Изнурительный марш по наводнённым нурглитами болотам длился несколько дней, пока рассветоносцы Ториан не пересекли границу Росистой марки, туманной земли лугов, которая станет следующим этапом в их путешествии по Гирану.

Понеся немалые потери, но не растеряв желания двигаться дальше, гиранский поход выбрался из тени Мшаного Рога. Победа, одержанная над приспешниками Нургла, приободрила Рассветных, и после знойных топей они были только рады ступить на затуманенную землю Росистой марки. Впереди раскинулись луга и пастбища, а за ними ждала следующая остановка: форт Гард, где под началом легендарного Гарда Стальной Души были расквартированы силы Освящённых Рыцарей. Их воинский комплекс так и манил Рассветных, обещая долгожданный отдых, возможность принести новые клятвы перед поселенческими святынями Зигмара и, быть может, даже помощь от прославленных целителей Освящённых Рыцарей, в которой так нуждались больные и раненые члены экспедиции.

Однако судьба приготовила им новые испытания.

Первым о надвигающейся беде возвестил яростный грохот, от которого задрожала земля, а стаи птиц с изумрудными перьями взмыли в воздух. Ряды солдат охватило беспокойство. Из-за густого, клубящегося тумана – такого же непроницаемого, как пушечный дым, – у разведчиков не было и шанса предупредить основные силы о наступлении; хотя в противном случае результат был бы тот же – большинство из них мгновенно встретило свою смерть под копытами чудовищ, мчавшихся навстречу Рассветным колоннам.

Оррукские наездники на свиньях смяли наши ряды. Мои товарищи лопались, словно перезрелые фрукты, валились на землю, располовиненные копытами, да просто разлетались на кусочки во мгновение ока. И всё это прямо у меня на глазах. Наш фланг охранял старый паровой танк, «Железный генерал». Так две огромные свиньи с такой силой протаранили его, что подорвали двигатель: танк взлетел на воздух, а ошмётки от его команды разметало на все четыре стороны. Пар был такой горячий, что опалил шкуры докрасна, но зверюг это не остановило ни на секунду. Чего греха таить, я свернулся в клубок прямо под павезой и просто лежал там, молился, орал во всю глотку, пока четвероногие дьяволы проносились мимо. Копыта свистели со всех сторон, прям как пушечные ядра. Чудо, что я выжил, сестрёнка. Только я один, из целой сотни Рассветных. Сержант говорит, что я родился в свете Высокой Звезды, не иначе.

Восседая на тоннах смердящей свиноплоти и битого железа, бивнебосс Кразогг Роголом с грохотом нёсся через вердийскую равнину следуя непреодолимому зову разрушать. Всего пару дней назад его отряд прибыл в Гиран через врата владения, и пускай несколько хищных зверюг было изрублено и забито до смерти, ни одного настоящего Железнозуба не устроили бы такие «пустячковые пастуки». Пока пешие орруки маршировали за союзником Кразогга, вспыльчивым Зоггроком Стукобряком, все парни Роголома мчали на свиньях: большинство погоняло хрюнделей, чья дурная слава бежала впереди них, тогда как бивнебосс и его самые жёсткие громилы разъезжали на мордохрюках – мускулистых свиньях, которые были почти втрое крупнее малых сородичей; стоило им разбежаться, и уже никто не мог остановить громадных тварей.

К великому удовольствию Роголома за пеленою тумана вырисовывалась целая армия закованных в металл людишек, топчи – не хочу. Тянуть было нечего, и потому бивнебосс и его парни с радостным рёвом помчали прямиком на рассветоносцев.

НЕУМОЛИМЫЕ И СТОЙКИЕ

Маршал Ториан мгновенно сообразила, что её армия рискует быть растоптанной в пух и прах. Действовать нужно было быстро. На пределе лёгких она проревела чёткие приказы – встать в оборонительные блоки вокруг паровых танков и вагонов с боеприпасами. Такая внушительная сила воли вывела солдат из оцепенения и прогнала всю усталость. Но не успели передовые шеренги пехотинцев, коим предстояло встретить натиск Роголома, занять свои места, как со всей беспощадностью на них обрушились мордохрюки, мчавшие впереди основного стада. В воздухе поднялись испуганные крики, перебиваемые кошмарным лязгом металла. Копыта вминали солдат в грязь и разбрасывали во все стороны. Павезы разлетались в щепки, пушки слетали с креплений. Чудовищные свиньи размазывали солдат в лепёшку, а наездники дружно хохотали, раскалывая черепа и срывая головы. К бочинам одного из мордохрюков крепились две небольшие стойки, к каждой – прицеплено по орруку, чтобы они ни чем не обременяли голову, только без устали махали своими двуручным тесаками. Свиноподобное чудище и его зеленокожая команда пронеслись через целую роту фузилёров, словно наспех собранная махина для сбора урожая. Но какой бы кошмарной ни была та резня, их наступление не замедлилось ни на секунду.

Эта катастрофа развернулась прямо на глазах у Ториан. Маршал убедилась, что стена щитов такого врага не удержит, и потому сразу же отдала новый приказ. Повинуясь её команде, отряды солдат расступились перед Железнозубами, открыв бреши в строю. Рыцарь-охотник Торн, наблюдавший с высоты за ходом сражения, мгновенно раскусил замысел маршала и направил Обвинителей вниз. Под градом бурезовных дротиков самые крупные мордохрюки невольно рассеялись по полю боя и ринулись за Грозорождёнными, прямиком в образовавшиеся бреши между отрядами Ториан. Передние ряды орруков лишились своего единства, и могучее стадо растеряло движущую им силу. Несколько крайних полков стальных шлемов было разбито, но боевые линии рассветоносцев выстояли перед натиском зеленокожей «кавалерии».

Видя, что «людишки» расступаются перед ним, бивнебосс Роголом попытался развернуть своё чудище, но мордохрюки, как известно, страшно свирепели при виде добычи: они вперились глазами в Обвинителей, которые изрешетили их противными осколками металла, и устремились вперёд. Оррукские фланги открылись фузилёрам, дым взвился клубами, свинцовая дробь засвистела в воздухе, но мордохрюкам не было до них дела. Их и без того толстенные шкуры были защищены громадными пластинами смятого железа, и потому не только большинство мордохрюков, но и многие хрюндели выстояли под таким яростным огнём. А вот наездникам пришлось несладко: оглушительный грохот пуль, рикошетящих от брони, дезориентировал и только сильнее разъярил зверюг, отчего те стали совершенно неуправляемыми. Держась вне досягаемости свиней, Торн и его Обвинители продолжали осыпать их копьями. Вскоре Роголом и основные силы оррукских наездников оставили рассветоносцев далеко позади, преследуя низко летящих Грозорождённых.

Опасаясь, что непредсказуемые орруки в любой момент повернут обратно, Ториан приказала солдатам собирать всё необходимое и немедленно выдвигаться. Разведкорпус доложил ей о внушительном лабиринте железодубов, маячащих на горизонте, а значит впереди их ждал лес Гримбарк, древняя, смертельно опасная чаща, о которой вердийцы слагали мрачные легенды. Курс, проложенный для гиранского похода, обходил Гримбарк стороной и, минуя тенистые дебри, следовал к форту Гард. Однако маршал понимала: им действительно повезло, что орруки проглотили наживку Торна, и лишний раз рисковать колоннами воинов на открытой местности было просто нельзя. Посему она бросила вызов лесу, надеясь в глубине души, что мрачные сказки из её детских воспоминаний не имели под собой никакой почвы.