ту сторону Пределов Ксибаны оба легиона лоялистов обрушивают свой гнев на аванпосты Сынов Гора. Поскольку и IX, и X легионы ранены предательством, их объединённая ярость не знает границ, они безжалостно истребляют всех и каждого из предательских сыновей магистра войны и не щадят никого, кто присягнул ему на верность. После начала этих кампаний связь между бывшими элементами 106-го экспедиционного и их союзниками-Железнорукими прекращается, а их точное местонахождение становится неизвестным. Фрагменты записей, обнаруженных на борту давным-давно покинутого крейсера флотских сил Ауксилии «Имакулата», содержат последние известные сведения об этих войсках, присутствовавших в субсекторе, и указывают на то, что они, вероятно, преследовали бегущие силы предателей за пределы пространства Империума.

012-013.М31: Угольки во тьме

Блокада Инвита силами предателей превращается в затяжную осаду, и верные магистру войны силы закрепляются на поверхности планеты в дополнение к растущему кордону вокруг всей системы, вынуждая Имперских Кулаков и их союзников из числа Ауксилии сражаться во всё более изолированных очагах сопротивления на многочисленных мирах по всему скоплению. Находящиеся внутри этих котлов лоялисты зависят от скудных боезапасов и подкреплений, а также от пилотов Дивизио Аэронавтика, которые совершают тысячи опаснейших боевых вылетов. Среди войск, оказавшихся в самом пекле, присутствуют подразделения Саламандр, специально экипированные для боёв в непосредственной близости от ледяных ульев и жилых блоков Инвита. Действуя в координации с уже закрепившимися на оборонительных рубежах Имперскими Кулаками, сыновья Вулкана проводят партизанские рейды на позиции предателей в каждом из миров скопления, расставляя смертельные ловушки для вражеских войск, дестабилизируя их линии снабжения и саботируя работоспособность боевых машин. После того, как в ходе одного из таких рейдов Саламандрам удаётся уничтожить двух титанов типа «Гончая» и нанести критический урон одному «Разбойнику» во время ремонта и пополнения припасов, боевой дух лоялистов значительно повышается. Невзирая на тяжёлые потери во время столь рискованных предприятий, сравнительно небольшому воинскому контингенту удаётся сорвать планы противника в тот момент, когда вариант с проведением обычной атаки нежизнеспособен – и этот фактор, по мнению многих, играет ключевую роль в том, чтобы позволить Инвиту сопротивляться до тех самых пор, пока блокада в конечном итоге не будет снята.

012.М31: Железные оковы

После ухода IV легиона с Талларна Пертурабо разрабатывает программу массовой индукции, дабы пополнить и укрепить людские ресурсы своего легиона, а также восполнить огромные потери, понесённые Четвёртым после начала Ереси Гора. По всей Галактике силы Железных Воинов подчиняются приказу и начинают претворять в жизнь волю своего примарха, без разбору порабощая человеческое население целых миров и оставляя их родные планеты ободранными и пустыми. Громадная концентрация Железных Воинов движется через весь сегментум Темпестус, методично высасывая все возможные ресурсы из нескольких систем; некоторые миры, вроде Гефемана XII, капитулируют добровольно, в то время как другие, к примеру, Хэддон, берутся силой.

012.М31: Сожжение Идилитара

Вслед за бегством с Кемоса после его разрушения Тёмными Ангелами разрозненные отряды Детей Императора рассеиваются по региону, известному как Бледные звёзды, где перегруппировываются и основывают своё новое царство. В скором времени расширение последнего привлекает внимание гарнизона Саламандр на Ноктюрне, которые проводят мобилизацию в стремлении противостоять растущим силам предателей. Восемнадцатый легион начинает проводить систематическую кампанию по очищению, выжигая каждую из планет, занятых обесчещенным легионом Фулгрима, и обращая в пепел всех и каждого легионеров Третьего. Агрессивная кампания отпрысков Ноктюрна достигает системы Идилитар, чья центральная планета избрана III легионом в качестве сердца своего нового королевства и краеугольного камня, вокруг которого можно будет установить контроль над всем субсектором. По всему бесплодному массиву поверхности Идилитара Дети Императора возвели могучую оборону и укрепили орбитальную сферу взаимосвязанной сетью спутниковых станций, управляемых искусственным разумом древнего происхождения. Не имея возможности нанести эффективные орбитальные удары из-за сложной оборонительной сети, защищающей мир предателей, Саламандры начинают абордажные операции, стремясь саботировать работоспособность вражеских орудий и получить возможность вывести свои корабли на эффективную дистанцию огневого поражения. В течение нескольких недель контроль над узлами-ретрансляторами оборонительной сети оказывается временно вырван из рук Детей Императора, прежде чем автоматизированные системы перенаправляют и восстанавливают сеть. Эти действия дают Саламандрам лишь кратковременную возможность обрушить мощь своих грозных орудий на отдельные сектора планеты и сбросить дополнительные подкрепления в зоны нарастающих боевых действий на поверхности. Обороняющие Идилитар легионеры Третьего успешно пользуются неспособностью Саламандр бросить в бой превосходящие силы, и только по прошествии нескольких месяцев ожесточённых, непрерывных боёв они, наконец, вытесняются из своей цитадели, что позволяет силам XVIII легиона присоединиться к своим братьям в их зачистке оставшейся части региона.

012.М31: Вестники обмана

В ходе кампании по уничтожению империи ксеносов, известных как в’рал ат, на завершающем этапе Великого крестового похода, 3686-й экспедиционный флот, состоящий в основном из роты Первопроходцев V легиона в сопровождении когорт Солярной Ауксилии, был признан потерянным из-за продолжительного отсутствия связи с более крупными соединениями Империума. Однако в начале 012.М31 остатки 3686-го выходят из варпа в области за Вурдалачьими звёздами и сразу же перехватывают фрагментарные сообщения, идентифицированные как сигналы бедствия, из многочисленных мест по всему сегментуму. После того, как был проложен курс к ближайшему источнику этих сигналов, флагман флота «Люкс Маджестас» принимает на борту нескольких выживших легионеров XX легиона, не подозревая о потенциальной верности выживших Гору. Вместо того, чтобы атаковать Белых Шрамов и их союзников, несколько космодесантников Альфа-Легиона подробно рассказывают на допросах о событиях Ереси то же самое, что до сей поры было известно командующему 3686-м флотом, и заявляют, что их собственная верность – в отличие от большей части их легиона – принадлежит Императору. Придя в ужас от этой шокирующей информации, но не имея особых причин сомневаться в достоверности того, что им говорят, 3686-й флот объединяется и снова ныряет в варп с намерением присоединиться к имперским силам, которые, как утверждается, организуют сбор в системе внутри туманности Алакксес.

013.М31: Участь Барбаруса

Когда тень приближающегося флота лоялистов падает на Барбарус, целостность гарнизона Гвардии Смерти, оставшегося на поверхности планеты после ухода Мортариона, оказывается под угрозой. Раздоры в рядах офицерского корпуса выливаются в откровенный раскол, поскольку командиры гарнизонных рот расходятся во мнениях относительно того, как Четырнадцатый должен реагировать на неизбежную сокрушительную атаку Льва, Русса и их объединённых армий. Без присутствия их собственного примарха жизнеспособность обороны Барбаруса открыто ставится под сомнение, а некоторые призывают к полномасштабному отступлению в надежде, что сама планета будет спасена от разрушения. Другие настаивают на том, что следует проявить непокорство, невзирая на тщетность и неизбежность результата подобных действий. В условиях отсутствия верховной власти растущая напряжённость вскоре перерастает в вооружённые столкновения, кульминацией которых становится открытие зенитного огня и уничтожение 84-й гарнизонной ротой Барбаруса своих собратьев-ренегатов, стремившихся покинуть планету с запасами токсичных культур, химических профилей и генофонда с очевидным намерением создать копию своего родного мира где-нибудь в другом уголке Галактики.

013.М31: Остановка сборов на Врамоне

Опережая основные силы крестоносного флота лоялистов, шествующего тропой разрушения через сектора галактического юга, ударная группировка Гвардии Ворона обрушивается на систему Врамон. В результате пробных атак выясняется, что местные правящие касты без ведома Империума присягнули на верность Гору и запоздали с формированием значительного ополчения в виде огромных полков призывников, набираемых из населения целых континентов. Когда обширные ульи-мануфакторумы Врамона III переходят на производство боеприпасов и вооружения, а его звёздные порты укрывают множество загруженных припасами пустотных тягачей, собравшиеся силы готовы покинуть систему и присоединиться к кампании магистра войны. Не располагая достаточным количеством войск для прямого боя и опасаясь, что даже искусное устранение ключевых лидеров не сломит решимости предательских сил, XIX легион проводит стремительное развёртывание с использованием теней и уловок, чтобы проникнуть в основные стыковочные шпили на ключевых позициях. Проведя серию скоординированных ударов, чтобы вывести из строя самый большой из космических кораблей, Гвардейцы Ворона получают возможность серьёзно ограничить мобилизационную способность недавно собранных сил, фактически вынудив значительную по размерам армию застрять в своей собственной системе, не имея иного выбора, кроме как ожидать скорого пришествия гнева Льва.

013.М31: Сошествие безумия

Несколько имперских аванпостов лоялистов, расположенных к юго-западу от галактического ядра, зафиксировали сообщения о спорадических нападениях банд ужасающих мутировавших существ, зверей и изуродованных гуманоидов, облачённых в осквернённые силовые доспехи с едва узнаваемой символикой III легиона. Поначалу предполагалось, что за этими инцидентами стоят аберрантные культы или какие-то неизвестные ксеноформы, имитирующие Детей Императора или же действующие по приказу их агентов, поскольку этим атакам недостаёт подавляющей силы и координации действий настоящих легионеров, а войска, проводящие их, кажутся дезорганизованными или одолеваемыми недомоганием. В течение нескольких месяцев атаки усиливаются от относительно легко отражаемых нападений до гораздо более опасных вторжений, пока в конце концов аванпосты по периметру нескольких локальных кластеров не перестанут передавать идентификационные коды и не будут считаться захваченными или уничтоженными.

014.М31: Завеса разорвана

Пока бушует Солнечная война, Несущие Слово и Тысяча Сынов во главе с самим Ариманом преодолевают автоматизированную защиту кометы, превращённой в святилище Единства. Дело в том, что эксцентричная орбита этого созданного Императором склепа для костей миллионов погибших во время войн Объединения будет проходить мимо Терры раз в тысячу лет, а нападение предателей точно совпадёт с её перигеем. В завершение ритуала, начатого много лет назад легионом, что когда-то звался Имперскими Вестниками, колдуны Пятнадцатого совершают человеческие жертвоприношения, открывая видимый с поверхности Терры и Луны варп-разлом, через который проходит грандиозная армада последователей Гора, включая флагман Ангрона «Завоеватель», «Гордость Императора» Фулгрима и сам «Мстительный дух».

События, произошедшие в непосредственной близости от сегментума Соляр во время похода Гора на Терру, станут одними из наиболее значительных и легендарных сражений, которые когда-либо знавал Империум, затмив собой все иные баталии человеческой истории. Рогал Дорн, примарх VII легиона и Преторианец Терры, укрепил свою оборону в ожидании неизбежного пришествия предательских полчищ, в то время как Император вёл собственную сокрытую войну в Паутине – подпространстве, существующем между реальностью и миром имматериума. Силы лоялистов мобилизовались на защиту царства людей от кордонной стены самого Императорского дворца до далёких холодных лун Плутона. Орды предателей, в свою очередь, оставляли после себя одни лишь развалины, пока они собирались и готовились к нападению на самую защищённую твердыню во всей Галактике – Солнечную систему. Однако колыбель рода человеческого была отнюдь не единственным местом, где в последние годы Ереси бушевали сражения.

Далеко не все остатки экспедиционных флотов, гарнизонных сил и боевых отрядов, которые всё ещё оставались рассредоточенными по самым дальним уголкам Галактики, приняли решение отправиться в далёкое странствие с конечным пунктом назначения на Терре. Многие вняли призыву Дорна, но не могли пробиться через усиленную блокаду мятежников или же обладали слишком малой численностью, чтобы присоединиться к решающей битве на стороне Императора. Объединённые предательские силы Детей Императора, Гвардии Смерти, Железных Воинов, Пожирателей Миров и Тысячи Сынов собрались в Инвитском скоплении, эффективно удерживая верных Трону Имперских Кулаков в ловушке на поверхности их же собственного родного мира. Стоит отметить, что ресурсы, затраченные на удержание VII легиона от усиления Терры, рассматривались изменниками в качестве стоящих трат, если они уменьшали число орудий, выстроенных на крепостных валах Императорского дворца, хоть на малую толику.

В другом месте, на далёком мире Драссен, контингенты Железных Рук и Железных Воинов поддерживали между собой союзнические отношения и не обращали внимания на события Ереси. В 010.М31 мир оказался нарушен прибытием боевых кораблей Гвардии Ворона и Альфа-Легиона, сменившись открытым столкновением. Война легионеров быстро охватила всю планету, когда обеим сторонам конфликта заново открылся ужас предательства. Весь столичный улей Драссена и миллиарды его жителей сгинули в течение нескольких коротких часов, когда исполинское сооружение вырвалось из своих гравитационных оков и рухнуло на поверхность планеты.

Некоторые из воинств оказались втянуты в конфликты, которые они же сами и развязали – кампании по истреблению тех, кого они некогда звали своими кузенами, или войны на истощение, подпитываемые ожесточённостью и ненавистью. Масштабные стратегические цели многих подобных конфликтов были незначительными по сравнению с предоставляемыми ими возможностями получить кровавую дань с тех, кто стал заклятым врагом. Преобладавшим в годы Великого крестового похода духу благородных завоеваний и масштабной экспансии уделялось совсем незначительное внимание, и вместо них единственным мерилом победы стало полное уничтожение врага и любой крепости, которую тот занимал.

Флот лоялистов, состоящий из воссозданных фрагментов боевых рот Саламандр и Железных Рук, прибыл в систему Форикаан в 013.М31, оставив всякие надежды на прорыв окружавшей Терру блокады и принеся с собой войну. Форикаанская система удерживалась гарнизоном IV легиона с последних дней Великого крестового похода, хотя легион Пертурабо был привлечён туда не для того, чтобы просто поработить местное население или создать укреплённую оперативную базу на стратегически важной позиции в сегментуме. Вместо этого Железные Воины прибыли, чтобы охранять добычу громадных запасов прометия, извлекаемых из-под песков огромных массивов форикаанской суши.

В конце Великого крестового похода и во время Ереси Гора продукция обширных перерабатывающих заводов Форикаана III распространялась по всем флотам предателей, и её вклад в ход кампании на Терре был признан самим магистром войны. На первых порах, в скором времени после того, как Гор обратился против Империума, планета служила оживлённым перевалочным пунктом для его боевых флотов, и размер гарнизонных сил рос по экспоненте, в то время как орбитальные стыковочные платформы Форикаана были расширены для принятия большего числа кораблей и укреплены значительным числом оборонительных батарей.

Племена аборигенов кочевали по просторам бесплодных континентов, проживая в быстро возводимых куполообразных жилищах, которые соединялись проходами и мостками, возвышающимися высоко над песками пустыни на сваях. Основные поселения в окрестностях нефтеперерабатывающих заводов были заселены рабочими массами, находившимися на положении рабов у Железных Воинов. Там прозябало несколько миллиардов душ, упакованных в сработанные по стандартной шаблонной конструкции «Фронтерис» ржавые хабы, сложенные друг над другом в соты, что простирались на километры и дальше за пределы видимости. Целые поколения жили и умирали, не ведая иной доли, кроме тяжкого труда в душных прометиевых буровых установках.

Однако период бурной активности в пределах Форикаана оказался недолгим, поскольку силы предателей перенаправлялись в Солнечную систему и занимались грабежом необходимых ресурсов со всех завоёванных миров на своём пути, в результате чего Форикаан III утратил свою полезность. Хотя Железным Воинам никогда не отдавалось официального приказа отказаться от своего дозора в системе Форикаан, смещение акцентов привело к тому, что некоторые из наиболее импульсивных командиров Четвёртого ушли в самоволку вместе со своими ротами, дабы присоединиться к боям на передовой. В результате на планете остались лишь самые стойкие и решительные командиры Железных Воинов, которые приняли решение сохранить господство над системой хотя бы ради того, чтобы лишить силы лоялистов её оставшихся ресурсов.

Выяснив возможность нанесения удара по цитадели предателей на Форикаане III с учётом уменьшения взявшей курс прямо в Солнечную систему части гарнизонных сил, флот лоялистов пошёл в атаку – его командиры стремились обрести возможность распоряжаться ресурсами системы самостоятельно. Передовые силы флота прошли сквозь огненные арки орбитальной обороны вокруг планеты, при этом большая часть кораблей работала по автоматизированным протоколам ввиду нехватки способных к управлению экипажей. Пробившись через внутренний кордон оборонительной сети, объединённые ударные силы Саламандр и Железноруких смогли высадиться на поверхность и установить плацдарм на обширных бесплодных равнинах северо-восточного квадранта Форикаана III. Первоначально они столкнулись лишь с незначительным сопротивлением; лоялисты перегруппировались в механизированные формирования и рассредоточились вдали от своих основных посадочных площадок, методично прочёсывая один сектор за другим.

Сигналом о первых серьёзных действиях предателей на поверхности Форикаана стали мерцающие тепловые сигнатуры, появившиеся на авгурах дальнего радиуса действия наблюдавших за горизонтом лояльных сил. Трубные перегонные аппараты тысяч заводов по переработке прометия оказались подожжены по приказу Железных Воинов – топлива в них хватило бы на десятилетия. Густые облака маслянистой сажи поднимались в верхние слои атмосферы, а затем, конденсируясь, низвергались обратно в виде дождя из маслянистой жижи. Этим разрушительным действием легион Пертурабо намеревался создать загрязнённый ад, через который силам лоялистов непременно придётся пройти, если они желают сойтись в бою с планетарным гарнизоном.

Вне зависимости от направления продвижения сил лоялистов, они неизменно сталкивались с решительным сопротивлением Железных Воинов, которые тратили всё своё время гарнизонной службы на оттачивание боевых стратагем, совершенствование обороны и сохранение постоянной бдительности, несмотря на очевидную избыточность подобных мер в условиях далёкой войны. Впрочем, всё вышеперечисленное прекрасно сочеталось с мстительной яростью, которая пылала в сердцах как Железной Десятки, так и сынов Вулкана, ибо оба этих легиона были разбиты и сломлены на Исстване V, но теперь объединили свой гнев и решили любой ценой воздать отмщение своим заклятым врагам.

Бронетанковые клинья противостояли друг другу на обширных пустынных равнинах, сталкиваясь на фронте шириной в сотни километров и оставляя посреди дюн почерневшие и обгоревшие корпуса тысяч единиц бронетехники. Ожесточённые бои охватили и плотно застроенные рабочие поселения, перекрёстки узких улочек между жилыми кварталами превратились в смертельные ловушки, когда отделения снайперов и метких стрелков отстреливали всех и каждого, кто оказался достаточно смелым или глупым, чтобы попытаться пересечь открытую местность.

В последующей за поражением Гора сумятице судьба Форикаанской системы была забыта, и какая бы из сторон не одержала победу в противостоянии на этом пустынном мире, уцелевших, похоже, оказалось столь ничтожно мало, что о них даже не существует никаких достойных упоминания записей. Над этой землёй не воспарило знамя верности ни одной из фракций, и к тому времени, как выгорела последняя из труб местных перерабатывающих заводов, всё, что осталось на поверхности – это обгоревшие обломки бесчисленных боевых машин и бренные останки тысяч воинов, чьи кости теперь гложут безразличные ветра пустыни.

По всей Галактике легионы прокладывали среди космоса тропу разрушения, а их командиры не подчинялись никакой высшей власти и не сдерживали свою ярость. Примарх Леман Русс и его Космические Волки не ведали о секретах, скрываемых планетой Везделл-Секундус, а потому прибыли не ради грабежа хранящихся на ней многочисленных тайников с оружием, но во имя утоления собственных гнева, ярости и желания уничтожить своих предательских братьев. О ценности этого мира-арсенала было известно немногое, за исключением того, что принадлежал он XX легиону, и в настоящее время широко распространено мнение, что находящаяся на поверхности концентрация припасов и боевого снаряжения, вне зависимости от своей принадлежности, была компонентом одной из множества сложных уловок, разработанных самим Альфарием. В связи с этим Везделл-Секундус не обладал явной орбитальной защитой, которая выделяла бы его как объект военного значения, вдобавок мир находился на некотором отдалении от часто посещаемых маршрутов – неприметное и безобидное захолустье посреди раздираемой опустошением и беспорядками Галактики.

Пока флот Космических Волков сосредотачивался в системе, Альфа-Легион и союзные ему когорты Секурранских Янычар не предпринимали никаких усилий, чтобы сопротивляться или противостоять пришельцам, что привело Лемана Русса в ярость. Король Волков воспринял такой шаг врага за неспособность признать его, Русса, авторитет и положение. Прямое обращение самого примарха было передано через вокс-передатчики каждого из кораблей под его командованием; он требовал провести встречу с самым высокопоставленным военачальником Альфа-Легиона на планете, но ответом ему было лишь молчание.

Дерзновенные – воинство Альфа-Легиона, что держало Везделл под своим протекторатом при поддержке крупной когорты Солярной Ауксилии – оставили сообщение Русса без ответа и вместо этого открыли огонь по кораблям его флота, когда те перестроились в атакующий строй. По всему Везделлу-Секундус охваченный звериной яростью VI легион атаковал всех, кого встречал на своём пути. Кровавую виру уплатили в основном Секкуранские Янычары, их численность мало что значила в столкновении со свирепостью атаки Русса и его легиона. Неуловимый, по своему обыкновению, контингент Альфа-Легиона отказывался сойтись с неприятелем в решающем столкновении, предпочитая вместо этого наносить удары и исчезать, вынуждая Космических Волков расходовать энергию на забой огромного количества солдат Ауксилии. Никому из смертных Волки не предлагали пощады или возможности сдаться – впрочем, никто из солдат и не пытался воззвать к милосердию неприятеля.

Хроники сражений, что бушевали в недрах обширных хранилищ Везделла – включая пикт-записи шлемов воинов VI легиона – содержат тревожно низкое число подтверждённых убийств врагов из Двадцатого, и этот факт подтверждается до странного малым количеством убитых и раненых после столь масштабных боевых действий. Ещё более пугающим кажется то, что удалось обнаружить в подземных схронах под обширными складами Везделла, многие из которых подверглись уничтожению во время бушевавших сражений.

Когда Везделл, наконец, пал перед вторжением Космических Волков, а технодесантники VI легиона сумели расшифровать шифры от массивных противовзрывных дверей в подземные схроны, они обнаружили бесконечные ряды легионерской боевой брони самого разного дизайна, некоторые из которых были признаны стандартными образцами, в то время как другие казались совершенно чуждыми и незнакомыми, хотя при этом носили геральдику и иконографию каждого из легионов. Отмеченные крылатыми мечами угольно-чёрные доспехи, относящиеся к самым ранним дням Великого крестового похода, исчислялись тысячами, в то время как гладкие алые комплекты типа VI, украшенные золотой филигранью вокруг каждой глазной линзы, были представлены в сотнях экземпляров. В других местах Волкам встретились сегментированные комплекты брони с большими полусферическими наплечниками цвета слоновой кости, украшенными символом полумесяца, а также доспехи, окрашенные в оттенки, не соответствующие ни одному из известных легионов и несущие символы неизвестного происхождения и значения.

Эти сражения, как и многие другие, служат наглядным олицетворением Ереси Гора в последние годы конфликта. Пелена мести, злобы и ненависти разлилась по всей Галактике, подобно нефтяному пятну – легионы некогда гордых воителей отдались во власть своих низших инстинктов и превратились в одержимых убийц, зацикленных на том, чтобы покончить со своими врагами и стереть любые свидетельства их существования. Невзирая на всеобъемлющий характер поставленных Гором задач, те, кто присоединился к его восстанию, теперь оказались раздроблены из-за распрей, преследования индивидуальных целей для удовлетворения своих собственных желаний и строительства мелких империй в тени всеобщего разрушения. Хотя предатели многого достигли с тех пор, как магистр войны поднял знамя своего мятежа против Императора, многое на этом пути оказалось потеряно. Пока все взоры были обращены к маршу изменников по Солнечной системе, один отколовшийся от основных сил армады Гора флот пошёл собственным путём в стремлении вырвать свой родной мир, Хтонию, из когтей гарнизона Имперских Кулаков, что оставался там на протяжении практически десяти лет. В отличие от вторжения на Терру – краеугольного камня безумной войны Гора против Империума – во время осады Хтонии Шестнадцатый стремился вернуть то, что по мнению его легионеров, принадлежало им по праву – родной мир и честь их легиона. Этот конфликт стал возобновлением старых обид и продолжением личных войн, кровопролитием, что не преследовало стратегических целей, и войной, что грозила продолжаться вечно.

Это правда Империума.

Это история эпохи Тьмы, когда Гор обратился против Императора и на веки вечные разрушил Империум. Это время предательства и героизма, сформировавшего наш с вами бледный век самым кровавым образом, обрекая нас на мрачное будущее, в котором есть только война.

В тисках этой безжалостной эпохи брат обратился против брата, а легионы Императора сражались друг с другом до тех пор, пока число погибших не превысило количество живых. Бессчётное множество миров были разрушены, а их население – вырезано во имя удовлетворения амбиций Гора, в то время как сам Империум обратился в опустевшие развалины своего былого величия. И всё же мы с завистью взираем на горькую славу той эры, ибо пускай она и была временем безмерных трагедий и лишений, те, кто шествовал оным кровавым путём, ступали тропою богов.

Никто из ныне живущих не был свидетелем той эпохи. Она целиком и полностью превратилась в легенду, и даже величайшие из библиотек Терры и Офелии располагают лишь фрагментами правды о ней. Тем, кто жил в тени трагедии данного конфликта, наверняка казалось, что Империум никогда не сможет оправиться от столь безрассудной ненависти. Тем не менее, колесо истории всегда вращается вперёд, и сопутствующие ей несчастья и слава всегда повторяются в равной мере. Теперь, в эти страшные времена, рассказ о взлёте и падении рода человеческого столь же важен для нас, как и в те мрачные годы.

Всем известен горький конец, которым обернётся эта история, и всё же в данном повествовании обнаруживается сила, которой когда-то обладали герои ушедших веков.

Это правда Империума.

Это история о Ереси Гора.

Схола Прогения // T.R.W. // Офелия

АК

«Войны выигрывает тот, кто достаточно мудр, чтобы отринуть тщеславие и гордыню, но легенды куются лишь теми, кто достаточно смел, чтобы принять превратности судеб».

Леман Русс, примарх Космических Волков

Последние катастрофические годы Ереси Гора изобилуют отчаянными боями насмерть и свирепыми бойнями. Смерть и разрушение можно было встретить повсюду, ибо по всему Империуму все прочие цели войны, помимо обоюдной ненависти, попросту исчезли. Теперь армии стремились лишь утолить жажду возмездия и крови, не помышляя ни о победе, ни о какой-либо надежде на будущее, одержимые единственной необходимостью повергнуть старых недругов раз и навсегда, положив тем самым конец застарелой вражде.

Среди всего этого безумия Осада Хтонии является истинным воплощением ненужных жертв, забытого героизма и упорной ненависти. Здесь, в этом разрушенном мире, сформировавшем магистра войны и его легион, мире, который игнорировался на протяжении практически семи лет ожесточённой вражды, выплеснется наружу вся ненависть заключительных лет Ереси Гора. Даже когда орды Луперкаля на Терре пробили врата Вечности и прорвались во дворец Императора, Имперские Кулаки на Хтонии продолжали сражаться до последнего, и даже когда сам Гор уступил тёмной приманке всемогущества в небесах над Террой, Сыны Гора на Хтонии стремились стереть позор от потери своего родного мира.

В последующие годы эти бесплодные подвиги окажутся забыты, будучи перекрыты событиями последней апокалиптической битвы за Терру, а те, для кого эти малые войны будут считаться последней эпитафией, превратятся в обычные сноски на полях истории, над которыми будут спорить исследователи неясного. Тем не менее, невзирая на всю иронию того, как ковался этот конфликт, в его анналах всё ещё остаётся многое, что заслуживает похвалы, а также обширное количество интереснейшей информации о природе Великой Ереси и воинах, что вели эту самую скорбную из всех войн.

Чтобы по-настоящему понять события Осады Хтонии и их важность для более масштабного конфликта, коим была Ересь Гора, для начала необходимо изучить соответствующие время и контекст происходящего. Дело в том, что это была не отдельная битва, но неизбежное завершение цепи событий, начавшихся задолго до своего кровавого финала. Как и в случае Ереси Гора в целом, последние мучительные корчи войны на Хтонии стали кульминацией десятилетий зависти, соперничества и несчастий, однако в те годы мрачная взаимосвязь обид и скорби зачастую упускались из виду. Сохранившиеся записи эпохи Тьмы раскрывают путь, ведущий к неизбежному концу этой истории, путь сожалений и несбывшихся мечтаний, который приводит нас к одной из последних и наиболее знаковых забытых битв Ереси Гора.

Это история Осады Хтонии.

++ Обзор ++

++ Подтверждение подлинности / Прим. Вариант Один ++

Обзор: Хтония, 001.М31

Хтония представляла собой мир твёрдого камня, пронизанного туннелями и подземными городами, вращающийся вокруг медленно умирающей, агрессивной голубой звезды в безжизненной системе. Колонизированная в далёкие и забытые годы, Хтония была источником невероятных богатств, что добывались из её недр в промышленных объёмах на протяжении тысячелетий, пока не остались одни лишь выдолбленные останки. Человечество всё глубже зарывалось в кору Хтонии и застраивало её поверхность перерабатывающими ульями, которые в конце концов рухнули и рассыпались в бесконечные пещеры, раскинувшиеся под бесплодной и отравленной поверхностью планеты. Этим лишённым света царствам горнодобывающих штолен и павших ульев предстояло стать убежищем и тюрьмой для жестокой ветви человеческого рода, пережившей эпоху Раздора.

Относительно близость Хтонии к Терре в космических масштабах, благодаря которой прерывистая связь между мирами поддерживалась даже в годы эпохи Раздора, способствовала тому, что сей мир одним из первых стал частью нового Империума. Поскольку в те годы на Хтонии не существовало формы никакой формы организованного управления, это произошло без согласия её населения, которое в основном осталось нетронутым и продолжило жить под землёй, в то время как молодой Империум приступил к жатве скудных остатков минеральных богатств Хтонии. Любопытно, что исследовавшая этот мир первой экспедиция V легиона призывала к истреблению жестокого туземного общества, называя его «...гнездом змей, извивающихся во тьме, которое лучше было бы уничтожить». Однако Империум нуждался в их клыках, и в недрах Хтонии он увидел новый источник богатства – а именно дикарские навыки местного населения.

Масштабы подземного мира Хтонии и его незримые орды оказались значительно большим сокровищем, чем предвидел Империум, поскольку они не просто оказались прекрасным запасом рекрутов как для Имперской Армии, так и для Легионес Астартес, но ещё и приютили одного из считавшихся потерянными примархов. В соответствии с распоряжением Гора Луперкаля, получившего титул повелителя XVI легиона, жители Хтонии получали возможность служить как воинами в рядах имперских армий, так и рабочими на вновь восстановленных фабриках. Более того, величайший из возрождённых ульев будет переименован во «Врата Луперкаля» и станет соединительным мостом между лишённым света подземным миром, в котором тренировались жестокие воины из числа местных, и миром на поверхности, где чужеземцы боролись за восстановление хотя бы малейшего отблеска былой славы Хтонии.

Следующая временная шкала иллюстрирует в хронологическом порядке основные события Ереси Гора, так или иначе затронувшие Хтонию.

005.М31: Ересь Гора начинается

Гор поднимает мятеж средь руин Исствана III, очищая свой вероломный легион от тех, кто сохранил верность клятвам Императору.

006.М31: Резня в зоне высадки

Рогал Дорн, примарх Имперских Кулаков и сенешаль Терры, отправляет спешно собранный карательный флот на Исстван в стремлении положить конец восстанию Гора. К сожалению, силы лоялистов уничтожены предательством во время печально известной Резни в зоне высадки на Исстване V.

006.М31: Первая осада Хтонии

В рамках первоначальных мер по защите сегментума Соляр громадный флот в составе Имперских Кулаков, Космических Волков, верных тагмат Механикума, многочисленных полков Имперской Армии и отряда Легио Кустодес атакуют Хтонию, приёмный мир Гора. Гарнизон на поверхности быстро разбит и вынужден отступить в подземный мир, чтобы вести партизанскую кампанию. Несколько ключевых офицеров Сынов Гора взяты в плен и доставлены на Терру для публичной казни, в то время как на самой Хтонии установлен оккупационный режим.

006.М31: Падение Парамара

Предательские легионы Гора завоёвывают Парамар, вынуждая Дорна перебросить значительное количество войск, чтобы противостоять этому удару в сердце Империума. Воинство лоялистов на Хтонии лишается большей части своей численности, и для сдерживания уцелевших Сынов Гора остаётся лишь небольшой гарнизон Имперских Кулаков и войска Механикума.

007.М31: Гибельный шторм

На далёком Калте Несущие Слово призывают Гибельный шторм, и защитники Хтонии оказываются ненадолго отрезанными от остальной части сегментума Соляр. Гарнизон Имперских Кулаков подвергается нападению воинства Несущих Слово, в то время как индуктии Сынов Гора проводят атаку из глубин; VII легиону удаётся удержать оборону лишь ценой больших потерь. Оккупация Хтонии становится всё более опасной, но Дорну удаётся выделить лишь незначительное количество дополнительных войск, отправив на подмогу своим сынам контингент «лояльных» легионеров Тысячи Сынов и их стражниц из Безмолвного Сестринства.

009.М31: Горькая война

Отряд обезумевших от горя Железных Рук прибывает на Хтонию в стремлении продолжить свою личную вендетту Несущим Слово. Вооружённые запретным оружием, Железнорукие отвергают все приказы и просьбы присоединиться к гарнизону и отправляются в подземный мир. Больше о них ничего не слышно, но на несколько месяцев предатели прекращают свои набеги на поверхность.

010.М31: Солнечная война

Ударные силы предателей прорывают периметр Солнечной системы и сеют хаос в сегментуме Соляр. Поскольку Гибельный шторм всё ещё мешает варп-перемещениям и связи защитников-лоялистов, Рогалу Дорну трудно найти войска для сдерживания этих рейдов.

011.М31: Яд Гидры

Эскадра кораблей с геральдикой Саламандр прибывает на Хтонию, используя устаревшие коды безопасности, чтобы получить доступ к орбитальной платформе над планетой. В скором времени эти силы раскрыты как лазутчики Альфа-Легиона и прогоняются, но не раньше, чем изменники сбрасывают припасы и подкрепления для Сынов Гора.

012.М31: Смерть Талларна

Талларн, ключевой пункт обороны лоялистов на галактическом юге от Терры, полностью опустошён натиском предателей. Теперь, когда силы лоялистов разбиты, гарнизон Хтонии практически не надеется на получение дальнейшей помощи от Рогала Дорна или Терры.

012.М31: Поход Ангела Смерти

Когда Галактика погружается в хаос, Лев и его Тёмные Ангелы начинают неистовствовать на южных окраинах Империума. Когда перемещённые войска и отставшие с обеих сторон отступают перед яростью Льва, к гарнизону Хтонии присоединяются несколько отрядов из так называемых Разбитых легионов.

013.М31: Прорыв в сегментум Соляр

Бета Гармона пала, и предатели прорывают кордон Рогала Дорна вокруг сегментума Соляр. Все уцелевшие силы лоялистов отступают к Солнечной системе или, если им этого не удаётся – остаются и защищаются там, где могут. Гарнизону Хтонии приказано держаться до тех пор, пока его не сменят – послание об этом скреплено рукою самого Рогала Дорна.

013.М31: Вторая осада Хтонии

Флот Сынов Гора и элементы поддержки отделяются от колоссальной армады Гора и обходят Солнечную систему, чтобы атаковать Хтонию. Малочисленный гарнизон Имперских Кулаков оказывается изолированным, отступать ему некуда, и бойцам приходится полагаться на надежду в виде прибытия сил помощи с Терры, чтобы прорвать осаду.

014.М31: Падение Терры

Предательский магистр войны Гор полностью сокрушает сопротивление в Солнечной системе и готовится к последней атаке на саму Терру. Теперь Хтония остаётся совершенно одна, без надежды на спасение извне.

«Те, кто вещают о своей победе прежде, чем враг ляжет мёртвым – глупцы. Борьба заканчивается лишь после нанесения последнего удара».

Ангрон, Красный Ангел, владыка Пожирателей Миров

642006.М31

За годы Ереси Гора Хтонии выпала участь пережить не одну осаду, а целых две. Первая из них стала кровавым преддверием второй, мрачным отражением судьбы, которая ожидала планету в последние годы Великой Ереси. Эта первая осада, пускай непродолжительная и гораздо менее катастрофическая, чем финальная, подготовит почву для того, что станет одним из наиболее знаковых последних сражений Ереси Гора. После печально известной Резни в зоне высадки, когда совокупная мощь нескольких верных легионов оказалась расколота предательством, Рогал Дорн привёл в действие планы по укреплению сегментума Соляр и Солнечной системы. Поскольку большая часть его легиона всё ещё оставалась рассеянной после этой битвы, Дорн мог предоставить защиту лишь нескольким ключевым мирам, стремясь остановить продвижение предателей на достаточно долгое время, чтобы сплотить иные легионы. Парамар, Бета Гармона и Лорин-Альфа станут линиями фронта гражданской войны, мирами-крепостями, призванными сдерживать наступление предателей. Продвигаясь к Терре и неизбежной конфронтации с Императором, Гор не мог обойти эти твердыни лоялистов и оставить их за спиной, а потому был вынужден дать бой войскам Дорна на удерживаемой ими земле.

В свою очередь, Хтония представляла собой кинжал за спиной Терры – мир, изобилующий воинами, оружием и снаряжением, преданный вероломному магистру войны и расположенный достаточно близко от Солнечной системы, чтобы атакующие силы могли высадиться задолго до того, как миры-крепости сегментума Соляр успеют прислать подкрепление. Игнорировать такую угрозу было нельзя, а потому Дорн, продолжая предпринимать меры по замедлению натиска магистра войны, отправил те войска, которые ему удалось выделить, с целью нейтрализовать угрозу со стороны Хтонии и обратить ту опасность, которую представляла собой планета, себе на пользу. Ведь если бы этот мир остался бы предоставленным самому себе, он превратился бы в оплот предателей в самом сердце сегментума Соляр, но если легион Дорна сможет получить контроль над Хтонией – планета станет настоящим арсеналом VII легиона, основным источником как орудий войны, так и воинов для своего нового хозяина.

С этой целью Дорн направил на Хтонию 9-й и 14-й батальоны Имперских Кулаков, 13-ю великую роту Космических Волков, несколько терранских когорт Имперской Армии и даже три товарищества Легио Кустодес. Командовал боевой группировкой лорд-кастелян Эвандер Гарриус – воин, что когда-то служил вместе с Лунными Волками в дни славы Великого крестового похода, а ныне ветеран, оказавшийся в опале у своего господина Рогала Дорна. Для этой миссии он был идеальным инструментом – ибо понимал своего врага так, как немногие другие, и отчаянно стремился вернуть себе одобрение Дорна. В свою очередь, на страже Хтонии стояли лишь два ордена; оба прибыли на планету совсем недавно, дабы возместить боевые потери свежими рекрутами, а также усиленная рота Несущих Слово. Эти ограниченные силы не могли надеяться выстоять против Империума, и сей факт не мог ускользнуть от военного гения магистра войны; это свидетельствует о том, что Гор явно не собирался сражаться, чтобы сохранить контроль над своим приёмным миром. Луперкаль поставил всё на полномасштабную атаку против самой Терры из своей новой цитадели на далёком галактическом севере, и Хтония для него была стратегическим блефом, средством для отвлечения части сил Дорна, но не более того.

Быть может, именно предчувствие подобной стратегии или же элементарный прагматизм перед лицом пришествия подавляющей силы поразили изменников на Хтонии в 006.М31, поскольку они практически не пытались противостоять флоту вторжения в открытом бою. Их звездолёты покинули систему ещё до появления в системе имперского флота, в то время как застрявшие на Хтонии воины предательских легионов предпочли не сопротивляться высадке лоялистов. Вместо этого они отступили к шпилям улья Врата Луперкаля и Терминалу Атлас, намереваясь организовать оборону из этих более укреплённых опорным пунктов. Воины 13-й великой роты Космических Волков, высадившиеся на борту десантных капсул, стали авангардом десанта лоялистов, и на пепельных равнинах перед величавыми шпилями Врат Луперкаля пролилась первая кровь. Не знающие пощады Волки обрушивались лавиной на те изолированные отряды, что встречались у них на пути, пуская в ход всё оружие, что было в их распоряжении, и не давая противнику ни единого шанса сплотиться или контратаковать. Из тех отрядов, что столкнулись в тот день с воинами Фенриса, не выжил никто – более того, лишь немногие из сохранившихся останков защитников Хтонии поддавались идентификации, ибо большинство из них были изрублены или разорваны до неузнаваемости. Сражаясь против Тысячи Сынов каким-то годом ранее, тэны 13-й великой роты научились не сдерживать себя ни в чём, когда их противником оказывались Легионес Астартес.

