Стылый ветер с воем пронесся сквозь ущелье, терзая плащ Вулкана Ге'стана, отчего чешуйчатая накидка воина затрепыхалась, будто живая. Тени перед ним, тем временем, изрыгнули из себя поток нечленораздельно вопящих еретиков, не преминувших открыть огонь из своих автоматов. Тем не менее, их пули – по крайней мере, те, что не окончили свой путь в скалистых стенах ущелья, – лишь без вреда отскочили от его керамитового доспеха. Отвечая на бессловесный вызов, вокруг Отца Кузни выстроились бойцы отделения «Инфернус» в цветах Завета Огня, и спустя мгновение на пути культистов возникла стена из горящего прометия. Окутанные всепожирающим пламенем, обезумевшие еретики заголосили еще громче, и все же некоторые из них – самые крепкие, – несмотря на слезающую с костей плоть, сумели преодолеть преграду. Со смесью агонии и фанатичной ярости в глазах они ринулись в сторону космических десантников – лишь затем, чтобы закованные в керамит кулаки угомонили их навсегда.

Ге'стан шагнул прямо в пламя, не обращая внимания на треск обугленных костей под своими подошвами. Чудом выживший культист бросился ему наперерез, размахивая грубым ониксовым кинжалом, но Отец Кузни и его удостоил лишь оплеухи – коей, впрочем, оказалось достаточно для того, чтобы раздробить череп безумца и отбросить его ко стене впадины. Еще один умалишенный, не устрашенный смертью товарища, тоже попытался остановить Ге'стана, но спустя миг Саламандра продолжил свой путь, замешкавшись лишь потому, что ему пришлось стряхнуть с копья Вулкана обгоревшее корчащееся тело. Полчище еретиков наконец-то начало редеть, неспособное противостоять жару пожарища.

Ущелье впереди постепенно расширялось, а затем оканчивалось тупиком, где прямо в скалистой поверхности были вырезаны обсидиановые врата. Из них, расталкивая обезумевший скот, выскользнуло несколько темных фигур, и вскоре перед Ге'станом предстал лидер предателей. Серебряная окантовка его доспехов поблескивала в свете пылающего прометия, но на ладони космодесантника-еретика плясал огонек совсем иной природы. Полный заостренных зубов рот колдуна скривился в злобной ухмылке.

– Такой упорный, такой целеустремленный... – прошипел чернокнижник. – И все зазря... Вольное Пламя никогда не станет твоим. Владыка Змиев не вернется.

Ге'стан перешел на бег и перехватил копье Вулкана поудобнее, одновременно с этим призывая «Инфернус» следовать за ним. Космодесантники Хаоса открыли огонь, и двое боевых братьев Ге'стана рухнули наземь – неясно, раненые или убитые, – но Отец Кузни, защищенный Мантией Кесаря, даже не замедлился. Колдун, заметив это, направил на Вулкана свой посох, и из его навершия вырвались щупальца, сотканные из чуждых энергий. Приняв облик извивающегося многоголового змея, они обвили Саламандру, шипя и огрызаясь.

Отец Кузни напряг все свои силы и обратился ко всей сжигающей его изнутри ярости... И избавился от призванных псайкером адских оков. Кольца гидры рассеялись, неспособные устоять перед силой воли Огнерожденного, и по ущелью разнесся его победный рев.

Колдун нахмурился, без сомнения вспоминая очередное заклятье, а его телохранители вновь открыли огонь. На броне Ге'стана расцвели вспышки взрывов.

Десантники «Инфернус» отплатили им той же монетой.

Волна жидкого пламени обрушилась на предателей. Трансчеловеческая стойкость обернулась против них самих, когда прометий, неспособный убить космодесантников-еретиков с милосердной быстротой, проел гибкие сочленения доспехов и зажарил их прямо внутри собственной брони. Тем не менее, они продолжали стрелять до последнего, и повалились наземь, лишь когда воздух вокруг насквозь пропитался вонью горелого мяса. Из расколовшейся от жара брони вверх устремились струйки дыма и шальные искорки... Однако колдун, обожженный, но несломленный, остался стоять перед Вулканом, лишившись лишь окружавшей его нечестивой ауры – судя по всему, некоего оберега, что и спас его от ярости стихии.

Ге'стан немедленно бросился вперед, пронзая выжившего копьем Вулкана. Раскаленное острие рассекло броню, как масло, и поразило одно из пропитанных скверной сердец колдуна.

Еретик распахнул рот, так и не успев завершить свое заклинание, и рухнул наземь.

– Наконец-то мы можем обыскать это место, – пророкотал Отец Кузни, указывая в сторону врат. – Пусть ничто не ускользнет от вашего взора.