Пока Волки Фенриса увлажняли землю Хтонии кровью её былых господ, Имперские Кулаки атаковали центральный шпиль Врат Луперкаля. Пока Имперская Армия окружала громадное сооружение, фаланга из семи осадных дредноутов «Левиафан» разнесла главные ворота, разбив вдребезги украшавшее их золотое Око Гора. Хотя защищавший Врата контингент Сынов Гора оказал упорное сопротивление, они могли лишь на время задержать исполинские дредноуты – одну из могучих боевых машин удалось остановить шквалом выстрелов из мелта-ружей, другую – стрельбой осадного танка «Поборник» практически в упор. Свирепая тактика Великого крестового похода встретилась с упрямой доблестью Легионес Астартес, но если столь дерзкие удары сокрушали меньших врагов, то в случае предавших Императора космодесантников они демонстрировали куда меньшую эффективность. Тем не менее, невзирая на всё свое непокорство, Сыны Гора не могли устоять перед лицом вражеского численного превосходства. Имперские Кулаки продолжали свою атаку, оставляя за собой одни лишь трупы в броне цвета морской волны.

Вслед за воинами, очистившими ворота, двигались облачённые в золото и цвет штормового неба отделения хускарлов и варагиров под командованием самого Эвандера Гарриуса из 456-й роты. Эти отборные воины стремились как можно быстрее взять под контроль небесный свод шпиля Врат Луперкаля, где покоился чёрный престол Хтонии – то самое место, с которого изменник магистр войны когда-то правил возвысившим его миром. Стремясь захватить этот великий трофей для своего собственного примарха, Гарриус направил лучших бойцов на штурм небесного свода, где несколько десятков Сынов Гора и серво-автоматов заблокировали дальнейшее продвижение в серии хитроумно спланированных стычек. Уступая элите двух легионов, Сыны Гора использовали сам город-улей для борьбы, которая, как они уже догадывались, обещала оказаться тщетной. Силовые соединения настраивались таким образом, чтобы взорваться в нужный момент, двери в переборках запечатывались, а в одном случае целая субсекция верхнего пилона № 19 была отделена от надстройки улья посредством серии направленных взрывов, чтобы унести отряд хускарлов в объятья огненной смерти. На протяжении практически четырёх часов Сыны Гора сдерживали лорда-кастеляна Гарриуса, не обращая внимания на свои собственные потери и ущерб, нанесённый верхним уровням улья. Оборона рухнула лишь после того, как Гарриус и тэн Колби из Космических Волков взяли штурмом небесный свод и сразили вождей Сынов Гора.

Далеко внизу, в глубине Врат Луперкаля, ожидавшие столкнуться со столь же упорным сопротивлением горделивых Сынов Гора Имперские Кулаки встретят лишь разрозненные отряды защитников. Полевым командирам лоялистов быстро стало ясно, что предатели не собирались защищать громадный город-улей, а вместо этого намеревались саботировать его ключевые системы, дабы сделать трофей Императора совершенно бесполезным для сил вторжения. В отсутствие альтернатив Имперские Кулаки взяли на себя обязательства по обеспечению безопасности нескольких ключевых объектов города-улья – сыны Дорна понимали, что они не смогут полностью помешать уловкам своего врага. Оснащённые штурмовыми щитами отделения прорыва раздавили диверсантов Сынов Гора, пытавшихся перегрузить древние реакторы Врат Луперкаля, но не смогли помешать Сынам Гора разрушить городские авгур-массивы и защитные батареи макро-орудий. Преследуемые рейнджерами Имперских Кулаков и ловчими Космических Волков, большинство уцелевших сил городского гарнизона отступили через огромные внутренние врата в самом сердце Врат Луперкаля и исчезли в неизведанных глубинах подземного мира Хтонии, продолжая представлять угрозу для оккупационных сил Хтонии, даже несмотря на свою изоляцию.

Невзирая на вышеперечисленные незначительные неудачи, Хтония теперь принадлежала Рогалу Дорну. Громадное знамя с Оком Гора, что когда-то красовалось высоко над стенами древнего улья Врата Луперкаля, было сорвано и сожжено, сам город переименован во Врата Предателя и передан под контроль Дорна в соответствии с приказом Императора. Хтония будет лишена всех своих активов и сокровищ, направленных для утоления голода продолжающейся войны, те минералы и руды, которые можно было добыть, отправлялись на мир-кузницу Грайя для питания литейных войны, в то время как выносливым жителям Хтонии предстояло служить в качестве грубой рабочей силы, сырья для фабрик Лакиремарты или же пополнения рядов Имперских Кулаков в качестве индуктиев. Все до единого символы вероломного магистра войны должны были быть уничтожены и забыты, память о нём – похоронена, а его легион предстояло не просто разбить на полях сражений, но и лишить будущего, ибо тех, кому предстояло стать свежим поколением Сынов Гора, следовало отобрать и переделать в верных воинов Императора, в Имперских Кулаков. Эта монументальная задача была поручена лорду-кастеляну Гарриусу, на плечи которого не просто легли обязанности по удержанию Хтонии под контролем примарха и Императора, но и задачи по внедрению заветов Имперской Истины, чтобы перековать местную культуру для служения Императору. Несмотря на титул «Защитника Хтонии», мало кто видел в назначении Гарриуса что-то иное, кроме очередного порицания в долгом послужном списке капитана, ибо его воинское тщеславие в последних боях привело к ненужным потерям среди хускарлов и терминаторов-варагиров. Преторианец Терры возложил на своего сына тяжкое бремя, что в равной степени было и последней возможностью продемонстрировать свою ценность, и суровым наказанием за неудачи, поскольку связанный новым долгом на Хтонии Гарриус лишился возможности присоединиться к отчаянной войне во имя защиты Империума и права стоять рядом со своим господином, чтобы вместе встретить надвигающуюся бурю.

Когда Гарриус и его 456-я рота заняли свои новые посты с ожидаемой от VII легиона стоической дисциплиной, львиная доля иных сил, сражавшихся на Хтонии во имя Императора, были переведены на другие театры военных действий. Поскольку потребность сердца Империума в воинах и материальных ресурсах стала критической, ибо легионы Гора повсеместно напирали на поспешно воздвигнутые Дорном оборонительные рубежи, гарнизонные силы по всему сегментуму Соляр оказались распущены, чтобы перегруппироваться на новых оборонительных позициях. По этой же причине выплаты десятины с сохранивших верность планет были увеличены – принудительные меры выглядели рискованно и могли повысить вероятность восстания, но этот риск казался оправданным перед лицом натиска магистра войны. На Хтонии, где Гарриус теперь правил со старого престола Луперкаля, новые требования Терры привели к тому, что местные силы лоялистов сократились до немногим большего, чем одна усиленная рота Имперских Кулаков и несколько когорт лёгкой пехоты с близлежащей Некромунды. Этого едва хватало, чтобы сдерживать Сынов Гора, которые скрывались в туннелях под поверхностью Хтонии; их непрекращающиеся набеги доказывали, что угроза всё ещё рядом, и мешали работам по «перевоспитанию» горделивого населения вотчины Луперкаля. Эти люди будут вытеснены из подземного мира, чтобы заселить наполовину функционирующие залы Врат Предателя и обширные трущобы у подножия улья, оставив подземелья пристанищем мятежников, преступников и Сынов Гора, и в этом лабиринте туннелей у лоялистов не было никакой власти.

Чтобы укрепить свой сокращающийся гарнизон, Гарриус приступил к быстрой вербовке, преобразованию и идеологической обработке наиболее подходящих рекрутов из числа воинственных жителей Хтонии для создания новых рот индуктиев, дабы укрепить оборону и снабдить повелителя Дорна новыми войсками для бушующей Ереси Гора. В результате этого процесса родилась порода космических десантников, которые сильно отличались по характеру от ветеранов Великого крестового похода. Это были воины, воспитанные и обученные сражаться с другими Астартес – одноразовое боевое оружие и ничего более, не усваивавшее ни традиций легиона, ни почтения к примарху, который приказал их создать. Цвета Имперских Кулаков они носили с безразличием, но Гарриус позаботился о том, чтобы удержать новых бойцов от знакомства со стародавними традициями их хтонийских предков, дабы они не впали в охватившую Сынов Гора ересь, ибо только стремительная идеологическая обработка стала для них цементом, скрепившим крепость верности, а вовсе не годы войны, что когда-то сковали воедино первых воинов VII легиона. Многие из числа взращенных на Хтонии индуктиев окажутся переведены в другие роты Имперских Кулаков, действовавшие за пределами Хтонии. Это замедлило предпринятое Гарриусом укрепление обороны мира, однако данное обстоятельство в какой-то мере нивелировали превратности судьбы: покорённая родина Сынов Гора обрела неожиданную награду от сражений, бушевавших по всему Империуму. Несколько отрядов так называемых «Разбитых легионов» – тех самых, что понесли чудовищные потери в ходе Резни в зоне высадки – попытались использовать Хтонию в качестве оперативной базы для набегов против предательских цитаделей на галактическом юге от Терры. Более того, бойцы Гарриуса получили совершенно невероятное подкрепление в лице отряда Тысячи Сынов – остатков Пятого братства, бежавших с Просперо после его разрушения и искавших милости у Императора. Сначала они были приговорены к тюремному заключению в казематах под Дворцом, но с началом Ереси им был предложен шанс на искупление. Гарриус, который доверял этим дважды предателям столь же мало, как и его примарх, разместил их в Фарос Обскурус – древнем обветшавшем маяке на краю Ядовитого моря, и заставил сражаться с остатками гарнизонных частей Сынов Гора в глубинах подземного мира.

Впрочем, и они не стали последними сиротами войны, которые нашли свой путь на Хтонию. По мере того, как ход конфликта всё сильнее менялся в пользу предателей, каждое новое поражение оборачивалось появлением новых душ, которые пополняли силы лорда-кастеляна Гарриуса. После падения Талларна, чью поверхность навеки изуродовала ярость предательского воинства, около трёх рот Имперских Кулаков прорвутся с боем из системы и проложат опасный путь до Хтонии, чтобы там ожидать следующего штурма с фаталистичным стоицизмом. Менее чем через год сама Бета Гармона, великий мир-крепость, укреплённый Дорном для защиты границ сегментума Соляр, падёт пред натиском магистра войны, и разрозненные силы лоялистов отступят обратно в новые убежища как в самом сегментуме, так и за его пределами. Каждая трагедия приносила Гарриусу и его воинам рассказы о героизме и непокорстве, которые легли в основу легенды о Великой Ереси – легенды, что писалась без них, ибо сами они оставались в ловушке своего долга по сдерживанию предателей, скрывающихся в подземных лабиринтах Хтонии. Когда Ересь Гора подошла к своей завершающей стадии и магистр войны наконец-то протянул длань к Терре, Хтония продолжала держаться – наполненная воинами, собранными с последних оплотов и бесконечных боен, но сама едва ощущавшая жестокое прикосновение битвы.

Однако этому монотонному штилю не суждено было продлиться долго, и в последние месяцы Ереси Гора война во всей своей ужасающей ярости наконец-то явилась на Хтонию.

«Понятия „добра“ и „зла“ подобны ветру – это непостоянные идеалы, ценность которых меняется с каждым мгновением. Долг, в свою очередь, подобен камню, и его ценность ложится тяжким бременем на всех, кто достаточно смел, чтобы принять его».

Эвандер Гарриус, командир 456-й роты Имперских Кулаков

759013.М31

В наполненные ужасами последние годы Ереси Гора немногие ожидали вторжения на Хтонию. Гор находился на вершине своей мощи, рассеяв воинства лоялистов и сломив оборону Солнечной системы. Его армии представляли собой бесчисленные орды, армады безраздельно властвовали на космических просторах, а его собственная сила превосходила таковую у любого из братьев и, возможно, даже Самого Императора. Ему не нужна была Хтония, ибо для окончательной победы шестнадцатому примарху оставалось лишь сокрушить Терру и сорвать корону с чела своего Отца – Луперкаль уже давным-давно перерос тёмные пещеры своей юности. Тем не менее, многие из Сынов Гора восприняли оккупацию своего родного мира Имперскими Кулаками как оскорбление чести легиона – в Хтонии они видели образ славных дней Великого крестового похода. То был постоянный символ легиона, неизменный даже после того, как сменилась геральдика воинов магистра войны, и оставлять его в лапах врага для таких воинов представлялось делом немыслимым. Таким образом, мотивом для вторжения на Хтонию послужила не стратегическая необходимость, но уязвлённая гордость и отчаянная потребность вернуть то, о чём легионы предателей практически забыли. Честь.

Даже те из воинов легиона, кто никогда не ступал на Хтонию, видели в ней воплощение истинного воителя, боготворя жестокие обряды и кровавые традиции банд, некогда правивших подземным миром, и подражали манерам тех, кто когда-то бродил во тьме подземелий этой планеты. Многие из ветеранов Шестнадцатого считали таких подражателей жалкими показушниками, лишёнными понятия дисциплины и гордости, которыми отличались те, кто прошёл через испытания Великого крестового похода. Да, новички точно так же носили знаки старых банд и сражались столь же яростно, но там, где бандиты старой Хтонии видели в крови и насилии необходимость во имя выживания, самые молодые из Сынов Гора наслаждались кровопролитием как целью своего существования вместо использования жестокости в качестве одного из инструментов завоевания. Эта зараза, медленно превращавшая воинов в обыкновенных убийц, прогрессировала в легионе по мере того, как примарх всё больше попадал под влияние Лоргара и Эреба – и это падение многие воины Шестнадцатого находили предосудительным. Ветераны, осудившие процесс размывания легиона, были столь же преданны Гору и его восстанию против Императора, как и все остальные, но стремились к тому, чтобы легион оставался таким же бритвенно-острым клинком, каким он был когда-то, дабы у магистра войны всегда были под рукой верные инструменты, необходимые для создания его собственной империи. В рядах легиона эти бойцы были известны под простым прозвищем: Истинные Сыны Хтонии.

Главарём Истинных Сынов был Верен Ашурхаддон, известный как Первый Налётчик – сын тёмной глотки Хтонии и ветеран некоторых из наиболее кровавых сражений Великого крестового похода. Именно он ходатайствовал перед магистром войны о праве вернуть Хтонию, чтобы предложить её Гору в качестве трофея, когда тот воссядет на трон Терры в качестве нового Повелителя Человечества. Поскольку его войска господствовали в Солнечной и сопредельных с нею системах, а сообщения об иных присягнувших Императору легионах оставались смутными, у Гора не было особых причин отклонять просьбу такого верного воина, как Ашурхаддон. Магистр войны осознавал, что многие в его воинстве воспримут отвоевание Хтонии как мощный символ его неизбежной победы, даже если стратегическое значение оного будет незначительным. Верен получил печать магистра войны, а также полномочия собрать флот и изгнать врага с Хтонии, и лишь немногие в войсках предателей выступили против атаки. Более того, один лишь Альфарий предостерёг магистра войны от расточительности, призывая его полностью посвятить все усилия войне на Терре, но Луперкаль решил не прислушиваться к словам этого непредсказуемого военачальника.

Верен потратил немного времени на сбор своих сил; ядро флота составили ветераны его собственного 23-го ордена, вдобавок он призвал других Истинных Сынов оказать поддержку в нападении. Следуя примеру флагмана Верена, «Золотой гробницы», различные командиры Истинных Сынов начали сбор средь руин системы Беты Гармона, их корабли вставали на якорь близ точек Мандевиля в полной готовности к началу странствия через эмпиреи, которое должно было привести их на Хтонию. Они станут свидетелями ухода громадной армады Гора, продвигающейся к Солнечной системе; каждый из них свято верил, что теперь-то победа неизбежна, и соизмеряли свою решимость вернуть Хтонию с желанием быть рядом с магистром войны, когда тот будет стоять у врат Императорского дворца.

Тем не менее, для Истинных Сынов прагматизм был одной из добродетелей, так что они довольствовались осознанием того, что в анналах истории их собственные битвы окажутся в одном ряду со сражениями их примарха, как только новый Империум восстанет из пепла старого. В общей сложности шесть орденов Сынов Гора подготовят для вторжения почти что 20 000 Легионес Астартес, все как один – испытанные и помазанные кровью ветераны долгих лет войн Ереси Гора. В годы Великого крестового похода такой силы было бы достаточно для покорения целых звёздных скоплений, не говоря уже об одном-единственном мире. Тем не менее, на сей раз им пришлось иметь дело с космодесантниками, и хотя направленная на изоляцию Терры кампания магистра войны отбросила многие подразделения от Солнечной системы, она также позволила другим сплотиться в относительной безопасности Хтонии, которая теперь стала обителью значительного по численности гарнизона. В дополнение к силам собратьев по легиону Верен также примет командование над большим контингентом поклявшихся в верности магистру войны солдат Имперской Армии, включая четыре полных когорты пользующихся дурной славой Хтонийских Охотников за головами, а также несколько бронетанковых подразделений, которые станут ядром его войска в случае необходимости осадить позиции Имперских Кулаков.

С мрачного мира-кузницы Восс, что когда-то обладал правом на эксплуатацию богатств Хтонии, прибыли эскадры тупоносых транспортных ковчегов, готовых присоединиться к флоту вторжения. В глубоких чревах этих кораблей находились боевые машины Восса, а также титаны Легио Ульрикон, Андрастус и Магна, посланных гарантировать, что Восс вновь пожнёт плоды Хтонии и увидит своих соперников, техномагосов Грайи, униженными и сломленными. Хотя этих воинов мало заботили более возвышенные цели Истинных Сынов, они оказались жизненно важным компонентом в планах последних отвоевать Хтонию – поскольку, как хорошо знал любой имперский командующий, победить выставленных магосами Грайи боевых титанов могли только другие титаны. Суровые воители Восса и их легионы автоматонов станут не единственными чужаками, которые помогут планам Истинных Сынов – к флотскому сбору добавился контингент крейсеров Несущих Слово, на борту которых располагались воины ордена Освежёванной Руки, подчиняющиеся приказу тёмного апостола Эреба присоединиться к атаке и оказать всю возможную помощь в отвоевании Хтонии.

Немногие среди Истинных Сынов испытывали хоть какое-то уважение к прихвостням Лоргара, в которых они видели слишком немного воинских добродетелей, поддерживаемых хтонийским кредо, и ещё меньше верили, что эти самые эмиссары присутствуют исключительно ради помощи в грядущей битве. Однако Верен не мог позволить себе разбрасываться любыми воинами, которые изъявляли готовность сражаться на его стороне, и возразил своим товарищам-капитанам, что Несущие Слово получат шанс доказать свои отвагу и честь на поле брани, прежде чем кто-то посмеет их осуждать. Таков, по его словам, был путь хтонийцев: судить о воине по его свершениям, а не репутации, и если деяния бойцов будут признаны недостаточными – поле битвы вынесет им свой собственный приговор. В качестве жеста доверия претор Мордакар из Освежёванной Руки был введён в совет капитанов, отдававших приказы флоту вторжения, и проявил немалый интерес к планированию штурма и географии Хтонии, в особенности к конфигурации туннелей подземного мира, раскинувшихся под поверхностью планеты.

Последним прибыл разведывательный крейсер Альфа-Легиона «Сигма 9-14», явившийся в тот момент, когда офицеры Легионес Астартес собрались на последнем совете на борту «Золотой гробницы». Он присоединился к авангарду флота молча, без фанфар или даже классического приветствия командующего флотом, заняв позицию рядом с остальными кораблями и настроив свой транспондер на соответствие идентификационным кодам Истинных Сынов. Воины Альфа-Легиона отвергли все приглашения присоединиться к совету капитанов, а их командир, известный лишь под титулом «Инкурсус», сигнализировал о своём согласии со стратегическим командованием Истинных Сынов над операцией и собственном намерении действовать в качестве независимой силы. Привычный к скрытному поведению сынов Альфария и не желающий откладывать отбытие флота ради одного-единственного корабля, Верен Ашурхаддон решил просто принять помощь воинов Альфа-Легиона без возражений, однако в то же время был уверен, что они не станут выполнять ничьих приказов, кроме своих собственных, и не строил никаких планов действий, в которых потребуется их участие.

Наконец-то флот вторжения был собран – могучая армада холёных крейсеров, созданных для предателей в великих кузнях Циклотрата и Ксаны II, а также блочные транспортные ковчеги и бомбардировочные корабли Механикума. Поскольку последняя битва за Солнечную систему уже началась, у Верена и Истинных Сынов оставалось не так уж много времени, чтобы продолжить атаку, прежде чем их повелитель Гор окончательно возьмёт Империум под свой контроль. Верен и прежде командовал множеством флотов, отдавал бесчисленные приказы о наступлении, однако теперь он стоял на пороге чего-то по-настоящему важного – битвы, которая вполне могла решить судьбу его легиона, его примарха и всего Империума в целом. Он произнёс всего лишь одно слово: «Начинаем», и реальность разорвалась на части, когда флот вошёл в варп.

Следуя предсказаниям своих навигаторов и оккультному предвидению эзотеристов претора Мордакара из Несущих Слово, флот вторжения неумолимо продвигался к цели, неуязвимый к бушующей ярости Гибельного шторма. Теперь, когда Гор сражался за контроль над самым сердцем Империума, буря превратилась в бешеный водоворот, который блокировал все попытки лоялистов быстро двигаться через варп, но для Верена и его кораблей он не представлял ни малейшей угрозы. В целом, между отбытием флота из системы Беты Гармона и прибытием его передовых частей в систему Хтония должно было пройти всего тринадцать дней, поскольку Ашурхаддон приказал всем кораблям двигаться с максимальной скоростью, а не держать строй с более медленными судами. В любом случае, флот Истинных Сынов двигался со скоростью, равной которой за все годы войны ещё не было.

Цена, заплаченная за это рвение, заключалась в сплочённости флота. Первым вышедшим из варпа в реальное пространство кораблём стал «Сигма 9-14», крейсер Альфа-Легиона, созданный при использовании экзотического двигателя неизвестного происхождения, который тут же столкнулся с внешними патрулями лоялистов. Пара лёгких фрегатов Гвардии Ворона, «Клинок полуночи» и «Теневое око», приняли корабль Альфа-Легиона за решившийся на авантюру рейдер и незамедлительно пошла в атаку, неуклонно следуя приказам лорда-кастеляна Гарриуса. На протяжении четырёх безумных минут корабль Альфа-Легиона крутился и вертелся из стороны в сторону, выполняя серию манёвров уклонения, невозможных для обычного линейного корабля – торпеды и ЭМИ-вспышки ближнего радиуса действия удерживали корабли Гвардии Ворона на расстоянии, пока наконец передовые эскадры Сынов Гора не прорвались сквозь завесу реальности в систему Хтония.

С древним тяжёлым крейсером «Золотая гробница» на острие атаки Сыны Гора быстро обратили Гвардию Ворона в бегство; «Теневое око» развернулся, чтобы на несколько мгновений задержать корабли предателей и дать возможность «Клинку полуночи» выйти из зоны глушения для передачи предупреждения имперским эскадрам на орбите Хтонии. Выполнив свой долг, «Клинок полуночи» совершил рывок, выжигая системы дотла, предоставив изменникам два варианта действий – либо отложить прибытие на Хтонию для выслеживания фрегата, либо отказаться от погони. Ашурхаддон не собирался позволять Гвардии Ворона отвлекать его, поскольку один-единственный повреждённый корабль не представлял ни малейшей угрозы для его армады, тем более всё больше и больше предательских флотских соединений выходили в реальный космос на окраине системы. Изменники явились на Хтонию не для набегов, но во имя завоевания.

Несмотря на сильный гарнизон, укрепившийся на поверхности Хтонии, собравшиеся на орбите силы были далеко не столь устрашающими, поскольку большая часть имперского флота была отозвана к Солнечной системе для противостояния генеральному натиску Гора. На страже Хтонии остались всего три корабля капитального класса: «Бремя долга» - «Глориана» Имперских Кулаков, громадный «Грендель» типа «Голгофа» Железных Рук и древний торговый барк типа «Фортуна», именуемый «Злобой варпа». Эти титанические корабли поддерживали всего 23 линейных корабля и менее сотни эсминцев и дозорных, в то время как флот предателей мог похвастаться пятью кораблями капитального класса, почти 50 линейными и более чем 300 эсминцами и корветами.

Предупреждённый донесениями с «Клинка полуночи», Гарриус прекрасно знал, что вражеский флот превосходит силы лоялистов, а потому не имел особого намерения разбрасываться этими кораблями без уважительной причины. Однако он не собирался уступать орбиту удерживаемой им планеты без боя, а потому отдал приказ – над Хтонией зажглась сотня искусственных солнц, когда имперский флот отправился на войну. Следуя за «Гренделем», чей экипаж из Железноруких поклялся больше не уступать ни пяди владений Империума предателям, убившим их примарха, две трети флота лоялистов покинули орбиту, чтобы вступить в бой с врагом, в то время как оставшиеся корабли взяли курс на лабиринт астероидов и скальных обломков, которыми изобиловала система Хтония. В подобной ситуации некоторые командиры могли бы увидеть только поражение, однако Гарриус, проведя одним ходом атакующий и оборонительный манёвры, стремился добиться победы.

«Грендель» и его эскорт обрушились на наступающие корабли предателей, подобно лавине, используя слабое боевое построение врага, чтобы прорваться сквозь его передовые эскадры. Битва быстро превратилась в настоящую свалку, где огонь вели практически в упор; все корабли как один были поглощены отдельными поединками без особого понимания стратегии, и каждый боролся за своё собственное выживание. Здесь численное превосходство мятежников не играло значительной роли, их корабли рассредоточились, в то время как лояльные силы собрались воедино подобно копью, вонзившемуся в самое сердце флота вторжения. Бесчисленные артиллерийские батареи «Гренделя» разгрызали один крейсер за другим.

Мишенью звёздного левиафана Железноруких стали транспортные ковчеги Механикума; Гарриус поручил Железной Десятке их уничтожение, зная, что утрата титанов станет критическим ударом по боевой мощи предателей. Игнорируя огонь со стороны дюжины крейсеров мятежников, с пылающими нижними палубами и штурмующими его корпус абордажными партиями, «Грендель» вышел на оптимальную дистанцию ведения огня по выбранной цели. Устрашающий залп осветил пустоту, и это было что-то гораздо большее, чем то, на что способны орудия простого крейсера – поток огня, способный поразить небеса, но исходил он не от «Гренделя». Вместо этого залп пронзил бок корабля Железных Рук с достаточной силой, чтобы заставить этого металлического бегемота свернуть с курса и разорвать его метровой толщины броню, словно бумагу. Боевой корабль с чёрным корпусом, обозначенный как «Сакра Астра» и принадлежащий печально известному техномагу Йелаву Драйкавачу, открыл огонь из огромного лэнса лучом тёмного света, не обращая внимания на меньший корабль предателей, который он разнёс на части, чтобы поразить «Грендель».

Примеру «Сакра Астры» последовали и другие корабли Циклотрата, их убийственной ярости и экзотического вооружения оказалось достаточно, чтобы решительно склонить чашу весов в пользу предателей. «Грендель» раскололся по всей ширине, и хотя его орудия всё ещё сохраняли возможность вести огонь, а отдельные элементы экипажа продолжали сражаться на протяжении ещё трёх часов, космический корабль уже был мёртв. Около десятка крейсеров лоялистов пробили бреши в построении предателей и направились в безопасность глубокого космоса, остальные же сгорали вслед за приближающимся флотом вторжения, когда он выходил на орбиту Хтонии. Магос Драйкавач поздравил Верена с триумфом, предложив ему свои услуги в обмен на часть награды, которую представляла собой планета, в то время как магосы Восса настойчиво призывали Ашурхаддона не допускать их соперника к ведению кампании. Однако капитан Ашурхаддон столкнулся с куда более серьёзными проблемами, чем бесконечная грызня техномагосов Механикума, поскольку «Грендель» и имперский флот задержали его в пустоте на достаточно долгое время, чтобы лорд-кастелян Гарриус подготовил капитану Истинных Сынов тёплый приём на Хтонии.

Итак, флот вторжения Истинных Сынов контролировал орбиту; корабли лоялистов либо бежали за пределы системы, либо скрывались в её сердце, но под ними громадная орбитальная платформа, служившая связующим звеном между пустотой наверху и поверхностью внизу, обратилась в развалины. Гарриус распорядился отключить всю энергию орбитальной платформы, сделав её бесполезной для предателей и уведомив тем самым Ашурхаддона, что он, лорд-кастелян Эвандер Гарриус, лишит Хтонию всяческой ценности прежде, чем отдаст её предателям, что он пожертвует каждым кораблём и каждым воином, которыми командует, лишь бы насолить врагу. Но он сделает всё это лишь тогда, когда будет уверен, что их жертва навредит предателям.

Орбитальная платформа служила основным средством для транспортировки тяжёлых грузов на поверхность Хтонии посредством орбитального лифта, ведущего к крепости, известной как Атлас. Поскольку в настоящее время объект лежал в руинах, единственным способом развёртывания для воинов Верена была орбитальная высадка прямо навстречу оскалу артиллерии лоялистов.

Прямиком в сердце ярости Гарриуса.

«Победа не абсолютна. Воин может одержать победу в битве, однако в триумфе своём лишиться части себя, поскольку именно цель, а не средства, дарует войне величие. Воин, который сражается единственно во имя кровопролития, уже побеждён».

Верен Ашурхаддон, повелитель Истинных Сынов Хтонии

«Доблесть проверяется не победой, но страданиями. Ибо воин, не познавший поражений – хрупкое и ненадёжное оружие».

отрывок из «Мудрости леса», трудов Льва Эль’Джонсона

903013.М31

За долгие годы между Первой осадой Хтонии и прибытием флота вторжения Истинных Сынов Имперские Кулаки не сидели сложа руки. Облик планеты сильно изменился в сравнении с тем, что помнили Верен и другие ветераны Сынов Гора – теперь её поверхность испещряли шрамы в виде массивных укреплений, отмечающих притязания Империума, а также обширные перерабатывающие заводы, которые стремились высосать последние богатства древнего мира для подпитки военных притязаний Императора. Это было оскорблением, что привело в ярость Сынов Гора во флоте вторжения, разгорячённых победой в пустоте и стремящихся как можно скорее перенести боевые действия на землю самой Хтонии. Первым среди хора этих буйных воинов звучал голос вождя Рэйва из 68-го ордена – подразделения так называемых индуктиев, взращенных на далёком Дагоне в первые годы Ереси Гора и никогда прежде не ступавших на землю родины XVI легиона. Вождь Рэйв видел в осаде Хтонии в равной степени вызов и оскорбление – последнее испытание, которое следовало преодолеть его индуктиям, прежде чем они обретут право называть себя истинными хтонийцами, и на совете руководивших вторжением капитанов он безжалостно призывал к незамедлительной и сокрушительной атаке.

Верен Ашурхаддон, первый среди собравшихся капитанов, сохранял бесстрастность и не обращал внимания на пламенные речи капитана 68-го ордена, поскольку слишком хорошо знал о навыках Имперских Кулаков в искусстве осады. Вернорождённый сын Хтонии и ветеран как Великого крестового похода, так и Ереси Гора, он давно уже не нуждался в тщеславных демонстрациях силы и вместо этого искал лишь самый верный путь к победе. Ашурхаддон без колебаний спустил бы Сынов Гора с поводка ради того, чтобы пролить вражескую кровь, но не стал бы разбрасываться их жизнями впустую ради никчёмных проявлений бравады. Хтония несла в себе порчу Имперских Кулаков практически целое десятилетие, так что какое значение имеют ещё несколько дней?

Таким образом, совет капитанов зашёл в тупик, удерживая флот вторжения парализованным, пока лоялисты на поверхности ожидали начала вражеских действий. Верен, будучи старшим среди собравшихся, пользовался уважением и доверием орденских ветеранов, в то время как яростная риторика Рэйва завладела жаждущими проявить себя новобранцами. Возможность определить дальнейший курс действий выпала посторонним – капитанам сопровождавших флот контингентов Несущих Слово и Альфа-Легиона, ибо Сыны Гора не опустились бы до разрешения разногласий насилием, как деградирующие воины Пожирателей Миров. Командующий из Альфа-Легиона – воин, известный лишь как Инкурсус – отказался даже присутствовать на совете, не говоря уже о голосовании касаемо дел другого легиона, однако претору Мордакару из Несущих Слово подобная сдержанность была чуждой. Невзирая на благосклонность, ранее оказанную ему Вереном Ашурхаддоном, Мордакар проголосовал за немедленную атаку и предложил провести её исключительно силами своих Несущих Слово, ежели Сыны Гора желают избежать ненужных потерь.

Возмущённые скрытым за уважительным тоном пренебрежением, Рэйв и его сторонники пришли в ярость – они не желали позволить какому-то там Несущему Слово ступать на землю Хтонии, покуда это не сделают они сами. Теперь Ашурхаддон оказался не в силах сдержать нападение, поскольку даже воины-ветераны принялись ворчать от осознания того, что их собственные союзники могут превзойти их; в связи с этим всё, что оставалось сделать лидеру Истинных Сынов – это попытаться ограничить потенциальный ущерб. Он дал добро на высадку с орбиты; первую стадию предстояло выполнить 68-му ордену на борту десантных капсул – таким образом, честь ступить на поверхность планеты доставалась Рэйву и его индуктиям, после чего за ними последуют ветераны 5-го ордена со своими эскадрильями «Громовых ястребов». Их целью было уничтожение новой командной крепости Прэзидиум Аркс, воздвигнутой Имперскими Кулаками за пределами улья, ныне известного как Врата Предателя, что позволило бы, фигурально выражаясь, отрубить голову огромному массиву укреплений и сделать их бесполезными, поскольку воины флота вторжения в массовом порядке высадились близ древнего города-улья.

С давних времён столь дерзкие атаки были сильной стороной Сынов Гора – единственного удара вполне хватало, чтобы сломить сопротивление врагов, поразив цель, которую те считали несокрушимой. Верен разглядел в обороне Имперских Кулаков едва заметную брешь – орбитальные батареи, выстроенные вокруг Прэзидиум Аркс, могли отразить любую попытку приземления тяжёлых транспортников, однако открытая и ничем не охраняемая пустошь, отделявшая эту крепость от Терминала Атлас, не защищалась ни укреплениями, ни сухопутными войсками. Высадить ударную группу на узком отрезке пути между крепостными орудиями и терминалом было бы невозможным подвигом для меньших сил, вроде неуклюжих транспортов Имперской Армии или массивных десантных кораблей Механикума, но для роя стремительно движущихся десантных капсул Космодесанта это представлялось опасной, но привычной задачей. Приземлившись в пределах укреплений, способных устрашить практически любого врага, Сыны Гора могли совершить стремительный рывок, чтобы вывести из строя Прэзидиум Аркс и тут же высадить свежие войска.

Наконец-то сойдясь во мнениях относительно боевых планов, капитаны предательского флота начали атаку со всей стремительностью, характерной для действий Легионес Астартес. Находившиеся на высокой орбите корабли армады ненадолго пролетели над Вратами Предателя, не в силах пустить в ход собственные пушки без риска уничтожить добычу, которую Истинные Сыны так стремились захватить, и не желая позволить орудиям Прэзидиума Аркс пробить корабельные щиты. Они оставались на позиции достаточно долго, чтобы обрушить на Хтонию шквал десантных капсул, а затем покинули зону боевых действий, чтобы выпустить «Громовые ястребы» с 5-м орденом на борту, в то время как на поверхности Имперские Кулаки выпустили по Сынам Гора шквал зенитного огня, способный, казалось, зажечь сами небеса. Разместившиеся на борту десантных капсул бойцы 68-го ордена полагались исключительно на скорость, чтобы уклониться от орудий противника, падая с такой силой, которая была бы смертельной для неаугментированных воинов. Впрочем, десятки десантных капсул всё равно оказались поражены снарядами и энергетическими выстрелами, выбрасывая изломанные трупы в броне цвета морской зелени прямо в атмосферу Хтонии.

Невзирая на исключительную меткость артиллеристов Имперских Кулаков, индуктии 68-го ордена уже привыкли к войне против космодесантников, и ход их десантной операции был тщательно спланирован, чтобы обойти традиционные шаблоны зенитного огня, используемые легионерами-ветеранами. Подавляющее большинство десантных капсул 68-го сумело прорваться сквозь завесу артиллерийского огня и с визгом войти в узкий коридор между периметром пустотного щита Прэзидиум Аркс и оборонительными батареями Терминала Атлас. На этой короткой полосе открытой местности они и планировали высадиться, перегруппироваться и атаковать в пешем строю, где громадный пустотный щит, защищающий Прэзидиум Аркс от орбитального обстрела, окажется бесполезен. Меньшие неуправляемые десантные капсулы начали активировать двигатели тормозной тяги, их было так много, что они подняли целые облака пыли, накрывшие километры пустошей, в то время как более крупные десантные модули типа «Лапа ужаса» или «Карибда» маневрировали, чтобы приземлиться в авангарде разбросанного строя. Несмотря на понесённые потери, вождь Рэйв и его воины были полны решимости стать первыми во всём предательском воинстве, кто ступит на поверхность Хтонии за целое десятилетие.

Первая волна десантных капсул врезалась в серые равнины Хтонии практически точно в намеченной вождём Рэйвом зоне – именно там, где лорд-кастелян Гарриус и ожидал их высадки. Сыны Гора приземлились посреди поднятого их посадочными двигателями громадного облака пыли; из-за глушения Имперскими Кулаками вокс-линий дальнего радиуса действия их судьба какое-то время оставалась неизвестной капитану на орбите, но как только пыль развеялась, изменники узрели самую настоящую катастрофу. Как оказалось, пустошь между Прэзидиум Аркс и Терминалом Атлас превратилась в обширные минные поля – сочетание таланта Имперских Кулаков и мастерства Железных Рук в обращении с гравитонными боеприпасами. Искусно спрятанные от обнаружения ауспик-сканированием гравимины заставляли десантные капсулы врезаться в поверхность на полной скорости, сводя на нет все усилия их тормозных двигателей. Сотни Сынов Гора встретили свою погибель, в зоне высадки воцарился сущий хаос, и только способные изменить курс «Лапы ужаса» и «Карибды» сумели избежать судьбы своих собратьев и приземлиться в тех местах, где мины уже сработали.

Удушливые облака пыли, смертоносные гравитонные поля и внезапные взрывы превратили район десантирования в кошмарный пейзаж, который лорд-кастелян Гарриус позднее назовёт «своей персональной Резнёй в зоне высадки». Треть штурмующих сил 68-го ордена была либо уничтожена, либо слишком тяжело ранена, чтобы продолжать сражаться; уцелевшие воины отчаянно пытались перегруппироваться и вырваться из смертоносного котла Гарриуса. Однако ввиду отсутствия тяжёлой бронетехники Сынам Гора пришлось задействовать ручные ауспики и авгур-сканеры, чтобы нанести на карту расположение мин и отметить безопасные коридоры для реорганизации и сбора всех доступных воинов и боеприпасов, которые можно было спасти с десантных кораблей. Разъярённый вражеским обманом вождь Рэйв проигнорировал пришедшие с орбиты отрывистые приказы об отступлении и отказе в продолжении атаки, и вместо этого собрал своих воинов, чтобы отомстить Имперским Кулакам – но силы лоялистов, давно подготовившиеся к этому нападению, не дали ему передышки.

Среди клубов пыли расцвела последовательность актинических вспышек – и терминаторы Гвардии Ворона, облачённые в кирпично-красную броню, телепортировались в самую гущу дезорганизованных сил Сынов Гора, извергая из своих комбиболтеров смерть прямо в момент материализации. Лоялисты хорошо знали о расположении безопасных участков на минных полях, и среди возникшего бедлама Гвардия Ворона пожинала внушительную жатву смертей – ветераны-терминаторы продемонстрировали индуктиям истинную ценность своего опыта. В то же время эскадроны «Спартанцев» с золотой геральдикой Имперских Кулаков покинули замаскированные ангары близ Прэзидиума Аркс и на полной скорости понеслись через минное поле, чтобы добраться до места сражения. Тяжёлая броня и вспышечные щиты «Спартанцев» надёжно защищали их от разрывов гравитонных мин. Ловушка захлопнулась, и пустошь охватило множество отдельных всполохов, когда индуктии Сынов Гора противопоставили свою гордость испытанному в боях мастерству Избавителей.

Вождь Рэйв отказался уступить победу тем, кого считал всего лишь бесполезными пережитками неудавшегося крестового похода, орудуя парными топорами с мастерством, не уступающим любому космодесантнику-ветерану, когда рубил Избавителей, бросивших вызов вождю и его телохранителям. Индуктии, у которых не оставалось иного выбора, кроме победы или смерти, начали сплачиваться воедино, их численный перевес поставил Избавителей в невыгодное положение, ибо каждый павший терминатор представлял собой потерю, которую лоялисты не могли себе позволить. Подпитываемые отчаянной потребностью доказать, что они достойны родины своего легиона, воины 68-го ордена бросались на Гвардию Ворона, жертвуя собственными жизнями ради возможности пробить брешь в терминаторских доспехах неприятеля – брешь, которой смогут воспользоваться их товарищи. Рэйв знал, что ему нужно всего лишь продержаться до тех пор, пока не прибудут подкрепления из 5-го ордена на «Громовых ястребах», и пока вождь продолжал биться, он призывал своих воинов к вершинам доблести: «Сражайтесь, истинные сыны магистра войны – ибо очи Гора наблюдают за вами прямо сейчас!»

Исход битвы балансировал на острие ножа, облака пыли рассеялись – и предатели узрели, сколь мало осталось Избавителей, несколько сотен против почти что тысячи Сынов Гора. Даже с учётом понесённых потерь индуктии 68-го были далеки от разгрома, покуда у них оставалась возможность перегруппироваться до прибытия приближающихся колонн Имперских Кулаков. Сам же вождь Рэйв скрестил клинки с центурионом Избавителей, его тяжёлые топоры отбросили меч Гвардейца Ворона и рассекли нагрудную пластину его брони «Катафрактарий», а затем Сын Гора воздел окровавленные клинки над своею головой с диким рёвом, от которого сердца легионеров-индуктиев запели. Рэйв возликовал – ход битвы начал меняться, но в этот момент поединок двух фехтовальщиков ненадолго прервался, и воин, облачённый в чёрную как сажа силовую броню, обрушил в сторону предводителя индуктиев обжигающий залп из пары архаичных пистолетов, пробив мастерски выкованный доспех Рэйва и сбив вождя с ног в миг его триумфа.

Кэдес Некс, обладающий дурной славой убийца из Гвардии Ворона, решил судьбу высадки 68-го ордена огнём своих пистолетов. Без командования вождя Рэйва индуктии дрались и умирали в своих изолированных боях, свирепые, как и любой космический десантник, но лишённые тактической координации ветеранов Гвардии Ворона. Только прибытие 5-го ордена Сынов Гора спасло индуктиев от полного разгрома, когда штурмовики «Громовой ястреб» второй волны пронеслись на бреющем полёте с северо-востока, избежав огня орудий Имперских Кулаков. Тяжёлые болтеры штурмовых кораблей оттеснили Гвардейцев Ворона на достаточное время, чтобы погрузить на борт уцелевших из 68-го вместе с их искалеченным вождём, прежде чем начать отчаянную эвакуацию, больше напоминающую бегство, когда приближающаяся бронетанковая колонна Имперских Кулаков открыла огонь. Первое наземное сражение за время Второй осады Хтонии завершилось сокрушительным поражением изменников, но ему не суждено было стать последней битвой за этот опустошённый мир.

Провал высадки 68-го ордена стал серьёзным ударом по гордости Сынов Гора, но не положил конец их амбициям. Своевременное прибытие 5-го ордена спасло 68-й от уничтожения, при этом оба подразделения сохранили боеспособность, несмотря на потери первой волны, вдобавок удалось раскрыть истинные масштабы обороны Имперских Кулаков. Более того, Верен Ашурхаддон извлёк свой собственный стратегический успех от неудачной высадки, ибо теперь он пользовался непререкаемым авторитетом в совете капитанов и как следует спланировал последующий курс действий. Некоторые воины, быть может, видели в сложившейся ситуации время для сдержанности, перегруппировки и зализывания ран, но Верен был не таков. Для Истинного Сына Хтонии, рождённого превозмогать испытания и бороться, перед лицом поражения и унижения оставался только один выход: атаковать.

Однако «атаковать» вовсе не означало слепо бросаться навстречу огненным клыкам вражеской артиллерии, словно ослеплённое собственной кровожадностью отродье Ангрона. Сынам Гора была нужна победа, способная восстановить пошатнувшийся боевой дух и восстановить побитую гордость, в то время как их армада в целом нуждалась в создании на Хтонии плацдарма, чтобы позволить вторжению продолжаться. С учётом укреплений вокруг Врат Предателя и Терминала Атлас ещё одна прямолинейная атака представлялась тщетной; вместо этого Верен принял решение высадить свои силы единой массой, достаточно далеко от Прэзидиума Аркс, чтобы избежать его обороны и ловушек Гарриуса, но достаточно близко, чтобы Имперские Кулаки не могли проигнорировать их приземление. Он заманивал лоялистов на то поле брани, которое выбирал сам, где мог самостоятельно диктовать условия битвы и использовать превосходящие силы для обретения наибольшего преимущества.

Ашурхаддон выбрал участок пустоши к западу от гор Ворхек, обеспечивающих естественную защиту зоны высадки от орудий Прэзидиума Аркс. С этой позиции он мог выстроить свои силы и начать планомерное наступление, чтобы выбить Имперских Кулаков из их укреплений – более верная, пускай и медленная стратегия, чем первоначальный гамбит, зато способная позволить Верену в полной мере использовать всю мощь предательского воинства. Переместив флот на обратную сторону Хтонии и оставив лишь несколько лёгких крейсеров для наблюдения за Прэзидиумом Аркс с высокой орбиты, Верен запустил первую волну посадочных модулей в атмосферу Хтонии. Эти плоскобокие корабли были намного медлительнее десантных капсул, однако вдали от угрозы со стороны крепостных орудий Имперских Кулаков они могли высадить гораздо большее количество войск за более короткое время, при этом первыми для обеспечения безопасности зоны высадки должны были десантироваться массированные отряды пехоты и лёгкая бронетехника. На рассвете второго дня вторжения Верен отдал приказ начать штурм, и Сыны Гора вновь показались в небесах Хтонии.

Среди гарнизона лоялистов возникли разногласия по поводу высадки изменников. Лорд-командующий Атриокс из Имперской Армии и архимагос Номус с Грайи призывали к незамедлительной контратаке; первый стремился урвать свою долю славы после того, как его удержали от первого боя, а второй стремился предотвратить возможность появления на поверхности планеты предательских титанов. Однако капитан Неткаль из Гвардии Ворона, чьи воины понесли тяжёлые потери, отбивая первую атаку, и капитан-консул Адарус из Имперских Кулаков, забытый герой первых сражений Великого крестового похода, призвали их остаться за защитой стен. Эти ветераны считали высадку неизбежной, так что тратить силы на безнадёжное дело представлялось бессмысленным, пока их оборона оставалась непроницаемой.

Тем не менее, именно лорд-кастелян Гарриус в соответствии с официальными имперскими указами обладал единоличной властью над Хтонией и всеми дислоцированными на ней силами, и он не собирался терпеть вражеского присутствия во владениях, которые Дорн поручил ему защищать. Гарриус потребовал, чтобы все доступные силы приготовились к вылазке и контратаке – внутри Прэзидиума Аркс и на стенах оставался только костяк сил, необходимый для их удержания. Поскольку мятежники всё ещё не оправились от провала своей первой атаки, лорд-кастелян верил, что сможет одержать решающую победу и искупить свою вину в глазах примарха, удержав Хтонию, невзирая на все брошенные против него предательские силы. Ухватившись за эту опасную надежду, Гарриус собрал воедино гарнизонные части и заставил их двигаться вперёд через бескрайние пустоши.

На острие атаки находились эскадрильи перехватчиков «Ксифон» и «Раскатов грома» Дивизио Аэронавтика, способные достичь далёких гор Ворхек всего за несколько коротких часов. Следом за ними по земле двигались наиболее скоростные из подразделений Легионес Астартес, включая «Лэндспидеры» Имперских Кулаков и ударные танки «Сабля», сопровождаемые элитными пехотинцами на борту реющих выше «Грозовых орлов», которым могло потребоваться полдня, чтобы настигнуть врага. Последними должны были явиться имперские танковые когорты во всей своей мощи, Имперские Кулаки в тяжёлых доспехах, а также рыцари и титаны Механикума – Гарриус даже потребовал, чтобы техномагосы Грайи отправили в бой исполинский «Ультрикс Умбра», титан типа «Магистр войны», чей ремонт ещё не был полностью завершён. Этим последним элементам того, чему предстояло сыграть роль штурмового молота Гарриуса, требовался по крайней мере целый день или более, чтобы добраться до пункта назначения, в связи с чем было жизненно важно, чтобы авангард задержал высадку предателей до тех пор, пока объединённые силы лоялистов не смогут вступить в бой.

С этой целью самолёты лоялистов атаковали массивные посадочные модули сил вторжения, но были встречены летящими друг за другом «Молниями» и «Огненными птицами» цвета морской волны. Покинув борт зависших на орбите крейсеров, предатели вполне могли сравняться с гарнизоном в воздушной мощи и решимости, однако лорд-кастелян Гарриус не мог позволить своим пилотам проявить нерешительность, ибо даже в безвыходном положении яростный воздушный бой мешал проведению десантной операции изменников. Пока небеса над головами легионеров расчерчивали полосы инверсионных следов от кувыркающихся в воздушном балете самолётов, перемежающемся внезапными взрывами и стремительно падающими обломками, передовые части лоялистов наконец достигли плацдарма предателей. К тому моменту изменникам удалось высадить на поверхность только с полдюжины десантных судов – все до единого массивные левиафаны, способные перевозить роту бойцов и служить импровизированным бастионом на земле, и всё ещё пытались перестроить войска в надлежащем порядке. Внезапные кавалерийские атаки эскадронов «Лэндспидеров» Имперских Кулаков препятствовали их попыткам разгрузиться должным образом, лёгкие антигравитационные спидеры были слишком стремительны, чтобы пехота могла с лёгкостью противостоять им.

Прерывистые бои будут продолжаться на протяжении большей части утра; лоялистам не хватит поддержки пехоты, необходимой для создания оборонительных позиций, а предатели не смогут остановить их удары и атаки. Наиболее серьёзной потерей на данном этапе сражения станет десантный корабль Солярной Ауксилии «Альтор-17», повреждённый истребителями «Раскат грома» на подходе, а затем уничтоженный эскадроном танков «Сабля» Гвардии Ворона, сумевших прорваться сквозь ряды пехотных пикетов и обрушить на его фланги шквал нейтронного лазерного огня. Тем не менее, невзирая на замедлившие высадку потери, предатели в скором времени высадили значительную часть своих сил. Эти воины моментально встали на защиту зоны высадки кольцом из клинков и орудий, положив тем самым конец последующим атакам. К приходу сумерек авиация лоялистов отступила, в то время как предатели развернули порядка 500 000 пехотинцев и около 1000 единиц бронетехники различных типов, хотя Верен всё ещё опасался высадить уязвимые транспортёры титанов в составе десантных сил. Пустошь у подножия гор Ворхек теперь напоминала небольшой город, громадные посадочные модули Солярной Ауксилии и танковых когорт были его башнями, а меньшие по размеру «Грозовые птицы» Легионес Астартес – пригородами. Истинные Сыны прибыли в полном составе, и на сей раз враг не откажет им в хорошей драке.

Ожидая новой череды рейдов и сокрушительных атак в течение долгой хтонийской ночи, Верен Ашурхаддон отправил на разведку пустошей вокруг своей новой крепости отделения Охотников за головами Альфа-Легиона и стремительных наездников. Хотя существовал риск утраты ценных активов в боях с авангардом лоялистов, это решение оказалось исключительно мудрым. Разведчики Альфа-Легиона быстро обнаружили, что Гарриус приказал фланговым танковым полкам двигаться вперёд с максимальной скоростью ещё в первые часы ночи, оставив позади более медлительных титанов и сверхтяжёлую технику, но благодаря этому приказу они сумели добраться до лагеря предателей на расстояние удара к полуночи – гораздо раньше, чем ожидал Ашурхаддон.

Не имея иного выхода, Верен собрал свои бронетанковые подразделения и пехоту, после чего устремился навстречу контратаке Гарриуса. Силы лоялистов обладали численным превосходством над танковыми частями предателей, но под началом Ашурхаддона находились в основном тяжёлые «Кратосы» 19-й роты Сынов Гора, известной как Железные Волки, а также «Малкадоры» хтонийских когорт Солярной Ауксилии и громадные ординатусы Циклотрата. Оба воинства встретились на просторах древнего солончака, известного как Чаша Шайтана; ни один из воинов даже не пытался действовать скрытно, продвигаясь вперёд под развёрнутыми знамёнами и готовыми к бою орудиями. Капитан-консул Адарус, получивший от Гарриуса полномочия командующего операцией, отправил Сынам Гора открытую вокс-передачу, подняв орудия своего танка в знак приветствия:

«Я вижу перед собой символ Железных Волков. Однажды я сражался с ними плечом к плечу и называл их благородными воинами. Словами не передать, до чего мне горько поднимать свой меч теперь, когда нам приходится биться друг против друга. В память о былых сражениях я приветствую их, прежде чем уничтожить, ибо только смерть в силах стереть этот позор».

Внезапно головной танк 19-й роты, украшенный изображением атакующего в прыжке белого волка древний «Кратос», поднял своё собственное орудие. На короткое время воцарилась тишина. Продолжали наступать лишь индуктии, их не заботили сожаления о крестовом походе, который они так и не познали, и момент был упущен. Внезапно выстрелы ярче далёкого рассвета разорвали ночь, когда танки с обеих сторон открыли огонь. Двигатели ярко-золотистых танков «Хищник» взревели, когда они помчались вперёд, паля из плазменных орудий; навстречу им устремились тяжёлые танки «Кратос», чьи автопушки палили во все стороны. Аккуратные боевые порядки лоялистов и предателей начали исчезать сразу же, как только два воинства столкнулись. За первые несколько минут боя погибла сотня танков, в то время как передовые транспорты «Мастодонт» и «Носорог» изрыгнули в самую гущу схватки пехотинцев, чтобы загнать раненых металлических монстров, пытавшихся покинуть линию фронта. Тем не менее, ни одна из сторон не пыталась сдержать свою руку и не помышляла об отступлении, игнорируя даже оглушительные залпы ординатусов, пробивающих бреши в атакующих имперских эскадронах, что продолжали своё неуклонное отступление. Пехотные подразделения Сынов Гора потеряли десятки воинов, пытавшихся использовать мелта-орудия для стрельбы в упор по вражеским «Сикарийцам-Карателям» в стремлении вывести танки из строя. Казалось, что измена, ставшая первопричиной всей Ереси Гора, лишила разума воинов обеих сторон, и они искали одной лишь смерти.

Над Чашей Шайтана забрезжил рассвет, а битва всё продолжала бушевать. Солончаки были усеяны горящими остовами танков и таким количеством мёртвых тел, что живые использовали трупы в качестве боевых укрытий, и ни одна из сторон не уступала врагу ни пяди. Развернувшееся побоище являло собой мясорубку, перемалывающую как людей, так и машины, тот самый тип войны, которую кадровый капитан Ашурхаддон ненавидел лютой ненавистью, и среди всех вожаков предательского воинства один лишь Мордакар из Несущих Слово ликовал пред её кровавыми излишествами. Каждая минута сражения оплачивалась новыми смертями; вот пару «Хищников» Сынов Гора уничтожило залпом лазпушек, спустя мгновение отделение Охотников за головами Альфа-Легиона скосило шквалом плазменного огня, и так далее, раз за разом. В жертву приносилось всё, что могло обеспечить возможность высадки последней группы орбитальных транспортов прямо посреди сражения и сделать верным триумф Ашурхаддона.

С первыми лучами рассвета на подмогу лоялистам прибыли новые силы – на горизонте подобно миражу замерцали высокие фигуры титанов Легио Астраман, именуемые также Утренними Звёздами – они явились во плоти под громоподобный рёв своих боевых горнов. Пятнадцать верных титанов, сопровождаемых рыцарями и тяжёлыми танками, разнесли первыми же залпами целые эскадроны танков. Ашурхаддону требовалось выиграть достаточно времени для противостояния страшной угрозе в облике титанов, и он обратился к архимагосу Драйкавачу с Циклотрата, дабы тот помог выиграть его – в этот момент ординатусы были единственным оружием в его распоряжении, которое могло задержать титанов. Архимагос не испытывал ни малейших угрызений совести, отправляя своих миньонов на верную смерть, и ординатусы развернулись, чтобы вступить в бой с Легио Астраман. Энергетические лучи ударили по защитникам Грайи, один из титанов типа «Владыка войны» пошатнулся, поперёк наступающего строя титанов расцвела линия взрывов, но в ответ железные стражи Грайи замедлили шаг. Могучий «Ультрикс Умбра», титан типа «Магистр войны», развернулся, чтобы высвободить огневую мощь своих плазменных деструкторов, и один из ординатусов перестал существовать.

И всё же, сколь бы опустошительным ни был обстрел, жертва ординатуса послужила делу предателей на славу. Драйкавачу удалось выиграть дополнительные десять минут, и в небесах над головами сражающихся замаячили очертания двух десятков приближающихся посадочных модулей с геральдикой трёх легионов титанов на бортах. Лоялисты направили свои орудия наверх, плазменные вспышки и энергетические лучи царапали бронированные посадочные ковчеги, разрывая некоторые из них на части и отправляя заключённых внутри титанов навстречу огненной смерти внизу, но они были не в силах остановить всех и каждого. Как только ковчеги приземлились, вышибные заряды вскрыли их двери, и предательские богомашины проревели вызов своим верным собратьям через боевые горны. Во главе с вероломным Легио Андрастус, некогда близнецом Утренних Звёзд, но теперь – злейшим из их врагов, и полностью боеспособным титаном типа «Магистр войны» из Легио Магна, именуемым «Имперус Нокс», они тут же вступили в бой. Более сорока титанов Легио Андрастус, Магна и Ульрикон представляли собой силу ужасающей мощи – моментально сблизившись с титанами лоялистов, они сокрушали всех и каждого, кто попался у них на пути, будь то лоялисты или предатели, и оставляли за собой след из обломков и раздавленных трупов. Превзойдённые в численности два к одному, титаны Легио Астраман выстроились в фалангу и устремились вперёд, стреляя изо всех орудий; принцепс-сеньорис Утренних Звёзд, в свою очередь, обратился к войскам поддержки у ног своего титана со словами: «Запомните нас и вспомните наши имена, когда Император спросит, кто бился во имя Хтонии и Трона». Сражаясь, словно единое целое, лояльные титаны устремились вперёд, чтобы достойным образом встретить своих предательских собратьев, прикрывая меньшие боевые машины и пехоту, насколько могли, пустотными щитами и бронированными конечностями. Изменники обрушили всю свою ярость на передние ряды Легио Астраман, принцепсы авангарда Утренних Звёзд направили всю доступную энергию на щиты, поглощая этот натиск, в то время как вторая шеренга фаланги отвечала – грубая ярость встречалась со спокойной решимостью. Изменники дорого заплатили за своё неистовство, однако тонкая линия ярко-зелёного цвета, составляющая строй Утренних Звёзд, не могла вечно противостоять численному превосходству неприятеля, и каждый повреждённый или же павший титан наносил страшный урон их огневой мощи. Это была не та битва, в которой можно было одержать верх – всё, что оставалось, это определить окончательную цену, которую изменники заплатят за победу, и воителей Грайи переполняла решимость получить достойную плату за свою смерть. Они сражались со стоической отвагой тех, кто уже считал себя мертвецами, продолжая биться даже после того, как их собственные титаны превращались в ходячие факелы, и таранили умирающими остовами своих боевых машин вражеские, тем самым даже после своей смерти заставляя врага истекать кровью.

Пока титаны Утренних Звёзд сражались в своей последней битве, оставшиеся танки и пехота лоялистов отступили, сохраняя всё, что могли, для будущих сражений. Под началом ветерана Адаруса, чей клинок по самую рукоять обагрился кровью Сынов Гора, а сердце налилось тяжестью от скорби, они уносили своих раненых подальше от слепящей бойни титанов. Отступая, каждый боец мог определить, когда пала очередная богомашина – по мощности взрывов далеко позади и ярким вспышкам на горизонте, отмечавшим смерть очередного овеянного славой мученика на войне, которая уже унесла так много героев. Последним погиб «Ультрикс Умбра», громадный титан типа «Магистр войны», массивный настолько, что он оставался заметным ещё долгое время после того, как остальная часть поля брани превратилась в далёкое пятно. Оказавшись в окружении дюжины меньших титанов, могучая богомашина лоялистов была разорвана на части, словно медведь – волчьей стаей. Лишь после того, как умолкли орудия «Ультрикс Умбры», в бой вступил «Имперус Нокс», чтобы нанести решающий удар. Отступающие за горизонт лоялисты сумели услышать, как содрогнулась земля от падения железного трупа «Магистра войны». Верен Ашурхаддон выиграл свою битву, и Гарриус молча размышлял о дальнейших перспективах в безопасности своего командного пункта в сотне километров – ибо его ударный отряд был разгромлен и понёс тяжёлые потери. Худшие опасения лорда-кастеляна подтвердились, Сыны Гора смогли провести полномасштабную высадку, а большинство его собственных титанов были уничтожены. Теперь всё, что мог сделать Эвандер Гарриус – это ждать, пока Сыны Гора не сделают свой следующий шаг.

«Немногих достойных врагов можно повергнуть одним ударом, вот почему у меня два топора».

Итан Рэйв, капитан 68-го ордена Сынов Гора

«Что ж, поражение всегда возможно. Легионер-ветеран и Сын Хтонии встречает его со стоицизмом истинного воина».

Верен Ашурхаддон, повелитель Истинных Сынов Хтонии

904013.М31

Лорду-кастеляну Гарриусу не пришлось долго ждать новых действий врага. Пока он пытался обуздать свою ярость из-за победы предателей и собственного унижения, Терминал Атлас пал под ударом Сынов Гора. Причём захватил её вовсе не авангард великого воинства, укрепившего свои позиции под сенью далёких гор Ворхек, а угроза, которую Гарриус считал уничтоженной – остатки 68-го и 5-го орденов Сынов Гора. Укрывшись в пустошах за Атракаанским полуостровом в стремлении зализать раны и перегруппироваться, они появились сразу же после того, как лоялисты бросили большую часть своих сил в бой вдали от центральных укреплений. Истинные Сыны обогнули побережье отравленных морей Хтонии на борту своих «Громовых ястребов», обошли вражескую оборону с фланга и нанесли удар по изолированному Терминалу Атлас. Такова была месть вождя Рэйва за своё унижение; его израненное тело было грубо залатано боевой аугментикой, и он лично повёл первые штурмовые отряды на Терминал.

Поскольку большинство Имперских Кулаков всё ещё отступали после неудачной попытки предотвратить высадку предателей, внутри Терминала располагались лишь ограниченные гарнизонные силы. В общей сложности Атлас защищали меньше сотни Имперских Кулаков при поддержке когорты Солярной Ауксилии с Некромунды, которым предстояло противостоять натиску более чем двух тысяч Сынов Гора; воинов едва хватало, чтобы удерживать стены Терминала. Эти стены представляли собой грозный барьер выше осадного дредноута «Левиафан» и вдобавок обладали достаточной толщиной, чтобы сопротивляться огню любых орудий, за исключением могучих пушек боевых титанов, однако малочисленность защитников оставалась их уязвимой точкой. Лишь ключевые секции укреплений оборонялись ветеранами Имперских Кулаков, в то время как оставшуюся часть стен удерживала легко экипированная Солярная Ауксилия.

Вождь Рэйв поручил небольшим отрядам застрельщиков и снайперов Сынов Гора замедлить и сбить с толку силы Имперских Кулаков, оказывая достаточное давление на хорошо защищённые участки стен, чтобы приковать защитников к месту – но при этом не спровоцировать врага на решительную контратаку. Точные выстрелы из болтеров «Немезида» поражали офицеров, а залпы осколочных ракет осыпали парапеты шрапнелью и пламенем, не давая защитникам ни единого шанса отреагировать на истинные намерения Рэйва. Подразделения терминаторов-ветеранов 5-го ордена и налётчики из 68-го подняли импровизированные штурмовые аппарели, нацелившись на участки стен без отрядов Имперских Кулаков, не давая защитникам ни секунды передышки. Стремящиеся отомстить за своё унижение во время неудавшейся десантной операции, неповоротливые терминаторы Сынов Гора являли собой силу, которую некромундские солдаты Имперской Армии не могли и надеяться остановить – разве что замедлить своей жертвой в надежде, что подкрепление из основной части гарнизона сможет добраться до них прежде, чем будет убит последний солдат.

Тем не менее, у Гарриуса было слишком мало войск, чтобы послать им помощь. Конвой штурмовых танков «Спартанец» с элитными рейнджерами из 5-й роты был отправлен со всей возможной поспешностью, но несколько коротких часов, которые им потребуются, чтобы добраться до цели, обрекут некромундскую когорту на жестокую гибель от рук мстительных Сынов Гора. Не имея другого выбора, кроме как удерживать свои позиции, Солярная Ауксилия оказала врагу упорное сопротивление – дуговые залпы вулканических лучей пронеслись вдоль всех стен, когда Сыны Гора начали свою атаку. Тем не менее, на каждого терминатора в броне цвета морской волны, которого им удавалось сбросить, ещё четверо пробивали путь сквозь их оборону. Терминаторы превратили в кровавые ошмётки тех смельчаков и глупцов, что противостояли им на стенах, в то время как выжившие бежали во временное убежище следующего редута, а воины Истинных Сынов шли за ними по пятам. Нескольким разрозненным отрядам Имперских Кулаков удалось прийти на помощь своим младшим товарищам; легионеры Седьмого бились до последнего, чтобы хотя бы на несколько кратких минут остановить волну цвета морской зелени, что проносилась по стенам, однако даже доблестные сыновья Дорна не смогли противостоять ярости и численному превосходству неприятеля.

Вождь Рэйв стоял на пороге искупления: победа загладила его неудачу, и он проложил себе путь к воротам Терминала Атлас, не обращая внимания на вред, который причинил своему израненному телу во время боя. Каждый удар его топоров уносил жизнь очередного лоялиста, и каждый враг, вставший у него на пути, приближал вождя к победе, триумфу, бальзаму, способному исцелить боль от полученных ран. Таков был путь Истинных Сынов, каким его видел Рэйв: встречаться с врагом лицом к лицу в открытом бою, где мастерство противостоит мастерству в честном состязании, и он наслаждался всем этим на Хтонии, словно каждый побеждённый враг делал его более сильным, приближая вождя к статусу истинного Сына Гора. Однако Рэйв был отнюдь не единственным воином, кто сражался в тот день в стремлении проявить себя, и когда вожак индуктиев расколол шлем Имперского Кулака, отмеченного шевронами мастера-сержанта, парапет вокруг него взорвался внезапным ураганом молний, которые бились, словно живые.

Внезапно стены крепости заполнились воинами в ярко-красном и золотом – одна за другой их фигуры выходили из врат в разорванной реальности, чтобы сразиться с Сынами Гора. На боевой броне каждого была тщательно выгравирована буква М – символ старого XV легиона, используемый до того, как Магнус принял командование над ним. То были воины Тысячи Сынов, и они пришли биться за Гарриуса и Императора. Командовал ими Сул Контеп, сражавшийся на Просперо много лет назад, чтобы спасти свой легион от Космических Волков, и теперь он был готов противостоять Сынам Гора, чтобы спасти его вновь. Стены вспыхнули жутким пламенем и актиническим сиянием кайн-щитов, когда Тысяча Сынов возглавили новую атаку на предателей, сумев, наконец, остановить их натиск. Топоры вождя Рэйва встретились с силовым копьём Сула Контепа, когда они вступили в ожесточённую дуэль на стенах Терминала Атлас – каждый стремился проявить себя и одержать победу любой ценой, не желая отступать.

Пока оба командира рубили и кололи, пуская друг другу кровь, раздирая доспехи и плоть, воины вокруг них сражались с ничуть не меньшим остервенением. Грубая аугментика, скреплявшая разорванную плоть Рэйва, противостояла психической силе, протекавшей через Сула Контепа. С прибытием Тысячи Сынов лоялисты сравнялись с предателями по силе, но Сыны Гора всё ещё продолжали удерживать брешь, которую проделали в стенах, и оттеснить их было задачей не из простых. На несколько ужасных мгновений битва зашла в тупик, обе стороны устроили впечатляющую кровавую жатву, крепостные валы устилали трупы, а раненые падали со стен, пока вокруг бушевала битва. С немалой степенью вероятности сражающиеся стёрли бы друг друга в порошок, если бы им пришлось сражаться дальше, не давая и не прося пощады, но прибытие десяти штурмовых танков «Спартанец» и рейнджеров 5-й роты Имперских Кулаков решительно переломило ситуацию в пользу лоялистов. Вымотанные и измученные дуэлью Сул Контеп и Рэйв были вынуждены разойтись, когда Сыны Гора отступили; вождю индуктиев вновь было отказано в победе, и на сей раз враг посрамил его ещё сильнее. Всё, что вождь Рэйв унесёт с собой из битвы – это гнев, отравлявший его сердца, и раны, которые нанёс ему Сул Контеп. Когда униженный вождь садился в один из «Громовых ястребов», ожидавших эвакуации и спасения того, что осталось от атакующих сил Сынов Гора, он поклялся, что однажды вернётся и сделает всё возможное, чтобы одержать победу, которая причиталась ему по праву.

После окончания битвы за Терминал Атлас Гарриус собрал своих командиров, укрепив оборону и потребовав от возвращающихся с запада сил ускорить шаг. Тиран Хтонии твёрдо решил, что не потерпит дальнейших брешей в обороне и не допустит, чтобы ошибки запятнали его послужной список, иначе Рогал Дорн решит, что после победы в сражении он, Гарриус, не выполнил свой долг так, как надо. Спасших Терминал Атлас легионеров Тысячи Сынов лорд-кастелян Гарриус поздравил неохотно, сквозь зубы, намекая, что единственная причина, по которой легионеры Пятнадцатого оказались на месте для отражения вражеского нападения, заключалась в том, что он отказал им в возможности присоединиться к отправленному на запад основному войску. Гарриус не питал доверия к «дважды предателям» из Тысячи Сынов, и тот факт, что именно они позволили ему сохранить честь, невыразимо раздражал его. В свою очередь, Сул Контеп ничем не прокомментировал подобного обращения, ибо для него заново обретённое уважение со стороны других командиров-лоялистов само по себе было всей желанной наградой.

За несколько дней до того, как основные силы гарнизона вернулись в Прэзидиум Аркс – обратный путь ознаменовался всего лишь незначительными стычками – Охотники за головами Альфа-Легиона преследовали отступающих лоялистов и прощупывали внешнее кольцо обороны. Впрочем, теперь, когда лоялисты получили подкрепление и были готовы отплатить предателям за недавние потери, Верен Ашурхаддон приказал всем своим силам избегать крупных боестолкновений, и война на Хтонии перешла в новую фазу. Оба воинства, как лоялисты, так и предатели, словно бы исчерпали свой порыв подавляющей силой нескольких первых атак, когда они рассчитывали смести вражеские войска в одном решающем сражении, как это часто случалось в годы Великого крестового похода. Тем не менее, как и во многих битвах, произошедших в ходе Ереси Гора, столкновение чистой мощи Легионес Астартес с себе подобной мощью привела бы к катастрофе – резне, в которой единственной выигравшей стороной неизменно становились падальщики.

Гарриус заперся в стратегиуме Прэзидиума Аркс, выстраивая один план за другим в стремлении обратить вспять сложившееся тяжкое положение, которое грозило сокрушить его и навсегда запятнать в глазах примарха. Офицеры гарнизона лоялистов получали всё более воинственные приказы своего командующего по тактической сети и воксу, при этом лишь немногие избранные удостаивались вызова на брифинги в стратегиум. Главным среди них был капитан-консул Адарус, чей командирский танк избежал резни в Чаше Шайтана; он выступал в качестве представителя Гарриуса перед другими легионами, защищавшими Хтонию, и его безграничная храбрость в сочетании с искренней честностью позволили ветерану завоевать доверие даже среди тех, кого раздражала растущая отстранённость в поведении Гарриуса.

Теневой капитан Неткаль из Гвардии Ворона был отправлен в Пространство Йедиг на севере, где ему было поручено противостоять рейдам Альфа-Легиона с помощью воинов Разбитых легионов и Имперских Кулаков. На юге, за Шпилем Зэкер, Гарриус сосредоточил свои наиболее мощные бронетанковые силы, от когорт Имперской Армии до «Церберов» и «Тифонов» Железных Рук, надеясь помешать наступлению врага в направлении исполинских развалин Врат Предателя. Тысяча Сынов и их надзирательницы из Безмолвного Сестринства были отправлены в глубины, где вместе с рейнджерами 5-й роты вели теневую войну, дабы сдержать силы предателей в подземном мире. И лишь в самом центре Гарриус пренебрёг своей обороной, оттянув многие ветеранские подразделения обратно к Прэзидиуму Аркс, полагаясь на силу внешнего периметра стен для сдерживания неприятеля.

В свою очередь, Верен Ашурхаддон и воинство предателей столкнулись с трудностями куда более прямолинейного характера. Победа в Чаше Шайтана была куплена ценой множества жизней и боевых машин, в то время как многие из титанов получили серьёзные повреждения в результате импровизированной десантной операции и самоубийственного натиска Легио Астраман. Что ещё хуже, битва практически истощила ограниченные запасы, доставленные в спешке для уничтожения основной части воинства лоялистов. Изменники не могли позволить себе ещё одно затяжное сражение, пока не укрепят свои позиции и не пополнят запасы, несмотря на стремление некоторых капитанов и командиров развивать наступление. Тем, кому не терпелось продолжать атаку – к примеру, вождю Рэйву и архимагосу Драйкавачу – Верен позволил действовать на свой страх и риск, в то время как остальным велел превратить импровизированную зону высадки в полноценную крепость.

Наконец-то вернувшись на Хтонию, Верен неустанно готовил своё воинство к грядущим битвам. Ежедневные собрания совета капитанов, бесконечные боевые учения, а также череда дуэлей и испытаний, которые были частью воинской культуры Сынов Гора – казалось, что в те дни Верен успевал находиться повсюду. Как повелитель Истинных Сынов, он придерживался высочайших стандартов того, что считал идеалами хтонийского воина: свирепость, несгибаемость, безжалостность – но в то же время и своеобразное благородство. С таких количеством индуктиев в рядах Шестнадцатого Ашурхаддон считал своим долгом главнокомандующего лично продемонстрировать ту самую честь, за которую они сражались, дабы вернуть себе и Хтонию, и сердце легиона – ведь среди заповедей его родной планеты не последнее место занимала мудрость: «Воин учится как у друзей, так и у врагов; он подражает лучшим до тех пор, пока не сможет заменить их».

Поскольку и лорд-кастелян Гарриус, и кадровый капитан Верен не желали идти в полномасштабную атаку и оставались верны своим собственным планам, конфликт на Хтонии превратился в стремительную войну набегов и стычек. Полем битвы этой войны стала последовательность небольших фортов, возведённых Имперскими Кулаками на обширных равнинах Пространства Йедиг к западу от Врат Предателя и Прэзидиума Аркс. Каждый из фортов представлял собой миниатюрную крепость, со своими собственными стенами, артиллерией и сенсорными системами, связанными со стратегиумом Прэзидиума Аркс; фактически, они служили глазами лорда-кастеляна Гарриуса. Нанося удары по этим изолированным аванпостам, предатели стремились не только обагрить клинки, но и ослепить силы лоялистов, в то время как передовые наездники гарнизона сражались ради сохранения этих точек и отслеживания перемещений предателей в хтонийской глуши.

На переднем крае этих сражений находились Альфа-Легион и Гвардия Ворона, оба – признанные мастера внезапных ударов и скрытых засад. Инкурсус и его Охотники за головами наносили удары по пустошам, устраивая ловушки для конвоев с припасами и патрулей лоялистов со смертоносной ловкостью – зачастую сообщалось, что элитные бойцы Альфа-Легиона присутствуют в нескольких местах одновременно. В свою очередь, Мор Дейтан Гвардии Ворона устроили не менее грандиозную жатву предательских жизней; их навыки выслеживания и скрытности были непревзойдёнными, и множество рейдовых отрядов изменников преследовались прямо до тайных баз, после чего Гвардейцы Ворона вырезали врагов, пока те отдыхали. Тем не менее, борьба, ставшая характерной чертой этих двух соперничающих легионов, фактически представляла собой личное противостояние между Инкурсусом и Кэдесом Нексом, ассасином из Гвардии Ворона; каждый из них стремился переиграть и уничтожить другого. От печально известной осады аванпоста Фи-19 до жестокой восьмидневной засады в Змеиных Челюстях два элитных стрелка и убийцы преследовали друг друга с достаточным для целой роты Легионес Астартес сопутствующим ущербом, однако ни одному из них так и не удалось нанести другому решающий удар.

Тем не менее, наездники Имперских Кулаков из 19-й роты, именуемые Золотыми Грифонами, и тяжёлые штурмовые отделения 5-го ордена Сынов Гора также стали друг для другу достойными противниками. Неукротимые Небесные Охотники задействовали всю свою скорость, чтобы мчаться от одного аванпоста до другого, срывая осадные действия предателей залпами встроенных орудий и преследуя врага повсюду, где его только удавалось найти. Многие изолированные гарнизоны возносили хвалу золотой вспышке на горизонте, бывшую предзнаменованием для появления Золотых Грифонов, в то время как рейдовые командиры Сынов Гора проклинали грохот орудий своего легиона, когда им приходилось быстро отходить, чтобы не угодить под обстрел. В противоположность лоялистам, Сыны Гора не предпринимали никаких попыток действовать скрытно; вместо этого они использовали свои прыжковые ранцы, чтобы перепрыгивать через пустоши, и объявляли о каждом своём нападении рёвом вокс-горнов. Их враги знали, что этот звук равнозначен объявлению смертного приговора – единожды проревев о своём наступлении, Сыны Гора не отступали и не оставляли после себя ничего, кроме мёртвых.

Разбросанные среди бескрайних пустошей аванпосты Имперских Кулаков уподобились островам посреди бушующего моря, за обладание которыми велась безжалостная война; меж ними бушевали кровопролитные бои, каждая из сторон стремилась взять под контроль эти ключевые объекты и не допустить, чтобы они достались врагу. Каждая уловка сопровождалась ответным ударом неприятеля, каждая победа оборачивалась успехом противника в ином месте, за каждым завоеванием (или удержанием территории) следовала потеря где-то ещё – и лоялисты, и предатели завязли в кровавом пате, в котором ни одна из сторон не могла сломить другую. Тем не менее, достаточно было лишь небольшого сдвига в затянувшемся противостоянии, чтобы нарушить равновесие и вдохнуть новую жизнь в ярость, отмеченную в первых сражениях Осады Хтонии.

Охватившая Хтонию война бушевала не только на равнинах; воины обеих сторон продолжали сражаться и в безмолвной тьме внизу. Фрактальные туннели, некоторые из которых обладали едва ли достаточной шириной для одного-единственного бойца, в то время как другие – достаточно велики, чтобы по ним могла проехать не особо габаритная техника, простирались по всей планете. Эти лабиринты были хорошо знакомы ветеранам Сынов Гора, что обеспечивало их стратегическим преимуществом над Имперскими Кулаками. Впрочем, положение осложнялось незначительным числом точек, через которые могли перебрасываться тяжёлые боевые единицы. Наиболее заметной среди них были вспомогательные ворота, расположенные под Вратами Предателя. В пределах быстрой досягаемости от зоны высадки предателей только громадная воронка, известная как Змеиные Челюсти, позволяла Сынам Гора проникнуть в подземный мир; кроме того, она являлась перевалочным пунктом для местных кочевых племён, но бойцы Шестнадцатого были полны решимости как можно быстрее прибрать к рукам данную территорию и разместить там свой собственный гарнизон.

Разведывательные партии, состоящие из старейших ветеранов Сынов Гора, рассредоточились по туннелям в поисках старых убежищ и союзников из далёкого прошлого. Эти сыновья Хтонии быстро обнаружили несколько ключевых факторов сложившейся ситуации, наиболее важный из которых заключался в том, что Истинные Сыны Ашурхаддона были не единственной силой предательского воинства на Хтонии. Глубоко в недрах планеты всё ещё скрывались остатки первоначального гарнизона, хотя они уже давным-давно сократились до нескольких тысяч воинов, использующих награбленное оружие и снаряжение для проведения малоэффективных набегов на поверхность. Их командир, центурион Борос Курн, владел своей собственной крепостью в древних рудниковых туннелях, пролегавших неподалёку от ядра Хтонии, в так называемом Логове Тирана, где безопасные проходы были ведомы разве что уроженцам этого мира и куда лоялисты не решались совать свой нос. Таков был секрет, который Верен Ашурхаддон тщательно скрывал, следя за тем, чтобы его собственные разведчики не предупредили ненароком Имперских Кулаков об этой мрачной твердыне у них под ногами.

Эти непокорные воины практически целое десятилетие сражались против лорда-кастеляна Гарриуса со своей тайной базы; они предоставили Верену множество новых сведений, укрепления и свежих воинов, которых можно было задействовать в его операциях – как выживших Сынов Гора, так и сражавшиеся рядом с ними хтонийские банды. Многие из последних прошли возвышение в ряды индуктиев с такой скоростью, которая делала их куда менее стабильными, чем те, что сражались на поверхности, но в таких количествах, о которых Гарриус и помыслить не мог. Сеть скрытых деревень и укреплённых подземных ходов представляла собой зеркальное отражение аванпостов Имперских Кулаков на поверхности, разе что под контролем предателей – и, подобно укреплениям лоялистов наверху, находилась в кольце осады. Имперские Кулаки организовывали экспедиции в подземный мир, чтобы выжечь оставшихся Сынов Гора и взять под контроль скрывающееся под поверхностью громадное население мира. Во главе рейдовых партий стояли ветераны-рейнджеры 5-й роты Имперских Кулаков – воины, чья отличная подготовка к боям в зонах морталис сослужила им добрую службу в боях в хтонийской преисподней. Теперь же, когда по приказу Гарриуса им оказывала поддержку эзотерическая мощь Тысячи Сынов, скрывающиеся в подземном мире предатели оказались в тяжком положении, многие из их укреплений были сожжены и разрушены вражеской эфирной мощью.

Чтобы успешно противостоять силе Тысячи Сынов, архимагос Драйкавач выпустил в лабиринт под Пространством Йедиг волну боевых автоматов «Воракс». Способные без проблем двигаться в кромешной тьме и невосприимчивые к уловкам колдунов, эти бездушные машины были запрограммированы оставаться в пределах обозначенной зоны, избегая скрытых подземных твердынь Сынов Гора, и уничтожать всё, что встретится им на пути. В случае гибели одной из машин на её месте возникало ещё больше других «Вораксов», отдавшихся во власть нечеловеческого безумия – настоящий шквал металлических когтей, что никогда не устанут и не уступят. Громадные стаи автоматов, чьи металлические когти не страшились варпова пламени Тысячи Сынов, вынудили лоялистов держаться больших верхних галерей на востоке, где их тяжёлые орудия и кайн-щиты могли противостоять этой неживой орде. Ведомые не верностью и не долгом, автоматы бесчинствовали под Пространством Йедиг, убивая и испепеляя, отбрасывая лоялистов, но также истребляя и обитавших во тьме смертных-хтонийцев – Драйкавач счёл подобные жертвы не заслуживающими внимания, если они способствуют победе. Сам же капитан Ашурхаддон не желал попусту жертвовать хтонийской кровью, которую надеялся использовать для возрождения своего легиона, но был вынужден признать, что в случае успеха гибель нескольких тысяч кочевников Хтонии покажется несущественной.

Ради возможности обеспечить себе успех воины Империума в очередной раз обратились к разрушению того, за что сражались, хотя Верен рассудил, что жертва одной-единственной малой части подземного мира – не слишком высокая цена победы. Бойня в подземельях станет ключом к бойне на поверхности, ибо там, где ранее имперские силы могли загнать стрелков предателей в тупик, Драйкавач вручил Ашурхаддону идеальное оружие, чтобы переломить ситуацию. Прошёл практически месяц с тех пор, как мятежники провели высадку, и теперь они располагали достаточным количеством боеприпасов и снаряжения, чего нельзя было сказать об исправлении нанесённого их титанам ущерба. Кроме того, не стоило забывать и о том, что задержка в этой войне ударов и исчезновений грозила обернуться скорым истощением возмещённых запасов. По счастью, собранные в результате разведывательных рейдов сведения в сочетании с предоставленной Боросом Курном информацией позволили выявить ряд ключевых уязвимых точек в обороне лоялистов.

Решительность оборонительных действий Гвардии Ворона на севере и танки, дислоцированные на юге, продемонстрировали, что эти участки являются наиболее «крепким орешком» для атакующих, однако на центральном участке рейдеры Альфа-Легиона встретили гораздо меньшее сопротивление. Некоторые боевые отряды Сынов Гора отважились пройти мимо аванпостов в Пространстве Йедиг и осмотреть внешние стены, отметив ограниченное число присутствующих на парапетах защитников. Однако для того, чтобы воспользоваться этой слабостью и суметь подвести все силы своего войска к стенам, Ашурхаддону для начала предстояло уничтожить укреплённые аванпосты, чтобы тамошние бойцы не успели предупредить своих товарищей о вражеском наступлении или задержать продвижение его воинов в длительных, изматывающих осадах. По крайней мере с полдюжины этих укреплений требовалось захватить или уничтожить как можно скорее, чтобы гарантировать внезапность нападения.

На военном совете капитан Верен тщательно, но с присущей всем операциям Легионес Астартес быстротой, изложил свои планы. Инкурсусу и его Охотникам за головами было приказано усилить интенсивность атак на севере, в то время как оставшиеся предательские титаны, включая исполинский «Имперус Нокс», должны были собраться к югу от Чаши Шайтана – обе эти уловки должны были отвлечь как можно больше сил защитников. В то же самое время колонны Сынов Гора и Несущих Слово должны были провести стремительный марш-бросок через пустоши, чтобы практически одновременно занять позиции для обстрела аванпостов и не дать возможности защитникам отправить предупреждение основному гарнизону. Право нанести последний штрих к этому шедевру доставалось архимагосу Драйкавачу, ибо решающий удар предстояло нанести не снаружи, но из глубин.

Первым, что заметили небольшие гарнизоны Имперских Кулаков в аванпостах Фи-19, 21 и 36, а также Тета-03, 07 и 09, стало внезапное извержение пепельно-серой почвы в стенах их небольших крепостей. Вращающиеся носы штурмовых транспортов-буров «Термит» пробили поверхность земли, их буровые головки разбрасывали во все стороны облака грязи, а следом из образовавшихся проходов наружу выскакивали боевые автоматы «Воракс». Неистовые автоматоны буквально наводнили своими телами каждый из комплексов; Имперские Кулаки ринулись на защиту своих укреплений, выпуская из болтеров один стремительно точный залп за другим, но вдруг обнаружили, что Сыны Гора воспользовались отвлекающим манёвром и успели вскарабкаться по опустевшим стенам, оказавшись прямо за спинами обороняющихся.

Практически все аванпосты пали меньше чем за час, и только защитникам Теты-09 удалось продержаться в течение часа отчаянной, бешеной мясорубки, дорого продав свои жизни, чтобы передать товарищам краткое и искажённое предупреждение. Тем не менее, несмотря на сигнал бедствия, спасательные силы не пришли им на помощь, а далёкие стены оставались безмолвными и нетронутыми – их защитники, очевидно, и не подозревали о бойне, развернувшейся среди пустошей, равно как и об уготовленной им участи. Сыны Гора удостоили своего врага единственной милости, которую знали воины Хтонии – быстрой смерти, и в кратчайшие сроки все аванпосты либо оказались в руках предателей, либо были уничтожены.

Техноволхвы с Циклотрата занялись анализом когитаторов захваченных баз, продолжая собирать все возможные данные даже после того, как Ашурхаддон отдал приказ о начале основного штурма. Три полных роты Сынов Гора и Несущих Слово из ордена Освежёванной Руки, все как один – на борту бронированных транспортных средств, устремились вперёд. Их целью была центральная часть внешней стены – слабейшее место обороны, так что её уничтожением Верен Ашурхаддон и его воины намеревались сокрушить все надежды лоялистов.

Подобно меньшим, уже павшим аванпостам, внешняя стена цитадели Имперских Кулаков была не единым сплошным укреплением, как стена внутренняя, а последовательностью отдельных крепостей. Они были размещены по всем стратегически важным точкам пустошей, чтобы любая вражеская атака сорвалась прежде, чем сможет достичь внутренней стены; вдобавок каждая крепость играла роль базы для контингента Имперских Кулаков, способных в нужный момент контратаковать скованные вражеские силы. Эти твердыни представляли собой громадные сооружения, способные укрыть по тысяче воинов Легионес Астартес, и противостоять чему угодно, за исключением огня самых мощных орудий – короче говоря, это был истинный шедевр искусства фортификации, созданный мастерами VII легиона. Даже объединённой мощи всего предательского воинства пришлось бы заплатить жестокую кровавую дань за взятие таких бастионов штурмом, что однозначно лишило бы измотанных боями мятежников шанса успешно противостоять ещё более устрашающим укреплениям внутренней стены.

Однако бастион в самом центре внешнего кольца обороны оставался уязвимым для нападения, поскольку Гарриус отозвал многих бойцов гарнизона на защиту Прэзидиума Аркс и Врат Предателя. На вершине центральной стеновой крепости, бастиона Алеф-Прим, капитан-консул Адарус возглавлял едва ли пять сотен воинов – данное назначение стало для Адаруса наказанием за фиаско в сражении у Чаши Шайтана, где именно он был старшим по званию и, как следствие, нёс ответственность за провал. Этих войск едва ли хватало на то, чтобы укомплектовать оборону, и у защитников не осталось резервов, на которые можно было бы положиться в случае по-настоящему серьёзного нападения. Соседние крепости точно так же были лишены части своих войск, хотя и не в той же мере, как та, которой командовал Адарус, что наблюдателям с обеих сторон казалось исполненным злобы смертным приговором для командира-ветерана.

Учитывая столь очевидную слабость, Верен приказал нанести главный удар по центральной крепости. Основные силы предателей сосредоточатся именно там, стремясь разрушить оборону и обеспечить свободный проход к внутренней стене, в то время как остальные боевые части обеспечат фланговое прикрытие, дабы не угодить в расставленную лоялистами западню. Бронетехника предателей и боевые автоматы Циклотрата сформировали фланговые силы – несгибаемые и неукротимые бастионы, блокирующие любые попытки неприятеля обойти предательское воинство или заманить в ловушку тяжёлую пехоту Легионес Астартес, наступавшую на бастион Алеф-Прим. Как и ожидали предатели, уничтожение аванпостов предоставило им преимущество внезапности; бастион Алеф-Прим остался один, и пока изменники готовились к штурму, лоялисты так и не озаботились отправкой подкреплений.

Ликующий Мордакар из Несущих Слово занял позицию в авангарде атаки, выпустив на поле боя новый ужас. Двери его тёмно-красных штурмовых транспортов «Спартанец» распахнулись и извергли наружу волну безумия в облике извращённых и искажённых космических десантников, превратившихся в насмешку над горделивыми Легионес Астартес, которыми были когда-то. Облачённые в броню, которая раздувалась и лопалась, когда из неё вырывались новые устрашающие формы, авангардные части Несущих Слово понеслись через пустоши к возвышающимся стенам бастиона. Двигали ими не долг и не честь, но одна лишь неукротимая жажда крови. Эта кровавая ярость поглотила их целиком, лишив воинов Семнадцатого тактического мастерства, что когда-то делало их одними из величайших воинов, известных человечеству, и когда выстрелы со стены поразили ведущих тварей, их это практически не замедлило.

Прицельный огонь заранее пристрелянных тяжёлых орудий ударил по атакующим Несущим Слово, отрывая конечности чудовищно трансформировавшихся космодесантников, пробивая силовую броню шрапнелью и разрывая тела на куски. Тем не менее, многие из раненых продолжали бежать, не обращая внимания на страшные увечья, завывая не от боли, но от жажды крови. Они пересекали поля мин, беспрерывно подскакивавших в воздух на уровень глаз и детонировавших одна за другой – маршрут атаки сынов Лоргара усеяла россыпь обезглавленных трупов – и бросались сломя голову во рвы с железными шипами; мертвецы заполняли их собой, чтобы другие могли пробиться дальше и добраться до стены. Каждый из слоёв хитроумно выстроенной обороны Имперских Кулаков был пробит не с умением, но с примитивной жестокостью, на которую было противно смотреть.

Претор Мордакар и ветераны Освежёванной Руки бесстрастно наблюдали за происходящим издали, не поднимая клинков, чтобы помочь своим собратьям, и не расходуя снарядов, чтобы оказать огневую поддержку их наступлению. Несущие Слово просто скандировали мрачную панихиду на языке Колхиды, от которой даже у ожидавших приказа атаковать закалённых воинов Сынов Гора побежали мурашки по коже, а в рядах союзных контингентов Имперской Армии надзирателям-легионерам в чёрной броне и вовсе пришлось восстанавливать порядок силой. То, что другие сочли бы расточительством, Мордакар воспринимал как благословение, подношение новым богам, что откроет истину всех грядущих дней и поможет окончательному вознесению Гора. Чёрный дым вперемешку со смрадом сожжённой и разорванной плоти заполнил воздух поля битвы, клубящийся кровавый туман поднялся и окрасил небо в багрянец, и Мордакар, глядя на всё это, улыбнулся.

Атакующие с флангов грубые автоматы, отмеченные мрачной геральдикой Циклотрата, активировали установленные на плечах плазменные орудия и начали бомбардировку башен, закреплённых на обоих концах бастиона Алеф-Прим. В ответ защитники открыли огонь из автопушек и волкитов, заставивший массивных роботов пошатнуться, но не сумевший сломать их строй; орудийные расчёты башен не могли вести огонь для поддержки стен, отвлекаясь на железных монстров Циклотрата. Таким образом, под прикрытием орудий рабов магоса Драйкавача Несущие Слово добрались-таки до стен – шестнадцати футов сплошного ферробетона без единого изъяна. Не знающие страха Астартес-мутанты не сбавляли темпа, вонзая в стену свои демонические когти и используя мертвецов в качестве ступеней, чтобы подняться выше – они не обращали ни малейшего внимания на прицельный огонь из болтеров, что обрушился на них с парапетов.

Столь же бесстрастный, сколь яростным был его противник, Адарус из Имперских Кулаков отдал приказ, и своё место на стенах заняла новая сила. Заметно меньшие ростом, нежели космические десантники, и облачённые в скрывающие аугментику длинные плащи, осадные инженеры Харонидских Стражей выкатили несколько десятков загадочных канистр, каждая из которых была выкована из адамантия и отмечена тройственным символом. Затем Стражи сбросили их со стен прямо в бурлящую массу когтистой плоти, где она тут же вспыхнула опаляющим пламенем, переползавшим от тела к телу, словно живое существо – то были фосфексные бомбы, вновь вырвавшийся на свободу ужас Древней Ночи. Голодное пламя поглотило последних из одержимых Несущих Слово, оставив одни лишь обугленные трупы, некоторые из которых всё ещё продолжали слабо царапать стены даже после смерти.

Произошедшие события стали сигналом для атаки Сынов Гора, ибо Несущие Слово в буквальном смысле проложили им путь к подножию стены своими собственными телами. Издав оглушительный рёв, воины Шестнадцатого начали своё наступление, ряды воинов в броне цвета морской волны устремились вперёд с практически идеальной синхронностью. Их было больше трёх тысяч человек, а ещё больше ждали своего часа в резерве. Тем не менее, атака легионеров Ашурхаддона и близко не походила на буйство берсерков; вооружённые топорами разорители и элитные налётчики медленно продвигались вперёд дисциплинированным строем, прикрываемые залпами болтерного огня отделений индуктиев и лазерными выстрелами штурмовых танков «Спартанец». Воспевающие жестокость песни Хтонии служили им маршевыми гимнами, гимнами славы и кровопролития, эхом разносившимися по пустошам и уходившими в застилающие поле брани смрадные облака.

Эти песни были подхвачены воинами в жёлтом на далёких стенах – многие из них прошли вознесение в Астартес на Хтонии и отличались от своих собратьев внизу только расцветкой своей брони. Несмотря на то, что они делили общее наследие, никто из них не давал врагу пощады, и сыны Хтонии беззаветно убивали друг друга – стрелки внизу расстреливали воинов на парапетах, а те, кто стоял на стене, бросали гранаты и термические заряды в своих былых родичей, когда те оказывались в зоне поражения. Вокруг творилась настоящая бойня, но атакующие понемногу брали верх за счёт огромного количества бойцов. Сыны Гора пробивали бреши в стене кумулятивными зарядами, в то время как прорывники отражали огонь и бомбы, что били сверху, сомкнутыми вместе широкими щитами.

Вождь Рэйв самолично повёл атакующих, когда Сыны Гора пробили путь внутрь и наконец-то вступили в схватку с гарнизоном Кулаков; его топоры обагрились кровью вражеских индуктиев, что посмели преградить ему путь. Воины Рэйва доказали свою отвагу, пробиваясь сквозь ряды неприятеля и прорываясь к самому сердцу крепости, хотя сопротивление, с которым они столкнулись, оказалось куда менее значительным, чем можно было ожидать от укрепления такого размера, даже если каждый индуктий в жёлтом сражался с яростной решимостью ничем не уступать своим собратьям в броне цвета морской зелени. Рэйв пытался найти старого ветерана Адаруса в стремлении заполучить ещё один трофей в качестве отличного дополнения к своей коллекции, но капитана-консула нигде не было видно. Тем не менее, воины Рэйва одержали победу, и он сам сбросил со стен изломанное тело последнего защитника, тем самым подав сигнал кадровому капитану Ашурхаддону и уплатив кровавую дань памяти тем, кто погиб, чтобы вырвать этот уголок Хтонии из лап захватчиков.

Когда крепость была разрушена и сожжена, оставшиеся Имперские Кулаки и их союзники отступили – их было слишком мало, чтобы надеяться удержать руины, вдобавок большая часть их боезапаса оказалась израсходована в ходе уничтожения атакующей волны Несущих Слово. Следом за ними маршировало войско предателей, прошедшее сквозь разрушенную крепость в стремлении извлечь максимальную выгоду из своей победы; их растянувшийся строй едва сдерживался от стремления воинов окончательно сокрушить своего врага. Алеф-Прим пал, и путь к победе казался ясным. Даже кадровый капитан Ашурхаддон почувствовал, как в его душе поднимается дикарское возбуждение от победы, побуждающий его двигаться дальше вместе со второй волной.

Как он поклялся, так оно и случится – надежды лоялистов теперь лежали средь руин, растоптанные ножищами его воинов, шествующих вперёд навстречу победе.

«Опаснее всего для воина тот момент, когда победа сияет столь ярко, что ослепляет его».

консул-капитан Имран Адарус из Имперских Кулаков

963013.М31

Бастион Алеф-Прим лежал в руинах. В обороне Имперских Кулаков была пробита одна-единственная жизненно важная брешь, через которую Верен Ашурхаддон собирался бросить в бой механизированные роты Сынов Гора. Вместо того, чтобы осаждать и разрушать каждый из внешних бастионов по очереди, он намеревался уничтожить слабейшие и рискнуть сосредоточить свои войска в единственной точке на линии, чтобы обойти её с фланга и сделать оставшиеся гарнизоны бессильными. Это была смелая стратегия, основанная на том, что первоначальная атака оказалась проведена с полной неожиданностью, а оставшимся бастионам внешней линии обороны не хватит сил выступить против Сынов Гора – или же они и вовсе не получат соответствующего приказа. Изучив данные, извлечённые из павших аванпостов, а также донесения своих разведчиков, Ашурхаддон пришёл к выводу, что бастионы врага были лишены части воинов целенаправленно, и отсутствие реакции основных сил Кулаков на его атаку против Алеф-Прим подтвердило данное предположение. Ценой этого манёвра стала гибель сотен индуктиев Имперских Кулаков, сражавшихся насмерть за Алеф-Прим.

На сей раз Верен Ашурхаддон отправил в атаку большую часть личного состава собранных им трёх рот, задействовав резервные силы и приказав их командирам со всей возможной скоростью пройти через брешь. Бойцы предательского воинства хлынули через разбитые ворота Алеф-Прим; и космических десантников, и солдат Армии опьяняли победный трепет и жажда стать частью того, что казалось им решающим сражением этой кампании. Выйдя на тонкую полосу пустошей, отделявшую внешние бастионы от громадной внутренней стены, смешанные подразделения предателей получили приказ перегруппироваться, установить надлежащим образом линии коммуникации и подготовиться к атаке, ожидая последующих приказов, но вместо этого многие продолжали вслепую нестись вперёд – ведь среди изломанных серых равнин Хтонии их ждали остатки гарнизона Алеф-Прим. Едва ли две сотни Имперских Кулаков под началом самого капитана-консула Адаруса держались на расстоянии – слишком медлительные, чтобы вовремя добраться до безопасности внутренней стены, и слишком малочисленные, чтобы удержать предательское воинство у бреши.

Ведомые манией жестоких убийств и возможностью полноценного разгрома неприятеля, обезумевшие от крови Несущие Слово и индуктии Сынов Гора, которым недоставало дисциплины ветеранов, обрушились на стоявшего перед ними врага. Они начисто позабыли о приказах в своём безумном желании обрести честь окончательной победы, чем вынудили войско последовать своему примеру, рассыпавшись по равнине отдельными частями, поскольку более медлительные терминаторы и тяжёлая бронетехника остались далеко позади неудержимых охотников за славой. Адарус и его горстка воинов стойко держались перед лицом надвигающейся бури, спокойные команды почтенного ветерана и его стоическая манера поведения были всем, что удерживало индуктиев в жёлтой броне Имперских Кулаков. Никто из них не желал покинуть своего командира, пока он являл собой воплощённую непокорность перед неизбежностью смерти.

Верен Ашурхаддон получил лишь разрозненные отчёты о ситуации; его командное отделение всё ещё оставалось среди развалин Алефа-Прим, выстраивая легионеров второй волны в боевой порядок. Триумфальные возгласы заблудшего авангарда смешивались в его мультичастотном командном воксе с жалобными прошениями брошенных войск Ауксилии, тщательно скоординированная атака превращалась в куда более хаотичную, чем того бы хотелось капитану-ветерану. Тем не менее, Верен не мог взять в толк, какими образом двести воинов, сколь бы решительными они ни были, могут остановить натиск Сынов Гора. В скором времени его бойцовые псы окажутся у ворот внутренней стены, столкнувшись с деморализованными и не готовыми к штурму защитниками, после чего наступит последняя фаза его завоевания. Ашурхаддон позволит своим командирам ощутить вкус славы, но сам будет наслаждаться только грядущей великой победой, когда представит завоёванную Хтонию магистру войны после падения Терры и обретения Гором власти над всем Империумом. А затем командный вокс вождя Истинных Сынов внезапно умолк, и вся вокс-сеть предателей утонула в помехах.

Прежде, чем Верен успел среагировать, по всей равнине прогремела серия внезапных катастрофических взрывов, подняв огромное облако обломков и пыли, которое скрыло собой весь авангард. Сначала военачальник предателей решил, будто наткнулся на очередное минное поле, но взрывы были слишком уж сильными и далёкими от маршрута движения его колонн, вдобавок Имперские Кулаки совсем недавно сами пробегали через этот участок. Вместо этого, как только пыль начала рассеиваться, на месте взрывов не было ни единого трупа в броне цвета морской волны – беспорядочно атакующие предатели не пострадали, но на сей раз оказались окружены кольцом вздыбившейся жёлтой земли. Взрывы открыли серию туннелей, из которых появились воины, предположительно ушедшие в Прэзидиум Аркс – воины, которые вышли дать бой предателям.

На какой-то миг тишина воцарилась на поле брани, пыль опускалась на броню и хранящие безмолвие орудия, а затем офицер Имперских Кулаков проревел приказ, и на предателей обрушился гром. Первый же залп уничтожил многих изменников, хотя их рассредоточенный строй и помог ограничить потери; впрочем, меньшие по численности силы всё же были бы разорваны в клочья внезапным шквалом болтерного огня, который рубил неподготовленных воинов тут и там. Проигнорировав приказы и отключив вокс-сети, воины Сынов Гора и Несущих Слово в авангарде вернулись к своим низменным инстинктам и продолжили атаковать; в свою очередь, ветераны обратились к впитанной с кровью дисциплине и выстроились плотнее, готовые дать отпор неприятелю. Войско предателей погрузилось в хаос, поскольку каждое подразделение сражалось по-своему, оставаясь изолированным от своих союзников.

Стоя на разрушенных зубчатых стенах Алеф-Прим, капитан Верен мог лишь бессильно наблюдать, как его стратегическая авантюра обернулась катастрофой. Все попытки Сынов Гора получить доступ к вокс-сети и системам тактического управления, равно как и перезапустить их, потерпели неудачу; технодесантники Ашурхаддона вступили в бой со свирепым инфофагом, который грозил полностью отключить все их системы; по всем признакам это кибертеургическое оружие атаковало сеть предателей откуда-то извне. Всё, что им встретилось в ходе атаки, оказалось ловушкой – от притворной слабости стен и пропавших вражеских воинов, которые просто-напросто спрятались в скрытых туннелях или подземных казармах, до захваченных аванпостов, где предатели незамедлительно занялись грабежом банков данных и подцепили оставленный заранее инфофаг. Сотни верных воинов были принесены в жертву единственно ради того, чтобы заманить предателей в это место, подальше от поддержки титанов – туда, где легионеры-изменники могли быть обескровлены и, в перспективе, получили бы столь серьёзный урон, что от дальнейшей осады пришлось бы отказаться. Последнее звено ловушки сработало в тот момент, когда из подземелий под развалинами Алефа-Прим вышли хускарлы Имперских Кулаков, атаковавшие арьергард Верена в стремлении не допустить бегства той части предательского воинства, что оказалась в ловушке на равнинах. Во главе облачённых в тяжёлые доспехи «Катафрактарий» хускарлов шествовал сам Гарриус, который наконец-то ступил на поле брани, чтобы лично привести своих людей к победе; его искрящийся энергией силовой кулак размалывал керамитовые доспехи и с тошнотворной лёгкостью ломал вражеские конечности. Два военачальника наконец-то встретились лицом к лицу; Верен лихорадочно собирал своих телохранителей, чтобы прикрыть общее отступление, в то время как Гарриус высвободил свою давно сдерживаемую ярость, стремясь расчистить путь к заклятому врагу. Наконец, силовые поля топора и энергетического кулака столкнулись в ливне актинических искр, а сражавшиеся вокруг своих повелителей воины-хтонийцы в зелёном и жёлтом бесстрастно рубили своих ставших врагами соплеменников на части в кровавой рукопашной.

Равные как в ярости, так и в хитроумии, оба военачальника пустили друг другу кровь: топор Верена перерубил сочленение поножи Гарриуса, а в ответ кулак Тирана Хтонии сломал Ашурхаддону несколько рёбер одним могучим ударом. Тем не менее, самым жестоким оружием в противостоянии капитанов окажутся слова, способные ранить сильнее всего, и Гарриус не упустил шанса позлорадствовать над раненым врагом: «Посмотри, как хорошо бьются сыны Хтонии в жёлтом! Когда ты сдохнешь, когда о тебе забудут – все они станут прекрасными Имперскими Кулаками!»

В ответ Ашурхаддон процедил всего несколько слов:

«Не бывать им вашими. Никогда».

Когда предательское воинство погрузилось в полнейший бедлам, его передовые части оказались в котле между внутренней и внешними стенами, а командиры лишились возможности связаться со своими войсками, казалось, что мятежникам будет нанесён сокрушительный удар. Тем не менее, Верен в какой-то степени предвидел возможность вражеской ловушки, хотя он и представить себе не мог масштабов обмана со стороны Гарриуса, и теперь оказался во власти решений тех командиров, которые стояли на флангах и в тылу его войска, чтобы прикрыть продвижение Сынов Гора. В тылу ожидали претор Мордакар и ветераны Несущих Слово, не подвергшиеся ужасающей трансформации, постигшей более молодых воинов этого легиона, в то время как на флангах стояли автоматы Циклотрата под знаменем архимагоса Драйкавача, чьё воинство было известно скорее своим бесчувственным пренебрежением, чем верностью союзникам.

На какое-то мгновение казалось, будто они просто продолжали наблюдать за избиением Сынов Гора, сохраняя собственные силы. Но затем знамёна Колхиды воспарили в воздух, и по ровным рядам воинов-ветеранов прокатился громоподобный боевой клич «Tempestus Sangis», а сам Мордакар сделал шаг вперёд и вырезал на своём черепе кровавую руну зазубренным боевым клинком. Когда капли крови их повелителя ударились оземь, Несущие Слово устремились в бой, и мрачная панихида Колхиды разнеслась по всему полю битвы, ибо наступление их служило в равной степени данью войне и ритуалу. Грохот их стрелкового оружия был их катехизисом, а пролитая кровь, как своя, так и чужая – подношением для Тёмных богов, которым сыны Колхиды присягнули на верность.

Тем не менее, орден Освежёванной Руки двигался в медлительном и угрюмом темпе, и хотя орудия Несущих Слово вырубали кровавую просеку в рядах лоялистов, окружавших Алеф-Прим и запиравших предателей меж двух линий обороны, они не смогли бы сломить врага в одиночку. Верен видел их наступление с вершины стен, когда Гарриус наносил удар за ударом по его телохранителям, и знал, что ему не выжить в этой битве. Верный старым обычаям Хтонии, предводитель Истинных Сынов собрал все остатки своей силы, чтобы устроить такую битву, которую навеки запомнил бы даже враг – но тут оглушительный вопль заставил сражающихся остановиться. С далёкого фланга приближался рой металлических воинов, скользивших по пустошам на струях ослепительного пламени со скоростью, с которой не мог сравниться ни один космодесантник, и визги реактивных ранцев опережали их.

Полностью контролируемые приказами своего архимагоса и способные только на рабское повиновение, таллаксы устремились в самое сердце битвы, паля из молниевых пушек. Десятки были расстреляны Имперскими Кулаками прямо в воздухе; металлические воины взрывались во вспышках пламени, когда их реактивные ранцы детонировали, ещё десятки погибли в рукопашных схватках, когда дредноуты в жёлтой броне разорвали их на части, и всё же громадное количество киборгов и их полное пренебрежение к вопросам собственного выживания определили исход битвы. Ашурхаддон и Гарриус оказались разлучены натиском циклотратских киборгов, и Имперские Кулаки были вынуждены отступить, присоединившись к основной массе своих собратьев на равнинах между внутренней и внешней стенами.

Более того, следующий по пятам за своими приспешниками архимагос Драйкавач сумел очистить ключевые каналы вокс-сети Сынов Гора, и Верен вновь смог выйти на связь со своими командирами. Он без промедления скомандовал отход, велев командирам авангардных сил как можно скорее отступать к Алеф-Прим, чтобы Имперские Кулаки не перебили рассеянные подразделения по очереди. На равнинах, где жестокие рукопашные схватки и яростные перестрелки на ближней дистанции наносили значительный урон обеим сторонам, Сыны Гора начали отступать – не как бегущие в отчаянии, но с выдержкой и дисциплиной настоящих воинов. Только те, кто оказался на переднем крае наступления, угодили в ловушку; этими смешанными силами из остатков нескольких потрёпанных отрядов, включая ветеранов, индуктиев и Хтонийских Охотников за головами командовал вождь Рэйв. Бойцы под его началом дрались как равные в отчаянном стремлении сдержать лоялистов – всех как один из числа сынов Хтонии, будь то космические десантники или Солярная Ауксилия.

Доспехи Рэйва были разорваны и проломлены во многих местах, его силовые топоры то и дело искрили работающими на пределе возможного неустойчивыми силовыми полями – и у него, и у тех, кто сражался на его стороне, оставалось не так уж много шансов на выживание. Но отчаяние придавало им сил, и каждый погибший воин авангарда забирал с собой в вечность по крайней мере одного врага, сражаясь без ограничений и колебаний. Воины бросались на дредноутов, чтобы своей смертью дать собратьям шанс поразить этих исполинов в уязвимые места, а потрёпанные юстаэринцы в доспехах «Катафрактарий» защищали своими телами ауксилариев из числа Охотников за головами. Капитан-консул Адарус, возглавивший контрудар лоялистов, увидел в их храбрости последние тлеющие угольки былого легиона Лунных Волков, которых когда-то знал как благородных воинов, и выступил вперёд, чтобы сразиться с вождём Рэйвом в личном поединке.

Бой вокруг них прекратился, как только два лидера встретились лицом к лицу. Рэйв буквально ринулся вперёд, ненависть и ярость удвоили силу его ударов, но Адарус встречал их все со спокойным отвращением – клинок из лунного серебра старого Имперского Кулака парировал и блокировал каждый без исключения. А затем, перехватив меч обеими руками, Адарус одним-единственным выпадом проломил защиту Рэйва и пронзил его доспехи, после чего истекающий кровью Сын Гора рухнул на блёклую землю Хтонии. Неискушённому человеку могло показаться, что Рэйв пережил удар только благодаря слепой удаче, однако истинная причина заключалась в том, что мастерство Адаруса во владении клинком позволило ему нанести врагу страшную рану, которой вполне хватило на то, чтобы вывести из строя вождя Сынов Гора, но не убить его. Стоя над павшим вожаком, пока его собственная облачённая в жёлтое свита была готова прикончить последних воинов в броне цвета морской зелени, Адарус обратился к своему врагу с укоризной:

«Когда-то я сражался вместе с волками Луны и считал их одними из лучших воителей крестового похода. Клятвы, которые я принёс в те времена, ныне ложатся на меня тяжким бременем. То, что я вижу перед собой – нечто куда меньшее, чем то, что я когда-то поклялся защищать, но в их честь я даю тебе шанс быть достойным их наследия. А теперь убирайся, твоё присутствие мне надоело».

Сыны Гора покинули поле боя, унеся своего израненного вождя и бросив мёртвых разбросанными среди пустошей. Теперь, когда враг получил подкрепление в виде механикумов и Несущих Слово, Гарриус утратил инициативу и не стал бросаться в погоню, вместо этого отведя свои силы в полном порядке ко внутренним стенам. Он даже не собирался удерживать внешнюю линию обороны, ибо знал – вражеские титаны вернутся, и теперь отступал к внутренней стене со значительным количеством войск, укрепив боевой дух своих воинов и серьёзно ослабив вражескую армию. Лорду-кастеляну удалось обескровить предателей, однако в решающем ударе ему было отказано. Первыми его гнев ощутят его же собственные люди, и в первую очередь капитан-консул Адарус, чей «благородный» поступок стоил Гарриусу удовольствия вырезать арьергард Сынов Гора на глазах у всего предательского воинства. Тех, кто, по его мнению, не проявил в битве достаточного рвения, он поставил часовыми у передних ворот внутренней стены, где этим воинам предстояло первыми столкнуться с возможной контратакой изменников.

Пока Гарриус продолжал свои приготовления, большинство предателей были вынуждены вернуться в импровизированные крепости к своим посадочным шаттлам и транспортникам, и лишь несколько отделений ветеранов остались наблюдать за лоялистами под прицелом орудий Прэзидиума Аркс. Между тем магосы Восса и Циклотрата трудились не покладая рук над очисткой боевого снаряжения мятежников от технопроклятия Грайи, поскольку пока оно оставалось в их вокс-сетях и командных реле, Сыны Гора и их союзники продолжали пребывать во власти хитростей и обмана Гарриуса. За всё это, а также за помощь, оказанную Циклотратом в бою, Верен Ашурхаддон был вынужден признать справедливость притязаний Йелава Драйкавача на ресурсы Хтонии – пускай это стало источником немалого раздражения для магосов Восса, но понятия военачальника Сынов Гора не позволяли ему игнорировать долг чести после сложившейся ситуации. Утомлённый бременем политических переговоров, Верен оставил своих младших командиров продолжать осаду, и первые рейды на отдалённые позиции лоялистов были организованы всего через несколько часов после отступления.

Вне всяких сомнений, битва возобновилась бы всерьёз после кратковременной паузы – и кровопролитие не прекращалось бы до самого конца, если бы не одно-единственное происшествие. Из-за покрова эмпиреев пробился глас Терры, сообщение настолько ужасное, что обе сражавшиеся за Хтонию силы были остановлены его словами – как лоялисты, так и предатели, ошеломлённые реальностью того, что было высказано. Произошло немыслимое – то, что многие из этих воинств страшились или, напротив, жаждали, но в реальность подобного едва ли могли поверить. Магистр войны высадился на Терре и осаждал Дворец Самого Императора. Ересь Гора вступила в свою завершающую стадию.

Гарриус заперся в зубчатых стенах Прэзидиума Аркс, на несколько дней погрузившись в тяжкие думы о судьбе своего примарха и Императора, в то время как Сул Контеп и его перебежчики из Тысячи Сынов уединились в Фарос Обскурус в тщетных попытках связаться с Террой по своим собственным причинам. Теневой капитан Неткаль, обезумевший от горя и ярости, повёл многих воинов гарнизона на равнины, чтобы охотиться и убивать перешедших им дорогу предателей. Один лишь Адарус спокойно смотрел в неведомое будущее, и его непоколебимая решимость стала бальзамом для тех, кто стоял на страже Прэзидиума Аркс и внутренних стен, когда всё здравомыслие, казалось, было разбито и сломлено. То, чего Ашурхаддон не сумел добиться с помощью клинков и болтеров – сломить дух защитников – было достигнуто в мгновение ока несколькими короткими словами.

Известия посеяли разногласия даже в рядах предательского воинства: Ашурхаддона всецело захватила идея о том, что он обязан захватить Хтонию прежде, чем магистр войны сойдётся в поединке со своим отцом, Императором. Схожая одержимость питала и Мордакара из Несущих Слово, которому поручили исполнить волю своего собственного легиона на Хтонии до того, как состоится эта судьбоносная дуэль. В свою очередь, вождю Рэйву и Инкурсусу из Альфа-Легиона выпало отбиваться от лоялистов, чья ярость стоила обоим командирам значительных потерь в битве среди равнин и последующих стычек, исключительно бешеных и жестоких.

На оба лагеря опустилась пелена, когда знатные лорды и простые солдаты объединились в своём отчаянном стремлении найти в себе волю продолжать борьбу, когда все их усилия были сведены на нет из-за эпохальной битвы – столь близкой, и в то же время совершенно недосягаемой. Обе стороны совершенно напрасно ожидали свежих новостей, ибо Терра погрузилась в безмолвие, не было слов ни о победе Гора, ни о его поражении – одна лишь мрачная тишина, охватившая Хтонию и все окружавшие её системы. Многие задавались вопросом – решён ли уже ход войны, имела ли пролитая ими на Хтонии кровь хоть какой-то смысл, кроме как для подпитки бессловесной ненависти, переполнявшей их сердца в последние годы Ереси Гора? Другие размышляли о том, не предвещает ли эта внезапная тишина в пустоте какое-то новое ужасающее бедствие, и кончится ли вообще этот век разрушения – или же мрак будущего готовит для всех одну лишь вечность войны.

«Для слабых поражение окончательно. Для сильных же – всего лишь короткая пауза на пути к победе».

Инкурсус из Альфа-Легиона

«Поражение может преподать лишь один урок: как преклонить колени. Истинный воин знает лишь два пути: победа или смерть, и последняя столь же почётна, сколь и первая».

выдержка из «Красных песков: Анналекты ярости», записей Кхарна из Пожирателей Миров

003014.М31

Поражённые осознанием того, что кульминационная битва Ереси Гора разворачивается в то же самое время, когда они бессмысленно проливают кровь на Хтонии, воины Легионес Астартес столкнулись с дилеммой, к которой были плохо подготовлены. Они привыкли противостоять любым испытаниям с оружием в руках, уверенные в том, что им под силу победить любого неприятеля, но в потенциальном поражении или даже гибели своего дела они видели врага, которого не сможет остановить ни меч, ни болтер. Если Гор или Император падут, что станет с их слугами? Лишившись цели своего существования, не превратятся ли они в обыкновенных мародёров, обречённых на вечность бессмысленного кровопролития и смертей?

В конечном счёте воины обеих армий нашли свои собственные ответы, зачастую следуя примеру наиболее выдающихся героев, что зарекомендовали себя за долгие годы Ереси Гора. Некоторые стремились покинуть Хтонию и сражаться на Терре, хотя и Гарриус, и Ашурхаддон запретили подобную самодеятельность; последний при этом зашёл настолько далеко, что заставил архимагоса Драйкавача вывести из строя двигатели крупнейших десантных кораблей, тем самым не оставив предателям иного выбора, кроме как сражаться и побеждать в битве за Хтонию. Претор Мордакар, поддерживая планы Ашурхаддона, призывал воинов направить свой гнев на Имперских Кулаков и их союзников – разумеется, в стремлении продолжать удобрять кровью серую почву Хтонии. Следуя совету Мордакара, Несущие Слово вместе с наиболее кровожадными Сынами Гора обрушили ярость на патрули и разведчиков лоялистов среди пустошей, совершая постоянные набеги на вражеские позиции и вырезая всех, кто встречался им на пути. Сам же капитан Ашурхаддон, позволив своим наиболее упрямым воинам связать боем войска Гарриуса, вместо этого начал новую серию приготовлений и отправил своих эмиссаров в глубины подземного мира.

Лорд-кастелян Гарриус, кипевший гневом от осознания того, что всё, чем он пожертвовал ради удержания Хтонии, могло оказаться напрасным, был вынужден вступить в противостояние со своими собственными офицерами. Многие из них отказывались сидеть сложа руки, пока их примарх сражался на Терре, и выступали за немедленное нападение на предателей всеми боеспособными силами, хотя подобный шаг практически наверняка привёл бы к уничтожению гарнизона как полноценной боевой силы. Несмотря на собственное желание сражаться, пусть даже вдали от примарха Дорна, Гарриус наложил запрет на любые крупномасштабные операции, но согласился на серию пробных атак, чтобы отследить маршруты передвижения предателей и позволить своим людям высвободить снедавшие их гнев и разочарование. Для каждой такой атаки Гарриус специально отрядил по отделению Сестёр Безмолвия, поскольку их холодная аура остужала пыл, способный в противном случае привести обычно стоических Имперских Кулаков к катастрофе.

Среди всех воинов, сражавшихся на Хтонии, в наименьшей степени известия с Терры затронули новоиспечённых индуктиев. Они не принимали участия в Великом крестовом походе и никогда не видели ни Императора, ни даже своих собственных примархов, так что возможность падения Терры была для них пустым звуком. Всё, что они знали – это война космодесантников против других космодесантников, и даже если Император или Гор падут в битве, их собственная война продолжится, ибо для них не имели значения ни победа, ни поражение – только выживание. В то время как другие астартес пылали злобой по отношению к врагу или своей собственной неспособности присоединиться к битве, индуктии просто-напросто готовились к следующему сражению с простым прагматизмом, взращенным в них гипно-индоктринацией и обучением. Неофиты Имперских Кулаков никогда не покидали Хтонию и понимали, что, скорее всего, никогда и не покинут, ибо сей мир станет их могилой вне зависимости от исхода войны на далёкой Терре. Сыны Гора, напротив, узрели всю жестокость Ереси Гора со всем её безжалостным безразличием к их страданиям. Для них Хтония служила воплощением конца их войны, а также последней наградой за пролитую кровь – ведь они могли ходить по земле, что даровала им индивидуальность и была для них более важной, чем судьба далёкого мира, чей золотой век давным-давно остался в прошлом.

Таким образом, пока Терра пылала, свирепость, отмечавшая предшествующую стадию войны за Хтонию, пошла на убыль – словно сама Галактика отвратила свой взор от родины Гора Луперкаля, чтобы сосредоточить всё внимание на древней прародине человечества. На короткое время на Хтонии воцарилось напряжённое и зыбкое перемирие; война ограничивалась кратковременными стычками и бесплодными столкновениями, которые не привели к какой-либо решающей конфронтации. Оба полководца, претендующих на господство над планетой, как Гарриус, так и Ашурхаддон, знали, что новости с Терры непременно побудят их к действию, но ни один из них не желал делать ход первым, поскольку следующее их столкновение, вне всяких сомнений, раз и навсегда решит исход войны за Хтонию – и, таким образом, либо Гарриус сможет искупить свою вину в глазах примарха, либо же Верен получит приз, необходимый ему для восстановления чести своего легиона.

Лишившись возможности открытой крупномасштабной конфронтации, воины из обоих лагерей вели безмолвную теневую войну в хтонийских пустошах. Развалины внешней стены и заброшенные аванпосты подземного мира стали полями сражений за бесполезные трофеи, которые захватывались, терялись и возвращались вновь просто-напросто назло врагу. Никто не помышлял ни о стратегических, ни о глобальных военных целях – лишь о количестве убитых и возможности окрасить свои клинки кровью. Это была резня ради самой резни, и только Несущие Слово упивались ею по-настоящему, в то время как для Сынов Гора и даже воинов Разбитых легионов смертоубийство оставалось лишь холодным утешением и слабым лекарством для той раны, которую оставила в их душах Ересь Гора. Даже вождь Рэйв не получал особого удовольствия от этого кратковременного обмена ударами; пролитая им кровь не могла смягчить горькую боль от слов капитана Адаруса при Алеф-Прим.

Для Рэйва битва на Терре мало что значила; то был всего лишь очередной трофей, что достался бы Гору Луперкалю, в то время как Хтонию вождь считал своим неотъемлемым правом на испытание, в котором он докажет, что достоин титула Сына Гора. Тем не менее, глядя на ветеранов своего собственного легиона и на их заботу о судьбе этого далёкого мира, он видел в них проблеск чего-то, чем сам никогда не мог стать; тень былой славы и утраченных идеалов, не имевших ничего общего с воинами, в числе которых был создан и он сам. Великого триумфа индуктиев не будет, даже если они смогут отбить Хтонию и вернуть ветеранам XVI легиона их потерянную родину.

Претору Мордакару и тем воинам, что последовали за ним, капитан Ашурхаддон приказал исследовать внутренние стены, отметить их слабости и проверить силы местного гарнизона, однако Несущий Слово не стал предпринимать особых усилий для выполнения приказа, если не считать пустой траты жизней в ходе тщетных атак на стены. Хтонийские Охотники за головами и другие подразделения ауксилариев были брошены под огонь орудий Имперских Кулаков в тех точках стены, что казались стратегически бесполезными, и даже собратья самого Мордакара по легиону с ликованием предавались самоубийственным атакам, которые не принесли никакого результата, кроме простого кровопролития. Вождь Рэйв и его индуктии отлично подходили для целей Несущего Слово, однако та жажда крови, что овладела вождём, рассеялась после его поражения от рук Адаруса, и он не собирался позволять владыке Освежёванной Руки жертвовать чужими людьми. Он уберёг воинов Шестнадцатого от резни, казавшейся бесцельным забоем армейских подразделений ради какой-то оккультной цели, и вместо этого сосредоточился на стенах, где его осторожные атаки позволили сосчитать количество орудий Имперских Кулаков и наметить наиболее слабые звенья в их защите. Кроме того, Рэйв не забывал следить за предательским мерцанием лунного серебра на доспехах капитана-консула среди крепостных брустверов.

Впрочем, не только предатели искали слабость в своих врагах – лоялисты точно так же стремились испытать мятежников. Гвардия Ворона не стала ждать врагов на стенах; вместо этого бойцы Девятнадцатого отправились на охоту за предателями в самые дикие уголки пустошей. Они набрасывались на раненых, когда те покидали поле боя, и вырезали их, они грабили тайники с припасами, всегда оставаясь вне досягаемости основного войска мятежников, словно пропитанные кровью фантомы. Теневой капитан Неткаль и последние из прославленных Избавителей вершили месть во имя примарха, который давным-давно позабыл о них; эти холодные и ожесточённые воины убивали с бесстрастной решимостью, отличавшей многих из ветеранов Ереси Гора. Им противостояли воины Альфа-Легиона – пускай и немногочисленные, но не уступавшие Гвардейцам Ворона в хитрости и коварстве. Точно так же, как и раньше, обе стороны вели свою личную войну, мало заботясь о том, кто в конце концов будет контролировать Хтонию, и кульминацией их противостояния станет печально известный рейд на «Инкуби-18».

Тем не менее, невзирая на всю свирепость этих стычек, большая часть войска предателей продолжала бездействовать. Более того, несколько тысяч ветеранов Сынов Гора и тяжёлые штурмовые отряды были отозваны с позиций вдоль разрушенной внешней стены, захват которой стоил Верену стольких жизней; на страже плацдарма близ внутренних стен остались только индуктии, Ауксилия и силы Механикума. Многие из командного состава лоялистов увидели в этом знак того, что предатели намерены отказаться от штурма до тех самых пор, пока не станет ясен исход битвы за Терру – или что предшествующие атаки показали им прочность возведённых Имперскими Кулаками стен, в связи с чем изменники будут искать иные способы добиться успеха. Не желая рисковать понапрасну, лорд-кастелян Гарриус разместил свои роты индуктиев на стенах – этих легионеров не тревожили перемены в темпе конфликта, в то время как ветераны отправились патрулировать пустоши и изматывать врага в бесплодных боях, которые не могли угрожать контролю его армии над Хтонией.

Когда темп сражения на поверхности замедлился до минимума, корабли на орбите столкнулись с новой дилеммой. С самого начала вторжения предатели пользовались полным орбитальным превосходством, хотя макро-орудия крепости Прэзидиум Аркс удерживали их от попыток выйти на низкую орбиту над основной зоной конфликта. Тем не менее, в течение нескольких недель, последовавших за астропатической передачей с Терры, корабли на орбите стали жертвами медленной деградации сенсоров дальнего действия и снижения эффективности связи. Если прежде они могли производить глубокое сканирование на несколько световых лет в любом направлении, теперь все их попытки исследовать пространство в направлении галактического юга оказались заблокированы какой-то неведомой силой. Кроме того, не удавалось связаться с аванпостами и флотскими силами предателей в этом регионе космоса – не было ответа ни на макровокс дальнего действия, ни на астропатические запросы.

Южные пределы сегментума Соляр словно окутала великая тьма, погрузившая звёзды в безмолвие. Не желая оставлять подобное явление неизведанным, адмирал флота отправил на разведку три корабля – фрегаты Сынов Гора «Вой пустоты» и «Звёздный волк», а также крейсер Альфа-Легиона «Сигма 9-14». Их капитаны получили приказ исследовать базы и перевалочные пункты предателей на юге Галактики. «Вой пустоты» и «Звёздного волка» больше никто и никогда не увидит, но спустя две недели после отбытия «Сигма 9-14» разорвала эфир на окраине системы Хтония и легла в дрейф. Прибывшие Сыны Гора обнаружили, что от «Сигмы» остался только обугленный, изломанный корпус, её двигатель расплавился, а корпус – раскололся по всей ширине после серии энергетических взрывов.

То, что обломки вообще достигли Хтонии, было чудом – но всё, что оставалось от команды, погибло сразу же, как только их поле Геллера вышло из строя во время перемещения. Сынам Гора досталось не так уж много информации, которую можно было бы извлечь из разрушенных ядер когитаторов в сердце разбитого боевого корабля. Единственные сколь-либо внятные данные были записаны незадолго до того, как крейсер был повреждён – изображение древнего корабля с чёрным как смоль корпусом невиданной со времён эпохи Раздора модели; едва столкнувшись с «Сигмой», он открыл по ней огонь без предупреждений и не сдерживая себя. Адмиралы флота направили ещё две экспедиции с прежней целью, однако даже будучи предупреждёнными о таинственном противнике, обе всё равно бесследно исчезли, и любые дальнейшие попытки проникнуть сквозь завесу были сочтены напрасными. Вместо этого флот Сынов Гора отвёл все свои боевые активы на защиту самой Хтонии. Полностью уверенные в своих силах флотоводцы изменников уверяли себя, что любой возможной угрозе можно будет противопоставить чистую огневую мощь сосредоточенных вокруг планеты орудий.

Хотя эта стратегия позволила предательской армаде максимально увеличить свою огневую мощь, она оставила внешние окраины системы открытыми не только для кораблей извне, но и для тех, кто находился внутри. Остатки имперского флота, укрывшиеся среди астероидов и в глубинах системы Хтония, заметили внезапную передислокацию патрулей изменников и предприняли стремительный гамбит. Небольшая эскадра стремительных крейсеров во главе со «Злобой варпа», макробарком типа «Фортуна», вырвалась из-под прикрытия астероидов и взяла курс к окраине системы, надеясь донести известия о бедственном положении Хтонии до всех союзников, которых только удастся найти. После смены стратегической позиции мятежникам не хватало достаточных средств для перехвата беглецов, и после непродолжительной погони, в ходе которой крейсер лоялистов «Нерушимая клятва» был выведен из строя, «Злоба варпа» и его уцелевшие товарищи всё-таки сумели нырнуть в варп и направились к далёкому Инвиту. Подобно всем трём экспедициям изменников, корабли лоялистов бесследно исчезли в эфире.

Изолированные на поверхности Имперские Кулаки под командованием Гарриуса ничего не подозревали о космических боях наверху. Лорд-кастелян знал только то, что обязан держаться как можно дольше и надеяться, что те воины, что в настоящий момент сражаются на Терре, смогут одержать победу и прийти к нему на помощь. Когда владыка Дорн прибудет на орбиту Хтонии, командуя мстительной контратакой лоялистов, Гарриус поймёт, что он снова сможет контролировать мир и, наконец, вернёт себе благосклонность своего примарха. Силы под началом Тирана Хтонии уменьшались ввиду постоянного истощения, он больше не мог позволить себе разбрасываться бойцами в открытой конфронтации, и вместо этого приложил все возможные усилия к укреплению последней линии обороны.

И укрепления эти были воистину грозными. Внутренняя стена представляла собой громадную монолитную крепость, протянувшуюся на более чем сотню километров и охранявшую главные подходы к Прэзидиуму Аркс и Вратам Предателя. По бокам стен располагались обширные поля гравимин и другой замаскированной взрывчатки; эффективность подобного оружия предатели сполна познали на собственных шкурах. Минные поля расположили таким образом, чтобы у атакующей стороны не оставалось иных вариантов, кроме как атаковать стены в лоб или оказаться под обстрелом артиллерии Прэзидиума Аркс. Единственной реальной трудностью, с которой столкнулся Гарриус, была сложность единовременного размещения гарнизонных сил на всех участках этой крепости. В связи с этим лорд-кастелян сосредоточил своих лучших воинов вдоль внутренних стен – там, где провалились все разведывательные атаки предателей, с резервами в Прэзидиуме Аркс. Терминал Атлас удерживали механикумы и небольшой отряд прикомандированных Имперских Кулаков, в то время как последние уцелевшие верные титаны на Хтонии защищали эту жизненно важную точку связи с орбитой своими орудиями. Врата Предателя по-прежнему было затруднительно защитить должным образом – внутренний лабиринт туннелей практически не был нанесён на карты, а многие из подсистем всё ещё не функционировали после саботажа, учинённого во время Первой осады Хтонии. Тем не менее, это место всё ещё оставалось жизненно важным ввиду наличия у его корней единственного безопасного прохода между поверхностью и подземным миром для больших отрядов войск. Здесь Гарриус вооружил огромное количество хтонийских слуг и рабов, призванных служить Имперским Кулакам в качестве рабочей силы. Это плохо обученное ополчение должно было исполнять обязанности по охране улья и его залов, в то время как элитные рейнджеры Имперских Кулаков и Тысяча Сынов стояли на страже самих второстепенных врат.

Сул Контеп и его воины отважились пройти через врата, чтобы патрулировать безмолвные залы подземного мира; их психические прорицания были ключом к тому, чтобы перехитрить обострённые чувства обитателей лишённых света подземелий. Тысяча Сынов нашли каверны заброшенными – на аванпостах им не встретилось ни врагов, ни боеприпасов, лишь незначительные следы сражений, которые рейнджеры Имперских Кулаков вели там в стремлении не допустить проникновения в туннели предательских патрулей. Однако находившиеся среди Тысячи Сынов адепты культа Корвидов принесли известия о внезапном слиянии тёмной силы в самых глубоких туннелях, о назревающей психической катастрофе, каким-то образом подпитываемой кровопролитием наверху и усиливаемой ритуалами неизвестного происхождения. Лорд-кастелян Гарриус не внял расплывчатым предупреждениям о колдовстве и тёмной магии, отказавшись посылать в подземный мир ещё больше воинов для расследования слухов и охоты за духами.

Воочию узрев ещё в битве за Просперо, сколь ужасающие разрушения могут быть вызваны неправильным использованием психической силы, Сул Контеп взял на себя ответственность лично следить за пророчествами своих воинов. С разрешения вигил-командующей Малинекс из Безмолвного Сестринства магистр Контеп вооружил своих легионеров для грядущего конфликта, получив возможность вернуть все находившиеся под замком доспехи и боевое снаряжение. Нуль-контейнеры и запечатанные транспортные хранилища были взломаны, после чего из них извлекли инкрустированные пси-реактивными схемами клинки, причудливые доспехи в стиле утраченного Просперо и даже колдовских автоматонов, управляемых не когитаторами, а психической волей своих кукловодов. Приготовившиеся к войне, как и в дни объявленной ныне вне закона славы XV легиона, и сопровождаемые отрядами Сестёр Безмолвия, легионеры Тысячи Сынов спустились прямиком в тёмное сердце Хтонии, чтобы исполнить принесённые клятвы или же принять смерть в попытке выполнить свой долг.

«Честь – лабиринт из терновника, протянувшийся через тёмную комнату. Идти по этому пути больно, и мы не в силах узнать, что ожидает нас в его конце, но мы всё равно это делаем».

Сул Контеп, магистр Пятого братства Тысячи Сынов

013014.М31

Лорд-кастелян Гарриус не обратил особого внимания на уход Тысячи Сынов, поскольку из далёких пустошей Хтонии до него дошли новые ужасные вести. На обратной стороне Пространства Йедиг, посреди истерзанной войной равнины, где разбросанные трупы и обгоревшие корпуса танков отмечали кровавую цену войны, а шаттлы и транспортники изменников укрывались в тени гор Ворхек, наконец-то пришли в движение вражеские богомашины. Ущерб, нанесённый предателям титанами Легио Астраман во время импровизированной вылазки, наконец-то был устранён, и Верен Ашурхаддон решил рискнуть и бросить в бой всю объединённую мощь своих титанов и рыцарских когорт, невзирая на гнев орудий Прэзидиума Аркс. Двадцать пять полностью исправных титанов оставались у предателей, ибо верные воители Легио Астраман заставили врага заплатить немалую цену за свою гибель, при этом подбитые богомашины, как верные, так и предательские, были разобраны на драгоценные запчасти и боеприпасы, чтобы сохранить боеспособность оставшихся в строю. Сильнее всех пострадал изменнический Легио Андрастус – когда-то брат-близнец Легио Астраман, он мог выставить на бой только трёх титанов для грядущего марша; на контрасте с ними Легио Магна потерял всего одну богомашину, в то время как исполинский «Имперус Нокс» типа «Магистр войны» был полностью отремонтирован и больше не имел себе равных на всей Хтонии.

Разнося рёв боевых горнов над бескрайними равнинами Хтонии, громадное войско титанов покинуло маленькую крепость конвейеров и переоборудованных транспортов; впереди богомашин шагал рой рыцарей в чёрно-красной расцветке дома Атракс, готовых расправиться с засадой или отбить нападение. К этому моменту в войске лоялистов осталось совсем немного сил, способных противостоять мощи предательских титанов, поскольку после побоища у Чаши Шайтана в арсенале Гарриуса сохранились только богомашины Легио Оседакс – всего пять древних боевых титанов. В открытом бою даже прославленная свирепость Василисков, под именем которых обрёл известность Легио Оседакс, не сумела бы остановить подобную силу, так что Гарриус был вынужден довериться мощи своих орудий и прочности стен, чтобы остановить продвижение врага. Верен также опасался коварства своего облачённого в жёлтое заклятого врага, ибо уже сталкивался с Гарриусом прежде и был полон решимости избежать очередной ловушки Тирана Хтонии. Он знал, что командир Имперских Кулаков не сидел сложа руки – впрочем, его собственные приготовления также увенчались успехом, хотя Несущие Слово со своим командиром демонстративно отсутствовали, что несколько уменьшало мощь армии Истинных Сынов.

По мере продвижения титанов вперёд к авангарду наступления присоединились Охотники за головами из Альфа-Легиона и передовые части Сынов Гора, которым было поручено обнаружить и сорвать любые уловки, которые лоялисты задействуют против предательского воинства. По всей линии наступления вспыхивали ожесточённые бои, когда передовые части изменников выбивали засады лоялистов, от замаскированных эскадронов Имперской Армии с «Теневыми мечами» до отрядов Имперских Кулаков, которые принесли обет пожертвовать собой в попытке взять на абордаж и саботировать работоспособность титанов, когда те проходили через их скрытые позиции. Большинство таких попыток окончится неудачей, когда ярость предателей сокрушит изолированных лоялистов, однако некоторые из них нанесут предателям серьёзный ущерб. Наиболее заметным успехом станет гибель титана «Карноссус» из Легио Андрастус на переднем крае наступления, которого заманили в замаскированную воронку, заставив по пояс погрузиться в подземные лабиринты внизу. Атакованный снизу прорывниками Имперских Кулаков, а сверху – оснащёнными прыжковыми ранцами воинами Гвардии Ворона, которые взяли на абордаж верхние надстройки титана, «Карноссус» был подбит и уничтожен изнутри, его реактор вывели из строя и подорвали.

Несмотря на эти неудачи, всего лишь несколько предательских богомашин пострадали до того, как пересекли Пространство Йедиг и приблизились ко внутренним стенам укреплений Гарриуса, пока тьма всё ещё скрывала лик Хтонии. Здесь им пришлось столкнуться уже не с изворотливыми хитростями, но с грубой мощью размещённой на стенах артиллерии и макропушек самого Прэзидиума Аркс. С оглушительным рёвом, слышным за сотни километров, эти могучие орудия изрыгали пламя и дым, посылая залп за залпом в сторону идущего в авангарде предателей «Имперус Нокс», но всю их грандиозную мощь отражали пустотные щиты исполинского титана. «Нокс» двигался вперёд, вокруг него бушевала настоящая энергетическая буря – артиллерия меньшего калибра на стенах открыла огонь, перегружая щиты меньших титанов, и на сей раз огонь сотен орудий оказался куда эффективнее.

Ещё дважды прогремели орудия Прэзидиума Аркс, прежде чем титаны в сопровождение танков, пехоты и дредноутов приблизились к стенам на расстояние эффективной стрельбы своих собственных орудий. «Владыка войны» Легио Магна «Меггидо Анакс» получил лобовой залп и практически разлетелся на куски, его изуродованный труп отбросило назад в одного из собратьев, подобно тарану, в то время как финальная канонада уничтожила пару «Разбойников» серией попаданий, поднявших пелену пепельно-серой пыли на километры над полем брани. Ещё три титана будут либо уничтожены, либо им придётся отступить из-за тяжёлых повреждений от огня крепостной артиллерии, но затем оставшиеся махины с рёвом, сотрясающим небеса, открыли огонь по последней линии обороны Имперских Кулаков. Пробил час последней битвы за Хтонию.

Даже когда небеса над головами воинов сотрясались от грохота орудий титанов, глубины подземного мира казались безмолвными и спокойными. Следовавшая по тёмным и извилистым коридорам колонна Тысячи Сынов и Сестёр Безмолвия не обнаружила ни следов врага, ни даже кочевников или падальщиков, населявших этот мрачный лабиринт. Они проходили всё глубже, привлечённые психическими следами порчи и окутанные мрачной аурой нуль-дев, под наиболее часто используемыми проходами, ведущими прямиком в истинное сердце Хтонии. Древние туннели и полуразрушенные могилы тех, кто первыми колонизировал родину Гора Луперкаля, были высечены в самой коре подземного мира, этой обители внезапного и незримого насилия, кишевшей потерянными сынами Хтонии. В своих попытках приручить планету и её обитателей даже Имперские Кулаки не решались отправиться в эти мрачные глубины. Именно сюда, в Логово Тирана, и отступил первый гарнизон Сынов Гора после вторжения сыновей Дорна, и именно здесь изменники консолидировали свои силы и выжидали, взращивая новое поколение хтонийских легионеров.

Сул Контеп и его соратники узрели настоящий кошмар: армию Сынов Гора, поднятую из тёмных глубин за несколько коротких лет в результате снижения качества процесса индукции, но вдобавок к тому искажённую высвобожденным Несущими Слово гнусным колдовством. Таков был образ будущего, которое Эреб и ему подобные уготовили для Империума. Человеческие существа сковывались с вечным голодом демонов и превращались в нечто, не заслуживающее права называться людьми. Тем не менее, это был всего лишь побочный эффект ужасающего ритуала, который почувствовали Тысяча Сынов, и всё, что требовалось его творцам – это последнее кровопролитие грандиозных масштабов, в ходе которого нечестивый ритуал достиг бы своего апогея и высвободил нечестивую силу, по сравнению с которой обрушившийся на Просперо ужас показался бы ничтожным. Ревущая орда извращённых космических десантников устремилась вперёд, направляемая в сторону поверхности надзирателями в доспехах ветеранов Сынов Гора, слишком многочисленная, чтобы Тысяча Сынов могла надеяться им противостоять.

По счастью, аура нуль-дев и их собственные навыки скрытности и инфильтрации сохранили жизнь легионерам Пятнадцатого; кровожадный враг оставался сосредоточенным на битве наверху, так что Сул Контеп, не имея особого выбора дальнейшего курса действий, продвинулся глубже в извилистые глубины Хтонии.

Будучи корифеями эзотерического искусства эмпиреев, Тысяча Сынов знали, что подобный ритуал потребует сосредоточенности, и места на поверхности для этого не было – а значит, оно должно существовать в тёмных глубинах Хтонии. Если бы нечестивое капище Несущих Слово удалось найти и уничтожить, то их планы могли быть нейтрализованы или даже полностью сорваны. Сул Контеп отдал приказ, и Сёстры Безмолвия отошли, чтобы сформировать арьергард, оставшийся на страже верхних туннелей, в то время как воины-учёные Тысячи Сынов сбросили сковывавшие их психические силы кандалы и оказались полностью готовыми к той манере войны, в которой их научил биться Магнус Красный. Грядущее сражение обещало стать их собственной битвой; их долг перед Империумом заключался в выслеживании тех врагов, которых нельзя победить силами одних лишь технологий, и сражении против того, чему не смогут повредить болтер и клинок.

Щупальца психических предзнаменований почуяли смрад разложения и повели их вперёд, однако вместе с тем привлекли внимание дьяболистов Несущих Слово. Провидцы из числа Тысячи Сынов предупредили своих товарищей о внезапном разрыве покрова реальности, после чего Несущие Слово обрушили на легионеров Пятнадцатого извивающийся рой демонов – голодное проявление гнева варпа, подобное приливу, готовому смыть незваных гостей. В ответ ряды Тысячи Сынов вспыхнули тысячами мерцающих огней, когда активировались их силовые клинки и кайн-щиты, в то время как сам Сул Контеп, демонстрируя своё мастерство в дисциплине Пирридов, окутал туннели перед собой бушующим пламенем. Сосредоточенная воля сошлась в противостоянии с безудержной ненавистью, и Тысяча Сынов бросились навстречу битве, в которой не было места ни передышке, ни пощаде.

Не подозревая о борьбе, развернувшейся прямо под ногами его воинов, Гарриус с холодным презрением встретил натиск предателей на внутренних стенах наверху. Стены его крепости всё ещё держались, орудия продолжали изрыгать огонь, и хотя лорд-кастелян оказался под серьёзным натиском врага, он был далёк от поражения – ведь если бы ему удалось сдержать титанов, предателям пришлось бы уплатить немалую цену кровью, чтобы пробить стены, ибо Прэзидиум Аркс и Врата Предателя были практически неприступны. В соответствии с его приказом каждый воин, каждый болтер и каждый клинок находились на валах внутренних стен, грохот их орудий был настолько могуч, что заглушал даже боевые горны предательских титанов, которые подступали всё ближе. Один залп за другим обрушивались на предательский авангард титанов, следовавшие за ними дредноуты цвета морской волны прокладывали себе путь сквозь груды трупов и молотили по стенам, а измазанные кровью и покрытые сияющими рунами «Гибельные клинки» сами давили тех бойцов изменнического воинства, чьё продвижение вперёд было слишком медленным.

Лоялисты расходовали боеприпасы безо всякой жалости, опустошая внушительный арсенал фосфекса, рад-бомб и фаговых ракет в попытках отогнать врага от стен Прэзидиума Аркс. Подразделения ветеранов в броне «Катафрактарий» совершали вылазки и атаковали неприятеля у подножия укреплений, убивая и сжигая Сынов Гора и их союзников, после чего отходили, а щитоносцы-прорывники на вершинах стен отбрасывали назад тех еретиков, кому удавалось добраться до парапетов. Титаны неумолимо приближались, предрассветный мрак озарился новым сиянием, когда пустотные щиты механических колоссов разбивались под нескончаемой волной пушечного огня, и по всей фаланге железных гигантов прокатилась трескучая энергетическая буря. Обе стороны попали в жестокую патовую ситуацию, когда каждая минута стоила им сотен жизней, но Гарриус был готов пожертвовать чем угодно, лишь бы обескровить войско предателей.

Однако несмотря на то, что эта жестокая и неэстетичная стратегия зашла в кровавый тупик на простиравшемся практически на сотню километров вдоль внутренней стены поле боя, все контакты с Вратами Предателя внезапно прервались. На протяжении нескольких жизненно важных минут на вокс-каналах гарнизона улья царило полное безмолвие – Гарриус не желал снимать со стен воинов, каждый из которых был незаменимым активом обороны крепости, и отправлять их в качестве подкрепления в город-улей, однако иного выбора у него не было. Но затем от командиров Имперских Кулаков у Врат Предателя начали поступать сообщения – мрачные известия о предательстве и резне, которые означали настоящую катастрофу для лоялистов. Оказалось, что хтонийское ополчение обратило оружие против Имперских Кулаков, стоявших на страже вторичных ворот, и фактор внезапности позволил им захватить несколько ключевых постов и открыть вспомогательные ворота, связывающие нижние уровни улья с подземным миром. Рейнджеры VII легиона быстро сплотились, их дробовики нанесли ужасающий урон вероломным ополченцам, но в скором времени легионерам пришлось укрыться в лабиринте залов внутри улья, поскольку обезумевшие от крови индуктии Сынов Гора наконец-то вырвались на свободу из Логова Тирана и выплеснулись в город сквозь открытые вспомогательные врата.

Теперь Врата Предателя превратились в самый настоящий склеп; вышедшие из глубин индуктии Сынов Гора представляли собой багряноруких убийц, которых не заботила тактика – ими двигало одно лишь желание нести смерть. Они не предпринимали ни малейшей попытки обезопасить оказавшийся в их руках улей, а только охотились на отступавших перед их натиском Имперских Кулаков в стремлении скрестить клинки с врагом, которого их поспешная гипно-индоктринация заставила ненавидеть безо всякой причины. Ветераны-рейнджеры заманивали обезумевших индуктиев из одной засады в другую, в руках бойцов ревели дробовики и вздымались боевые клинки, но после каждого боя вынужденные отходить на новые позиции Имперские Кулаки оставляли за собой несколько трупов братьев в жёлтых доспехах. Оказавшиеся в крайне тяжёлом положении легионеры Седьмого не сумели остановить поток свежих воинов из глубин Хтонии: сначала орду извращённых индуктиев, а затем ветеранов из первоначального гарнизона, которые жаждали мести своим былым мучителям. Ветераны Сынов Гора перенаправили первую волну атакующих сил, чтобы преследовать пытавшихся скрыться в недрах города-улья Имперских Кулаков, но следующие за ними волны перегруппировались и направились прямиком на поле брани в направлении Прэзидиума Аркс и верховного командования лоялистов.

Теперь, когда новые враги оказались у него в тылу, а ключевой объект был скомпрометирован, у Гарриуса больше не оставалось иного выбора, кроме как отозвать воинов со стен, приказав капитану-консулу Адарусу вернуть Врата Предателя любой ценой. Как только колонна Адаруса попыталась взять на абордаж штурмовые танки «Спартанец» и бронетранспортёры «Носорог», спешившие ко Вратам Предателя, сила огня со всех сторон ослабла, и предательские богомашины наконец-то смогли отвести энергию от щитов и высвободить всю мощь своих орудий. Один за другим титаны выпустили залпы громадных артиллерийских снарядов и сверкающих энергетических лучей, отрывая куски от стен и уничтожая целые отряды защитников с каждым выстрелом, однако крепость всё ещё держалась. Наконец, сам «Имперус Нокс» дал волю своей ярости, и его исполинский спаренный плазменный деструктор изрыгнул поток энергии ярче ползущего по горизонту солнца. Выстрел истинного гиганта среди титанов разрезал стену так, словно она была сделана из бумаги, а не усиленного ферробетона с керамитовой арматурой. Стены рухнули, и предатели хлынули в пролом.

Теперь, когда стены крепости раскололись, защищавшие их воины-лоялисты оказались перед суровым выбором – оставаться на стенах и умереть или же попытаться добраться до безопасного Прэзидиума Аркс. У тех, кто находился на самых высоких парапетах, не было ни шанса спастись – жёлтые островки медленно таяли посреди неудержимой волны цвета морской зелени, но их жертва дала возможность отступить братьям внизу. В пробитом «Имперус Нокс» проломе тонкий чёрно-красный клин противостоял волне за волной Хтонийских Охотников за головами; Сайбан Неткаль и меньше сотни терминаторов Гвардии Ворона приняли решение умереть на своих условиях, защищая братьев по оружию, их болтеры изрыгали смерть, а когти рвали врага на части. Они продержались целых пятнадцать минут против всего, что сумел бросить против них враг, пока наконец титан Легио Ульрикон «Мстительный принц» не уничтожил их случайной очередью турболазерной пушки.

Тем не менее, своей гибелью Гвардейцы Ворона обеспечили шанс на выживание остальным лоялистам; доблесть их авангарда позволила тысячам Имперских Кулаков и солдат Имперской Армии добраться до Прэзидиума Аркс, чьи меньшие стены с мощными орудиями могли стать последним пристанищем для верных Трону бойцов. Внутри Гарриус бессильно проклинал Верена Ашурхаддона, своих союзников и саму судьбу, поскольку все они сговорились лишить его шанса искупить собственную вину в глазах Дорна, и теперь всё, что ему оставалось – это месть. Не обращая внимания на младших капитанов Имперских Кулаков, пытавшихся сплотить остатки гарнизона Прэзидиум Аркс и защитить его, Гарриус решил задействовать последний козырь и созвал своих верных хускарлов. Этим козырем были пять последних уцелевших Василисков – единственные оставшиеся на Хтонии верные титаны. Находясь в резерве после гибели контингента Легио Астраман, воины Легио Оседакс жаждали возможности отомстить за павших товарищей – и, повинуясь слову Гарриуса, с радостью покинули свой пост стражей Терминала Атлас. Подобно выпущенной из лука стреле, махины Василисков бросились в бой, врезавшись в авангард наступающей орды предателей, растаптывая пехоту и меньшие боевые машины, чтобы как можно скорее сойтись в бою со своими вероломными собратьями из предательских Легио. Хотя принцепсы Оседакс мало думали о тяжком положении, в котором оказались другие воины-лоялисты, их стремительная атака пошла на пользу защитникам Прэзидиума Аркс, погрузив в хаос наступление изменников и оставив за собой след из раздавленных трупов и разбитых танков.

Все титаны Легио Оседакс представляли собой древние машины типа «Владыка войны», каждая из которых оснащалась массивными силовыми перчатками и цепными клинками, предназначенными для разрывания на части вражеских махин, и они не пожалели своей ярости для первых вражеских титанов, вставших у них на пути. Предательские «Разбойники» и «Гончие» были просто отброшены в сторону, когда Легио Оседакс двинулся вперёд плотной фалангой; их бронебойные орудия изрыгали огонь по единственному врагу, который, по их мнению, был достоин их внимания – а именно по «Имперус Нокс». Исполинский титан типа «Магистр войны» не обращал на них особого внимания, полагая, что его свита сможет без особых проблем сдержать столь глупые попытки нанести ему вред, в то время как «Владыки войны» Легио Магна «Ферро Рекс» и «Крукс Мортис» выдвинулись вперёд, чтобы заблокировать продвижение Василисков. Следующий во главе фаланги Оседакс «Болиголов» просто опустил голову и бросился в атаку, врезавшись в «Крукс Мортис» и заставив его рухнуть на колени, после чего вырвал командный пункт из головы вражеской машины и отбросил трофей в сторону, а оставшаяся часть когорты Василисков разрезала «Ферро Рекс» на куски в бешеной схватке. Не имея иного выбора, кроме как отказаться от наступления на Прэзидиум Аркс, «Имперус Нокс» тяжеловесно развернулся лицом к своим противникам.

Тем не менее, невзирая на весь героизм Легио Оседакс, воины Верена хлынули в крепость через брешь во внутренней стене, обойдя сражающихся титанов и заблокировав уцелевшие когорты лоялистов в Прэзидиуме Аркс и Терминале Атлас. Ашурхаддон скрывал тайно взращенную Боросом Курном и выжившими из первоначального гарнизона орду бойцов-индуктиев, ожидая возвращения своих титанов на поле боя, чтобы получить возможность бросить против остатков Имперских Кулаков максимальную концентрацию сил. Теперь, когда оборона лоялистов была прорвана, а их войска оказались разделены, последние оплоты сопротивления пребывали в состоянии осады. Первому Налётчику казалось, что победа наконец-то была у него в руках, и он предоставил командование последней атакой на Прэзидиум Аркс архимагосу Драйкавачу, ибо зловещий архимагос жаждал самолично изучить расположенные в сердце твердыни командные когитаторы, в то время как сам повёл свою свиту к Вратам Предателя. Ашурхаддон намеревался подняться в небесный свод на вершине улья и вернуть себе старый трон, на котором когда-то восседал сам Гор, после чего с высоты наблюдать за окончательной гибелью своих врагов.

«Я не мясник и не бездумный убийца, а скорее садовник империй. Я не получаю удовольствия от этого дела, но для того, чтобы сад процветал, сорняки необходимо вырвать вместе со всеми их ветвями и корнями».

Мардук Седрас, эскатон Крыла Ужаса, повелитель XXIII ордена Тёмных Ангелов

015014.М31

Верен Ашурхаддон вёл Сынов Гора к Вратам Предателя. На каждом бруствере и каждом перекрёстке его воины сталкивались с выстрелами дробовиков и силовыми клинками – Имперские Кулаки сражались до последнего, чтобы защитить мир, который доверил им Дорн, но каждая прошедшая минута всё больше склоняла чашу весов в сторону изменников. Внутренняя стена лежала в руинах, и лишь несколько наиболее упорных имперских подразделений продолжали удерживать позиции в погребённых глубоко в стенах опорных точках. Прэзидиум Аркс окружили со всех сторон, а в Терминал Атлас проник Альфа-Легион, и в его коридорах разразились ожесточённые бои. Не было ни единого анклава воинства лоялистов, который не был бы осаждён или разбит, и по всей Хтонии Сыны Гора ликовали по поводу победы, которую они одержали для магистра войны – как только его собственная кампания на Терре встретит своё триумфальное завершение, родной мир Гора Луперкаля станет подношением, которое его Истинные Сыны возложат к ногам своего повелителя.

Тем не менее, на самой окраине системы, в тёмной пустоте вдали от последней агонии Битвы за Хтонию, космическое пространство внезапно начало дрожать и разрываться. Признаки продолжающегося варп-перехода были быстро замечены экипажами сторожевых кораблей предателей, и флот над Хтонией, чьи капитаны не желали оставлять наблюдения за происходившей внизу победой, обратили свой взор вовне, чтобы мстительный имперский флот не разрушил всё то, чего добились своей доблестью воины на поверхности. Однако в систему ворвался вовсе не флот боевых кораблей с янтарными корпусами, а всего-навсего лёгкий крейсер с перегруженными двигателями, который вырвался из эмпиреев и на всех парах ворвался в реальный космос, не предпринимая никаких уловок. То был «Клинок полуночи», корабль Гвардии Ворона, что покинул систему Хтония несколько месяцев назад, когда началось вторжение Истинных Сынов; сам по себе он не представлял угрозы ни флоту предателей, ни практически полной победе внизу.

Верный крейсер мчался вперёд во весь опор, его орудийные иллюминаторы были закрыты, а двигатели ярко вспыхивали, пока корабль двигался прямо в сторону Хтонии, не обращая внимания на поднявшуюся ему навстречу предательскую эскадру. Вся его мощь была перенаправлена на актиничный факел приводного ядра и единственное вокс-сообщение, повторяемое раз за разом и с максимальной громкостью транслируемое прямо в Прэзидиум Аркс: «Смерть приближается, и ничто не в силах удержать её руку. Бегите, пока можете». На окраине системы начала формироваться вторая волна пространственных искажений, и первое из них извергло наружу потрёпанный макробарк типа «Фортуна», именуемый «Злобой варпа», который, как и его меньший собрат, разогнался внутри системы на максимальной скорости, практически не обращая внимания на бой – похоже, что его экипаж был озабочен только отчаянным бегством от неизвестного противника. Дурное предчувствие охватило души капитанов-предателей, их флот всей своей массой занял боевые позиции на высокой орбите Хтонии, игнорируя «Клинок полуночи» и «Злобу варпа», когда те повернулись, чтобы бежать вглубь системы. Сердца мятежников застыли в ожидании того, что же выйдет из варпа.

А затем, разорвав покров реальности с лёгкостью, способной посрамить стандартные варп-двигатели, в системе вынырнул зловещий флот древних кораблей с чёрными как смоль корпусами без опознавательных знаков. Каждый из них являл собой живой пережиток древних дней: корабли, сотворённые за многие годы до падения человечества и не имеющие себе равных по мощи среди собратьев, выпущенных со стапелей в более молодые времена, исполинские дредноуты, ощетинившиеся пушками, и изящные крейсеры, чья скорость превосходила любой другой корабль. Это был флот, в принадлежности которого не мог ошибиться ни один из Легионес Астартес, хотя они не несли знамён и не передавали идентификационных кодов. Это был флот, способный заставить даже звёзды дрожать перед лицом своей мощи. Первый из легионов, Тёмные Ангелы, пришли. И они были смертью.

Пока битва бушевала в небесах над Хтонией и на её пропитанной кровью поверхности, иная смерть притаилась в самом сердце планеты. Глубоко внутри древнейших туннелей, вырытых первыми колонистами-исследователями, под Логовом Тирана и крепостью Бороса Курна, располагалась последняя кровавая печать. Сотворённая претором Мордакаром из Несущих Слово, она служила каналом для крови и смертей, вызванных вторжением Верена Ашурхаддона, фокусируя их в тёмных миазмах столь могучей психической энергии, что она разъедала ткань самого мироздания, и эта язва проявилась в самом сердце мира, что сформировал Гора, в виде громадной злокачественной опухоли из камня с кровавыми прожилками. Каждая смерть в бушующей наверху битве подпитывала миазмы порчи, и Мордакар – в точности, как и учил его Эреб – стремился высвободить то, что так старательно собирал.

Тем не менее, невзирая на все усилия чернокнижника из Несущих Слово, ему не удалось воплотить свой гнусный замысел без проблем. Как только он и его помощники собрались для начала заключительной фазы ритуала, вход в зал озарился вспышками пугающих молний и волной обжигающего пламени. Пробившись сквозь демонов и охранявших помещение одержимых космодесантников, явились Сул Контеп и все его воины, кому удалось пережить долгую битву, что привела их в это место. Колдовство столкнулось с мерзостной волшбой дьяболистов, когда воины Тысячи Сынов и Несущих Слово встретились посреди освещённой залпами психических копий и болтеров первобытной пещере в борьбе за возможность определить судьбу всей Хтонии.

Множество Несущих Слово встретили смерть в боях за Хтонию – в борьбе за контроль над миром Мордакар требовал от них немалой жертвенности, однако те, кто остался, сражались, не задумываясь о своём выживании. Они высвободили силы, которые едва понимали; силы, с которыми не смели шутить сами чародеи Тысячи Сынов, и разорвали завесу реальности. Эфирная мощь поразила воинов с обеих сторон – Несущие Слово наслаждались ужасающими изменениями, происходящими с их телами, в то время как Тысяча Сынов проклинали мерзость Перерождения Плоти и безумие, которое оно принесло. Облачённые в терминаторскую броню мудрецы-ветераны Пятнадцатого бились в агонии и кричали, когда их тела обращались против них, в то время как дредноуты Несущих Слово, в которых плоти теперь было куда больше, чем металла, прорывались сквозь ряды как врагов, так и друзей, радуясь кровавой бойне. Поле битвы казалось сошедшим со страниц самых мрачных историй и легенд, вспышки молний и пламени обнажили массу сражающихся биоформ, чья человечность таяла с каждым мгновением.

Сул Контеп орудовал силовым копьём с непревзойдённым мастерством, используя свою волю до последней толики, чтобы сдерживать мощь варпа, но на каждого убитого им врага приходилось несколько новых демонических рабов, призываемых Несущими Слово для восполнения потерь. Ещё хуже была та боль, которую он испытывал при каждом ударе копьём по своим собственным братьям, которые поддались Перерождению Плоти, хотя это жестокое милосердие было необходимо для избавления их от участи хуже смерти; к сожалению, с каждым таким ударом число его собственных воинов сокращалось, в то время как враг становился только сильнее. Этот бой был обречён на провал, но Сул Контеп не собирался терпеть неудачу в последнем испытании своих воинов на верность. По его невысказанному приказу клин психически управляемых автоматонов рванул вперёд, отбрасывая Несущих Слово и очищая пространство вокруг своего хозяина. Получив кратковременную возможность исполнить задуманное, Сул Контеп обвил своё копьё эфирным пламенем и что есть силы метнул его в цель.

Однако вовсе не возглавлявший натиск демонов и извращённых космодесантников претор Мордакар стал этой самой целью, а каменная опухоль, повисшая на сводах громадного потолка пещеры. Ни один обычный снаряд не сумел бы повредить подобному артефакту, но напоённое мощью одного из последних магистров Тысячи Сынов копьё Сула Контепа разорвало его, словно гнилой плод, а вместе с ним оказались разорваны и последние остатки реальности в этой пещере. Мордакара и множество Несущих Слово поглотило переполняющей силой, их плоть сотрясалась в страшных конвульсиях до тех пор, пока на месте легионеров не остались одни лишь безмозглые существа, чьим единственным сохранившимся побуждением был голод, после чего новая нескончаемая волна демонов, неконтролируемых и ликующих, хлынула в подземный мир.

Хаос на поверхности сопровождался хаосом наверху, когда корабли XXIII ордена Тёмных Ангелов рвали в клочья флот Сынов Гора. Ведя огонь с недосягаемой для Истинных Сынов дистанции, Тёмные Ангелы раздирали корабли предателей с помощью нейтронных лучей и макроснарядов, а затем врезались в их разбитый строй. «Золотая гробница» и тяжёлые крейсеры Сынов Гора держали позицию, но три безымянных дредноута с чёрными корпусами Первого легиона разорвали их на части за считанные минуты; изувеченная «Золотая гробница» заковыляла прочь на единственном уцелевшем двигателе, пока её собратья сражались с врагом, чтобы прикрыть отступление флагмана. Действия, способствовавшие разгрому флота Сынов Гора, даже нельзя было назвать битвой – с учётом мощи древних кораблей Тёмных Ангелов это была самая настоящая бойня.

Разбитые ошмётки флота Сынов Гора рассеялись по внутренней системе, но там их встретили мстительные корабли Имперских Кулаков и Имперского Космофлота, которые месяцами скрывались от превосходящих вражеских сил, ожидая возможности отомстить. Поскольку последние остатки флотских сил как предателей, так и лоялистов теперь сошлись в череде жестоких абордажей и стычек на близкой дистанции, Тёмные Ангелы овладели орбитой Хтонии, но не предприняли ни малейших усилий, чтобы помочь кораблям лоялистов или поддержать отчаянные сражения на поверхности планеты. Вместо этого головной корабль – массивный дредноут, не передававший идентификационных кодов и отмеченный символом плотоядного черепа внутри песочных часов – отправил одно-единственное простое сообщение в предельно ясном виде, достаточно мощное, чтобы его могло услышать каждое вокс-устройство на Хтонии:

«Мы – приговор, что наконец-то пришёл. Мы предлагаем вам только один шанс: прекратить все конфликты и покинуть этот мир. Встаньте у нас на пути и умрите – или же бегите и станьте свидетелями того, какова награда за предательство. Мы – погибель миров, и имя ей – эскатон».

Хотя никто из тех, кто находился на поверхности, не сомневался в решимости Тёмных Ангелов, битва за право владения Хтонией не прекращалась ни на миг. Шеренги воинов в броне цвета морской волны продолжали наступление на редеющие когорты защитников Прэзидиума Аркс и Терминала Атлас, в то время как Адарус из Имперских Кулаков продолжал отчаянную контратаку против Врат Предателя. Пушки продолжали реветь, а воины – гибнуть, ибо вражда между обоими воинствами была настолько велика, что они были полны решимости атаковать врага, пусть даже вся планета вокруг них погрузится в огонь. Со своего нового командного пункта на вершине Врат Предателя капитан Верен Ашурхаддон отдал новый приказ – не позволить ни одному Тёмному Ангелу ступить на священную землю Хтонии, в то время как Гарриус яростно требовал, чтобы воины Первого легиона высадились для поддержки его оставшихся войск как можно скорее.

Верные своему слову, Тёмные Ангелы проигнорировали все вокс-сообщения – будь то мольбы о помощи или страшные угрозы, и в качестве ответа выпустили несколько эскадрилий штурмовиков «Громовой ястреб» в сопровождении десятков перехватчиков «Ксифон». В ответ на их появление «Огненные птицы» цвета морской волны поднялись в воздух, чтобы бросить вызов тяжёлым транспортникам, но быстро оказались зажатыми между Тёмными Ангелами и стремительными «Молниями-Примарис» в цветах Гвардии Ворона. Как только две силы встретились в этом яростном воздушном бою, множество подбитых летательных аппаратов отправились в последний путь, чтобы разбиться на поверхности Хтонии – элита пилотского корпуса Гвардии Ворона одержала верх, но затем перехватчики Тёмных Ангелов с чёрными корпусами открыли беспорядочный огонь. Первый легион без разбору бил как предателей, так и лоялистов, орудия Тёмных Ангелов разрывали на части корабли Сынов Гора и Гвардейцев Ворона, не обращая ни малейшего внимания на верность тех, кто стоял у них на пути, и не давая ни малейшего шанса на спасение ни одной стороне.

Первые из Тёмных Ангелов высадились в тех местах, которые вообще не имели особой значимости для сражающихся сторон: один из отрядов облачённых в чёрное воинов взял штурмом поселение кочевников Змеиные Челюсти, располагавшееся в сотнях километров от линии фронта войны за Хтонию. Эти первоначальные цели стали лёгким трофеем для воинов Первого легиона, но затем они двинулись дальше, чтобы занять зону высадки изменников, где приостановившие свою работу конвейеры образовали громадную крепость, охраняемую резервной ротой Сынов Гора, усиленной способными ходить ранеными с предыдущих полей сражений. Истинные Сыны уже давно сражались против своих собратьев из Легионес Астартес и считали себя хорошо подготовленными, однако Первый легион представлял собой силу исключительной жестокости и ужасающей сосредоточенности.

Воители в чёрных доспехах со знаком Крыла Ужаса в виде песочных часов не предприняли ни малейших попыток штурмовать временные укрепления или пробиваться через узкие каньоны между высокими конвейерами. Вместо этого они выпустили залп начинённых фосфексом снарядов из модифицированных артиллерийских миномётов, превратив укрывавшие защитников исполинские конвейеры в погребальные костры. Едкое химическое пламя прожигало пласталь и керамит, словно в стремлении самолично отыскать воинов внутри, а те, кто пытался спастись от ползучей смерти, были быстро перебиты Тёмными Ангелами. Вместо того, чтобы искать себе место в горящих кораблях, выжившие Сыны Гора и Хтонийские Охотники за головами, многие из которых были тяжело ранены, предприняли последнюю попытку тщетной атаки прямо навстречу орудиям Крыла Ужаса. Они бросились вперёд с высоко воздетым знаменем Хтонии, но их дерзновенная доблесть не смогла уберечь их от плазменных испепелителей Первого легиона. Последующая битва оказалась короткой, и после неё не осталось выживших, способных поведать об отваге хтонийцев, поскольку воины Крыла Ужаса истребили каждую найденную ими душу, от раненых солдат до наёмных экипажей шаттлов.

Пока Сыны Гора изо всех сил пытались удержать зону высадки, Тёмные Ангелы устремились на штурм Терминала Атлас, однако путь чёрным «Громовым ястребам» преградили сражающиеся гиганты. Исполинский «Имперус Нокс» всё ещё вёл битву на истощение с Василисками, его вспомогательные батареи сбили с неба один из «Ястребов» - пока тот падал, из грузового отсека крылатой машины на поверхность сыпались чёрные бронированные тела. Не обращая внимания на катастрофический ущерб, нанесённый Хтонии близлежащим укреплениям и тысячам воинов, как верных, так и предателей, что сражались у ног титана, дредноут на орбите выстрелил из макропушки, скрыв вражеский титан за завесой дыма и пламени. Ударные волны от бомбардировки ощутили даже во Вратах Предателя, и на оседание поднявшейся пыли ушло несколько часов, но как только это произошло – вокруг не было ничего, кроме металлических развалин.

От «Имперус Нокс» осталась только одна нога, продолжавшая стоять среди обломков пыли; уцелевшие пехотинцы использовали её в качестве импровизированной крепости, продолжая сражаться среди останков титанов, в то время как отважных Василисков из Легио Оседакс теперь было практически невозможно опознать. Не помня себя от ярости, узревший гибель последних своих титанов Гарриус приказал навести орудия Прэзидиума Аркс на корабли на орбите – если Первый легион не желает стать его союзником, значит, они – не более чем препятствие на пути к победе, которую он столь отчаянно требовал от своих воинов. Три орудия открыли огонь с оглушительным рёвом, заглушившим ярость битвы, что охватила Прэзидиум Аркс, в то время как четвёртое могучее орудие молчало – его расчёт был мёртв, а бастион пал под ударом врага. Залп массивных снарядов устремился в небо и поразил чёрный как смоль дредноут, возглавлявший флот Тёмных Ангелов; каждый из снарядов был достаточно мощным, чтобы с лёгкостью искалечить боевого титана и уничтожить целые колонны пехотинцев.

Удар озарил небеса огнём, разорвав пустотные щиты дредноута, но не оставил ни следа на его древней броне. Флагман Тёмных Ангелов даже не соизволил ответить на атаку, просто ожидая, пока стая «Громовых ястребов» внизу не обрушится на Терминал Атлас, словно не воспринимая Имперских Кулаков как заслуживающую внимания угрозу. Транспорты с чёрными корпусами несли на своих бортах скрещённые мечи Крыла Смерти; вместо того, чтобы приземлиться за стенами Атласа и осадить его, как это стремились сделать Истинные Сыны, они просто пронеслись через крепостные валы. Орудийные башни изрыгнули шквал болтов, отбросивших защитников назад, после чего транспорты снизились и зависли на краю стен, извергая на парапеты множество терминаторов с двуручными мечами – излюбленным оружием калибанских рыцарей. Силовые поля вспыхнули по всей длине их лезвий, когда воины Крыла Смерти бросились в атаку, рубя всех, кто встречался им на стенах – вне зависимости от цвета брони, будь она зелёной или жёлтой, и сражались с единой для всех решимостью, наблюдать за которой было жутко.

В скором времени Тёмные Ангелы захватили командный центр Терминала Атлас, истребляя каждого Сына Гора и автоматона Циклотрата, с которыми сталкивались, и вынуждая Имперских Кулаков отступать, убивая их только в случае необходимости. Стоит отметить, что эта ударная группировка была лишь первой из пяти экспедиций Тёмных Ангелов, спустившихся с орбиты для достижения своей цели – воспользоваться боевыми действиями между Сынами Гора и Имперскими Кулаками, чтобы прорвать выдержавшую многомесячные бои оборону. Заняв центральный бастион, паладины Крыла Смерти оставили стены, чтобы другие воины могли продолжить сражаться вместо них – и установили внутри бастиона последовательность мощных телепортационных маяков. Энергетический всплеск и ослепительная вспышка ознаменовали вступление в действие финальной стадии их планов: прибыли отмеченные символом Крыла Ужаса технодесантники с древними устройствами, покрытыми защитными знаками, а также одинокая фигура в богато украшенной терминаторской броне – Мардук Седрас, повелитель XXIII ордена и эскатон Крыла Ужаса.

Достаточно старый, чтобы помнить, как Император впервые ступил на поверхность Хтонии практически две сотни лет назад, Седрас вновь оглядел сей мир исполненным безразличия взором. Для эскатона он был всего лишь очередным препятствием, которое его сюзерен приказал устранить, и магистр ордена остановился, чтобы подобрать кусок лонжерона из разрушенных укреплений Терминала Атлас, чтобы позднее добавить его к своему постоянно растущему клинку. Он спустился с орбиты, чтобы ещё раз ступить на землю этого мира, прежде чем отдать приказ о его уничтожении, но у него было мало возможностей решить его судьбу – ибо пока Тёмные Ангелы занимались приготовлениями, Хтония высвободила своё собственное проклятье. Прямо из-под земли, вырываясь из великих ворот Терминала Атлас и Врат Предателя, выползая из бесчисленных лазов по всей Хтонии, на поверхность хлынула орда демонов, чьи когти жаждали крови и не заботились о том, с какой символикой сражалась добыча.

Мардук Седрас обнажил свой огромный зазубренный клинок, а паладины Крыла Смерти и ордена Расколотого Скипетра сомкнули вокруг него ряды. Никакому врагу не будет позволено помешать гневу Льва, никакая сила не сможет изменить участь Хтонии – последующие события должны были стать последним горьким вздохом истории этого мира, его последним завещанием, начертанным кровью тех, кто осмелился вторгнуться на эту планету.

«Немногие трагедии могут сравниться со зрелищем проигранной битвы, и наиболее частой из них является битва выигранная, поскольку награды за победу редко оправдывают уплаченную цену».

вигил-командующая Амбриэль Малинекс

По всей Хтонии теперь бушевала битва – не осталось ни уголка этой забытой планеты, который не познал бы ужас и смерть. Не имело значения, владели сражающиеся оружием или нет, присягнули на верность Императору или магистру войны – всё, что жило среди пустошей или под ними, отчаянно билось за свою жизнь, поскольку то, что совсем недавно было полноценной битвой с армиями и знамёнами, превратилось во всеобъемлющую резню. По всей равнине, раскинувшейся меж Вратами Предателя и Прэзидиумом Аркс, двигалось неспокойное море бронированных тел, атакующих и отступающих батальонов, в то время как останки титанов и танков образовали подобие островов, чьи берега были окружены мёртвыми и умирающими. В самый разгар побоища извержение демонов из подземного мира уподобилось искре, что разожгла ярость измученных воинов во всепожирающее пламя.

Вождь Рэйв и сыновья Хтонии, будь то космические десантники-индуктии или бойцы Солярной Ауксилии, практически прорвали оборону Прэзидиума Аркс; их топоры были омыты кровью Имперских Кулаков, но внезапно победоносное наступление остановил новый враг. Наступавшие в авангарде хтонийские когорты велитариев вскрыли предназначенные для вылазок вспомогательные ворота во внешних бастионах, ожидая столкнуться с болтерами индуктиев в жёлтой броне, но вместо этого были встречены волной зазубренных когтей и слюнявых клыков. Прибывшие следом отделения разорителей Рэйва увидели только трупы, на которых пировали тощие и вместе с тем чарующие своим обликом существа; в стремлении отомстить за собственных павших Имперские Кулаки тут же атаковали и демонических тварей, и Сынов Гора, твёрдо вознамерившись отбить захваченные внешние бастионы. По всей линии фронта бушевали кровопролитные трёхсторонние сражения, и во многих случаях индуктии с обеих сторон оказывались в недолговечных союзах против чудовищных орд, извергавшихся из подземного мира на поверхность.

В центральных залах Прэзидиума Аркс дела обстояли не лучше: резервы Имперских Кулаков были вынуждены охотиться на проникшие внутрь базы через разломы и потайные проходы стаи демонов и уничтожать их. С учётом присутствия на стенах прорывников Сынов Гора и дредноутов «Левиафан» цвета морской волны, разрывающих в клочья ворота и проламывающих стены, защитники подверглись атакам как снаружи, так и изнутри, удержать позиции становилось всё труднее. Многие подразделения VII легиона оказались отрезаны от своих товарищей, будучи зажатыми между Сынами Гора и демонами; другие попали в ловушку, полностью лишившись возможности связаться с собратьями по оружию, их участь так и осталась неизвестной. Нечеловеческая физиология существ, что рвались наружу из глубин, позволяла им пробиваться через малейшие отверстия на поверхность; в свою очередь, Сыны Гора, а также союзные им Хтонийские Охотники за головами и автоматы сами по себе располагали достаточной численностью, чтобы раздавить лоялистов.

Из надёжной крепости Прэзидиум Аркс превратился в хаотичное поле битвы, и ни одна из сторон не ведала, кто удерживает каждый из её обширных бастионов, в то время как соединявшие их бронированные проходы и туннели превратились в подобие скотобоен. В столь ожесточённом побоище не могло быть победителя – боевые действия способствовали разве что дальнейшему ослаблению войск как лоялистов, так и предателей. Впрочем, лорд-кастелян Гарриус не собирался заканчивать свой бой медленным поражением, ибо с Прэзидиумом Аркс его связывала разве что гордость. Вместо этого Тиран Хтонии созвал своих элитных хускарлов и всех остальных воинов, ещё способных ответить на его призыв по воксу, и велел им проложить путь к южным вратам. Там он собрал всех, кто откликнулся на его клич, и предпринял последнюю атаку на шпили Врат Предателя, прорываясь через беспорядочные линии фронта и ни капли не беспокоясь ни о крепости, которую он оставил, ни о воинах, которые всё ещё сражались внутри.

Итак, Врата Предателя перешли в руки Сынов Гора, но громадные вспомогательные ворота в их центре оказались разрушены во время первоначального нападения, позволившего изменникам прорвать защиту Имперских Кулаков, и теперь искажённые, уродливые существа, выпущенные на свободу Несущими Слово, хлынули наружу. Центральная сторожевая башня, которую вновь защищали Сыны Гора, была практически разрушена обстрелом бойцов консула-капитана Адаруса, и теперь, когда Гарриус привёл помощь остаткам гарнизона, Имперские Кулаки громили осаждённые войска мятежников. Уже второй раз Гарриус командовал нападением на древний город-улей, чья структура была в значительной степени ослаблена огнём тех, кто сражался как внутри, так и снаружи.

Врата Предателя пребывали в полуразрушенном состоянии на протяжении многих веков и пережили бесчисленные войны, но теперь, когда Имперские Кулаки обрушились на стены улья, а демонические твари подрывали его корни, древнее сооружение начало проседать и разрушаться. В зазубренных шпилях города-улья последние рейнджеры Имперских Кулаков атаковали элиту Налётчиков Сынов Гора, ведя смертельную игру в кошки-мышки среди башен, чьи системы практически перестали функционировать. В подземельях у основания Врат Предателя опасность была ещё большей, поскольку питавшие улей древние генераторы находились на грани катастрофического отказа. Как только главные ворота пали, а воины-лоялисты превратили ведущую наверх сеть проходов в поле боя, многие из Сынов Гора и вспомогательных сил Охотников за головами, использовавших запечатанные генераторные комплексы в качестве импровизированных крепостей, оказались в ловушке. У этих осаждённых воинов было мало надежды на спасение или выживание: кошмарные существа с клыкастыми пастями и когтистыми лапами бросались навстречу их орудиям с одной стороны, а вооружённые цепными кулаками терминаторы-катафрактарии Имперских Кулаков пробирались сквозь переборки с другой. Поскольку боеприпасы у сынов Хтонии были на исходе, они оказались перед выбором между бесполезной смертью в бою или последним актом непокорства.

Когда разрезанные ударами цепных кулаков лоялистов переборки рухнули, Сыны Гора атаковали врага с последним яростным рёвом, жертвуя своими жизнями единственно ради того, чтобы выиграть ещё несколько минут для своих собратьев. Когда опустели болтеры, они рубили и резали с полной самоотверженностью, освободившиеся от любых обязанностей, кроме истребления врагов, в то время как владыка кузни в доспехах цвета морской волны вершил последнюю месть за пойманных в ловушку воинов. Внезапная ослепительная вспышка высвобожденной энергии возвестила о подрыве Сынами Гора одного из резервных генераторов, и по нижним коридорам подземелий пронеслось всепожирающее атомное пламя, воспламенившее шпили и проделавшее во Вратах Предателя дыру диаметром в несколько километров.

Взрыв проделал громадную брешь в стене массивного улья, разбросав обломки на добрую сотню километров хтонийской пустоши и добавив разрушений в битву, что всё ещё бушевала снаружи. Случившееся ознаменовало конец всякой реальной надежды на победу для воинов, которые всё ещё сражались на равнинах или среди руин Прэзидиума Аркс. Всё, что им оставалось – это попытка выжить или месть, и многие предпочли продолжить сражаться и досаждать врагу, а не искать собственного спасения. Среди последних не было архимагоса Драйкавача: такие понятия, как ненависть, верность и честь не портили его аугментированные синапсы, так что он бросил своих собственных воинов и автоматонов, приказав рыцарям дома Атракс прикрыть своё отступление и бегство. Вождь Рэйв, сильно изменившийся за время пребывания на Хтонии, был ещё одним человеком, который не видел чести в напрасной смерти, так что он собрал тех своих индуктиев, кто не утратил себя в боевой ярости, и проложил путь к Вратам Предателя и расположившимся в тени улья посадочным площадкам лоялистов.

Одни лишь Тёмные Ангелы оставались стойкими перед лицом уничтожения, удерживая ото всех захваченные ими плацдармы. В Терминале Атлас они запечатали центральный бастион и убивали всех и каждого, кто пытался приблизиться, игнорируя мольбы лоялистов из Солярной Ауксилии или требования Имперских Кулаков, предлагая в ответ лишь быстрое милосердие плазмы и силового клинка. Затем, словно гибель Врат Предателя была своего рода сигналом, Тёмные Ангелы начали отступать – некоторые телепортировались прямиком на борт ожидавших их кораблей, в то время как другие садились на свои «Громовые ястребы» и прокладывали путь обратно на орбиту. После себя они оставили только автоматоны «Кастеллакс» в чёрной броне с символикой Крыла Ужаса, которые встали на страже шахт, пробуренных Первым легионом глубоко в недра подземного мира.

То был Чёрный Дозор – автоматы-стражи Крыла Ужаса, и они сдерживали демоническую орду с помощью пламени и силовых когтей, не заботясь о собственном выживании или страданиях, будучи запрограммированными думать лишь о безопасности запечатанных контейнеров у основания шахт. Ими двигала вовсе не вера или верность, а только долг, отпечатанный клеймом в их кремниевых душах, и каждую минуту сражения гибли десятки из них – поверженные демонами, разорванные на части орудиями Космического Десанта или же растоптанные рыцарями дома Атракс. Всё это время последние дары Тёмных Ангелов ждали в объятьях глубин Хтонии сигнала сверху.

Не подозревая о том, что скрывается за событиями, происходящими на поле битвы внизу, лорд-кастелян Гарриус и его воины пробивались через пылающие залы Врат Предателя, убивая всех, кого встречали – будь то демоны, космические десантники или же подневольные рабочие. Сократившись до нескольких сотен воинов после того, как основные силы Имперских Кулаков погибли в ярости войны на равнинах, люди Гарриуса прорвались сквозь разрозненные силы защитников к небесному своду Врат Предателя и командным палубам, где располагался старый трон Гора и Верен Ашурхаддон собственной персоной, установивший там своё знамя после захвата контроля над ульем. В тронном зале Архипредателя облачённые в доспехи «Катафрактарий» хускарлы встретились с элитными бойцами-Юстаэринцами; обе стороны забыли о требованиях стратегии и предложили врагу открытый бой, причём в преддверии рукопашной схватки командиры их ступали во главе своих людей.

Верен снова встретился с Гарриусом в единоборстве – топор модели «Карсоран» против бронированного кулака, что в равной степени был для Гарриуса оружием и знаком положения. Древний улей вокруг заклятых врагов пылал, пока они бились друг с другом, их воины падали тут и там, сражённые вражескими клинками или же убитые обломками разрушающегося города, а далеко внизу, по равнинам Хтонии, растеклись остатки их армий. Таково было олицетворение Ереси Гора – войны, что велась с такой горькой ненавистью, что ни одна из сторон не собиралась сдаваться даже перед лицом тотального истребления, стремясь к смерти врага и его полному уничтожению даже ценой своей собственной жизни.

Пока Верен и Гарриус сражались за престол Гора, и каждый из них терял веру в то, что в смерти своего заклятого врага сможет обрести хоть какую-то победу посреди ужасов Ереси Гора, рука кое-кого другого готовилась решить судьбу всей Хтонии. Вернувшись на борт дредноута, Мадрук Седрас, сжимающий в руках свой спаянный по кусочкам клинок, с которого стекал демонический ихор, в последний раз оглядел панораму Хтонии на авгурном экране своего флагмана, предаваясь кратковременным размышлениям над обязанностью, возложенной на него его собственным примархом. Затем он произнёс слова, лаконичные и жестокие, подводя итог всему, что было раньше: «Кончайте с этим».

Повинуясь приказу своего магистра, Тёмные Ангелы подорвали тщательно размещённые в подземельях заряды; каждое из этих запретных устройств было помещено в планетарную мантию с единственной целью: не опустошение мира в качестве простого наказания, но его тотальное разрушение как урок для всех, кто ещё жил и не заплатил цену за своё предательство. Поверхность Хтонии прогнулась и вздыбилась, на её шкуре открылись глубокие разломы, поглощавшие целые отряды сражавшихся насмерть бойцов; планету разрывало на части в медленном и преднамеренном армагеддоне, остановить который не представлялось возможным. Горы рухнули и исчезли в расширяющихся провалах, в то время как в других местах коллапс планетарной коры поднял к небесам новые вершины, чтобы заменить уже поглощённые. Жители планеты умирали миллионами, но воины Легионес Астартес всё ещё продолжали сражаться и истекать кровью, держась за свои твердыни даже тогда, когда те погружались в бездну навстречу своей гибели.

Врата Предателя прогнулись и накренились, словно огромный корабль посреди бури колышущихся камней, но сражавшиеся на вершине высочайшего шпиля Ашурхаддон и Гарриус и не думали о завершении поединка, стремясь во что бы то ни стало прикончить друг друга. Два военачальника и не помышляли об отступлении, даже после того, как на них начали сыпаться обломки Врат Предателя, весь их мир ограничился лишь возможностью смерти заклятого соперника. Улей качнулся в сторону, когда весь бок подобного горной гряде сооружения погрузился во взбаламученную землю, и Гарриус отшатнулся назад, на мгновение став уязвимым. Верен взмахнул зажатым в руке топором, и лорд-кастелян упал; его броня была расколота, плоть превратилась в кровавые развалины, чёрный панцирь разорвался, а сердце раскололось – теперь Гарриус был не в состоянии сделать что-либо иное, кроме как изрыгать бессвязные и бессмысленные угрозы.

Хотя Имперский Кулак всё ещё дышал, он получил смертельные раны; его кровь окрасила багрянцем трон Гора и пол зала, а жизнь теперь измерялась мгновениями. Большая часть свиты Верена Ашурхаддона была мертва или умирала, а сам он узрел, как обращается в прах его дом, и пришёл в отчаяние – пускай повелителю Истинных Сынов удалось повергнуть своего врага, но это свершение не принесло ему никакой пользы. Вероятно, Ашурхаддон и сам погиб бы в связи с поразившим его душу отчаянием и теми ранами, что Гарриус нанёс ему на вершине Врат Предателя – если бы не вмешательство вождя Рэйва, воина-индуктия, прорубившего себе путь к шпилю вместе с остатками сыновей Хтонии, будь то космические десантники или бойцы Ауксилии. Они взяли военачальника с собой и покинули Хтонию, захватив все шаттлы и десантные корабли, которые только смогли найти среди разрушающихся шпилей улья. Занятые отходом на безопасное расстояние от умирающей планеты Тёмные Ангелы не заметили их ухода, и последние из Истинных Сынов взяли курс по направлению к искалеченной «Золотой гробнице», что всё ещё скрывалась на окраине системы.

Гарриус, брошенный предателями умирать, мучительно тащил изувеченные остатки своего тела к трону Гора, дабы провести на нём свои последние минуты, подобно судии разрушающихся и умирающих владений, которые Дорн поручил ему защищать. Врата Предателя вокруг него были разорваны последними корчами смертельной агонии Хтонии, пламя охватило потолок сооружения, однако лорд-кастелян продолжал стоически восседать на троне, готовый встретить свою судьбу. Тем не менее, в тот день ему не суждено было погибнуть – внезапно свод тронного зала осветило короткой вспышкой эфирного света, когда Сул Контеп и наиболее могущественные из воинов его отряда разорвали реальность, чтобы добраться до последнего повелителя Хтонии. Высвобожденная мощь ритуала Несущих Слово позволила чародеям Пятнадцатого использовать эфирную силу, чтобы преумножить свои собственные экстраординарные способности. С помощью этой силы эзотеристы Тысячи Сынов смогли привести отряд на вершину Врат Предателя, а их биоманты заморозили тело Гарриуса на пороге смерти, рискуя собственными душами ради возможности вернуть долг верности делу лоялистов. Сам же Сул Контеп задействовал всё своё могущество и обратился ко всему опыту тренировок в храме Пирридов, чтобы укротить свирепствовавший вокруг верных сынов Пятнадцатого ад, принося себя в жертву голоду и ярости огненной стихии, чтобы его воины могли забрать Гарриуса и ещё нескольких выживших, а затем – снова прорвать реальность, доставив их до последних имперских шаттлов, покидающих умирающий мир.

Хтония была мертва. Всё, что от неё осталось – это разбитая оболочка, сломанные кости планеты образовали громадное облако обломков, окутавшее её труп и разбившее последние несколько кораблей, спасавшихся от верной смерти. Миллиарды людей, как солдаты, так и гражданские лица, встретили свою погибель – в качестве предупреждения всем выжившим в Ереси Гора о том, какова будет судьба всех предателей. Среди всех великих армий, сражавшихся за власть над родиной Луперкаля, лишь несколько тысяч бойцов сумели выжить и избежать повторения судьбы этого мира; они спасались бегством на борту шаттлов, транспортов и десантных кораблей, всего, что могло унести их как можно дальше от гибнущей планеты. На орбите Хтонии царил чудовищный хаос: планетарные обломки разбивали щиты дредноутов Тёмных Ангелов, а магнитное поле планеты разрушалось, что позволило многим малым кораблям избежать медленной смерти мира Архипредателя. Исполнив свой долг, Тёмные Ангелы не стали задерживаться и не предприняли ни малейших усилий для поиска выживших, будь то лоялисты или предатели, и покинули систему, чтобы искать следующую цель гнева Льва. Впрочем, оставшиеся корабли Сынов Гора и не думали пытаться продолжить бой, ибо сквозь завесу варпа наконец прорвалась весть с Терры – Гор был мёртв, и его Великой Ереси пришёл конец.

После столь злополучных известий Верен Ашурхаддон вместе со своими Истинными Сынами отправился на поиски остатков XVI легиона, бежавших после провала вторжения на Терру в изгнание вместе с телом магистра войны. После того, как Хтония и её примарх ушли в вечность, единственное, что оставалось напоминанием Сынам Гора об их наследии как воинов Великого крестового похода – это заветы Хтонии, старые обычаи, которые теперь сохранились разве что в воспоминаниях старейших ветеранов. Верен страшился, что без этого последнего осколка чести его братья отдадутся во власть бесцельной резни и превратятся в мелких пиратов и разбойников, в проклятие Галактики, которой они стремились править. Хотя записей об их окончательной судьбе сохранилось немного, Верен Ашурхаддон, Рэйв и другие выжившие Сыны Гора удостоятся сомнительной чести стать последними легионерами Шестнадцатого, чья нога ступила на Хтонию.

Гарриус долго страдал от ран, нанесённых ему Вереном Ашурхаддоном, и постепенно исцелялся только благодаря совместным усилиям магосов Лакирэмары Механикума и биомантов Тысячи Сынов; тело его отныне представляло собой отвратительную смесь аугментики и грубо собранной плоти. Он долго размышлял о своей потере и в итоге отказался вернуться с пустыми руками на Терру, где лоялисты одержали столь грандиозную победу, что её никто и никогда не забудет. Вместо этого он нырнул в варп вместе со своими воинами, чтоб охотиться на бегущих предателей, в поисках нового поля битвы и более величественного трофея, который он мог бы возложить к ногам повелителя Дорна вместо Хтонии. На протяжении многих лет после уничтожения прародины Сынов Гора и окончания Битвы за Терру на Тронный мир приходили сообщения о разбойном флоте с символикой Имперских Кулаков – начиная с последней катастрофической битвы за Колхиду и заканчивая разрушением Ксаны II, они всегда двигались от одной трагедии к другой. Те немногие лоялисты, что сражались рядом с ними, зачастую отмечали, что хотя все до единого следовавшие за Гарриусом воины носили жёлтую геральдику Имперских Кулаков, они не были похожи ни на кого из других воинов этого легиона – когда они шли на войну, в их рядах звучали песнопения потерянных Хтонии и Просперо. Итак, осада Хтонии завершилась – завершилась, будучи незамеченной всей Галактикой, которая видела уход богов и гигантов. Лицо последующей эпохи определила Битва за Терру, и всё же трагедия её наиболее явно была продемонстрирована именно средь разбитых останков Хтонии. Бесчисленные воины продолжат вести ожесточённые побоища средь обломков расколотого мира в стремлении продолжить уже законченную войну и наказать уже мёртвого военачальника, поскольку после гибели Хтонии не осталось единой силы, которая могла бы претендовать на победу в сражении. Таково было подношение безудержной и бесконечной ненависти, охватившей всю Галактику и грозившей разорвать её на части, ненависти, единственным результатом которой было разрушение, а единственным наследием – изломанные кости холодной и мёртвой планеты. Однако то был вовсе не конец развязанной Гором войны, но всего лишь её начало.

Ересь Гора подошла к концу, но Галактику ожидало лишь мрачное будущее вечной войны.

«Я не предлагаю никакой пощады и не жду её. Мы выстроим редут из трупов, и на вершине его не сделаем ни шагу назад. Если наши боеприпасы кончатся, я убью вас своими клинком и яростью. А если мои силы иссякнут и меня лишат жизни, я утоплю вас в своей крови, и никто не станет оплакивать столь омерзительных созданий».

сохранившаяся вокс-передача во время битвы за Порт Рассвета, приписывается Клитусу Дэйрару, капитану легиона Имперских Кулаков

Магистр войны хорошо подготовил своё предательство, и к моменту поворотных событий Великой Ереси верные Императору легионы оказались сильно ослаблены. Имена Резни в зоне высадки, Предательства на Калте, Сигнуса-Прайм и Трамасского крестового похода до сих пор звучат с позором из-за отвратительных деяний, совершённых против лоялистов руками прислужников магистра войны. Каждая из этих кампаний истощила силы величайших легионов Империума, оставив от них лишь бледную тень былого величия. Впрочем, невзирая на все эти испытания, силу верных своим клятвам легионов нельзя было игнорировать. Обескровленные на Исстване V Гвардия Ворона, Саламандры и Железные Руки оставались постоянной занозой в глазу магистра войны. Другие легионы наносили удары по флангам его владений или крепко удерживали имеющие стратегическое значение миры, что привело к многочисленным задержкам в наступлении предателей. Время было величайшим союзником Терры, поскольку каждый выигранный месяц позволял лучше укрепить оборону и сплотить рассеянных по Галактике лоялистов. Если бы магистра войны удалось задержать на достаточно долгий срок, тогда мощь верных легионов, пускай даже истощённых, оказалась бы молотом, способным сокрушить вероломного сына Императора.

Будучи отправленной далеко от Терры по приказу магистра войны задолго до того, как прогремели первые предательские выстрелы Ереси Гора, основная часть Первого легиона избежала участия в бойне, постигшей другие верные легионы. По возвращении они столкнулись с кампанией Повелителей Ночи по завоеванию сектора Трамас, и после окончания так называемого Трамасского крестового похода Гибельный шторм сделал путешествие к Тронному миру практически невозможным. В связи с этим Лев обратил взор к Ультрамару, наращивая свои силы вместе с легионами Кровавых Ангелов и Ультрадесанта. Воодушевлённый этой короткой передышкой, Лев начал кампанию разрушения, призванную оставить магистру войны империю из костей и пепла даже в случае его победы, и такие овеянные дурной славой миры, как Барбарус и Кемос, встретили свой конец ещё до окончания Ереси Гора. Ближе к концу войны Лев был втянут в так называемый Диспут Железа, и населяющие регион Пояса Железа своенравные механикумы сполна испытали на себе его ярость. В ходе кампании Льва отдельные части его флота откалывались, преследуя бегущих изменников и вынося губительный приговор мятежным мирам.

Первые дни Ереси Гора были отмечены неопределённостью относительно верности V легиона, при этом местонахождение и мотивы Джагатай-хана и сопровождавших его воинов оставались неизвестными. Лишь позднее, когда Каган и его легион прибыли на Терру неизвестным путём, выяснилось, что Хан вёл беспорядочную войну против предательских линий снабжения. На Терре Рогал Дорн приказал войскам Хана встать на страже стен Императорского дворца – подобная обязанность противоречила традиционным методам войны легиона, при этом в ходе подготовки сил к обороне Терры различные братства Пятого располагались по всему сегментуму Соляр и скоплению Беты Гармона. Сохранившиеся записи указывают на десятки братств Белых Шрамов, действовавших в других уголках Галактики, которые вернулись после разведки окраин имперского пространства и обнаружили, в какой бедлам погрузился Империум. Характерная для братств Белых Шрамов независимость полностью соответствовала водовороту охватившей Галактику войны, ибо такие явления, как ненадёжные цепи поставок и минимальное число союзников, были для них привычным делом. Существуют некоторые сбивающие с толку записи об отдельных братствах V легиона, что нарушили и отринули свои клятвы. Такие предатели зачастую утверждали, будто Империум отказался бы от Пятого, как только Император завершил бы Великий крестовый поход, и что только магистр войны был готов предложить Белым Шрамам будущее.

Битва за Просперо, произошедшая ещё до того, как предательство Гора было раскрыто, стала лишь началом серии конфликтов, которые жестоко и методично перемалывали легион Космических Волков. Кульминацией этой цепочки войн стала битва за Ярант, в ходе которой VI легион оказался под угрозой тотального уничтожения и спасся только благодаря вмешательству Корвуса Коракса и его легиона Гвардии Ворона. Вскоре после этого Король Волков отправился на конклав на Освобождении вместе с Кораксом и Львом, где его легион получил полноценное снабжение и пополнил ряды свежими рекрутами, после чего присоединился к кампании Льва по опустошению удерживаемых предателями миров. Под командованием Лемана Русса основная часть легиона Космических Волков прорубила кровавый путь к Терре в последние годы Ереси Гора, уподобившись топору палача, занесённым над шеей магистра войны – и эти действия, по мнению некоторых архивистов, побудили предателей на ряд отчаянных шагов в последние часы Осады Терры. В других местах ударные силы Космических Волков выслеживали банды предателей, вступая во множество мелких конфликтов. Некоторые из них и сами уподобились своенравным бандам, изолированным Гибельным штормом и размечавшим свежие охотничьи угодья в охваченной безумием Галактике. Другие представляли собой сторожевые отряды, отправленные для наблюдения за остальными примархами в скором времени после падения Магнуса. Некоторые из них канули в Лету, брошенные на произвол судьбы или, возможно, павшие в стремлении прикончить предательских сыновей Императора, в то время как другие сохраняли активность и продолжали наблюдать за своими подопечными, постоянно ожидая возможной измены.

Опустошённый и телом, и духом событиями на Сигнусе, Сангвиний был брошен на произвол судьбы вместе с основной частью IX легиона. Пройдёт немало лет, прежде чем Империум узнает о том, что Великий Ангел жив; после Второй битвы при Давине и рассеивания Гибельного шторма примарх достигнет Терры, посвятив себя и свой легион стойкому противодействию атакующим силам предателей, и станет терпеливо ожидать своей судьбы. Впрочем, в системе Сигнус соберётся отнюдь не весь легион; некоторые из рот Девятого так и не сумеют попасть в опустошённую систему, по тем или иным причинам задержавшись во время транспортировки. Несколько ударных группировок Кровавых Ангелов действовали по всей Галактике, и многие из них обрели воистину страшную репутацию – ходили слухи о массовой резне, которую сыновья Сангвиния учиняли над всеми, кто помогал магистру войны. В свою очередь, Баал, на страже которого остался гарнизон из приблизительно 5000 легионеров, в поздние годы Ереси Гора оказался центром сосредоточения многочисленных беженцев, ибо грозная слава Кровавых Ангелов оказалась действенным стимулом для прибытия множества непокорных душ, включая тысячи легионеров из других легионов лоялистов. Родному миру IX легиона пришлось столкнуться с многочисленными набегами предателей и двумя попытками завоевания, причём конфликт в регионе продолжал бушевать ещё долгое время в годы Очищения.

К 010.М31 легион Железных Рук существовал лишь номинально. Многие из ветеранов, переживших Исстван V, полностью отдались горечи и жажде мести, объединившись в разрозненные автономные боевые флотилии, известные как Разбитые легионы. Такие лидеры, как Аутек Мор или Шадрак Медузон, быстро обрели пугающую репутацию среди предательских воинств – каждый из подобных командиров превратился в призрак возмездия, вершащий суд и приносящий смерть всем, кто маршировал под знаменем магистра войны. Элементы Железных Рук также действовали на Медузе, родном мире X легиона, образовав «Совет Медузы» - коллектив пэров, сформированный в основном из тех полководцев, что были убраны с глаз долой подальше от своего примарха Ферруса Мануса в годы Великого крестового похода – что, в общем-то, неудивительно, учитывая строгие стандарты Горгона. Эти воины не пользовались большим уважением со стороны переживших Исстван ветеранов; так, в одном сохранившемся коммюнике неизвестного выжившего на Исстване V говорилось следующее: «Позор предпочтительнее оков трусов, слишком слабых, чтобы идти рядом со своим отцом». Имея мало власти над отдалёнными частями легиона, Совет Медузы развязал ожесточённую войну против Колхиды, родного мира Несущих Слово, высвободив множество запретных технологий, извлечённых из медузийских хранилищ – включая наночуму, амальгамную биоавтому и рад-фаги.

Записи свидетельствуют, что некоторые Железные Руки, отрезанные как от Разбитых легионов, так и от Медузы, действовали исходя из расчёта, что именно они являются последними уцелевшими фрагментами Железной Десятки. Многие реализовали программы ускоренного призыва, чтобы нарастить свою численность в очевидном намерении возродить былую мощь X легиона. Некоторые из них установили контакт с Тронным миром после рассеивания Гибельного шторма, предоставив свои ограниченные силы Преторианцу Терры в обмен на ресурсы и технику, необходимые для восстановления прежней мощи.

Пятьсот Миров представляли собой центр мощи Ультрадесанта, и большая часть сил легиона пребывала там, когда произошло предательство. После окончания Теневого крестового похода – кампании разрушения, проводимой легионами Несущих Слово и Пожирателей Миров по всему Ультрамару – XIII легион стремился стабилизировать свою империю. Робаут Гиллиман провёл кампанию массового призыва на военную службу, собрав огромное количество претендентов со всех Пятиста Миров; из тех, кто не подходил для восхождения в ряды Тринадцатого, формировались полки ополчения. Ускоренная кампания по вербовке позволила Ультрамару служить оплотом, из которого атакующие силы XIII легиона могли наносить удары по изменникам на просторах Галактики. Свежие поколения легионеров оказались вовлечены в многочисленные конфликты, включая освобождение удерживаемых предателями миров Доминиона Бурь и охоту на отколовшиеся банды Пожирателей Миров и Несущих Слово, бежавших из Царства Ультрамар. Эти конфликты укрепили новое поколение индуктиев XIII легиона, и Ультрадесантникам суждено было стать одним из величайших активов Империума в годы после Осады Терры.

В поздние годы Ереси Гора основная часть легиона Саламандр действовала в регионах, окружающих Ноктюрн. Первоначально этими воинами командовал Ном Рай’тан, а позднее –Артелл Нумеон, советник Вулкана, после долгих испытаний вернувшийся домой вместе с другими выжившими на Исстване V. После отражения нападения объединённых сил Гвардии Смерти и Несущих Слово на Ноктюрн Саламандры начали так называемую Войну Змиев. Она состояла из серии кампаний по зачистке, начатых против скопления вотчин Гвардии Смерти близ Ноктюрна и ужасов варпа сектора Ипсилон-Кси. В свою очередь, выжившие ветераны Исствана действовали в составе Разбитых легионов; хотя лидерами подобных отрядов служило достаточно небольшое число легионеров Восемнадцатого, такие командиры, как Наллтаус У’Телка, возглавивший уничтожение нескольких связанных с предателями миров-кузниц в сегментуме Обскурус, и капеллан Мифакс За’тор, сплотивший защитников Туманности Биритус, отмечены в имперских архивах как примеры выдающейся доблести. В нескольких сообщениях говорится о горстке присутствующих на Терре Саламандр, причём некоторые утверждают, что среди них был и примарх Вулкан, чья истинная судьба окутана полуправдами и неопределённостью, а поддающихся проверке свидетельств, подтверждающих это, просто не существует.

Легио Кустодес всегда были телохранителями и вернейшими защитниками Императора, Его избранными эмиссарами и, если на то возникала необходимость, самыми смертоносными палачами. В качестве стражей Императора основная часть сил Легио Кустодес оставалась на Терре, при этом значительное их число было размещено в глубинах Императорского дворца, где на протяжении большей части Ереси Гора находился Император. В то же время, поскольку Легио Кустодес представлял собой один из немногих стопроцентно верных Императору воинств во всей Галактике, в эти тёмные времена их зачастую отправляли выполнять иные жизненно важные задания. Товарищества Кустодес действовали повсюду, исполняя волю Императора и обрушивая Его правосудие на изменников. Большинство кустодиев вернулись на Терру до вторжения магистра войны, хотя некоторые остались где-то ещё, посвятив себя выполнению множества задач, известных только Императору. Полный подсчёт действующих сил Легио Кустодес никогда не производился – настолько их численность и работа окутаны покровом таинственности, а потому никто не может назвать истинное количество Кустодес, которые отсутствовали рядом с Императором – лишь то, что это августейшее воинство оставалось решительным во все времена, даже если другие колебались.

Безмолвное Сестринство было уникальным образом подготовлено к борьбе со свежей угрозой со стороны предательских легионов, поскольку скверна, охватившая магистра войны и его союзников, черпала свою силу из варпа, для которого Сёстры Безмолвия были анафемой. Чёрные корабли Сестёр оказались ценным активом для подобных задач, поскольку они были оборудованы для тайных операций и наделены искусственным интеллектом, необходимым для облегчения уникально опасных миссий Сестринства, со специальными подразделениями, сформированными в ответ на появление таких существ, как нерождённые, или для охоты на порченых варпом легионеров. Действия Сестёр Безмолвия оказались жизненно важными в деле предотвращения варповых вторжений во множество осаждённых регионов, привнеся нотку героизма в работу организации, которая по праву пользовалась своей зловещей репутацией. Подобные действия вошли в фольклор множества миров; один из примеров тому можно найти во вторжении на Джарраэр в 012.М31, где действия Сестёр из 7-го доминиона Шепчущей Жатвы описывались так: «...подобно ангелам, посланным с небес и несущим в себе субстанцию, закалившую чувство долга, наполненные гневом, проклятые, но не склоняющиеся перед угрозой. И вот кошмары взревели в их присутствии, ослабевшие пред мощью наших защитниц, наших славных спасительниц».

Страж-сержант Иридор Хелброн

19-й эшелон Стражей «Фаланги», находящийся на отдельном дежурстве и прикомандированный к гарнизонным силам Хтонии

Инвитский выпуск силовой брони тип ZF IV «Максимус» с абордажным щитом типа «Фаланга».

Ветеран-сержант Ивенн Сул

IV орден легиона Ультрадесанта, неофициально известный как «Аврора», приписан к гарнизону Астагара

Силовой доспех модели VI «Корвус». Обратите внимание на нестандартную для легиона иконографию IV ордена, эмблему «Лента Авроры» и использование зелёного цвета для обозначения ветеранского статуса.

«Зовите меня предателем, если вам так угодно, ибо империя, которую я выстрою на вашем прахе, запомнит меня как спасителя».

приписывается апостолу Ахлусу Пралу, капеллану ордена Закрытого Ока

В самый разгар ужасающей эпохи Тьмы Легионес Астартес, что принесли клятву под знаменем Гора, уже сильно отличались от гордых воинств, некогда собравшихся на легендарных полях Улланора. Война нанесла жестокий урон их рядам, а в самую душу предавших легионов просочилась скверна, при этом каждый оказался поражён своим собственным проклятьем – от тонкого и направленного воздействия до гораздо более вирулентной заразы. Будь то внезапная, висцеральная перемена, произошедшая с Гвардией Смерти во время их полёта к Терре, или же медленно распространяющаяся гниль, поразившая Повелителей Ночи после Трамасского крестового похода, легионы предателей больше не были гордыми защитниками Империума, но превратились в нечто чужеродное и ужасающее. Однако, невзирая на происходящие с ними перемены, предательские воинства в любом случае оставались могучей военной силой. Они были более чем способны противостоять разрозненным войскам, сохранившим верность Императору, а всё необходимое могли черпать из запасов покорённых промышленных баз. Единственное, что мешало им сокрушить миры-крепости, основательно укреплённые Рогалом Дорном для защиты Терры – это необходимость переправлять военную технику из отдалённых уголков Империума на передовые линии наступления против Тронного мира.

После демонического вознесения Фулгрима и его последующего исчезновения III легион пережил травматическое возрождение, сбившись с пути в погоне за вновь пробудившимися тёмными страстями. Легион распался на отдельные отряды, которые вместо реализации великих замыслов предательского магистра войны стремились отыскать достойных противников, в бою с которыми могли испытать себя. Сохранилось не так уж много отчётов с описаниями бесчинств Детей Императора, поскольку после них обычно оставалось крайне мало уцелевших, однако среди дошедших до нас записей некоторые примечательные случаи всё-таки выделяются. На Баале крупные силы Детей Императора присоединились к Сынам Гора для осады родного мира легиона Кровавых Ангелов. В Инвитском Скоплении жаждущий стратегического приза в виде родного мира Рогала Дорна и окружающей его империи флот предателей во главе с элементами Детей Императора учинил поистине ужасающие разрушения. Среди наиболее значительных концентраций сил III легиона была армада, собранная лордом-командующим Эйдолоном, который в отсутствие своего примарха Фулгрима стал самопровозглашённым повелителем Детей Императора. Стремясь подтвердить своё новообретённое превосходство среди собратьев по легиону, Эйдолон преследовал лоялистов среди звёзд, неустанно стремясь обрести призвание, которого так жаждал. В конце концов многие из Детей Императора снова соберутся в единый легион на Улланоре, вняв призыву вернувшегося примарха присоединиться к войску Гора, что держало путь на Терру ради последней, величайшей из всех битв.

После Исствана V Гор поручил примарху Пертурабо провести кампанию планетарных вторжений против ключевых миров-крепостей лоялистов – в частности, тех, что защищали границы сегментума Соляр. Основная часть IV легиона по-прежнему находилась рядом с Железным Владыкой, и после катастрофической кампании на Талларне они начали приготовления ко вторжению в Солнечную систему, где их примарх жаждал сокрушить величайшую из твердынь Империума. Остальным было приказано осадить ключевые миры по всему Империуму, и для достижения этих целей Пертурабо выделил десятки контингентов гарнизонных сил. В ходе своих завоеваний Железные Воины естественным образом взяли на себя роль жестоких поработителей, утверждая власть предателей на недавно покорённых мирах и зачастую вступая в конфликты с совершающими набеги флотилиями Разбитых легионов или ударными группами лоялистов. После того, как Гибельный шторм начал рассеиваться, подобные гарнизоны стали единственным, что продолжало держаться на пути между Террой и наступающей армадой Робаута Гиллимана.

Кульминация Трамасского крестового похода привела к ранению Конрада Кёрза и пленению первого капитана Севатара, что обусловило полный распад Повелителей Ночи как полноценного легиона. Немалый контингент легионеров Восьмого присоединился к гигантской армаде магистра войны для вторжения на Терру, однако значительная часть легиона отказалась следовать их примеру. Преследуемый ударными группировками Тёмных Ангелов, VIII легион раскололся на множество отдельных банд, самостоятельно вершащих свою судьбу среди звёзд. Многие из них воспользовались вакуумом власти, сложившимся в регионах, опустошённых продвижением флота Льва, и создали свои мелкие вотчины, где правил бал один лишь террор. Обирая покорённые миры подобно стервятникам, Повелители Ночи превращали в рабов выживших жителей миров-колоний вроде Ринтакса и Кхорбала и призывали разрозненные остатки своих армий для совершения вылазок в близлежащие системы, окутывая саваном тьмы и страха сектора к югу от галактического ядра. Целые области Империума погрузились во тьму, и пройдёт немало времени, прежде чем свет Императора вновь осветит их.

Львиная доля Пожирателей Миров посвятила все свои силы Теневому крестовому походу на далёком галактическом востоке, однако наряду с этим легион владел несколькими мирами-вотчинами, не последним из которых был сборный мир Бодт, где Ангрон принял командование над своим легионом. Многие из таких планет использовались в качестве центров быстрой индукции и идеологической обработки, чтобы подпитывать непрекращающийся голод легиона в свежих рекрутах. После Теневого крестового похода принявший демоничество примарх Ангрон и его Пожиратели Миров творили кровавые бесчинства по всей Галактике. С каждым завоеванием цепочка командования среди XII легиона всё больше теряла целостность, и отколовшиеся силы, позднее обозначенные Империумом как «мясницкие флоты», стали поистине безудержными. Вопросы стратегического планирования и тактической целесообразности оказались полностью отброшены, ибо обычные военные цели, вроде богатых ресурсами или обладающих развитой военной промышленностью миров игнорировались в пользу густонаселённых планет, где можно было устроить одну лишь бессмысленную резню. В дальнейшем Ангрон и оставшиеся рядом с ним воины соберутся на Улланоре для подготовки к решающему штурму Терры, однако не все прислушаются к призыву примарха – жажда кровопролития заботила их куда сильнее амбиций магистра войны.

Мортарион и основные силы Гвардии Смерти провели большую часть Ереси Гора рядом с магистром войны – от Исствана V до покорения Молеха. В последующие годы примарх Четырнадцатого и его флот исчезли после прыжка в варп, превратившись много месяцев спустя в охваченный чумой призрак того легиона, которым были когда-то. Отдельные части Гвардии Смерти, отсутствовавшие в этом роковом странствии, продолжали действовать в других уголках Галактики, на время избежав гниения, охватившего большую часть их товарищей. Барбарус, родной мир XIV легиона, стал центром массовой вербовки, лишившей окружающие системы их населения и ресурсов. Когда сам Барбарус был уничтожен Тёмными Ангелами, легион Мортариона в очередной раз доказал свою характерную стойкость: отдельные отряды рассеялись по Галактике, чтобы нанести смертельный урон лоялистским мирам, превратив многочисленные планеты в забитые трупами облучённые пустоши.

Легион Тысячи Сынов был разбит на Просперо ещё до того, как магистр войны явил своё предательство, и до поры до времени XV легион считался истреблённым. Только в последние дни на Терре стало ясно, что Магнус выжил и спас часть своих сыновей от разорения, учинённого Леманом Руссом и его Космическими Волками. В скудных записях упоминаются фрагменты Тысячи Сынов, действовавшие на позднем этапе Ереси в иных уголках Галактики; каждый из них представлял собой независимый отряд, а вовсе не ударную силу единого легиона. Верность этих группировок также оказалась расколотой: некоторые сражались за магистра войны, в то время как другие встали на сторону Императора, невзирая на то опустошение, которое Он обрушил на их дом. Ярант III, где Тысяча Сынов объединились с другими предательскими силами, чтобы свершить месть Космическим Волкам, Хтония и Аксандрия IV – всё это примеры конфликтов с участием тех или иных сил XV легиона.

Царство Ультрамар жестоко пострадало от фанатизма Несущих Слово: множество миров были разорены XVII легионом в годы Теневого крестового похода. Местонахождение Лоргара и основной части сил Несущих Слово после кульминации их вендетты против Ультрадесанта остаётся в значительной степени неизвестным – примарх Семнадцатого даже не присутствовал на Осаде Терры. Однако по всей Галактике действовало множество других отрядов Несущих Слово, покорявших планеты во имя тёмных сил, которым присягнул XVII легион, или же поддерживающих и консультирующих другие легионы в вопросах эзотерических знаний. Значительное их количество будет отозвано на Колхиду в последние годы развязанной Гором войны, и эти Несущие Слово сойдутся в противостоянии с базирующимися на Медузе Железными Руками, когда X легион пожелает свершить правосудие над теми, кто способствовал гибели их примарха.

Деятельность Альфа-Легиона в годы эпохи Тьмы оставалась окутанной покровом тайны; его подразделения инфильтраторов редко оставляли доказательства, свидетельствующие о присутствии XX легиона. Среди известных событий с их участием наиболее примечательным является нападение на Плутон, в результате которого Альфарий пал от руки Рогала Дорна; однако более поздние сообщения об активности Последнего примарха в других регионах Галактики поставили его гибель под сомнение. Основным принципом Двадцатого была автономность отдельных его частей, а потому многочисленные ударные подразделения Альфа-Легиона действовали независимо по всей Галактике. Некоторые выслеживали флотилии Разбитых легионов, используя различные уловки, чтобы сеять дезинформацию и замешательство среди лоялистов, в то время как другие наносили удары по имперским средствам связи, заставляя умолкнуть астропатические сети и тем самым отрезая целые субсекторы от помощи извне, несмотря на рассеивание Гибельного шторма. В разрозненных сообщениях также утверждается о помощи группировок Альфа-Легиона лоялистам в деле преследования флотов снабжения предателей, дабы воспрепятствовать усилиям магистра войны собрать все свои силы в скоплении Беты Гармона.

На протяжении двух столетий итераторы Великого крестового похода проповедовали догматы Имперской Истины: среди звёзд не существует никаких богов, никакие мистические силы или божественное провидение не проторят дальнейший путь человечеству, только мощь его армий и ясность цели. Магистр войны и его союзники доказали лживость подобных проповедей, спустив на Галактику настоящее безумие посредством нечестивых ритуалов, которые привели к рождению Гибельного шторма и призвали в реальный мир волны процветающих в варпе сущностей. Эти создания стали для Галактики подлинным проклятьем, к которому мало кто был готов. На войне нерождённые, под именем которых их знали многие, не обращали внимания на привычные законы логики, они не нуждались в линиях снабжения и мало о чём заботились, за исключением собственных непостижимых целей. Многообразию форм этих тварей не было числа; звероподобные чудовища, состоящие из бронзы, меди и свирепости, отличающиеся изысканными движениями существа неземной красоты или же аморфные формы, что увеличивались в размерах с каждым сожранным куском плоти – все они и множество иных монстров описаны в имперских хрониках. Друг с другом их не связывало ничто, за исключением проявления в тех местах, где завеса между мирами ослабевала – чему во многих случаях способствовали нечестивые ритуалы союзников магистра войны. Подобные существа были подлинным бичом Галактики, симптомом поразившего рассудок магистра войны упадка – или, возможно, даже первопричиной его предательства.

Те из представителей Механикума, кто встал на сторону магистра войны, стали известны как «тёмные механикумы»; в их число входили могучие элементы марсианского жречества, Ордо Редуктор и Легио Кибернетика, а также многие из представителей мирмидонских культов разрушителей и ряд субсект, долгие годы действовавших на грани техноереси и собранных воедино генеральным фабрикатором Кельбор-Халом. Со временем многие из миров-кузниц Тёмного Механикума восприняли силы, предложенные магистром войны и сущностями, с которыми он был связан, и погрузились в исследование запрещённых Императором технологий. Эпоха Тьмы стала для тёмных механикумов подлинной эрой инноваций, поскольку извращённые разумы техножрецов создавали всё новые и новые боевые машины всевозможных конструкций, что маршировали по полям сражений Ереси Гора. Почитаемые творения вроде богомашин и рыцарских доспехов превратились в испытательный полигон для экспериментов с оружием и варпом. Другие техножрецы обретали свежее вдохновение в чужацких технологиях, Силика Анимус или силах имматериума, создавая батальоны боевых конструктов, которые будут биться плечом к плечу с армиями магистра войны на полях бесчисленных сражений, включая саму Терру.

Легионер Игнар Ингеррак

Неизвестная рота, данный воин был частью громадной орды свежесозданных рот, брошенных на прорыв обороны вокруг сегментума Соляр

Силовой доспех модели VI «Корвус» с легионной модификацией шлема. Рунические надписи представляют собой порченый хтонийский, смешанный с протохаланским – племенным диалектом далёких северных пределов Империума.

Сержант Джексин Морроу

101-й отряд разрушителей – подразделение, занимающееся транспортировкой и применением фосфексных и ирад-боеприпасов

Силовая броня модели VI «Корвус». Сильная коррозия доспехов – привычное явление среди подразделений, которым поручено иметь дело с самым мощным фаговым оружием, что зачастую приводит к смертельным дозам облучения, а также возникновению у 101-го своеобразного прозвища «Iam Mortui» - «Ходячие мертвецы».

«Кровь – единственная константа войны. Сцена для действия и реквизит не имеют значения; будь то заострённые палки или же оружие, рвущее атомы на части, будь то земля Терры или же зелёная поверхность далёких миров – в любом случае потекут реки крови. Жажда войны ненасытна, и пока она не будет утолена, никто не сможет сложить оружие».

анонимный автор, М24

На протяжении многих поколений, предшествовавших бурным дням Великого крестового похода, Император и его геномастера упорно трудились в недрах Императорского дворца во имя создания совершенных образцов воинского мастерства – тех, что поведут человечество к его законной судьбе среди звёзд. В результате их трудов родились генетические шедевры в облике Громовых Воинов, однако в конечном счёте этим сверхлюдям, оказавшимся генетически нестабильными, суждено было пасть в битве на вершине горы Арарат в последние дни Объединения, прежде чем разрушительные силы внутри их тел поглотили бы их. Хотя Громовые Воины сгорели ярким пламенем во всей своей славе, из их наследия родились двадцать примархов и легионы Космического Десанта, воители непреклонной силы и решимости, которые станут знаменосцами Великого крестового похода Императора.

Каждый легионер был перекован из хрупкого человека в сверхчеловеческого воина такого величия, с которым могли бы сравниться немногие. Каждая попытка превратить неофита в астартес включала в себя три составляющих, а именно хирургическую аугментацию, генетические манипуляции и психическое кондиционирование. Разработка столь сложного процесса требовала участия умов несравненного интеллекта, и в течение нескольких лет они нарабатывали опыт, сбалансировав риск деградации тканей, отторжения органов и гибели кандидатов в соответствии с кадровыми требованиями непрекращающейся войны. Обучение и имплантация были объединены воедино – разум и тело трансформировались одновременно, так что в конце процесса получался настоящий легионер, стремящийся и готовый побеждать.

Никогда ещё пределы этого процесса не подвергались таким испытаниям, как во время Ереси Гора. Пускай изнурительные конфликты велись по всей Галактике с давних пор, в годы Великого крестового похода редко случалось так, чтобы оперативная способность легионов оказывалась под угрозой вследствие потерь, и ещё реже такие потери фиксировались на поле боя. Наиболее печальным из подобных прецедентов может служить Третий ксеноцид Рангды, который унёс жизни десятков тысяч легионеров и похоронил численное превосходство Тёмных Ангелов над другими легионами, однако мало повлиял на ограничение способности Первого вести войну. Тем не менее, всё это было лишь пустяками по сравнению с войной, развязанной магистром войны, ибо в своём высокомерном стремлении сорвать корону с чела своего Отца Гор разжёг конфликт таких невообразимых масштабов, с какими Империум ещё ни разу не сталкивался за всё своё существование. Брат обратился против брата, сестра против сестры, каждую из составляющих Империума раскололи недоверие и предательство, а на передовой этой войны сражались Легионес Астартес. За какие-то несколько лет магистр войны и его вероломные служители добились того, что не сумели сделать два столетия непрерывной войны против ксеносов и непокорных ветвей человечества: разрушить Империум и обескровить его легионы. Бойня в системе Исстван, после которой три легиона оказались на грани исчезновения, а ряды предателей были очищены ото всех, кто, как считалось, мог сохранить в своей душе хотя бы тень верности Императору, стала лишь прелюдией к грядущей бойне. Легионеры гибли в громадных количествах, но магистр войны не терпел задержек в своём марше, вследствие чего потери начали превышать число новобранцев. Перед лицом подобных утрат каждый из легионов оказался перед дилеммой – сохранить верность действующим стандартам призыва и рисковать принести себя в жертву на алтаре войны или же обратиться к новым методам пополнения численности, вне зависимости от возможной цены.

«Необходимость – матриарх инноваций». Таковы слова древней терранской пословицы, слова, что с особенной громкостью и правотой звучали в работе апотекариев, которые трудились не покладая рук в стремлении восстановить боеспособность легионов после мятежа магистра войны. Для тех, кто жил в годы эпохи Тьмы, время стало недоступной роскошью. Верные Императору легионы сильно пострадали от интриг Гора, их былая мощь была подорвана, а силы – истощены, в то время как тем, кто маршировал под знаменем магистра войны, было непросто прорвать оборону Империума и низвергнуть его трон, прежде чем враг сумеет перегруппироваться. Месяцы сменялись годами, и война, что должна была стать скоротечной, переросла в стадию конфликта, где обе стороны завязли в вечном противостоянии, словно в трясине. Каждая новая задержка в наступлении магистра войны становилась очередной передышкой, которой защитники Империума могли воспользоваться для усиления своей обороны, перегруппировки и перевооружения, чтобы окружить Гора и его армаду, а затем сокрушить их своей подавляющей мощью.

Какого-то единого момента или приказа, который продиктовал бы запуск программ индукции внутри каждого из легионов или же их фрагментов, попросту не существовало. Вместо этого реалии войны заставили многих признать суровую истину – идеалы былых лет столкнулись с реалиями тотальной войны, в которой практичность одержала верх над добрыми намерениями, в результате чего безопасность и традиции оказались отодвинуты на второй план. Методы в различных легионах довольно сильно различались между собой – они зависели от наличия необходимых средств и адекватных условий, диктовались моралью командира (или же её полным отсутствием), а ограничивались разве что извращённым визионерством тех, кто счёл себя умнее Самого Императора. Вся полнота этих девиантных экспериментов никогда не станет достоянием общественности, ибо данные о многих подобных случаях были со временем утрачены, а то, что осталось, по большей части носит отрывочный характер и взято из показаний, полученных в результате допросов с пристрастием ненавистных предателей, из неполных данных, обнаруженных в разрушающихся медицинских учреждениях по всей Галактике, а также из внутренних хроник лояльных легионов, в большинстве своём очищенных от упоминаний каких-то свершённых грехов.

В общих чертах усилия различных легионов по упрощению процессов индукции можно разделить на две практики: сокращение срока обучения и модификация методов имплантации. Из этих двух практик первая оказалась наиболее простой, хотя результаты не слишком-то окупятся впоследствии. Обучение ранних индуктиев в большинстве случаев по характеру своему походило на то, что проводилось до предательства магистра войны, и состояло из упражнений с боевой стрельбой в сочетании с тактической теорией и испытаниями претендентов.

Многие из ранних сражений Ереси Гора стали идеальным испытательным полигоном для новых легионеров – ведь это были настоящие мясорубки, способные выковать у тех, кто уцелел, твёрдый характер. Однако по мере эскалации войны мест для по-настоящему безопасных тренировочных баз становилось всё меньше, за исключением, возможно, более стабильных регионов вроде Ультрамара или Тёмной Империи магистра войны, что стало причиной для разработки более скоростных методов. Ведущую роль среди них играло использование гипно-индоктринации, использовавшейся в годы Ереси Гора практически всеми легионами. Эта процедура представляла собой процесс психокондирования, с помощью которого в разум субъекта быстро внедрялись новые знания. Обучение обращению с оружием, передача тактики и, во многих случаях, подсознательные послания о послушании сочетались с меметическими пакетами, которые загружались в мозг претендентов в стремлении как можно быстрее сформировать боевой дух легионеров.

Степень гипно-индоктринации в различных случаях сильно отличалась между собой, равно как и уровень обеспечиваемой ею подготовки – в зависимости от потребностей отдельных ударных групп. Индуктии Имперских Кулаков на Терре были обучены оборонительной тактике при осаде, столь важной для их роли защитников Императорского дворца в последние дни конфликта, в то время как индуктии VII легиона на Хтонии несли в себе признаки большей зависимости от пакетов послушания – вне всяких сомнений, это было связано с тем, чтобы ограничить любую вероятность сохраняющейся верности хтонийцев Сынам Гора. Напротив, пакеты гипно-индоктринации, полученные с объектов Гвардии Ворона в сегментуме Обскурус, в значительной степени опирались на передачу тактики проникновения, так что все индуктии были способны принимать участие в партизанской войне, которую взялся вести их легион.

Практика гипно-индоктринации была отнюдь не новым явлением: зафиксировано, что далеко не одна терранская цивилизация до Объединения использовала эту технику для создания вассальных легионов, вдобавок свидетельства ограниченного применения данного процесса были обнаружены в рядах имперской администрации и в ордене Летописцев. Среди Легионес Астартес данная процедура была опробована в тестовом режиме во время покорения Солнечной системы, однако результат оказался куда хуже практического обучения: подвергшиеся ей претенденты демонстрировали низкий уровень тактической хватки и боеспособности по сравнению с другими легионерами. Однако в годы Ереси Гора вопросы целесообразности перевешивали соображения эффективности, в результате чего по мере приближения войны к концу творцы многих программ индукции начали всё сильнее полагаться на гипно-индоктринацию. Некрокортикальный анализ легионеров, павших в ходе Осады Терры, свидетельствует о том, что многие космодесантники – как лоялисты, так и предатели – несли в себе явные признаки незначительной или серьёзной нервной деградации, бывшей повторяющимся побочным эффектом воздействия гипно-индоктринации. Другие негативные эффекты, вроде диссоциации личности, рубцевания дорсолатеральной префронтальной коры головного мозга (что приводит к снижению сдержанности и усилению агрессии), а также утрата воспоминаний о жизни до вознесения в астартес, зачастую заменяются дальнейшими программами идеологической обработки, которые заполняют когнитивные пробелы приемлемыми качествами, которые отмечены среди верноподданных сил, сообщивших об использовании гипно-индоктринации при создании индуктиев. Напротив, некоторые из отдельных частей ряда легионов полностью отказались от специальной подготовки, предпочитая вместо этого использовать скверно оснащённых и плохо обученных индуктиев в качестве пушечного мяса, способного сберечь жизни братьев-ветеранов. Те, кто выживал, удостаивались большего уважения и права отгородиться от павших легионеров; погибшие, в свою очередь, считались слишком слабыми, чтобы иметь возможность выжить в опустошённой конфликтом Галактике. Данная практика получила распространение в рядах Пожирателей Миров, а также среди нескольких ударных группировок Кровавых Ангелов на галактической окраине и отдельных элементов Детей Императора, терроризировавших северные пределы Галактики. Потери среди таких сил превышали практически все остальные учтённые потери отдельных ударных группировок, однако многие из них обрели поистине грозную репутацию, ибо те воины, которые сумели уцелеть, превратились в убийц, равных которым было немного.

Там, где изменения методов обучения оказывались не в состоянии покрыть расходы на войну, легионы пошли иным путём и обратились к обходу мер безопасности, традиционно используемых при имплантации органов претендентам. Сложившаяся традиция предписывала, что вознесение кандидата в астартес должно проводиться поэтапно – для гарантии того, что каждому имплантируемому органу будет предоставлено достаточно времени для созревания, а риск отторжения тканей снизится до минимума. Более того, в тех случаях, когда субъекту не хватало необходимой силы, чтобы выдержать суровые условия имплантации, разделение процесса на отдельные фазы давало наибольшие шансы на то, что созревшие органы окажутся жизнеспособными для извлечения и сохранения. По мере роста числа жертв на войне подобные задержки оказались недопустимыми.

Степень отклонения от традиционных методов сильно различалась в различных легионах; можно установить причинно-следственную связь между уровнем потерь, понесённых теми или иными воинствами, и большей частотой обхода защитных мер и использования методики ускоренной индукции. Легионы, располагавшиеся в более стабильных регионах Галактики – вроде Терры, Ультрамара или же подчинённых воле магистра войны северных пределов Галактики, объединённых в так называемую Тёмную Империю – имели практически идеальную возможность заниматься процессом имплантации с учётом некоторых отклонений, ибо свободный доступ к материально-техническим ресурсам и резервам потенциальных новобранцев позволял обойтись лишь незначительным изменениями в установленном процессе. В записях, предоставленных апотекариями Ультрадесантников, описывается программа ускоренного набора и индукции, включающая проведение массовой вербовки и генетического скрининга на всех Пятистах Мирах согласно приказу Робаута Гиллимана. В административных документах отмечается введение на планетах Ультрамара военного положения, при этом каждая из них контролировалась несколькими воинами XIII легиона, именуемых консулами-ланистами – или, иначе говоря, «надзирателями за призывниками», в кругу ответственности которых находился набор полков ополчения из местного населения. Одновременно с этим апотекариям легиона поручалось провести программы генетического скрининга как призывников, так и их семей, дабы выявить тех, кто располагает жизнеспособными генетическими маркерами для индукции; сочтённые пригодными рекруты отправлялись на тренировочные базы XIII легиона, расположенные в наиболее стабильных регионах Ультрамара. Это обеспечило сынов Робаута Гиллимана постоянным и стабильным потоком неофитов – при этом, по самым скромным оценкам, Тринадцатый, похоже, получил за годы Ереси Гора чистый прирост численности легионеров, несмотря на многочисленные фронты, где сражались его силы, причём оценки эти полностью подкреплялись размерами и численностью XIII легиона в конце конфликта. Увеличение количества рекрутов позволило Ультрадесантникам полагаться исключительно на гипно-индоктринацию как на средство сокращения сроков подготовки легионеров, без каких бы то ни было зарегистрированных отклонений от методов имплантации.

Ещё большие расхождения с устоявшейся традицией можно наблюдать в действиях расквартированных на Терре Имперских Кулаков, которые стремились нарастить свою численность в рамках приготовлений к скорой защите Тронного мира. Будучи личностью, не склонной к компромиссам, Рогал Дорн, Преторианец Терры и примарх VII легиона, стремился не отбросить отлаженную многовековую практику, но вместо этого отточить её до совершенства посредством обучения необходимым навыкам у генеторов Механикума, вывезенных с осаждённого Марса. Благодаря серии экспериментов и некоторым жертвам собравшиеся под началом Дорна выдающиеся умы разработали новые порядки аугментации, в ходе которых имплантация двух органов, Железы Бетчера, наделяющей легионера способностью плеваться кислотой, и анабиозной мембраны, с помощью которой легионер может впадать в состояние своего рода спячки после смертельных ран, откладывалась вплоть до роковых событий на Терре. Сохранившиеся записи показывают, что с учётом возникших угроз Дорн считал две эти железы бесполезным рудиментом – поскольку с вторжением магистра войны на Терру в плен не брали никого, и лишь немногие получали отсрочку для длительного восстановления. В последние годы Ереси Гора апотекарии отмечали сокращение времени имплантации на 32 % за счёт сочетания таких методов с интенсивной гипно-индоктринацией; кроме того, в тех же записях отмечается средний рост смертности на 114 % из-за увеличения отторжения тканей и иммуноколлапса. Позднейшие данные также позволяют предположить, что неправильная имплантация обоих органов могла привести к необратимой деградации генетического кода, необходимого для их использования.

Cхожие изменения были обычным явлением среди индуктиев множества легионов и наблюдались как у легионеров ударных сил, базирующихся в сегментуме Соляр, так и у действовавших на галактических окраинах. Сочетание различных фаз имплантации (в записях магосов-биологис их число составляет 13 при нормальных условиях) оказалось наиболее распространённой практикой при создании индуктиев. Так, индуктии Несущих Слово, дислоцированные в сегментуме Темпестус, в нескольких столкновениях отмечены как лишённые чёрного панциря; право носить силовую броню предоставлялось им лишь после того, как они проявляли себя в бою. Некоторые из индуктиев Гвардии Смерти, присутствовавших в составе покинувших Барбарус в позднейшие годы Ереси отрядов, отмечены как лишённые мультилёгкого вопреки легендарной сопротивляемости XIV легиона; по мнению имперских учёных, этот фактор вынудил многих из них с готовностью принять новую силу, которой уже присягнули собравшиеся подле Мортариона Гвардейцы Смерти. Прошедшие вознесение на Медузе и в составе Разбитых легионов индуктии Железных Рук практически всегда несли в себе какие-то искусственные заменители органов Легионес Астартес. Каждое такое устройство представляло собой механическую аугментику, менее совершенную, чем органика, которую они заменяли, но существенно более простую в производстве, что было вызвано нехваткой прогеноидных желёз после потерь на Исстване V.

Всё, что было рассказано в этой записи, говорит только об индуктиях, созданных по образу и подобию тех легионеров, что были сотворены раньше – и испорченных лишь недостатками разума или тела. Для тех, кто не разбирался в тонкостях их рождения, воины-индуктии во всех отношениях были такими же Легионес Астартес – воителями, что в лучшие времена понесли бы свет Императора к самым далёким уголкам Галактики. Однако в годы Ереси Гора были и те, кто в своём стремлении к господству обратился к тёмным силам, следуя извилистыми тропами, открытыми лишь тем, кто обладал неограниченными амбициями. Будь то отчаяние или гордыня, питаемые верностью Императору или стремлением покорить всё, что окажется на их пути, существовали и те, кто по разным причинам – умышленно или нет – трудились над созданием индуктиев, имеющих лишь минимальное сходство с творениями Императора. Секретность была плащом, под покровом которого данные проекты доводились до стадии завершения, а потому полных записей с подробным и обстоятельным описанием всего многообразия кошмаров, выставленных напоказ в образе легионеров и обрушившихся на Галактику, попросту не существует. Многое из того, что содержится в настоящей записи, представляет собой скорее полуправду и аллегорию, чем объективные факты. В этих рассказах говорится не о берсерках, выкованных Пожирателями Миров на Бодте и других мирах, и не о фабриках Железных Воинов, куда миллиарды людей загоняли, словно движимое имущество (притом большинство из них были вовсе не претендентами, но живыми инкубаторами, в которых вызревал запас органов для создания космодесантников), но о гораздо более тёмных вещах, пробуждающих воспоминания об ужасах Древней Ночи.

Из тех мерзостей, чьё существование подтверждается безо всяких сомнений, стоит выделить индуктиев, рождённых в результате слияния легионера и сущности варпа после заключения нечестивых пактов магистром войны и его союзниками. Хотя имеются записи, подробно описывающие участие подобных мерзостей в кампаниях Несущих Слово ещё со времён Исствана V, число таких индуктиев росло по мере развития войны, пока скверна всё глубже проникала в сердца предателей. Неполное исследование, что хранится в имперских архивах, говорит о задержке аугментации, катализируемой эфирной силой, об уродливых останках кое-как созданных легионеров, трансформированных в уникальных чудовищ, сформированных и слепленных привязанными к душам претендентов сущностями. Такие имена, как Луперки или Гал Мордек – титул, аналогичный Гал Ворбак, но носимый индуктиями, рассматриваемыми как низшие существа – гремели по полям сражений за власть над Террой, и многие предатели считали их благословенной жертвой, с помощью которой будет свергнут Император. Для тех, кто столкнулся с ними лицом к лицу – и даже для некоторых, кто сражался с ними на одной и той же стороне – подобные мерзости были навеки проклятыми; в архивах логов, извлечённых из корабля Повелителей Ночи «Грехи в полутьме», такие индуктии называются скиа’дарр, или «Поглощённые тенью» в переводе с нострамского, ибо они были не братьями, но уродливыми инструментами страха, которые следует обратить против врага, а затем выбросить прочь.

Кроме того, общеизвестен тот факт, что III легион активно занимался хирургической модификацией своих тел в ошибочных попытках достижения совершенства. Дошедшие до нас документы зачастую упоминают Фабия, входившего в состав 28-го экспедиционного флота, как старшего апотекария Детей Императора и архитектора трансформации Третьего легиона. Работам Фабия и его учеников, группы апотекариев-рекрутов из различных легионов, воистину несть числа – среди них имплантация ксеносских органов для улучшения возможностей легионеров, а также создание какофонов. В случае индуктиев Фабий пошёл ещё дальше; для него плоть Легионес Астартес служила холстом, на который он проецировал свои самые извращённые грёзы. В некоторых записях такие индуктии назывались тератами, притом характеристики их сильно различались: существуют подтверждённые сообщения о легионерах, снабжённых химическими имплантатами, что увеличивали их размеры и силу до воистину монструозных размеров, о воинах, чьи конечности были заменены гибкими придатками или чудовищными клешнями, а также о трансплантации заменявших кожу хитиновых панцирей.

В своём искажении формы тел Дети Императора были не одиноки. Хроники кампании на Талларне рассказывают об индуктиях Железных Воинов, подключённых к работе транспортных средств – фактически, о живых существах, подчинённых механизмам машин, в то время как отчёты эпохи Очищения свидетельствуют, что гарнизонные силы IV легиона обладают лишь базовым разумом, заставляющим их только стоять на страже и убивать захватчиков. В сегментуме Обскурус Моудрим Ллансахай творил кошмарные вещи как над союзниками, так и над врагами; записи после резни на Седе IV содержат множество разнообразных изображений химерических Легионес Астартес, внешне похожих на гротески из древних терранских мифов. Сообщается, что отсутствовавшие при Осаде Терры части легиона Несущих Слово отправлялись на бой в сопровождении индуктиев, чьи лёгкие и голосовые связки были заменены вокс-оборудованием, лишённым возможности издавать какие-то иные звуки, за исключением декламирования текстов Лоргара. Подобные примеры, многие из которых, за исключением единичных сообщений, так и остаются непроверенными, демонстрируют нам десятки модификаций, которым индуктии подвергались по прихоти своих командиров по мере дальнейшей фрагментации предательских легионов.

Обвинений в подобном не избежали и оставшиеся верными Императору легионы. В ранние годы Ереси Гора, когда Галактику накрыла пелена Гибельного шторма, многих охватило отчаяние, и все, кто не поддерживал магистра войны, испытали на себе его гнев, оказавшись брошенными на произвол судьбы безо всякой надежды на помощь. Те легионы, что угодили в западню на Исстване V, были разбиты, и одним из немногих поддерживающих факторов для них стала грядущая возможность расплаты. Обескровленные и израненные, но всё-таки не уничтоженные, они изыскивали альтернативные способы пополнить свои силы и вырастить свежее поколение легионеров, обладающих достаточной мощью, чтобы отомстить магистру войны. Немногочисленные уцелевшие ветераны битвы за Колхиду рассказывают истории о претендентах-индуктиях легиона Железных Рук, прикованных к автономным экзоскелетам; они обладали силой и стойкостью космических десантников, но были обречены на постепенное увядание от радиации, циркулирующей через системы их экзоскелетов. Другие рассказы повествуют о чудовищах, маршировавших с Гвардией Ворона и Космическими Волками на полях великого множества сражений, о поражённых мутациями легионерах в цветах XIX легиона на Яранте и за его пределами, а также о воителях Шестого в обличье волков, чьи клыки и когти с одинаковой лёгкостью раздирали как броню, так и плоть. Возможно, мы никогда не узнаем, являются ли подобные случаи продуктом практик по созданию индуктиев, что слишком близко подошли к беспросветной тьме, или же просто баснями, почерпнутыми из воспалённых разумов. Если такие существа и в самом деле существовали, они были истреблены ещё до того, как удалось пролить свет на сам факт их существования, ибо их создатели заранее обрекли свои творения на забвение, как только нужда в подобном оружии окончательно отпадёт.

Сержант индуктиев Мерик Вирит

18-я когорта гарнизона Хтонии – эмблема шахматной ладьи обозначает учебные подразделения второй линии, при этом третья полностью состоит из хтонийских новобранцев.

Силовая броня модели VI «Корвус». Белые полосы и отдельные участки брони обозначают индуктиев и учебные подразделения.

Индуктий Бек Сорон

19-я независимая рота, задействованная в конфликте на Урменсоле. Согласно записям IX легиона, индуктий Сорон трижды был отмечен как убитый – несмотря на то, что в итоге он пережил кампанию.

Силовая броня модели VI «Корвус», обширные повреждения – общая черта подразделений индуктиев Кровавых Ангелов, в которых циклам восстановления и ремонта уделяется мало внимания.

Сержант индуктиев Девак Имрон

68-я рота Сынов Гора. 68-я была ротой индуктиев, в которой как офицеры, так и простые бойцы были взращены как индуктии.

Силовая броня модели VI «Корвус». На доспехах этого воина изображены как символ хтонийских Истинных Сынов, так и эмблема скрещенных топоров вождя 68-й роты.

Сержант индуктиев Ирем Симайон

63-я временная рота Детей Императора. Третий легион предпочитал организовывать смешанные роты, состоящие как из индуктиев, так и из линейных подразделений.

Силовая броня модели VI «Корвус» - в отличие от многих других легионов, Дети Императора оснащали свои подразделения индуктиев лучшим доступным боевым снаряжением.

«Битвы случаются время от времени, несущественные и скоротечные. Война же – куда более грандиозное дело, что начинается задолго до марша армий или тщеславных вызовов отдельных воинов, а ведётся и решается хитроумием генералов, что никогда не встретятся на поле брани. Именно выработанная ими стратегия и решает судьбу империй».

Артемас Вракс, стратегой Додекатеона IV легиона

«В резне есть своя логика – это неизбежный процесс, который приносит победу тем, у кого есть желание довести его до неизбежного конца. Всё, что требуется – это смерть, никаких капитуляций или договоров – только смерть. Убивать, ещё и ещё, пока не останутся одни трупы – вот настоящая победа».

Карун Ингентиус, командир 95-й роты Гвардии Смерти

«Войне нет дела до писанины седобородых генералов или замысловатых планов прикованных к креслам стратегов. Война – явление живое, словно пламя, она перемещается с места на место, движимая прихотью и случаем. Вы не сможете сковать её цепями логики, вы можете только мчаться впереди неё, пока это голодное пламя не поглотило вас и не вырвало из ваших рук победу».

нойон-хан Орбаатар из Белых Шрамов

«Армия без генерала – просто неуправляемая толпа. Генерал без головы – всего лишь труп».

приписывается Экзодусу из Альфа-Легиона

«Там, где противник располагает наибольшей силой, будь то бронетехника, пехота или же иные виды войск, ему не следует бросать вызов. Вместо этого заманите врага в бой, в котором ему придётся полагаться на слабейшие из своих преимуществ – и вся его мощь окажется бесполезной».

приложение 14:2, из трудов Робаута Гиллимана

Большие пушки не ведают усталости

Для этого боя командующий задействовал все резервы артиллерии и тяжёлых танков, чтобы провести один-единственный массированный штурм вражеских позиций.

Форсированный марш

Доводя своих воинов до предела выносливости, военачальник получает возможность взять под контроль большую часть поля битвы.

Молниеносный удар

Воины готовы к атаке, и хитроумный генерал планирует задействовать свои резервы для нанесения всесокрушающего удара по врагу.

Не сдаваться

Одной-единственной финальной атаки зачастую бывает достаточно, чтобы переломить ход сражения и ослабить вражескую оборону.

Властители крестового похода

Примархи располагали властью над целыми легионами, но время от времени принимали командование над меньшими силами, если на то возникала острая необходимость.

Обновлённое рвение

Лучшие полководцы сражаются не только на поле боя, но и за дух своих воинов, стремясь развить в их душах рвение к новым высотам героизма.

Идеальная позиция

В битвах побеждают не только воины: хорошо выбранное и должным образом подготовленное поле битвы может оказаться столь же смертоносным для врага, как и любой клинок или орудие.

Корпус Летописцев

Иногда то, какой битва запомнилась, значительно важнее того, насколько хорошо она велась или насколько хитрой была стратегия генерала.

В сердце Хель

Воины, готовые умереть, служат наилучшим образом именно тогда, когда им предоставляется возможность доказать силу своих убеждений.

Первая кровь

Во многих случаях победы добьётся не сила войска и не артиллерия, а то, какая из сторон нанесёт первый удар.

«Воин становится известным благодаря своим свершениям, одержанным триумфам и побеждённым врагам. Воин ничего не добился, если никто не знает его имени или не слышал о его славных деяниях».

лорд-командующий Эйдолон из Детей Императора

«Хтония – неизменный символ Сынов Гора, знак нашего наследия и авторитета. Покуда она существует, Сыны Гора будут стойко хранить свою честь».

Гарвель Локен, капитан Сынов Гора

Древняя вотчина

Многие из Сынов Гора начали свою жизнь в глубинах подземного мира или средь пустынных пустошей. Даже те легионеры, кто был завербован в ряды легиона на других мирах, с давних пор слушали рассказы об этой погружённой во тьму планете. В результате они были хорошо знакомы с её загадками и территорией, что наделяло их преимуществом, сравниться с которым могли немногие другие воины.

Претензия, высеченная в камне

Имперские Кулаки всегда славились тем, что отмечали свои завоевания новыми крепостями, воздвигнутыми с целью продемонстрировать величие Императора и верховенство закона Империума.

Печать крови

Ключевой узел подземного мира

Подземелья Хтонии пересекали всю планету сетью туннелей и воронок, многие из которых располагались в опасной близости от поверхности. Хотя лишь некоторые из этих воронок были достаточно большими, чтобы целые армии могли переходить между пустошами на поверхности и глубинами подземья, многие из них предоставляли возможность небольшим подразделениям организовывать засады и внезапные атаки против ни о чём не подозревающего противника.

Резервы индуктиев

Армии, что пришли на Хтонию на закате Ереси Гора, в значительной мере полагались на воинов-индуктиев для формирования своих резервов. Эти космодесантники были равны своим братьям-ветеранам в навыках владения оружием, но не в воинском послужном списке, а потому в ходе сражений стремились сражаться гораздо яростнее, дабы доказать командирам собственную ценность.

Поддержка титанов

На обширных равнинах Хтонии сопровождавшие армии боевые группы титанов представляли собой настоящий ужас – не единожды раненые, но всё равно доминирующие. Там, где они выступали на поле боя, меньших бойцов буквально сметало, однако главнокомандующие отправляли титанов лишь в самые решающие сражения – ведь если они будут уничтожены, исход битвы за Хтонию может стать совершенно иным.

Воспоминания о крестовом походе

Сражавшиеся на Хтонии воины стали свидетелями худших из ужасов Ереси Гора и упадка некогда могучих Легионес Астартес. Многие из ветеранов видели в данном конфликте возможность заново утвердить старые обычаи, включая знаменитые воинские искусства, благодаря которым было выиграно так много войн Великого крестового похода – в частности, использование глубоко эшелонированных рядов тяжёлой пехоты, марширующих навстречу славе или смерти.

«Истинного воина не заботят ни слава, ни честь, ни какие-то другие эфемерные увлечения. Его сковывает лишь долг, решимость достичь своей цели вне зависимости от цены и угрызений совести. Истинный воин – суть инструмент в арсенале своего господина, не более того».

отрывок из «Долгого крестового похода», сочинений Малкадора Сигиллита

Основная миссия 1: Горнило войны

Эта миссия представляет собой столкновение армий на открытой местности, в ходе которого каждая из них стремится взять поле битвы под свой контроль и лишить противника стратегической позиции.

Основная миссия 2: Сердце битвы

Две решительные силы сталкиваются в открытом противостоянии, стремясь сойтись со своим противником лицом к лицу и смести его с поля боя. Это война в самой бескомпромиссной её форме, безжалостной и не ведающей ограничений.

Основная миссия 3: Внезапный удар

Каждая из двух сил стремится быстро взять под контроль поле боя, чтобы обеспечить себе победу. Нерешительность предоставит преимущество врагу, однако уверенный и непреклонный натиск заставит его отступить.

Основная миссия 4: Захватить и удержать

Чтобы добиться победы, армия должна стремиться не только удержать свою территорию, но и выбить неприятеля с его позиций. В подобных случаях генералу требуется применить сочетание сокрушительного нападения с непробиваемой обороной, иначе он будет обречён на патовую ситуацию, лишающую победы обе стороны.

Основная миссия 5: Ударить и исчезнуть

Лучшие из военачальников способны моментально адаптироваться к изменчивым течениям войны; в подобных сражениях они должны действовать в идеальном взаимодействии с меняющимися данными разведки и делегированием обязанностей, чтобы взять под контроль поле боя и разгромить неприятеля.

Легионер Каспор Секаре

Пятое братство Тысячи Сынов, прикомандированное к гарнизону Хтонии после отбытия тюремного заключения под надзором Малкадора Сигиллита.

Перевооружённые из терранских резервов воины Тысячи Сынов, решившие подтвердить свою верность Императору, использовали различную иконографию, включая изначальный символ XV легиона и общую геральдику Империума, чтобы заявить о своей преданности.

«Немногие из битв по-настоящему имеют значение. Средь развалин сотен тысяч полей сражений лежат лишённые покоя мертвецы, об их тщетных жертвах не помнит никто. Однако здесь и сейчас мы стоим на вершине истории, где наша доблесть никогда не угаснет, а наша жертва – никогда не будет забыта».

последние записанные слова теневого капитана Сайбана Неткаля в последние часы существования Хтонии

Ключевая миссия Осады Хтонии: Погребальный костёр амбиций

Первый гамбит вторжения Сынов Гора в систему Хтония едва не стал катастрофой для всего флота изменников. Атакующие силы были вынуждены приземлиться прямо на обширных минных полях, окружённые войсками лоялистов, так что им пришлось вести череду изнурительных сражений – сначала в попытке отразить атаку, а затем просто ради того, чтобы выжить. Лишь сочетание мастерства и силы духа воинов Сынов Гора на поверхности позволили предательскому воинству превратить полную катастрофу в подобие победы.

«Я вижу орудия войны, которые нынче мы обрушиваем на врага, и могу лишь рыдать. Когда-то мы вели честную войну, в которой чистота боя ценилась выше элементарной бойни. Теперь всё, что имеет значение – это смерть: убить как можно больше и как можно быстрее. Это конец Золотого Века, крах мечты Императора и начало бесконечной эпохи кровопролития и резни».

лорд-маршал Сембер Атриокс, командующий 14-й Терранской когортой

«Успешная орбитальная атака зависит от шока и внезапности, поскольку она обрушивается на врага подобно молнии – туда, где он не ожидает удара. Таким образом, всё, что требуется, чтобы отразить нападение с небес – это заранее предсказать, где и когда оно начнётся, и позволить врагу самому прыгнуть в ловушку».

архивы «Дивизио Тактика», «Карта Белликоза», часть III, примечание 8:03

Ключевая миссия Осады Хтонии: Пепел победы

В разгар битвы за Хтонию Сыны Гора бросили всю свою мощь на возведённые Имперскими Кулаками стены, стремясь сломить защитников численным превосходством. Хотя после ряда упорных сражений им удалось проломить стены, изменники поняли, что их заманили в искусно расставленную западню, в то время как авангард их войска оказался отрезан и изолирован. Только упорная оборона позволит им извлечь выгоду из своего успеха и вырваться из смертельной петли Имперских Кулаков.

«Хорошая позиция необходима для успешного ведения битвы до победного конца. Если земля, на которой вы сражаетесь, даёт врагу преимущество, тогда победа навсегда останется за пределами вашей досягаемости. Вступайте в бой только там, где у вас есть преимущества – и если нет такого места, где сама земля благоприятствует вам, его необходимо создать».

адъютант Керн Мадгдар, боевой инженер Харонидских Стражей (3-й храм)

«Мне довелось сражаться на земле тысячи разных миров под лучами тысячи различных солнц, однако вовсе не деяния во время этих сражений населяют темнейшие уголки моего разума. Ужас того, что произошло на войне, свидетелями которой стали немногие, и ещё меньше людей – пережили её, продолжают жить там, среди воспоминаний о свершённом в местах, недоступных свету ни одной звезды. Это воспоминания, которые я не собираюсь записывать».

из личных мемуаров легионера Халды Тейла, 8-я рота Имперских Кулаков

Стены

Прочные и непроницаемые стены внутренней части корабля или сеть туннелей подулья – классический вариант поля боя в так называемой зоне морталис.

Двери

Отдельные помещения и коридоры могут быть изолированы с помощью бронированных дверей, шлюзов или аналогичных устройств.

Баррикады

Импровизированные баррикады, состоящие из обшивки стен, дверей, шин или контейнеров, обычно возводятся для того, чтобы обеспечить защитников преимуществом для ведения огня или помешать продвижению атакующих.

Обломки

Зоны морталис обычно завалены рухнувшими блоками, каменной кладкой и обломками вековой промышленности или жилых зданий. Хотя эти груды обломков способны предоставить определённую защиту от вражеского огня, они препятствуют свободному передвижению даже самых ловких пехотных подразделений, а потому при движении по такой местности приходится соблюдать осторожность.

Местность с опасными обломками

Сражение в зоне морталис – дело коварное и опасное, поскольку даже самые хорошо защищённые бойцы в таких условиях могут запутаться или навредить себе, неожиданно врезавшись в прогнувшуюся обшивку палубы, оказаться раздавленными падающими обломками или задеть открытые энергопровода с неизменным летальным исходом.

Лестницы, трапы и люки

Будь то узкие лесенки или же широкие парадные лестницы, подниматься или спускаться в пределах зоны морталис – задачка не из простых.

«Тридцать восемь метров. Двести тринадцать наших упали, преодолев жалкие тридцать восемь метров этой клятой земли, из них меньше половины тел удалось идентифицировать, не обращаясь к меткам генного кода. Остальные превратились в ошмётки плоти и телесных жидкостей, что покрыли каждую поверхность коридора всего за восемнадцать минут непрерывного вражеского обстрела. Однако командование сказало нам, что иного пути нет – ни назад, ни в обход, так что нам пришлось переть до тех пор, пока у них не кончились боеприпасы».

воспоминания рядового Малдона из XVII Варканской ауксилии, казнённого за сеющие раздор речи

«При боевом контакте с врагом предписанные действия никогда не имеют большего значения, чем в пределах зоны морталис. В подобных ситуациях бездействие обрекает того, кто не следует указаниям, на верную смерть».

отрывок из IV тома книги «Принципия Милиция» Эстрийской стражи

«Своевременное присутствие в надлежащем месте умножает наступательный потенциал любого конкретного актива приблизительно на 10,4 %. Со стороны любого полевого командира было бы досадным упущением пренебречь этим фактом».

принцип 17.8.1., «Воинские тезисы»

«Незнание точного местоположения врага не является достаточным основанием для прекращения огня. Выстрел, произведённый спекулятивно, зачастую действует вместо разведки, раскрывая позицию противника, и если непостоянство движения войны благосклонно, лишает его способности нанести ответный удар».

центурион Шарл Гендор, надзиратель индуктиев Железных Воинов

Колоссы разрушения

Неуязвимые для множества видов оружия, которое можно было использовать против них в пределах зоны морталис, и практически неудержимые в ближнем бою, такие разрушительные машины, как дредноут «Контемптор» и ещё более крупный «Левиафан» были признаны стратегами высокоэффективным средством в условиях подобных конфликтов. Единственным серьёзным недостатком этих боевых машин была сложность их развёртывания в столь стеснённых условиях, что ограничивало их доступность на передовой.

Глубокий удар

Многие из командиров используют передовые технологии телепортации или специальные транспортные средства, чтобы привести свои войска в самую гущу сражений в зонах морталис. Даже когда применяются такие смелые стратегии, последние несколько ярдов к противнику всегда приходится проходить пешком.

Миссия зоны морталис: Контроль над сектором

Две противостоящие силы сталкиваются в пределах подземного бункера, внутри пустотной станции или между плотной шпилевой застройкой в основании города-улья. Войска рассредотачиваются по всему району, стремясь установить контроль в районах стратегического значения и закрепиться на удерживаемой противником территории.

«На открытом поле битвы каждый шаг вперёд требует кровавой платы, но в пределах этого места подобная валюта ни черта не стоит. Эта зона военных действий не обращает внимания на жертвы, ей плевать на долг, она не уважает павших. С вершины любой горы мертвецов, на которую вы можете подняться, знайте, что ваше падение – всего лишь вопрос времени. В этом царстве простым разменом жизней не добиться ничего, сколько бы людей вы не потеряли».

открытая вокс-передача сержанта Халдура Гроста из XIII легиона Ультрадесантников, Падение Врины XV

Миссия зоны морталис: Прочёсывание и зачистка

Поскольку по всему сектору бродит огромное количество войск обеих сторон конфликта, интенсивные перестрелки и кровавые рукопашные бои вспыхивают с завидной регулярностью. Никакой проход и ни одна катакомба не обеспечивают надлежащее убежище от врага, поскольку каждая из сил регулярно направляет боевые патрули для уничтожения любых следов своего противника.

«Дрёма – дело непростое, ибо смерть может явиться за тобой в любой час».

неофициальный девиз CDVII Улластрийского батальона

Миссия зоны морталис: Штурм стратегиума

Совокупные усилия атакующих сил привели к тому, что воинский контингент оказался в пределах досягаемости жизненно важного центра управления или стратегиума, однако тот защищён должным образом. Бойцам придётся действовать быстро и решительно, если они хотят вырвать контроль над объектом из лап врага и заполучить этот трофей в своё распоряжение.

«Обыкновенная победа мимолётна, и только полное уничтожение врага способно принести удовлетворение. Расправляйтесь не только с теми, кто бросает вызов – ищите всех и каждого, кто бежит, и заставляйте их встретиться с их судьбой. Лишь после того, как вы, не встречая сопротивления, встанете у очага последней твердыни короля, он может считаться побеждённым».

частичная транскрипция речей герцога-тирана Борранта

Ключевая миссия зоны морталис: То, что таится под землёй

В лабиринтах туннелей под Пространством Йедиг архимагос Драйкавач спустил с поводка волну автоматонов. Запрограммированные на протоколы зачистки / уничтожения, они наводняют собой паутину подземья, выискивая и уничтожая лоялистов, которые вынуждены занять наспех сооружённые оборонительные позиции. Пойманным в ловушку и окружённым со всех сторон лоялистам необходимо заблокировать критически важные ключевые точки, чтобы остановить продвижение кибернетических орд.

«Наша война во тьме не сделает никого победителем, ибо любой, кто уцелеет, обязательно станет монстром, утратившим часть себя деяниями, которые творились ради этой победы».

сержант Ивар Дрок из 2-го отделения рейнджеров Имперских Кулаков

Ключевая миссия зоны морталис: Плоды скверны

Остатки Пятого братства Тысячи Сынов стремятся остановить ритуал, начатый Несущими Слово в глубине пещер подземного мира Хтонии. Возведённая тёмными апостолами XVII легиона сеть варп-каналов грозится пробудить к жизни новый Гибельный шторм. Только психическая мощь лоялистов из XV легиона способна их остановить.

«Оказавшись на пороге уничтожения, вы должны принять верное решение и нанести удар врагу в последний раз – неважно, последними ли остатками своих истощённых боеприпасов, финальным ударом сломанного клинка или же окровавленными кулаками. Вы должны выбрать бой».

отрывок из последних слов защитников Халлакса IX

Укреплённые баррикады

В ожидании продолжительной вражеской атаки на определённую позицию привычной практикой стало строительство импровизированных баррикад из толстых пластальных панелей, оторванных от полов и стен, а затем прикреплённых к усиленным транспортным контейнерам или иному аналогичному подходящему каркасу. Такие баррикады способны обеспечить обороняющихся прикрытием от обстрела и выгодной позицией, с которой можно отрезать основные пути подхода наступающего противника собственным огнём.

Подземный туннель

Заброшенные штольни, дренажные трубы и шахты лифтов позволяют знакомым с особенностями местности злоумышленникам без труда проникать в тыл вражеских войск или устраивать засады.

Нестабильная окружающая среда

Пещеры и туннели хтонийского подземья, образовавшиеся в результате тысячелетий раскопок и промышленной добычи подземных ископаемых, особенно склонны к обрушениям и обвалам, которые открывают бездонные ямы прямо под ногами сражающихся.

Обрушение потолка

Куски пластбетона и камня сыпятся с осыпающихся потолков и стен, обрушиваясь на сражающихся внизу.

Подземные толчки

Балки и настил прогибаются и скручиваются от сильной дрожи земли, лишая равновесия даже самых устойчивых воинов.

Пропасть

Земля растрескивается и начинает рассыпаться в опасную воронку, которая простирается настолько глубоко, что её дно невозможно различить.

Прометиевые резервуары-конденсаторы

Прометий – горючая кровь Империума, и зачастую он хранится в жидком состоянии внутри большегрузных промышленных компрессионных резервуаров. Это позволяет пропускать его чрез мануфакторумы и шпили ульев, обеспечивая светом, теплом и движущей силой бесчисленное многообразие машин и различных устройств.

Несмотря на то, что большинство прометиевых резервуаров-конденсаторов отличаются прочностью и рассчитаны на интенсивное использование в течение многих тысяч производственных циклов, они не обладают бронёй, способной выдержать суровые условия боя, и могут быть повреждены шальным огнём или прямым попаданием стрелкового оружия. При разрыве резервуара жидкий прометий проходит через взрывную разгерметизацию в окружающую атмосферу и может воспламениться даже от крошечной искры, что обычно приводит к возникновению неудержимого и разрушительного огненного шара.

Смотри, куда стреляешь

Резервуары-конденсаторы с прометием уязвимы к случайным повреждениям и могут быть разорваны шальными пулями или осколками.

Пробоина

Резервуар получил серьёзные повреждения, и его содержимое вытекает наружу.

Огненный шар

Резервуар взрывается огненным шаром, охватывающим всё вокруг пламенем.

Взрыв

Содержимое резервуара воспламеняется, что приводит к сильному взрыву, в результате которого шрапнель и горящее топливо разлетаются по обширной территории.

«Глупо предполагать, будто условия, в которых разворачивается битва, будут дополнять используемые стратегии. Те, кто выстроился против вас с готовыми к бою орудиями и клинками наголо – лишь некоторые из врагов, которых необходимо разгромить, чтобы одержать победу. Ещё больше ожидают в засаде, чтобы нанести неожиданный удар по неподготовленным».

фрагментарные данные, восстановленные из банков когитаторов «Соляриум Виктрис»

Атакующие резервы

Поражение неприемлемо, и резервы устремляются в бой, чтобы заткнуть образовавшиеся в строю бреши.

Фланговый удар

Подкрепления подтягиваются из соседних секторов в стремлении получить контроль над этим регионом.

Продолжать сражаться

Натиск вперёд не должен ослабевать, поскольку бой ведётся против врага, способного организовать стремительную контратаку.

Стремление к победе

После победы над вражескими силами в определённом секторе войска бросаются в бой уже в следующем, стремясь решительными действиями подавить и смести любое сопротивление.

Вигилятор Изель Оритейм

Вигилятор отделения Снежного Барса, отряд Эпсилон, 32-й доминион Безмолвного Сестринства (приставлены стражами к легионерам Тысячи Сынов, включёнными в состав гарнизона Хтонии)

Доспехи модели «Вратин», уникальная разновидность частичной силовой брони, адаптируемой под каждого носителя индивидуально и обеспечивающей более высокую степень мобильности, нежели полная силовая броня.

Ферромагнитный дробовик

Пускай Инвит – пустынный и суровый мир, он может похвастаться рядом технологий, неизвестных где-либо ещё за его пределами. Технологии эти редко бывают элегантными и тонкими, однако они в высшей степени эффективны – и ферромагнитные боеприпасы в этом отношении не являются исключением. Эти тяжёлые боеприпасы для дробовиков стреляют не картечью, но одним заряженным патроном, который перед детонацией прилипает к керамиту и другим экзотическим материалам, что превращает его в поистине смертоносный инструмент в бою с воинами Легионес Астартес.

Непрощённые (только для лоялистов)

Заслужившие гнев Рогала Дорна Имперские Кулаки столкнулись с суровой долей, поскольку их примарх не отличался склонностью к прощению и пониманию, так что те из воинов VII легиона, кто не соответствовал его высоким стандартам, оказались отвергнуты. Эти так называемые Непрощённые были вынуждены стремиться добиться невозможного на полях сражений, ибо они могли вернуть себе расположение господина только в тех случаях, если им удавалось совершить какой-нибудь великий подвиг, с которым можно было бы предстать перед Владыкой Инвита.

Единые во славе

В рядах Имперских Кулаков служат некоторые из старейших ветеранов Великого крестового похода – воинов, сражавшихся за Императора с самого начала этого масштабного предприятия. Они бились в неисчислимом множестве битв, убивали бесчисленных врагов и стояли плечом к плечу с каждым из братских легионов на многочисленных полях сражений. Для таких ветеранов Ересь Гора – это ни с чем не сравнимая трагедия, поскольку она превратила некогда верных товарищей и надёжных союзников в ужасающих, безжалостных врагов.

Капитан 456-й роты Имперских Кулаков, Мясник Лариссана, Тиран Хтонии

Гарриус, прославленный ветеран Объединительных войн, сражался в многочисленных совместных операциях с Лунными Волками в ранние годы Великого крестового похода. Его безжалостный подход к ведению войны и преданность философии «победа превыше всего» удостоились похвалы самого Гора, но высокие потери среди его братьев, уплаченные во имя этой похвалы, не соответствовали духу его собственного легиона.

После обнаружения Рогала Дорна в последующие десятилетия Гарриус стал одержим стремлением доказать, что он достоин стать частью ближнего круга своего примарха. Увы, сбыться этому было не суждено, ибо пускай Эвандер Гарриус и был воином непоколебимой преданности, его неизбирательная жестокость резко контрастировала с идеалами VII легиона, так что на оставшуюся часть Великого крестового похода он был переведён на гарнизонную службу вдали от своего примарха.

Когда Гор Луперкаль явил всей Галактике своё предательство, никто не испытал большей ярости, чем Гарриус. Человек, к которому он испытывал такое уважение, встал на путь измены, превратился в его глазах в грешника, простить которого представлялось решительно невозможным. Когда Дорн призвал Гарриуса вернуть Хтонию под власть Императора, Эвандер испытал восторг и поклялся перед своими братьями-капитанами, что Хтония будет завоёвана, и единственное, что сможет заставить его, Гарриуса, покинуть сей забытый мир – это длань самого Рогала Дорна.

Силовое оружие «Карсоран»

Силовое оружие «Карсоран» представляет собой один из вариантов более распространённой СШК-технологии силового оружия, извлечённый из древних ядер когитаторов Хтонии и изготавливаемый в последнем из её автоматизированных мануфакторумов. Это было жестокое и смертоносное оружие, прекрасно подходящее для беспощадных воителей Хтонии – хотя и сама конструкция, и возможность создания такого вооружения были утрачены с уничтожением этого мира.

* Силовой топор «Карсоран»

* Силовой табар «Карсоран»

Истинные Сыны (только для предателей)

Поскольку громадная часть воинства предателей и даже сам Гор погрузились в разложение и отдались безумию, Истинные Сыны Хтонии стремились вернуть честь и достоинство, столь характерные для Легионес Астартес в разгар овеянной славой кульминации Великого крестового похода. Они отвергли манящий шёпот посулов Хаоса и сражались по-старому, стремясь сохранить душу своего легиона, в то время как иные предатели впали в безумие и скверну.

Увековеченный в золоте

Одной из наиболее известных традиций, которые Сыны Гора принесли из глубин Хтонии к звёздам, является сбор черепов, которые затем покрываются золотом – таким образом хтонийцы воздают должное самым сильным и достойным противникам. Данная традиция, укоренившаяся в жестоких ритуалах банд подземья Хтонии, зародилась как знак уважения, но за долгие годы Великого крестового похода стала чем-то куда более тёмным и зловещим.

Кадровый капитан Сынов Гора, Первый Налётчик, повелитель Истинных Сынов

Верен Ашурхаддон родился в лабиринте туннелей под поверхностью Хтонии, где и был завербован в легион Лунных Волков после того, как Гор Луперкаль принял власть над Шестнадцатым. Он быстро обрёл репутацию искусного бойца, а его рвение и самоотверженность на поле боя позволили молодому воину снискать уважение собратьев.

К терранцам в рядах своего легиона и их «скучному» подходу к войне Ашурхаддон относился с явным пренебрежением, предпочитая окружать себя легионерами, чьё хтонийское происхождение, по его личному мнению, обеспечивало им превосходство над остальными. Он командовал этими воинами в дерзких атаках, за которые получил прозвище «Первый Налётчик», и видел, что многие подражают изобретённой им тактике.

Ко времени начала вторжения Гора в Солнечную систему Сыны Гора всё чаще становились жертвами развращающего влияния сил извне. Более не в силах довольствоваться унизительной ролью наблюдателя за разложением и распадом своего легиона, капитан Ашурхаддон взял на себя задачу отвоевать Хтонию, дабы обеспечить будущее XVI легиона и возродить его во всей былой славе.

Легионный декурион

В легионах Космического Десанта есть воины, посвящающие себя развитию навыков боя на борту бронированной машины. Некоторые служат умелыми командирами, направляя свои команды на подвиги, выходящие за рамки простого долга, другие являются специалистами по использованию оборонительного вооружения или даже по защите своего металлического ездового зверя в свалке ближнего боя. Вне зависимости от своей специализации все эти воины известны под названием легионных декурионов.

«Хотя каждый из Легионес Астартес проходит исчерпывающую подготовку в мирских искусствах войны и гипнологическое обучение использованию всех видов стандартного вооружения Империума, в современных легионах существует бесчисленное множество специализированных ролей. Чтобы исполнять их в должной степени и служить образцом различных искусств войны, декурионы Легионес Астартес отличаются невероятным многообразием – некоторые из них в полезности своей встречаются повсеместно, в то время как других можно найти только в определённых легионах. Бесконечное разнообразие войн, которые мы ведём, таково, что каждая кампания добавляет новые роли и новых чемпионов в ряды космических десантников, создавая нескончаемую процессию мастеров кровавого ремесла».

логистус-максимус Кадаре Ном из Ультрамара

Легионный декурион-защитник

Среди наиболее распространённых последователей пути декуриона среди Легионеас Астартес – так называемые защитники, которым поручена защита стальных зверей бронетанковых соединений в самом сердце битвы. Они являются экспертами обороны на ближней дистанции и ведении огня на подавление с помощью расположенного на крыше зенитного вооружения, а также в управлении и координации работы вспомогательных батарей и спонсонов.

Расширенная реакция: Оборона точки

«Не подлежит сомнению, что гнев оружия невозможно отрицать, а его жестокий суд – непреложный смертный приговор. Но какой смысл в этом гневе, если его нельзя направить на врага? Без зоркого глаза даже самое смертоносное оружие становится бесполезным».

отрывок из «Апокрифа Прелия», писаний Неназываемого Короля

Легионный декурион-локус

Многие из молодых легионных декурионов специально обучены выслеживанию неприятеля, определению приоритетных целей в водовороте битвы и оптимизации стрельбы основной батареи своего железного зверя, тем самым гарантируя, что каждый залп попадёт точно в цель.

Расширенная реакция: Сфокусированный удар

«Страх – первейшее из семян поражения. Лучше уничтожить его незамедлительно, чем позволить ему пустить корни и расцвести паникой и беспорядком на поле брани. Быстрая и кровавая смерть служит не только удалению семени, но и делу укрепления решимости других».

выдержка из «Кодекса лания», боевые доктрины Сынов Гора

Декурион-ланий Сынов Гора

Поскольку жестокость Великой Ереси сильно изменила Сынов Гора и их примарха, XVI легион принял множество новых практик и тактик. Декурион-ланий стал одним из таких инструментов – жестоким практическим подходом к моральному духу на поле брани и напоминанием о становящейся всё более кровавой цене, которую придётся уплатить тем, кто подвёл магистра войны в битвах за власть над Империумом.

«Всё, что требуется, чтобы повернуть ход сражения в свою пользу – это задействование правильных рычагов, и среди всех рычагов, которые могут пустить в ход Легионес Астартес, мало сыщется более прекрасных, чем скромная штурмовая пушка».

декурион Ариос Гудрун из 17-го бронетанкового отряда Имперских Кулаков

Декурион-сагиттар Имперских Кулаков

Известные своей меткой стрельбой декурионы Имперских Кулаков специализируются на уничтожении наиболее уязвимых объектов противника, пока их стальной ездовой зверь выслеживает и уничтожает более важные цели. Их эффективность на полях сражений такова, что враг страшится этих командиров практически так же сильно, как и технику, которой те управляют.

Следующая запись представляет собой первый пример культового оперативника культов Абоминацио – тёмного зеркала лояльного Оффицио Ассасинорум, чьи ассасины были созданы с использованием давным-давно запрещённых методов в сочетании с губительными способностями варпа.

Определить истинное количество культов, существовавших до и во время этого конфликта поистине галактических масштабов, практически невозможно – из-за количества созданных ими монстров и многообразия способов их творения немногие осмеливаются спекулировать данной информацией. Однако благодаря анализу и сравнению исторических эпизодов при участии этих омерзительных созданий ныне можно с полной уверенностью утверждать, что их роль в войне и важность свершённых ими убийств могут быть куда важнее, чем кто-либо способен представить.

Расширенная реакция: Изменение эмпиреев

В последние годы Ереси Гора изолированные отчёты, собранные имперскими писцами из зон боевых действий по всей Галактике, начали описывать ужасающую новую угрозу для лоялистских сил. Обрывочные, пугающие и зачастую практически бессвязные свидетельства очевидцев, опустошённых и сломленных ужасами того, что они увидели, поведали о кошмаре, преследовавшем их на полях сражений – а именно об Абоминации Инфернус. Чернее самой глубокой пустоты, но при этом обладающая формой, которая смещалась и перестраивалась по мере движения, абоминация фактически не затрагивалась физическими ограничениями реальности и, казалось, охотилась с экстрасенсорным восприятием своей добычи и окружения. Тварь умела видоизменяться и превращаться в то, чего боялись объекты охоты, порождая вооружение воистину чудовищного типа, чтобы разорвать жертв на части в специальным образом адаптированной агонии. Подобное существо – живое оружие, порождённое враждебностью – первоначально подозревалось в том, что оно является продуктом экспериментов тайных храмов Оффицио Ассасинорум, но даже расследование на высочайшем уровне приоритета доступа не дало информации о кладе убийц подобной формы.

Формирования индуктиев

Некоторым из легионов астартес пришлось заплатить суровую цену в живой силе во время гамбитов начальной стадии Ереси Гора, в то время как другие испытывали необходимость пополнения своей численности дополнительными войсками, собираемыми по мере истощения личного состава в результате тяжёлых кампаний. Практически в каждом случае решением становилась схема принудительной индукции, основанная на применении несовершенных или едва понимаемых методов, которые сокращали продолжительность времени и количество ресурсов, необходимых для создания новых космических десантников. Результаты зачастую бывали непоследовательными, однако они обеспечивали возможность получения свежих гипно-индоктринированных войск, готовых занять место павших на передовой. Такой подход сам по себе являлся отклонением от идеалов, которых каждый из легионов придерживался прежде при выборе кандидатов для вознесения в ряды легионеров, но позднейшие годы эпохи Тьмы были столь отчаянным временем, что присутствие формирований индуктиев практически на всех фронтах стало привычным явлением.

• Шаблон индуктиев Тёмных Ангелов

Индуктии Тёмных Ангелов, набранные в ходе крестового похода Возмездия и оснащённые смертоносным вооружением из темнейших подземелий арсеналов Тёмных Ангелов – истинное оружие Льва против предателей. Пускай эти рекруты и не были посвящены в таинства Гексаграмматона, они, тем не менее, обеспечивали Первый легион достаточными ресурсами для продолжения его широкомасштабного крестового похода.

• Шаблон индуктиев Детей Императора

По мере того, как плоды трудов старшего апотекария Фабия распространялись по всему III легиону, всё больше и больше новобранцев подвергались экспериментам со стороны легионного апотекариона. Усиленные мощным коктейлем из экспериментальных боевых стимуляторов и телесных модификаций, эти измученные души с ещё более саморазрушительным пылом стремились к обретению совершенства.

• Шаблон индуктиев Железных Воинов

Полностью приученные к методам ведения войны своего непреклонного повелителя, индуктии Железных Воинов зачастую сравнивались с автоматонами когорт Кибернетики. Многие наблюдатели отмечали их сходство со статуями, которые, шатаясь, пробуждались к жизни, чтобы уничтожить своего врага ревущими залпами болтеров, а затем возвращались к безмолвной неподвижности.

• Шаблон индуктиев Белых Шрамов

Многие из индуктиев, набранных в годы гражданской войны Белыми Шрамами, отличались заметно большей прагматичностью, нежели их собратья. Зачастую проходя обучение не только у мастеров-вербовщиков собственного легиона, но и у Имперских Кулаков с Кровавыми Ангелами, эти воины до возвращения в ряды собственного легиона частенько использовались в качестве разведчиков теми контингентами, вместе с которыми сражались плечом к плечу.

• Шаблон индуктиев Космических Волков

Индуктии Космических Волков сохранили многое из своих племенных традиций; каждый из них стремился доказать своё мастерство во владении клинком и щитом. В условиях нехватки времени на обучение или психическую индоктринацию эти воины получали только физические усовершенствования, а затем бросались в горнило сражений, где им и предстояло становиться настоящими легионерами.

• Шаблон индуктиев Имперских Кулаков

По мере того, как разгоралась разделившая род человеческий гражданская война, становилось всё более очевидным, что исход конфликта в конце концов решится на Терре. Учитывая это, Рогал Дорн направил подготовку своего легиона на действия при обороне. Каждый новый воин должен был стать ещё одним кирпичиком в оборонительном бастионе Терры, удерживая назначенную ему позицию до тех пор, пока смерть не заберёт его. Такие воины были весьма эффективны, пускай они и не обладали должной инициативой, но в те мрачные дни подобное было сочтено наименьшим из зол.

• Шаблон индуктиев Повелителей Ночи

Разрозненные отряды Повелителей Ночи промышляли грабежами по всему Империуму; каждый военачальник вербовал самых жестоких головорезов, каких только мог найти, и требовал от них подчинения. Такие индуктии, вне всяких сомнений, были искусными убийцами, хотя их психическая стабильность привела бы в ужас мастеров-вербовщиков более дисциплинированных легионов.

• Шаблон индуктиев Кровавых Ангелов

Многие индуктии Кровавых Ангелов не видели красоты битвы, о которой говорили их собратья по легиону, зная лишь ужас галактической гражданской войны. Лишённые интенсивной гипнотической обработки, сдерживавшей наиболее животные аспекты их геносемени, такие воины нередко являлись тёмным зеркалом своих ангельских собратьев.

• Шаблон индуктиев Железных Рук

Использование киберетических улучшений легионом Железных Рук гарантировало, что приток свежих новобранцев будет оставаться стабильно высоким, даже когда биологические ресурсы окажутся на исходе или же имплантация других органов не удастся. После гибели Ферруса Мануса и потерь на Исстване V эти воины также стали воспринимать использование X легионом запретных технологий как обычное дело, поскольку стремление обрушить возмездие на предателей перевешивало любые опасения по поводу их происхождения.

• Шаблон индуктиев Пожирателей Миров

Индуктии Пожирателей Миров жили короткой и, как правило, полной жестокости жизнью – их бросали в самое пекло сражений безо всякой заботы о сохранении сил или минимизации потерь. Гвозди Мясника имплантировались им в юном возрасте, а разум являл собой лоскутный гобелен из похищенных воспоминаний, помещённых в выращенные в баках тела, что привело к появлению ещё более нестабильных – но, несомненно, ещё более свирепых убийц, лишённых какого-либо чувства боли, страха или поражения.

• Шаблон индуктиев Ультрадесанта

За годы Ереси Гора Робаут Гиллиман внёс многочисленные тактические изменения в свой легион, тонко адаптировав его для более эффективного ведения боёв в этом конфликте. Недавно возвышенных воинов обучали сражаться в составе более гибких формирований, адаптированных под участие в тех или иных типах сражений, наиболее частых для этих подразделений, а их вера в праведность своего дела была воистину непоколебимой.

• Шаблон индуктиев Гвардии Смерти

Индуктии Гвардии Смерти проводили большую часть своего обучения отдельно от основной массы XIV легиона. Отправляемые на войну с меньших владений и с самого Барбаруса, дабы пройти испытание огнём, выстоять и, по мере возможности, увеличить свою численность, эти воины распространились по всей Галактике, подобно чуме. Многие из врагов Гвардии Смерти были уничтожены, наткнувшись на эти скрытые гарнизоны – и не подозревая об угрозе до тех пор, пока она не поглотила их.

• Шаблон индуктиев Тысячи Сынов

После разрушения Просперо легиону Тысячи Сынов пришлось стать менее разборчивым в делах вербовки. Экспериментируя с запретной биоалхимией и методами психической индоктринации в стремлении как можно быстрее восстановиться после чудовищных потерь, Пятнадцатый породил индуктиев, что были, вне всяких сомнений, могучими воинами и колдунами, но в то же время демонстрировали повышенную восприимчивость к Перерождению плоти.

• Шаблон индуктиев Сынов Гора

Сражаясь на передовой гражданской войны, Сыны Гора не отличались особой разборчивостью в своих методах вербовки. Впрочем, наиболее успешные из их индуктиев были завербованы на тех мирах, чьи бандитские традиции походили на традиции Хтонии, гарантируя, что легионеры-новички уже понимают культуру силы и необходимость доказывать свою ценность в глазах начальства.

• Шаблон индуктиев Несущих Слово

По мере развития гражданской войны мастерство Несущих Слово в нечестивых знаниях стало основным элементом их стратагем, спускавших силы эмпиреев на ничего не подозревающего противника. Отмеченные дьявольскими рунами и клеймами индуктии XVII легиона регулярно подвергались воздействию энергий варпа, что закаляло их души и готовило тела к возможному связыванию со злобными сущностями эмпиреев.

• Шаблон индуктиев Саламандр

После событий на Исстване V разрозненные остатки легиона Саламандр начали набирать пополнение с миров, освобождённых от гнёта предателей. Этим индуктиям зачастую предоставлялось боевое снаряжение погибших воинов XVIII легиона, что в равной степени являлось знаком чести и того, что от новичков ожидаются не меньшие свершения. Объединившись под началом ветеранов легиона, эти новые подразделения сражались ещё упорнее, чтобы не посрамить оказанное им высокое доверие.

• Шаблон индуктиев Гвардии Ворона

История набора в Гвардию Ворона после Исствана V окутана покровом тайны, однако известно, что XIX легион рекрутировал людей со множества миров, освобождённых в ходе крестового похода Возмездия примарха Льва Эль’Джонсона. Принимая в свои ряды угнетённых и предлагая им шанс нанести ответный удар по своим былым мучителям, Гвардейцы Ворона формировали свежее поколение воинов по образу и подобию тех, кого потеряли.

• Шаблон индуктиев Альфа-Легиона

Тщательное изучение активности XX легиона в годы Ереси Гора привело некоторых исследователей к предположению, что Альфа-Легион проводил массовую вербовку новобранцев с момента своего основания, используя то, что другие назвали бы индуктиями, в качестве основной массы своего легиона. Удерживая позиции, пока их более опытные собратья окружали противника, эти воины использовались на менее тайных ролях, чем участники типичных операций Альфа-Легиона.

Неизвестный сержант индуктиев

45-я линейная рота Альфа-Легиона

Альфа-Легион использовал роты индуктиев для работы «на виду», с целью ещё лучше скрыть действия своих регулярных подразделений. Легионер облачён в силовую броню модели VI «Корвус» - в данном случае, как и принято среди подразделений индуктиев Альфа-Легиона, броня грубо окрашена в ложные цвета, призванные сбить неприятеля с толку.